Демид Толкачев

Эхо апокалипсиса. Глава 11. Надежда
– Он мёртв? – скрипя зубами от боли, спросил Томас.
– На этот раз да, – глядя на бездыханное тело Сэмюэля и всё ещё крепко сжимая в руках пистолет, ответила Рейчел.
– Ты нас вновь спасла, – выдохнул Томас.
– А ты спас меня, – с благодарностью в голосе сказал Майкл, осматривая раненую руку друга. – Нужно обработать рану.
– Всё плохо, да? – жалобно спросил Томас.
– Нет, царапина, просто глубокая, – успокоил его Майкл. – Сейчас промоем, а потом наложу бактерицидный пластырь. Ты поправишься!
Пока Майкл занимался обработкой раны Томаса, Рейчел обошла вокруг дома с пистолетом наготове, выискивая последователей Сэмюэля, а потом проверила и сам дом. Никого из дружков спятившего священника поблизости не оказалось – похоже, он действительно пришёл один.
– Переночуем в подвале – так безопаснее, – решил Майкл.
– И к еде поближе, – Томас попытался улыбнуться. Его одежда была вся в пятнах крови, но с помощью бактерицидного пластыря и наложенной поверх него повязки кровотечение удалось остановить.
– Ага, нужно нормально поесть – особенно тебе, – заметил Майкл. – Тебе надо сил набираться, чтобы рана быстрей зажила. А ещё – одежда новая не помешает. Пойду, поищу – может, тут найдётся что-нибудь твоего размера.
В доме действительно нашлось некоторое количество подростковых вещей. Неверное, не так давно здесь жили и сами подростки. Где они теперь? Выросли, уехали или убиты? Возможно, всё это сразу.
Майкл помог Томасу переодеться, а Рейчел занялась ужином. В доме имелся дизельный генератор и большой запас топлива, так что можно было включить свет, даже не смотря на то, что централизованное электроснабжение здесь отключили. Однако делать этого не стали, чтобы не привлекать лишнее внимание неопределённого круга лиц, которые могли оказаться поблизости. Вместо это воспользовались фонариками, благо что в доме нашлись и запасные батарейки.
На ужин пошли имеющиеся в подвале консервы. Рейчел не стала их жалеть, и ребята впервые за долгое время наелись досыта.
– Да, давно мы нормально не ели, – когда ужин подходил к концу, заметил Томас.
– И не говори, – отозвался Майкл. – Ты как?
– Немного получше, – ответил Томас. – Болит, конечно, а так – ничего… Кто-нибудь из вас предполагал, что этот псих выжил и пойдёт за нами попятам?
– Нет, – одновременно откликнулись Майкл и Рейчел.
– Вот и я нет, – сказал Томас. – Забавно… а ведь он верил в то, что говорил.
– Что с психа взять? – Майкл пожал плечами.
– А военные тоже про жертвоприношение говорили… – задумчиво проговорил Томас.
– Это потому, что они тоже спятили, – уверенно изрёк Майкл. – Глупость людская безгранична. Ацтеки и майя от регулярных жертвоприношений пришли в упадок, а потом и вовсе исчезли. А на островах Пасхи местные идиоты все леса вырубили, чтобы бессмысленные статуи сделать для каких-то несуществующих богов. Леса в Сахаре, наверное, тоже так исчезли – чтобы великие пирамиды построить. Теперь там пустыня, зато пирамиды стоят, величественные, но бессмысленные. Короче, это всё от глупости.
– Да, наверно, ты прав, – после короткой паузы согласился Томас. – Кстати, ты всё ещё думаешь, что Землю взяли в осаду пришельцы?
– Не знаю, – Майкл задумался. – По крайней мере, это мне кажется более логичным, чем гнев каких-то древних богов.
– А эти пришельцы – как они выглядели в твоём сне? – поинтересовалась Рейчел.
– Я их во сне не видел, – ответил Майкл. – Мне просто сказали, что они взяли в осаду планету…
– Кто сказал? – осведомился Томас.
– Какие-то гуманоиды.
– То есть те самые пришельцы?
– Нет, не они. Этих гуманоидов как раз и взяли в осаду.
– А причём тут тогда Земля?
– Я просто подумал, что мне дали подсказку… Такой жирный намёк на то, что у нас происходит. Понимаете?
– Кто дал? – не понял Томас.
– Не знаю… – Майкл медлил с ответом. – Может, моё подсознание, а может, кто-то или что-то ещё… Знаете… я тогда не сказал, но после того сна у меня было ощущение дежавю… Будто я когда-то знал про этих инопланетян, берущих в осаду планеты, но забыл… С вами такого не случалось?
– Нет, вроде, – ответил Томас.
– Не уверена, – сказала Рейчел.
– Я, на самом деле, тоже не уверен, что увиденное мною во сне имело смысл, – признался Майкл. – Знаете, даже если предположить, что во сне тебе действительно кто-то что-то говорит – кто-то такой, кто может знать намного больше тебя самого – это ещё не значит, что тебе говорят правду. Возможно, какие-то высшие силы над тобой прикалываются… или же твоё собственное подсознание играет с тобой злую шутку. Поэтому я не знаю, есть ли там злобные пришельцы, или же дело совсем в другом.
– Ты совсем не изменился, – усмехнулся Томас. – По-прежнему ни в чём не уверен.
– Ну да, я знаю, что ничего не знаю, – Майкл улыбнулся. – Ну а кто знает больше?
– Что-то всё равно приходится принимать за истину, – заметила Рейчел.
– Что ж, давайте примем за истину, что нам удастся пережить этот кошмар, – предложил Майкл.
– Поддерживаю, – Томас поднял стакан с водой здоровой рукой, точно присоединялся к произнесённому тосту.
– Я тоже, – Рейчел последовала его примеру. Майкл тоже поднял свой стакан, и они чокнулись.
Заночевали ребята в подвале, притащив матрасы и одеяла из спальни. Ночь прошла тихо. Следующее утро выдалось морозным. Майкл немного замёрз, даже несмотря на то, что спал в одежде. Пришлось всё же включить дизельный генератор, чтобы прогреть подвал, а также сделать горячий чай. Майкл поменял пластырь на руке у Томаса. Рана больше не кровоточила, но потемнела и выглядела воспалённой.
После завтрака и чаепития Майкл вместе с Рейчел пошли хоронить священника. Томас тоже помогал, наблюдая за окрестностями с пистолетом наготове. Сэмюэль нашёл последний приют рядом с братской могилой.
– Пришёл бы он пораньше – не пришлось бы новую яму копать, – посетовал Майкл.
– Лучше бы он вообще не приходил, – откликнулась Рейчел.
– Это точно, – согласился Томас, поёжившись. – И как он всё-таки нас выследил?
– Навыки охотника, должно быть, помогли, плюс везенье, – предположил Майкл.
– Священник, охотник, шериф, мэр и псих… – проговорил Томас.
– Идеально бы подошло для надписи на его надгробии, – прокомментировал Майкл. – Только он без надгробия обойдётся.
Томас понаблюдал немного, как его друзья засыпают тело Сэмюэля землёй, и сказал:
– Я тут подумал… По-моему, имеет смысл спрятать часть припасов где-нибудь неподалёку. Закопать их, то есть.
– Зачем? – не понял Майкл.
– Если на дом опять нападут бандиты, мы не сможем отступить, не лишившись всех припасов, кроме того, что в рюкзаках. А так у нас будет больше возможностей для манёвров.
– По-моему, хорошая мысль, – немного подумав, сказала Рейчел.
– Да, точно, – согласился Майкл. – Том, ты гений! Я об этом вообще не подумал!
Создание схрона решили оставить на завтра. Конечно, понадобиться он мог уже сегодня, но в сложившихся обстоятельствах просто невозможно было вовремя подготовиться ко всем опасностям. В дом в любой момент могли нагрянуть незваные гости вроде тех, что сейчас покоились в саду. Чтобы не оказаться застигнутыми врасплох, ребята старались не шуметь. Автоматические винтовки носили с собой и оставляли поблизости, когда делали что-нибудь. С пистолетами же вообще не расставались.
Рейчел и Майкл критически осмотрели гараж на предмет необходимых запчастей и инструментов, с помощью которых можно было бы починить автомобиль бандитов. Запчастей определённо было меньше, чем нужно, а вот инструментов вполне хватало. Потом Майкл с Томасом играли в шахматы, что нашлись в доме, а Рейчел читала какую-то книгу. Затем все вместе сыграли в пару карточных игр колодой, что также была обнаружена в гостиной. Играли исключительно на интерес, Томасу везло. Вне зависимости от занятий, бдительности ребята не теряли.
Майкл ещё пару раз поменял пластырь на раненой руке друга. Рана не очень-то спешила заживать. Рейчел внимательно осмотрела её, но сказать ничего более полезного, чем «Она мне не нравится», не смогла. Томас же сказал, что боль уменьшилась, но теперь рана нарывает. Майкл с Рейчел на пару перебрали как собственные аптечки, так и поискали лекарства в доме, и нашли противовоспалительный препарат, раствором которого стали поить Томаса. У Майкла мелькнула мысль, что тут не помешали бы антибиотики, но, во-первых, ему самому ни разу их не давали для лечения ранок, даже когда он основательно содрал кожу на коленке об бордюр, и, во-вторых, антибиотиков ни в походных аптечках, ни в доме просто не было. «Бактерицидных пластырей должно хватить, – подумал он. – Они же бактерицидные, значит, делают то же, что и антибиотики. К тому же, антибиотики вредны для здоровья, мама всегда так говорила».
В целом, день прошёл спокойно. Ночь снова выдалась холодной. Томас с утра кашлял, и Майкл решил, что его друг простыл. Запасы чая в подвале были неплохие, и они опять пошли в ход. Майкл набрал свежей воды в ручье, Рейчел включила дизельный генератор, и ароматный горячий чай придал всем сил, а Томас ещё и перестал кашлять.
В доме был запас целлофановых пакетов, и они пригодились для обустройства схрона – в них сложили часть припасов. Майкл и Рейчел вновь взялись за лопаты. Тайник решили выкопать подальше от дома и от могил. Томас помогал, в основном, тем, что следил за окрестностями.
Майкл догадался соорудить тайнику крышку из досок, что были найдены в гараже. Поверх крышки был уложен достаточно толстый слой земли, снятый вместе с дёрном, чтобы схрон было сложно обнаружить. Достигнутым результатом ребята остались довольны: месторасположение тайника практически никак не выделялось.
Покончив с припрятыванием части еды, все вернулись в дом. Томас сказал, что как-то неважно себя чувствует. Пощупав его лоб, Майкл заключил, что у парня высокая температура и «прописал» ему Тайленол. Эффект стал заметен уже через полчаса: Томас заявил, что ему лучше, да и жар заметно спал. «Видимо, Том простыл, – думал Майкл. – Нужно заставлять его больше пить, особенно чая, а то он так долго будет поправляться».
Оставшуюся часть дня ребята провели в подвале дома, занимаясь, в основном, отдыхом. Вечером Майкл опять поменял Томасу бактерицидный пластырь. Рана, вроде как, ещё больше потемнела, а на руке в разных местах стали заметны какие-то красные пятнышки.
– Не болит почти, – заявил Томас и улыбнулся. – Мне стало лучше, честно.
– Раз так, то хорошо, – сказал Майкл, почувствовав облегчение. Рейчел, однако, выглядела хмуро.
– Выпей ещё противовоспалительного, – немного подумав, скомандовала она.
– По-моему, ни к чему, – отозвался Томас.
– Выпей, – Рейчел стояла на своём.
– Ну, ладно, – Томас пожал плечами и выполнил указание.
– Так лучше, – Рейчел произнесла это таким мрачным тоном, точно была совершенно не уверена в собственных словах.
– Знаете, я тут думал над происходящим, над действиями армии и производством искусственной еды, – немного помолчав, заговорил Томас. – Говорили ведь, что искусственную еду стало получать сложнее – медленнее… Но ведь можно было бы открыть кучу заводов по её производству, принудить всех перестать быть всякими там менеджерами и работать на этих заводах… Помните фильм «Интерстеллар»? Там все стали фермерами, хотя это было и ни к чему, ведь площадь пригодной земли ограничена. А тут ведь не землю пахать, так? Открыли бы кучу заводов и перерабатывали бы на них бензин потихоньку… Конечно, там всякие логистические проблемы были бы и всё такое, но ведь можно было их решить! Ведь так? И я вот думал об этом, думал, и пришёл к выводу, что всё это можно было организовать. И тогда не потребовалось бы сокращать население. Но власти с армией просто не захотели этим заниматься. Им показалось, что проще перестрелять всех. И все эти смерти, их можно было избежать… Все умерли напрасно…
Майкл не знал, что ответить. Его друг будто собрал его мечущиеся мысли в кучу и сформулировал их.
– Люди всегда умирают напрасно, – произнесла Рейчел.
– Ну, некоторые умирают, как герои, за правое дело, – тут Майклу нашлось, что сказать.
– Некоторые живут как герои и борются за право дело, но умираю всегда напрасно, – возразила Рейчел. – Все геройские поступки всегда совершаются живыми людьми, а никак не мёртвыми.
– Ну, если рассматривать с этой точки зрения… Хотя, мученическая смерть как таковая может вдохновить других на борьбу…
Рейчел пожала плечами и не стала спорить. Майкл же взглянул на Томаса и сказал:
– Боюсь, что ты прав.
– Вот и я этого боюсь, – тихо промолвил он. – Большинству людей друг на друга плевать, и это ужасно…
Все молчали какое-то время.
– Мне вчера приснился очень яркий сон, – вновь заговорил Томас. – Там были моя мама и брат. И ещё несколько человек, не помню точно… Они стояли здесь, в саду, за могилами. Мама сказала, что неподалёку есть убежище, которое организовали военные и полицейские, не желающие мириться с геноцидом собственного народа. И что там нам будут рады. И мы все можем туда пойти… Я обрадовался и пошёл за ними…
– А мы во сне были? – поинтересовалась Рейчел.
– Не помню. Как думаете, такой сон значит что-нибудь?
– Возможно, – ответил Майкл. – Может быть, мы и в правду скоро встретим твоих маму и брата. Ведь они вполне могли выжить. И могли направиться в том же направлении, что и мы.
– Да, могли, – задумчиво протянул Томас.
– А среди военных и полицейских действительно могли найтись нормальные люди, – продолжил рассуждать Майкл. – Наверняка нашлись. Думаю, часть повстанцев – это как раз такие солдаты и копы. Так что, очень может быть, всё вскоре изменится к лучшему. Мы все окажемся в сравнительной безопасности, ты встретишься с родными… Знаешь, Том, я тоже буду им рад, даже твоему брату, хотя он придурок ещё тот!
– Ага, я тоже хочу повстречать этого засранца и сказать ему всё, что я о нём думаю! – Томас улыбнулся.
– Будем надеяться, что скоро у тебя выпадет такой шанс! – Майкл ободряюще похлопал Томаса по плечу.
Вскоре ребята пожелали друг другу спокойной ночи и улеглись спать. Майклу впервые за последние дни опять приснился реалистичный сон. В этот раз, однако, не было никаких гуманоидов. Он с Томасом шли по лесу. Они оба были года на три младше, чем сейчас, а на дворе стояло лето. Томас споткнулся об какую-то ветку и сильно поцарапал ногу.
– Вот блин, мама меня убьёт! – пожаловался он.
– Ничего страшного, у меня с собой аптечка! – заявил Майкл и достал из своего рюкзачка бактерицидный пластырь. – Вот, надо наклеить это на ранку – и никаких проблем!
Майкл помог другу заклеить царапину пластырем.
– Ну вот, твоя мама даже не заметит, что ты ногу поранил! – с гордостью изрёк Майкл.
– Думаешь?
– Точно!
– Спасибо!
– Всегда пожалуйста!
Майкл проснулся с теплотой на душе. Из расположенного под потолком окна лился мягкий солнечный свет. В подвале было и близко не так холодно, как прошлым утром.
– Проснулись? – оглядев подвал заспанными глазами и заметив, что Рейчел сидит рядом с всё ещё лежащим Томасом, спросил Майкл. – С добрым утром! Потеплело, похоже. День обещает быть хорошим!
Проморгавшись, Майкл принялся любоваться льющимся из окна светом. Он всегда любил вот такой утренний свет солнца. Такой свет почему-то вселял в него надежу на лучшее, успокаивал и наполнял сердце радостью. Но тут у Майкла мелькнула мысль, что ему никто не ответил. Повернувшись, он увидел, что Рейчел неотрывно смотрит Томасу в лицо, а тот неподвижно лежит с закрытыми глазами.
– Рейчел? – позвал Майкл. – Рейчел, что ты де…
Рейчел подняла на него глаза, и от их выражения Майкла точно обдало кипятком. Он громко позвал:
– Том!
Томас не шелохнулся. Майкл подскочил к нему и схватил его за здоровую руку. Рука была холодная, как лёд.
– Том!!! – закричал Майкл, пытаясь нащупать у него пульс. Безуспешно. – Том!!! – Майкл принялся трясти его.
– Майк, – негромко произнесла Рейчел.
– Нет!!! – заорал он в ответ. – Нет, он не мог!!! Том!!! Очнись!!! Давай, ну давай же!!! ОЧНИСЬ!!!
– Майк! – чуть громче позвала Рейчел.
– ТОМ!!! – орал Майкл, пытаясь делать своему другу что-то вроде непрямого массажа сердца. – ОЧНИСЬ, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ!!!
– Майк!! – крикнула Рейчел.
Майкл посмотрел в её полные слёз глаза. Перевёл взгляд на мёртвенно-бледное и совершенно неподвижное лицо Томаса. Рывком встал и молча выбежал из подвала, из дома, к ручью. Оказавшись у воды, он со злостью пнул её и испустил истошный, яростный вопль. Ему никто не ответил. Окружающий мир умирал, и то, что произошло этой ночь, было лишь каплей в потоке неотвратимого рока…
Сев на землю подле ручья, Майкл смотрел на воду остекленелым взглядом. «Как же так? – вертелось в его голове. – Я же всё делал правильно… Ведь так? Промыл рану, периодически менял бактерицидные пластыри… И лекарство против воспаления мы ему дали, и против высокой температуры, и чаем поили, чтобы он не разболелся… Почему он умер? Это же была какая-то царапина! Может, глубже, чем я сам недавно получал, но… но всё равно царапина! Почему?! От жалкой простуды не умирают!.. Заражение крови?.. Заражение крови. Нужны были антибиотики. Но как, если и промывание раны, и пластыри, да и бактерии теперь хуже размножаются, разве нет?! Как? Как так вышло?! Это какой-то бред, дурной сон! Мне просто надо проснуться! Я ведь не мог допустить, чтобы Том умер из-за такого пустяка! Конечно, не мог. Значит, это всё просто сон. Реалистичный сон. Давай, просыпайся уже!».
Он не знал, сколько просидел вот так, пытаясь проснуться ото сна, который был реальностью. В конце концов, он встал и медленно побрёл обратно к дому. Он даже не задумался над тем, что не захватил с собой никакого оружия, и если на него нападут – это конец. Сейчас ему было всё равно.
Подходя к дому, он увидел Рейчел в саду. Девочка остервенело копала могилу. Подняла на него глаза, молча посмотрела немного и вернулась к своему занятию. Майкл тоже не произнёс ни слова и спустился в подвал. Томас по-прежнему лежал на своём матрасе, по-прежнему мёртвенно-бледный и неподвижный. Майкл неторопливо осмотрел рану на его холодной руке. Рана была чёрного цвета, кожа на руке покрыта багровыми пятнами.
«Что ж ты так, а? – сев прямо на пол, подумал Майкл, глядя Томасу в лицо. – Тебе же стало лучше… Меня спас, а сам?.. Люди всегда умирают напрасно… Говори это кому-нибудь другому! Том умер, спасая меня… а я… я не смог его спасти…».
Через какое-то время в подвал спустилась Рейчел, тяжело дыша. Она встала рядом с Майклом, постояла немного и осторожно положила руку ему на плечо. Он никак не отреагировал. Неизвестно, сколько ещё прошло времени, когда он словно очнулся ото сна и взглянул на Рейчел. Они поняли друг друга без слов и вместе вынесли тело Томаса из дома. Могила была уже готова – шире и глубже, чем та, которую они выкопали для священника. Опустив Томаса в неё, Майкл отправился на поиски подходящего камня и вскоре вернулся с ним, кряхтя от его тяжести. Водрузив камень у изголовья могилы, он встал рядом с Рейчел, которая молча ждала его, не сходя с места.
Майкл подумал, что сейчас нужно произнести несколько слов. Он помнил речь на похоронах своей бабушки, а также несколько таких речей из фильмов, но сейчас почему-то слова никак не хотели срываться с языка. «Родители, Кристофер, Джейкоб и Оливия умерли без всяких речей, их никто даже не похоронил, – пронеслась в его голосе мысль. – И всё же… и всё же…».
– Тут… хорошая погода… – выдавил из себя Майкл. – Тепло… и солнце… потеплело… тебе бы понравилось… – к горлу подступил ком, и Майкл сказал совсем не то, что планировал: – Что ж, отмучился… Ничего, наш черёд не за горами.
Он принялся засыпать могилу землей, стараясь не думать ни о чём, чтобы не расплакаться. Рейчел ничего не добавила и принялась ему помогать. И всё же, одна мысль постоянно крутилась в его голове: «Надежда… Нужно убить надежду».