***Мысли на заре
Не хочу сегодня вставать,
пусть любовником новым утро
черный кофе несет в кровать,
и под чтение камасутры
(в переводе на птичье соло)
с очередностью неуклонной
рифмы стонов ложатся в стол,
и вздыхает день под балконом…

* * *

Вся моя жизнь – «до» и «после» встречи,
до – это только минорные гаммы,
азбучных истин сухие плечи, --
там, где без устали «моет раму…», --
здесь не помогут…И даже маму
звать беспредметно, -- ведь нет ответа…
Можно любить научиться рано,
но отдавать учит только Лета…

* * *

…облако это (в который раз!)
гонит на выпас свою отару,
заполонив голубой палас,
белые овцы идут (по)парно;
кудри стрижет молодой овчар,
и рассыпаются в небе кольца,
чтобы, сбиваясь клубами, в дар
золото рун донести до солнца…

* * *

…тебя в себе предвосхитив,
вынашиваю это диво –
любовь… она лишает сил,
чтоб выдавать подозно силы,
питает чувственность и мозг
и, убегая от повторов,
опять сооружает мост,
где я плюс ты – его опоры…

* * *

Знаешь, ты – мое наваждение,
ты беда моя (правда сущая!),
не мечталось о восхождении,
но зачем-то оно отпущено;
может, храмов умолкли звонницы,
может, судьбы клубками катятся,
вот уж полночь прошла околицей,
утро -- яблонькой в белом платьице…

* * *

…телефонным звонкам изменили лицо:
бестревожны, податливы и мелодичны
стали эти звонки… переливы с ленцой,
новомодные ритмы их суть обезличат;
то ли дело, когда на одном языке
телефонные трели звучали призывно,
сообщая о факте тревоги… В звонке
было что-то солидное… как и в посыльном…

* * *

Скрипку дня настрою на легато,
резких не предписано движений,
ночь уходит в лунную сонату,
звездный стан сворачивает Гений;
этажами высятся заботы,
и по расписанью строго – лень…
Это очень трудная работа:
в рапиде прожить хотя бы день…