Vivien17

Перевод отрывка из 15 главы "Записок Пиквикского клуба" Ч. Диккенса.
(В этой главе говорится о том, как мистер Пиквик, его друзья, а также редактор газеты, мистер Потт, были приглашены на бал-маскарад к миссис Лио Хантер, написавшей знаменитую оду.)

Совесть мистера Пиквика всё ещё упрекала его за оставленных в "Павлине" друзей; и только он собрался отправиться на поиски их, как его верный слуга принёс визитную карточку со следующей надписью:

 " Миссис Лио Хантер, собственный дом, Итенсвилл "


-Там вас кое-кто ожидает, - загадочно произнёс Сэм.
-Вы уверены, Сэм, что этой особе нужен именно я? - спросил мистер Пиквик.
-Ему лишь вы нужны, и более никто,- как сказал личный секретарь дьявола, являясь за доктором Фаустом, - ответил Сэм.
-Ему? Так это джентльмен? - удивился мистер Пиквик.
-Даже если он и не джентльмен, то очень хорошо его изображает, - пояснил мистер Вэллер.
-Но это же визитная карточка дамы, - недоумевал мистер Пиквик.
-Как бы то ни было, переданная мне джентльменом,- ответил Сэм,- и он ждёт вас в гостиной. Он сказал, что готов прождать весь день, только бы вас увидеть.

Услышав об этом намерении, мистер Пиквик спустился в гостиную, где уже сидел некий господин, оживившийся при его появлении и сказавший весьма почтительно:
-Я не ошибаюсь? вы - мистер Пиквик?
-Да, он самый.
-Окажите мне честь, сударь, разрешите пожать вашу руку! - сказал этот степенный господин.
-О да, конечно! - ответил мистер Пиквик.
Незнакомец пожал протянутую ему руку и продолжил:
-Сэр, мы наслышаны о вас! Весть о ваших учёных спорах достигла ушей миссис Лио Хантер, моей супруги, сэр. Я - мистер Лио Хантер, - тут он сделал паузу, ожидая, что мистер Пиквик будет поражён этим известием. Но мистер Пиквик воспринял это более, чем спокойно, и незнакомец продолжал:
-Моя жена, миссис Лио Хантер, рада собрать вокруг себя всех, кто прославился своими трудами и талантами. Разрешите же мне присоединить к этому списку вас и ваших собратьев по клубу!
-Я буду очень рад этому знакомству, сэр, - отвечал мистер Пиквик.
-И оно состоится! - воскликнул солидный джентльмен. Мы устраиваем завтрак, так сказать, - праздник на лоне природы, для тех, кто уже успел прославиться своими трудами и талантами. Дайте же возможность миссис Лио Хантер увидеть вас в нашем доме!
-С большим удовольствием! - ответил мистер Пиквик.
-Миссис Лио Хантер даёт много таких завтраков, - сообщил новый знакомый, - можно сказать, "пиршество разума" и "веселье души"- так кто-то написал в сонете, посвящённом миссис Лио Хантер; тонкое и эмоциональное наблюдение!
-Очевидно, он тоже прославился своими трудами и талантами? - поинтересовался мистер Пиквик.
-О, да! - ответил солидный джентльмен. - Все, все знакомые миссис Лио Хантер прославились своими трудами и талантами; это так льстит её честолюбию!
-Это весьма похвальные устремления, - заметил мистер Пиквик.
-Когда я передам миссис Лио Хантер, что именно вы это сказали, она будет на седьмом небе от счастья, - пояснил солидный господин. - Я думаю, сэр, среди ваших друзей, может быть, найдётся джентльмен, способный написать несколько изящных стихов?
-Мой друг, мистер Сноудграсс, - известный знаток поэзии, - ответил мистер Пиквик.
-Так же, как и миссис Лио Хантер, сэр! Она без ума от стихов! Она просто обожает всё прекрасное, и, можно сказать, все её мысли и чувства вращаются вокруг поэзии. Она создала несколько восхитительных вещиц, причём сама, сэр! Вы, может быть, слышали её Оду о Почивающей Лягушке?
-Нет, не доводилось, - рассеянно сказал мистер Пиквик.
-Вы меня поражаете, сударь! - воскликнул мистер Лио Хантер. - Эта ода произвела на всех неизгладимое впечатление! Она была озаглавлена буквой L и восемью звёздочками и напечатана в "Журнале для дам". Вот её начало!

О, лягушка, позабыв
Милый кваканья мотив,
На бревне ты возлежала,
К небесам ты воспаряла
В тишине
На бревне!

-Прелестно! - вежливо улыбнулся мистер Пиквик.
-Да просто замечательно! - подтвердил мистер Лио Хантер. - И так трогательно!
-Очень трогательно! - согласился мистер Пиквик.
-Следующий стих будет ещё более трогательным! Вам его прочесть?
-Если вам угодно, - сказал мистер Пиквик.
-Он звучит так; - торжественно возвестил солидный джентльмен.

Что за шум, и гам, и вой?
То мальчишки за тобой
На охоту побежали,
По болоту поскакали.
О, лежи
Ты в тиши!

-Очень выразительно, - нашёл мистер Пиквик.
-До последней запятой, сэр! - констатировал мистер Лио Хантер, раздуваясь от гордости.- Вы ещё услышите, как это будет исполнять сама миссис Лио Хантер! Она завтра непременно прочтёт вам эту бессмертную оду, причём в костюме, сэр!
-В костюме кого? - недоуменно спросил мистер Пиквик.
-Минервы, разумеется! Кажется, я забыл вам сказать: это будет костюмированный завтрак.
-Достопочтеннейший! - сказал мистер Пиквик, представивший себя в маскарадном костюме, - должен вас огорчить, но я решительно не могу!
- Можете, сударь, можете! - не умолкал мистер Лио Хантер. - В лавке на Хай-Стрит, что держит еврей Соломон Лукас, есть тысячи невероятных нарядов! Вы увидите, сударь, сколько там подходящих костюмов для вас! Платон, Зенон, Эпикур, Пифагор; и все - основатели клубов!
- Я знаю, - проговорил мистер Пиквик, - но я не могу сравнивать себя с этими великими людьми, и, скажу вам по чести, не вправе так наряжаться.
Услышав это, солидный джентльмен пару секунд повздыхал, а затем сказал:
- Поразмыслив над вашими словами, сэр, я решил, что миссис Лио Хантер доставит величайшее удовольствие, если её гости увидят своего знаменитого соотечественника в его собственном костюме, а не в маскарадном. Я допускаю, что ваш случай особый и полагаю, что моя супруга решила бы так же.
- В таком случае, - сказал мистер Пиквик, - я с удовольствием приду.
- Но я расточаю ваше время, сэр! - заторопился солидный джентльмен. - Я сознаю его ценность и более не обременяю вас! Надеюсь сообщить миссис Лио Хантер, что мы совершенно точно можем ожидать вас и ваших замечательных друзей. Будьте здоровы, я был рад познакомиться со столь выдающейся личностью, не провожайте, сэр! - И, не дав мистеру Пиквику опомниться, гость чинно удалился.

Мистер Пиквик взял шляпу и направился к "Павлину" с новостью, но оказалось, мистер Уинкл о предстоящем бале уже знал.
- Миссис Потт там будет! - были его первые слова.
- Неужели? - сказал мистер Пиквик.
- В костюме Аполлона, - сообщил мистер Уинкл. - Вот только Потт возражает против туники.
- И он совершенно прав! - подтвердил мистер Пиквик.
- Но тогда будет трудно догадаться, что это Аполлон, не правда ли? - заметил мистер Сноудграсс.
- Ну почему же? - настаивал мистер Уинкл. - У неё в руках будет лира, разве этого недостаточно?
- Действительно, как же я сам не догадался? - хмыкнул мистер Сноудграсс.
- А я буду изображать разбойника, - сообщил мистер Тапмэн.
- Кого? - спросил мистер Пиквик, вздрогнув.
- Разбойника, - застенчиво повторил мистер Тапмэн.
- Вы просто не понимаете, что говорите, - сказал мистер Пиквик, глядя на своего друга с недоумением. - Решительно не понимаете, Тапмэн! Вы подумали о том, как вы будете выглядеть в зелёной бархатной куртке с двухдюймовыми фалдами?
- Но я уже так решил, сэр, - добродушно сказал мистер Тапмэн. - А почему нет?
- Потому что, - процедил мистер Пиквик, постепенно закипая, - потому что вы слишком стары, сэр!
- Да что вы говорите! - воскликнул мистер Тапмэн.
- А если вам этого недостаточно, - продолжал мистер Пиквик, - вы вдобавок и чересчур полны, сэр!
- Сэр! - возмутился побагровевший мистер Тапмэн, - это безобразие!
- Это безобразие - всего лишь половина того безобразия, которое вы будете являть собой на балу! - парировал мистер Пиквик.
- В таком случае, сэр, вы - грубиян!
- Должен заметить, сэр, что и вы тоже!
Мистер Тапмэн начал наступать на мистера Пиквика, пронзая его взглядами. Пылающий гневом мистер Пиквик, послал через стёкла очков не менее воинственный взгляд, давший понять, что вызов принят.
Мистер Уинкл и мистер Сноудграсс, не отрываясь, смотрели на эту диковинную сцену.
- Сэр, - сказал мистер Тапмэн, угрожающе понизив голос, - вы, кажется, назвали меня старым?
- Именно! - подтвердил мистер Пиквик.
- И ещё толстым?
- В точности могу повторить!
- И грубияном?
- Кем вы и являетесь!
Последовала угрожающая пауза.
- Моё уважение к вам, сэр, - сказал мистер Тапмэн голосом, срывающимся от волнения, - велико, очень велико, но даже несмотря на это, я буду требовать возмездия!
- Начинайте, сэр! - бросил мистер Пиквик. Разгорячённый вышеупомянутым диалогом, наш герой согнул руку в локте и выставил одну ногу вперёд, полагая, что этого достаточно, чтобы обратить врага в бегство.
 - Как! - воскликнул мистер Сноудграсс, внезапно обретая дар речи, которого он лишился было из-за крайнего изумления. Он встал между нападавшими, пытаясь их разнять и рискуя получить в ухо от обоих сразу. - Как! Мистер Пиквик, на вас взирает всё просвещённое человечество! Мистер Тапмэн! Не ваше ли прославленное имя всегда вызывало восторги общества? Как же вам, джентльмены, не стыдно!
 Как будто ластик стирает с бумаги карандашные следы, так и следы негодования постепенно покинули суровое чело мистера Пиквика, и к нему вернулось привычное добродушие.
- Я был неправ, - сказал он, - весьма неправ! Вашу руку, Тапмэн!
Мрачная тень гнева исчезла и с лица мистера Тапмэна, и он тепло пожал руку своего друга.
- Должен признать, что я тоже погорячился, - сказал он.
- Нет-нет! - возразил мистер Пиквик. - Это была моя вина. Ведь вы же наденете зелёный костюм, Тапмэн?
- О, ни за что! - отозвался бывший враг.
- Нет, обещайте же мне, что наденете!
- Ну хорошо, хорошо, - согласился мистер Тапмэн.

........................................................................................
Итак, в "Городском Гербе" была нанята карета, (чтобы обеспечить комфортное передвижение Пиквикианцев) и колесница, вытребованная из того же хранилища, дабы препроводить супружескую чету Потт во владения миссис Лио Хантер.
Мистер Потт, получивший приглашение на церемонию,уже разместил статью в Итенсвилльской Газете, где описывалось предстоящее торжество, как "явление миру разнообразия утончённого очарования, воплотившееся в блеске красоты и таланта, а так же эталон щедрости и гостеприимства в совокупности с высшей степенью великолепия, облагороженного изысканным вкусом, проявившемся в пышности, утончённой благодаря полной гармонии и целомудреннейшему сотрудничеству, по сравнению с которым пресловутое яркое великолепие Сказочного Востока будет выглядеть таким же тёмным и мрачным, как умонастроение того вечно хандрящего и плаксивого субъекта, который позволил себе вылить яд своей зависти на приготовления, совершаемые этой достойной леди, безукоризненной во всех отношениях, в храм которой мы скромно несём наши восхищения, ею вызванные." Последний язвительный выпад, полный сарказма, был адресован "Независимому", который на вышеупомянутое торжество приглашён не был, а посему на протяжении последних четырёх номеров отпускал ядовитые остроты в адрес этого самого торжества, набранные самым крупным шрифтом.

И вот наступило утро, и взорам нашим предстал мистер Тапмэн в полном костюме разбойника, состоящем из жакета, который немилосердно жал в плечах, и коротких плисовых штанов. На ногах красовались причудливым образом намотанные ленты (видимо, являвшиеся неотъемлемой частью туалета всех разбойников). Взгляд радовался, останавливаясь на открытом и добродушном лице мистера Тапмэна с изрядными усами, нарисованными жжённой пробкой. Внимание также привлекала высокая коническая шляпа, украшенная множеством лент. Она покоилась на коленях разбойника, так как будучи надета на голову, норовила пробить верх экипажа.
 Приятно дополнял картину и мистер Сноудграсс, облачённый в голубое атласное одеяние с плащом, белые шёлковые чулки, башмаки и греческий шлем. Каждому смертному должно быть известно,(а если нет, - то об этом был осведомлён продавец маскарадных костюмов Соломон Лукас), что греческий шлем был важнейшей и неотъемлемой частью повседневного костюма всех трубадуров, со времён их появления и до исчезновения с лица Земли. Вид этих костюмов, конечно, радовал глаз, но можно ли было сравнить его с появлением мистера Потта, которое вызвало восторженные вопли толпы. Экипаж остановился, дверца открылась, и вышел мистер Потт, одетый в костюм пристава, с ужасающим кнутом в руке, тонко намекавшим на суровую силу и мощь Итенсвиллской Газеты, и болезненность ударов, наносимых ею врагам общества.
.............................................................................................................


..........................................................................................................................................................................................................
-Мистер Пиквик, мэдам! - доложил слуга, приведя мистера Пиквика, сопровождаемого Трубадуром и Разбойником пред очи верховной богини местного Олимпа.
-О, где?! - воскликнула миссис Лио Хантер, встречая новых гостей с дежурным восторгом.
-Я здесь, - сказал мистер Пиквик.
-Неужели я могу лицезреть и приветствовать самого мистера Пиквика! - восхищённо продолжала миссис Лио Хантер.
-О, да! - ответил мистер Пиквик, учтиво поклонившись. - Разрешите также представить моих друзей; мистера Тапмэна, мистера Уинкла и мистера Сноудграсса создательнице "Оды о Почивающей Лягушке".
 Тот, кто сталкивался с этим когда-либо, тот знает, как тяжело кланяться, будучи одетым в короткие плисовые штаны и тесную куртку (не забудьте ещё и не в меру высокую шляпу!); я не говорю о том, как это проблематично - кланяться, когда на вас костюм Трубадура. А если ещё вы зачем-то надели укороченные брюки, или сапоги с отворотами, которые кем-то были созданы явно не для того, чтобы их носить! Мистер Тапмэн изо всех сил старался держаться светски-непринуждённо, однако его так перекособочило, как мало кому удавалось. Никто также не видывал досель таких причудливых телодвижений, какие продемонстрировали обществу мистер Уинкл и мистер Сноудграсс, одетые в маскарадные костюмы.

-Мистер Пиквик, - сказала миссис Лио Хантер, - вы должны обещать, что будете сопровождать меня повсюду. Сегодня будет столько гостей, и я непременно должна познакомить вас со всеми!
-О, я весьма польщён, - поклонился мистер Пиквик.
-Прежде всего я должна познакомить вас с моими малютками; как я могла позабыть о них! - воскликнула Минерва, ребячливо указывая на двух вполне совершеннолетних юных леди, зачем-то одетых в детские платьица; то ли для того, чтобы казаться моложе, а может быть, для того, чтобы убавить лет их матушке; - этого мистер Пиквик нам так и не сообщил.
-Они прелестны, - сказал мистер Пиквик, когда отроковицы были отосланы их матушкой сразу же после знакомства.
-И обе - вылитая мама, - прочувствованно изрёк мистер Потт.
-Ах, какой же вы гадкий! - взвизгнула Минерва, кокетливо хлопнув редактора газеты по руке веером. (Где вы видели Минерву без веера?)
-Ну почему же, о, миссис Лио Хантер, - сказал Потт. - Ведь вы же прекрасно знаете, что когда ваш портрет был выставлен в Королевской Академии, многие посетители терялись в догадках; вы ли это, или ваша младшая дочь?
-Даже если вы говорите правду, то зачем же повторять это при посторонних? - хихикнула Минерва, пожаловав дремлющему льву Итенсвиллской Газеты ещё один удар веером.
-Граф! Граф! - позвала вдруг она иностранца с умопомрачительными бакенбардами, проходившего мимо.
-О! Это ви меня желаль? - спросил граф, оборачиваясь.
-Я хочу представить друг другу двух умнейших людей нашего времени, - проговорила миссис Лио Хантер.- Мистер Пиквик! Я имею честь представить вас графу Сморлторку; (гость нашей страны, - быстро зашептала она, - весьма известен, собирает материалы для своих трудов об Англии), - тут она откашлялась. - Граф Сморлторк - мистер Пиквик!
Мистер Пиквик почтительно приветствовал знаменитую личность. Граф же достал блокнот.
-Как это ви сказаль, Мис Хант, - переспросил граф, любезно улыбаясь осчастливленной этим миссис Лио Хантер. - Пиг-Виг, или Бик-Вик? Как это ви позваль? О! да! это есть адвокат! Я видеть, - это есть ви, - Биг-Виг! - И знатный гость уже собрался занести мистера Пиквика в свой блокнот, как господина в длинной мантии, фамилия которого произошла от рода его занятий, но тут вмешалась миссис Лио Хантер.
-О нет, граф,- перебила его леди. - Пик-Вик!
-Ах! Ах! Теперь я уже понималь! - обрадовался граф. - Пик - это есть имя, когда крестить, а Викс - фамилия оного. Это есть хорошо весьма! Пик Викс! Как ви поживайте, Викс?
- Благодарю, весьма неплохо, - приветливо отвечал мистер Пиквик. - Давно ли вы в Англии?
-Много, очень много времён, - сообщил граф. - Из двух недель!
-Вы к нам надолго?
-Ещё собирайт один недель.
-Я полагаю, вам придётся много работать, чтобы собрать все материалы за столь короткое время, - улыбнулся мистер Пиквик.
-Как это сказайть?...я уже сей матерьяль собраль.
-О, неужели! - вырвалось у мистера Пиквика.
-Да! он уж здесь! - сказал граф, хлопнув себя по лбу. - Вот мой большой книг, полна замет; мюзик, картин, наук, поэзи, политИк; многий вещь!
-Понятие "политика", сэр, - заметил мистер Пиквик, - включает в себя различные дисциплины немалой важности.
-О! - сказал граф, снова вынимая свой блокнот. - Весьма хорош, изящный слов. Начать один глав. Вот! Сорок седьмой страниц, ПолитИк. Сей слов "политик" само себя удивляйт. - И замечание мистера Пиквика было занесено в блокнот со многими вариациями и дополнениями, вызванными богатым воображением графа и недостаточным знанием языка.
-О, граф! - обратилась к нему миссис Лио Хантер.
-Да, Мис Хант! - произнёс граф.
-Вот мистер Сноудграсс, поэт и друг мистера Пиквика.
-Stop! Не двигайт! - воскликнул граф, вновь открывая блокнот. - Так: глав: Поэзи, отдель: друг литератур, звать - Снодграс - поэт громад, друг Пик Викса, что есть друг Мис Хант, что написаль один стих о... как его звать? - Процветающий Подушк! - И граф, сделав запись, спрятал свой блокнот, и, поклонившись, удалился, будучи весьма довольным важными и ценными сведениями, которые ему удалось добыть.

-Чудесной души человек, - этот граф! - восхищался мистер Лио Хантер.
-А какой философ! - согласился с ним мистер Потт.
-Он гармонично в себе сочетает ясный ум и ментальную мощь, - добавил мистер Сноудграсс.
И все находящиеся рядом, услышав о похвальных качествах графа, глубокомысленно кивнули и дружно сказали: "О!"

Восхищение невиданными досель душевными качествами графа всё нарастало, нарастало, и могло бы расти до бесконечности, если бы внимание гостей не переключилось на четырёх певцов в народных костюмах. Они вышли, живописно расположились под молодой яблоней и надрывными голосами начали петь что-то своё. Само по себе это не было бы таким бедствием для человеческих ушей, если бы трое из певцов не пускали петуха, а четвёртый - не завывал, как осенний ветер. Это познавательное выступление снискало благодарные аплодисменты гостей, а затем перед ними появился некий худосочный юнец, показывающий чудеса ловкости. Он обвивался вокруг стула, сигал через его спинку, проползал под ним, падал на землю в обнимку со стулом, в общем, проделывал всё, кроме использования данного стула по прямому назначению. Потом он искусно обмотал ноги вокруг шеи, изображая галстук, и в заключение наглядно показал, как легко человек может придать себе сходство с раздувшейся жабой. Вслед за ним выступила миссис Потт и слабым голоском пропела что-то душещипательное, из вежливости названное романсом. Впрочем, это полностью соответствовало роли Аполлона, которого она изображала (ведь он, как известно, был композитором, а композиторы крайне редко могут хорошо исполнять свои песни, впрочем, как и чужие). Затем наступил звёздный час миссис Лио Хантер, которая с большим воодушевлением прочла Оду о Почивающей Лягушке, дважды исполнила её на бис, и собиралась читать снова и снова, если бы изрядно проголодавшиеся гости не попросили её поберечь себя, считая постыдным злоупотребление её добротой. И, не дожидаясь возобновления чтения, гости рванули в столовую, как только увидели, что двери открылись. Миссис Лио Хантер, руководствуясь какими-то своими соображениями, отправила гостям добрую сотню приглашений, тогда как завтрак был сервирован на 50 персон. Иными словами, хозяйка собиралась кормить им только самых выдающихся львов пера, а прочим мелким хищникам предоставлялась возможность самим позаботиться о пропитании.
-О, мистер Потт, где же вы? - воскликнула миссис Лио Хантер, сидя во главе стола, и окружив себя львами от литературы.
-Прошу вас, не беспокойтесь о нём, - попросила миссис Потт голосом, не терпящим возражений. - Право, не доставляйте себе лишних хлопот, миссис Хантер! Ведь тебе там и так хорошо, не правда ли, дорогой!
-Конечно, любимая! - отвечал несчастный Потт, пытаясь улыбаться. О, кнут, увы! Его хозяин, безжалостно бичевавший нравы и пороки общества, был бессилен перед повелевающей улыбкой миссис Потт.
 Миссис Лио Хантер наслаждалась своим триумфом. Граф Сморлторк внимательно изучал названия блюд, мистер Тапмэн угощал салатом из омаров сразу нескольких львиц пера с галантностью, редко встречающейся у разбойников. Мистер Сноудграсс только что ловко срезал юного хлыща, заведовавшего отделом литературной критики и тем самым весьма возрос в глазах девы, подвизающейся на ниве поэзии.; а мистер Пиквик не уставал излучать свойственное ему добродушие. Ничто, казалось, не нарушало гармонии, пока мистер Лио Хантер, стоящий в дверях, не объявил:
-Дорогая, прибыл мистер Чарльз Фиц-Маршалл!
-О, дорогой, воскликнула миссис Лио Хантер, - как же я волновалась, ожидая его прибытия! Прошу вас, дайте же пройти мистеру Фиц-Маршаллу! Дорогой, передай, чтобы он немедленно шёл ко мне; я его пожурю за опоздание!
-Иду, иду, мэдам, - донёсся голос, - уже бегу! Народ толпится, прямо не протолкнёшься, откуда же их столько? иду!

Мистер Пиквик взглянул на нового гостя - и уронил вилку на скатерть. Он тут же метнул взгляд на Тапмэна, (который тоже выронил вилку с ножом), и явно, был готов провалиться сквозь землю, не сходя с этого места.

-Я здесь! - донёсся голос нового гостя, прокладывающего дорогу среди двух дюжин турок, а так же среди толпящихся рыцарей, офицеров и Карлов Вторых. - Тут всё какие-то помехи: это и есть ваша новая Бейкеровская машинка для глаженья белья? пока к вам доберёшься, так отутюжат! вы решили опробовать её на мне, раз уж я пришёл? - ха-ха-ха-, недурная идея, надеюсь, меня тут не очень покалечат? было бы большой потерей для общества!
 И с этими словами молодой человек в форме морского офицера держал курс к накрытому столу. Пораженный увиденным, мистер Пиквик убедился в том, что это и есть Альфред Джингль собственной персоной.
 Едва коварный изменник приложился к ручке миссис Лио Хантер, как встретился с негодующим взглядом мистера Пиквика.
-Ах, pardon! - воскликнул Джингль,- чуть не забыл; надо отдать распоряжение слуге! сейчас вернусь, один момент!
-Но ваше распоряжение могут передать мистер Лио Хантер, или слуги, - удивлённо сказала хозяйка.
-Нет-нет, я сам, я скоро, - заторопился Джингль, - и с этими словами скрылся в толпе.
-Разрешите узнать, мэдам, - обратился мистер Пиквик к хозяйке, - кто этот молодой человек и где он остановился?
-О, мистер Пиквик, - это весьма состоятельный джентльмен, - отвечала миссис Лио Хантер, - я давно хотела вас познакомить. Ручаюсь, наш граф будет в восторге от него!
-Да-да, - сказал поспешно мистер Пиквик, - но где же он остановился?
-В Бэри, гостиница "Ангел".
-В Бэри!
-Да, в Бэри, Сент-Эдмунд, недалеко отсюда. Но, мистер Пиквик, вы не должны покидать нас, даже не думайте об этом!
 Но, не дослушав, мистер Пиквик уже скрылся в толпе гостей и выбежал в сад, где довольно быстро обнаружил мистера Тапмэна, также незаметно покинувшего общество.
-Бесполезно, - вздохнул мистер Тапмэн. - Он уже уехал.
-Я знаю, куда он поехал, - задыхаясь, сообщил мистер Пиквик, - и еду за ним!
-За ним! Где же он остановился? - спросил мистер Тапмэн.
-Гостиница "Ангел" в Бэри, - выдохнул мистер Пиквик. - Поражаюсь, как же мы не раскусили его раньше! Он - отъявленный мошенник, а мы с вами - благодушные простофили! Но, клянусь честью, я выведу его на чистую воду! Где мой слуга?!
-Да перед вами, сэр, - внезапно появился Сэм, вынужденный прервать дегустацию мадеры, прихваченной им с обеденного стола. - Ваш слуга, сэр, и горжусь этим званием, как сказал Живой Скелет собравшимся на него поглазеть.
-Едем немедленно! -скомандовал мистер Пиквик. - Тапмэн, я напишу вам, где мы остановимся в Бэри. До встречи, прощайте!

 Бесполезно было протестовать, если мистер Пиквик вдруг на что-то решался. Мистер Тапмэн вернулся в общество и уже через час напрочь забыл о Джингле-Фиц-Маршалле, переключившись на кадриль и шампанское. В то же самое время мистер Пиквик и Сэм, разместившиеся на верхней площадке экипажа, уже мчались к Бэри, старому славному городу, и расстояние до него с каждой минутой сокращалось.