Демид Толкачев

Эхо апокалипсиса. Глава 14. По ту сторону
– Бой!!! – радостно орала толпа.
– Да состоится Поединок чести! – торжественно возвестил мужчина с трибуны. – Участники, выходите на арену и становитесь друг напротив друга!
Дерек достал откуда-то кинжал и, поигрывая им, спустился на поле. Один из панков вручил Майклу его собственный охотничий нож – видимо, до этого нож решили конфисковать как часть «небольшого налога».
«У него даже кинжал больше, – подумалось Майклу, когда он спускался на поле вслед за своим противником. – Всё предрешено. Хотя… Есть три типа игр: все игроки выигрывают, выигрывает кто-то один, проигрывают все. Раз я не могу победить, попробую сыграть с ним в последний».
Дерек отошёл шагов на двадцать и встал к Майклу лицом, предвкушающе скалясь и проделывая с кинжалом захватывающие дух выкрутасы. Народ на трибунах подбадривал его и бесновался. Похоже, только один человек на них сохранял молчание: Рейчел.
– Да начнётся ПОЕДИНОК!!! – выждав непродолжительное время для пущего эффекта, громогласно объявил мужчина с трибуны.
Дерек, не торопясь, направился к Майклу, продолжая играться с кинжалом. Толпа орала и что-то скандировала. «Пойми его, – мысленно говорил Майкл сам себе, оставаясь на месте и пристально следя за противником. – Представь, что ты – это он. Ты перекаченный самовлюблённый дегенерат, но отнюдь не идиот. Что ты сделаешь?.. Настройся на его волну, почувствуй ритм его движений… Есть только одна попытка, один удар».
Дерек приближался – уверенно, самодовольно, улыбаясь. Майкл поудобней перехватил нож и неподвижно застыл. Он не чувствовал страха, надежды, никого ни о чём не молил. Его тело, сознание, все его мысли сейчас служили только одной цели. Весь остальной мир точно перестал для него существовать. Были лишь он и его враг.
– Дерек! Дерек! Дерек! – скандировала одна часть толпы.
– На куски! На куски! На куски! – кричала другая часть.
– Мясо! Мясо! Мясо! – ревела третья часть.
– Последнее слово? – остановившись шагах в четырёх от Майкла, поинтересовался Дерек, вертя кинжал в руках.
Майкл промолчал.
– Ладно, – немного подождав, Дерек пожал плечами, резко прекратил играться с кинжалом и пошёл прямо на парня. Он уже занёс руку для удара, но в последний момент стремительно и неожиданно метнулся в сторону. Неожиданно для наблюдающих за поединком, но не для самого Дерека. И не для Майкла, который почти так же стремительно выбросил руку с ножом в сторону. Дерек, пригнувшись и замерев, удивлённо смотрел на него и пытался вдохнуть ртом воздух, но это никак не получалось. Он выпустил свой кинжал и схватился за руку парня, что вогнала нож в его горло по самую рукоятку. Похоже, Дерек и сам не понимал, что хочет сделать. Майкл с силой вырвал нож из горла, почти не встретив сопротивления. Дерек попытался зажать рану, но кровь всё равно хлестала из неё во все стороны. Прохрипев что-то невнятное, он повалился на плешивый газон и вскоре затих. На стадионе воцарилась потрясённая тишина.
Майкл только сейчас почувствовал острую боль. Опустив глаза, он увидел, что из его бока торчит рукоятка кинжала. Голова тут же закружилась, а к горлу подступила тошнота, но он неимоверным усилием воли заставил себя остаться на ногах.
– Итак, у нас есть победитель! – разорвал тишину мужчина на трибуне. – Назови своё имя, парень!
– Майкл! – каждая буква отдалась всё усиливающейся болью в боку.
– Поздравим Майкла с победой на ПОЕДИНКЕ ЧЕСТИ!!!
Толпа взвыла и разразилась приветственными воплями.
– Отдайте Майклу его выигрыш! – распорядился мужчина с трибуны.
«У меня есть ещё одно дело, – думал Майкл, тратя все свои силы на то, чтобы оставаться на ногах. – Пока кинжал внутри, кровотечение слабое. Сердце не задето, а значит, нет ни одной причины, почему я не могу прожить ещё десять минут. Дерек хотел поиграть со мной и специально не нанёс смертельного удара. Вот и не буду умирать раньше времени. Если я упаду, они убьют Рейчел…».
Кто-то из панков побежал на парковку. Между тем, с Рейчел сняли наручники, и она выбежала на поле. По её лицу сложно было понять, что она сейчас чувствует. На лице просто не хватает мышц, чтобы отразить одновременно благодарность, ужас, вину, радость, боль и отчаяние.
– Возьми рюкзаки и оружие, – тихо сказал ей Майкл.
– Майк! – сдавленно пискнула она. Казалось, ей хочется подойти ближе, но она не может решиться.
– Делай, что говорю.
Она закивала в знак согласия и побежала за вещами. Тем временем, на стадион въехал панк на мотоцикле, затормозил неподалёку от Майкла и кинул ему ключи. Майкл ни разу в жизни не управлял мотоциклом, однако знал, как это делается. Теоретически. Долго не рассуждая, он направился к байку. Каждый шаг отдавался резкой болью в боку, от которой хотелось кричать, но Майкл не издал ни звука. Дойдя, он облокотился о сиденье. Между тем, Рейчел уже подбегала с двумя полегчавшими рюкзаками, автоматической винтовкой и парой пистолетов за поясом – одну винтовку удержали в качестве части налога. Толпа немного поутихла и наблюдала за ребятами.
«Они ждут, когда я упаду, – подумал Майкл. – Чтобы забрать всё. Но они не дождутся».
– Помоги мне залезть.
Рейчел помогла ему забраться на мотоцикл, а сама села сзади. Майкл чуть не потерял сознание от боли. «Не сейчас, не сейчас, не сейчас, – повторял он себе. – Ещё немного. Сейчас ты поедешь и уберёшься из этого города». В памяти чётко всплыл порядок управления мотоциклом, про который он когда-то читал. Не торопясь, он уверенно завёл байк, убрал подножку и, добавив газу, тронулся с места, почти сразу разогнавшись километров до двадцати в час. На этой черепашьей скорости он и выехал из стадиона, проехал парковку и плавно свернул на дорогу. «Надолго меня не хватит», – сама собой мелькнула мысль. Майкл начал разгонять мотоцикл и вскоре гнал в шесть раз быстрее.
– Майк! – крикнула Рейчел за его спиной.
«Нужно быстрее убраться отсюда», – думал Майкл, полностью сосредоточившись на дороге и умудряясь объезжать все препятствия, не сбавляя скорости. Он вдруг почувствовал себя и мотоцикл единым целым – как тогда, во сне, с самолётом – и прибавил ещё километров тридцать в час. «Не факт, что Рейчел справится с управлением. Нужно сделать так, чтобы она смогла уйти от этих психов пешком».
Майкл вёл мотоцикл на пределе своих возможностей до тех пор, пока не выехал на трассу и не увидел вдоль неё деревья вместо построек. Цель был достигнута, и тело принялось стремительно слабеть. Майкл начал сбавлять скорость и почти остановился, когда всё поплыло перед глазами.
– Майк!!! – истошно закричала Рейчел, и это было последнее, что он услышал перед тем, как провалиться во тьму…
Что-то происходило. Это был не конец. Никак не получалось сосредоточиться и осмыслить всё. С его телом что-то делали. Кажется, он куда-то ехал, потом его волокли. Боль почти не ощущалась. Перед глазами стояла чернота, звуки слились в один невнятный шум. Иногда из него будто долетали отдельные слова: «Держись… сейчас… потерпи немного… только не умирай… не умирай, пожалуйста… я сейчас…». Или это ему только кажется? Как там Рейчел? Ей удалось уйти? Наверное, она пытается его спасти. Но тут всё куда хуже, чем было у неё. Если задеты внутренние органы – шансов практически нет… «Я умираю, – почти придя в себя, подумал Майкл. – Занятно. Совсем не страшно. Только грустно немного. Я ведь больше её не увижу».
– Сейчас я его выну, – где-то совсем рядом прозвучал голос Рейчел. – Я всё подготовила, я справлюсь. Ты только не умирай, хорошо?
Майкл хотел ответить, но рот его не слушался. Хотел взглянуть на Рейчел в последний раз, но веки тоже не желали подниматься. Внезапно бок пронзила острая боль, а потом её точно отключили. Резкий толчок в спину и молниеносный полёт куда-то…
Безмятежность. И тишина. Они длились какое-то мгновение. В следующее на него волной накатила информация. Какие-то образы и звуки схлестнулись, точно в смертельной схватке. От них он словно сходил с ума. Его сознание расщепилось на две враждующие части. Кто он такой? Что происходит? Где он? Когда он?.. Тут что-то знакомое позвало его, и борьба завершилась победой одной из сторон. Он Майкл. Ему так и не исполнилось пятнадцать. И его зарезали.
Ещё один молниеносный полёт – и вот он на месте. Пустырь у дороги, за ним лес. Всё хорошо видно, но не так, как раньше. И деревья, и земля будто бы светятся собственным светом. И вблизи, и вдалеке всё очень чёткое, но цвета какие-то странные. Теней нет, точно свет повсюду. И не нужно моргать… Майкл посмотрел вниз и не увидел ничего, кроме земли. От этого стало страшно, и сразу же появились его ноги и всё остальное тело. Точно такое же, как раньше, только он знал, что это фальшивка. Он видел его лишь потому, что ему так хотелось.
– Привет, Майк, – поступила информация откуда-то сбоку. Он не услышал никаких звуков – это была именно информация, точно к нему, как к компьютерному серверу, осуществили запрос. Повернувшись, он увидел… лишь какое-то мгновение, но это была невероятно сложная геометрическая фигура… а потом фигура стала Томасом – таким, каким он его запомнил.
– Том? – спросил Майк – точно так же, без слов.
– Да, это я, – ответил Томас. Его губы шевелились, но лишь потому, что Майкл привык видеть шевелящиеся губы, когда собеседник что-то говорит.
– Это и вправду ты?!
– Я, – и Майкл каким-то образом чувствовал, что это правда.
– Чёрт возьми, рад тебя видеть! Ты как пожива… – Майкл осёкся. – А, ну да, извини.
– Ничего. Ты ведь тоже умер, да? Как тебя убили?
– Один каннибал зарезал на Поединке чести, – ответил Майкл.
– О, а что за Поединок чести?
– У них так называется бой на ножах за имущество противника. Пытался спасти Рейчел. И получилось, наверное. Зарезал там одного, что хотел её на пропитание пустить. Но он в меня свой кинжал тоже успел всадить.
– Сочувствую.
– Ну а ты-то чего погиб, а? У тебя ведь рана пустяковая была!
– Видимо, развился сепсис, – предположил Томас. – Я умер во сне, перед рассветом. Зря ты так убивался – я тебя не винил.
– Наблюдал за нами?
– Какое-то время. А потом пытался найти выход.
– Выход?
– Да, путь дальше. Но, похоже, он перекрыт.
– Хм, дальше?.. А куда?
– Не знаю точно. Я в какой-то момент почувствовал, что мне пора, но дороги нет. А ты это ещё не чувствовал?
– Нет пока, – Майкл задумался. – Говоришь, путь перекрыт? Как ты это понял? Может, ты просто не сумел его отыскать?
– Если так, то сейчас таких блуждающих полно. По-моему, никто его не отыскал с тех пор, как началось это массовое бесплодие.
– Значит, ты много с кем уже встречался из умерших?
– Конечно. Ты разве не…
– Подожди, – прервал его Майкл, внезапно ощутив предчувствие осознания. – У тебя есть предположение насчёт того, что именно перекрывает путь?
– Взгляни на небо, – вместо ответа попросил Томас.
Майкл взглянул – и вместо привычного небосвода увидел тьму. Самая тёмная ночь в самой глубокой пещере выглядела серой по сравнению с этой тьмой – просто потому, что глаза всегда добавляют картинке какой-то цвет. Но сейчас, похоже, Майкл смотрел не глазами.
– Почему оно так выглядит? – спросил он, чувствуя, что от этого зрелища ему становится не по себе.
– А теперь посмотри туда, за деревья, – указал Томас.
Майкл посмотрел, но ничего необычного не заметил.
– Дальше, ещё дальше.
И Майкл взглянул дальше, приближая картинку, словно фотоаппарат с мощным увеличителем. Деревья, деревья, опять деревья, забор, здание…
– Там тоже тьма, – сказал Майкл. – Стена из тьмы.
– Ближе не подойти, – в мыслях Томаса чувствовалась грусть. – Поэтому я и пригласил тебя сюда – чтобы показать это. Там что-то есть. Что-то, что перекрывает дорогу.
– Что это?
– Не знаю.
– Возможно, это и есть причина всех бед, так?
– Может быть.
– Блин, об этом надо как-то сообщить живым! – воскликнул Майкл. – Как это сделать?!
– Никак. Они нас не слышат.
– Ты уверен?
– Да.
– Чёрт! Если бы я сейчас был жив!..
– Кстати, – Томас задумался. – Ты ещё не говорил ни с кем из мёртвых, кроме меня?
– Да, только с тобой.
– А ты можешь их найти? Своих родителей?
– А как?
– Просто подумай об этом – и найди.
Майкл подумал – но ничего не происходило.
– Не получается, вроде. Наверное, я что-то не так делаю. У тебя сразу получилось?
– Да. И это означает, что ты ещё не умер. Ты можешь вернуться.
– Серьёзно?!
– Серьёзно.
– Подожди, – сказал Майкл самому себе, вдруг почувствовав, что его и вправду начинает тянуть куда-то назад. – Как мне снова найти это место?! Назови адрес!
– Прости, Майк, я не подумал посмотреть какие-нибудь такие ориентиры раньше… – в мыслях Томаса чувствовались растерянность и вина.
Майкл хотел метнуться в сторону в поисках ближайшего указателя, но что-то сдерживало его и тянуло всё сильнее. И тут Томаса словно осенило.
– Не верь своему чутью! – крикнул он. – Не верь своему чутью, и ты придёшь сюда!
Майкл полетел куда-то назад, почувствовал удар, и мысли рассыпались на тысячи обломков. Перед глазами мелькали какие-то неясные образы. Кажется, рядом кто-то плакал. Потом звуки отдалились и стихли совсем. Образы кружились в сумасшедшем танце. Наконец, один из них стал чётче, ярче, и Майкл будто бы провалился в него. Какая-то незнакомая комната. Ночь. Темно, но Майкл поймал себя на мысли, что всё прекрасно видит, и моргать тоже ни к чему. Он всё-таки умер? Или что это? Тут он заметил сидящую на кроватке маленькую девочку. Девочка во все глаза глядела на него. И Майкл понял, что знает её. Это же…
– Ты ведь обещал вернуться! – воскликнула она. Детским голоском, но взрослыми интонациями. По её щекам покатились слёзы. – Ты же обещал!
Майкл не нашёлся, что ответить. Комнату словно сдуло ветром, и образы вновь замельтешили перед глазами. У Майкла возникло чувство, что он быстро перематывает старенькую кассету с фильмом на начало. В какой-то момент эта перемотка остановилась. Один из образов заполнил собой всё пространство, и Майкл очутился в нём. Он сидел в классе и что-то делал на планшете. Но это не его пальцы… Или его? Точно, он опять принял облик того гуманоида, что ему снился. «И это тоже ведь сон? – подумал Майкл. – Да, мне снятся сны. Значит, я жив и просто сплю. Можно не волноваться».
И он не волновался. События шли своим чередом. Уроки закончились. Майкл разговаривал после них с парой одноклассников-гуманоидов. Он не задумывался над тем, что сказать – слова сами лились, точно он оказался в фильме, смотреть который нужно от первого лица, а твой герой всё сделает за тебя.
Потом он пошёл из школы по улице. Вдоль тротуара росли высокие красивые деревья, двух-трёх этажные дома необычной архитектуры сплошь утопали в зелени и каком-то цветущем плюще. По дороге периодически бесшумно проносились автомобили аэродинамической формы и без выхлопных труб, а рядом, на размеченной полосе неторопливо ехали велосипедисты. Майкл зашёл в один из домов, просто открыв незапертую, увитую плющом дверь. Там его встретили мама, папа и младший брат. Все – тоже гуманоиды, но, как ни странно, ему казалось, что он давно с ними знаком. Вся обстановка тоже была не как у людей, но и она казалась знакомой и даже родной. Майкл почувствовал, что, наконец, вернулся домой, и что он не хочет никуда отсюда уходить.
Мама накрыла в гостиной стол, и все уселись обедать. Еда – какие-то цветастые овощи – была очень вкусной. После обеда Майкл отправился в свою комнату, включил компьютер, запустил авиатренажёр и надел шлем виртуальной реальности. Кабина самолёта, которым он виртуально управлял, выглядела примерно так же, как и тогда, во сне, да и графика вообще отличалась реалистичностью, но ощущения были не те. Поупражнявшись пару часов и ни разу не разбившись за это время, он снял шлем и связался по видеосвязи с какой-то девочкой-гуманоидом. Оказалось, он с ней договорился сегодня встретиться, и сейчас он «позвонил», чтобы сообщить, что всё в силе.
Майклу не хотелось уходить, но его «герой» не спрашивал разрешения и вышел из дома. Пройдя четыре квартала, он попал в небольшой парк, за которым пролегала железная дорога. Дойдя до станции, он минут десять дожидался скоростной электрички, потом ехал на ней с полчаса. За её окнами мелькали жёлто-зелёные поля. Когда он сошёл на нужной станции, его уже ждала та самая девочка-гуманоид. «Такое чувство, что я её знаю», – подумалось Майклу. Так или иначе, его «герой» точно её знал и был рад её видеть. Рядом с этой станцией тоже расположился парк, причём больше предыдущего. Они пошли туда, держась за руки и разговаривая о каких-то пустяках вроде дел в школе. В парке они гуляли какое-то время и купили у автомата, напоминающего телефонную будку с интерактивным дисплеем, нечто вроде мороженного. Оно было прохладным и сладким. Затем девочка-гуманоид сказала, что её родители ещё не вернулись из командировки, и она пригашает его к себе в гости. «Герой» Майкла с радостью принял приглашение, и они вышли из парка. Неспешно пройдясь по улицам, они зашли в один из домов. В коридоре их встретил жёлтый робот на колёсиках, чуть ниже Майкла, с большими объективами видеокамер на месте глаз.
– Бьюкабоджа вернулась домой! – приветствовал их робот.
– О, у вас есть домашний дроид! – воскликнул Майкл, думая над тем, что это за странное имя такое. Ну да, так её зовут, он ведь это и сам знает.
– Конечно, родители часто в разъездах, – ответила девочка-гуманоид.
– А это Игдивтор с тобой? – поинтересовался робот, глядя на Майкла. – Добро пожаловать!
«Игдивтор? – думал Майкл. – Ну да, это ведь моё имя. И как я забыл?».
– Он меня знает? – спросил его «герой».
– Да, по записям видеосвязи, – ответила девочка-гуманоид.
– Понятно. А мои родители не хотят покупать такого. Мама говорит, что ей самой нравится домашнюю работу делать.
– А мне нравится с ним возиться, – заявила девочка-гуманоид. – Я ему на прошлой неделе сама прошивку обновляла. И колёсики смазала, а то он поскрипывать начал.
– Ух ты!
Робот укатил на кухню, а Игдивтор пошёл вместе с Бьюкабоджой в её комнату. Тут было ещё больше всякой техники, чем Майкл обнаружил у себя дома. Кроме того, у стен стояли стеллажи с книгами.
– Ого, не слабая у тебя коллекция! – восхитился «герой» Майкла.
– Люблю бумажные книги – тут я старомодна, – девочка-гуманоид улыбнулась. – Есть и по-настоящему старые издания. Вот, эта про паровые машины и писалась ещё в то время. Её папа привёз из Кнатча – у какого-то букиниста там приобрёл, специально для меня.
– Ты её прочитала?
– Конечно! Очень интересная, между прочим. Ты знал, что в Вонукейшере собирали примитивных паровых роботов ещё в конце Третьей эпохи?
– Нет.
– Теперь знаешь. А тебе бумажные книги вообще доводилось читать?
– Пару раз только. У нас их почти нет. Я на планшете читаю обычно. А ты электронные читаешь?
– Разумеется, как бы я в школе училась вообще? Учебники ведь новые в бумажном виде не выпускают.
– Я имел в виду, какие-нибудь книги не по программе?
– Ага, читала, много современных книг в бумажном виде тоже не найдёшь. Ты не думай, я против электронной литературы ничего не имею.
– Да я и не думаю, – «герой» Майкла улыбнулся. – Кстати, я тут недавно одну книгу прочитал, и кое-что сделал… – он достал из кармана небольшую гладкую металлическую штуку, поставил на стол и сказал: – Иди!
По углам «штуки» показались механические ножки, она встала на них и неуклюже зашагала по поверхности стола.
– Ух ты! – восхищённо воскликнула девочка-гуманоид. – Ты её сам собрал?
– Да, по инструкциям. Модель четырёхногого робота с голосовым управлением. Стой!
Штука тут же остановилась.
– У тебя здорово получилось!
– Спасибо!
И тут что-то изменилось. Взгляд девочки-гуманоида внезапно стал другим.
– Это ты, да? – тихо спросила она и, не дожидаясь ответа, медленно осмотрелась, точно не видела эту комнату много лет.
«Герой» Майкла молчал и не шевелился. Майкл, не понимая, что происходит, непроизвольно спросил:
– Что?
И понял, что это спросил он сам, а не его «герой». Похоже, управление наконец-то перешло от «героя» к нему.
– Как давно это было! – с тоской в голосе негромко воскликнула девочка-гуманоид, медленно пойдя вдоль стеллажей с книгами и перебирая по ним пальцами. Майкл заметил, что она стала даже выглядеть по-другому – больше похожей на человека.
– У меня было столько всего, – сказала она, положив ладонь на какой-то агрегат. Майкл не помнил, зачем этот агрегат был нужен – спросить бы у Игдивтора, но тот, похоже, уснул.
– Что происходит? – осведомился Майкл, но девочка не ответила, продолжая разглядывать комнату.
– А теперь ничего этого нет, – наконец, заговорила она вновь. – У меня ничего не осталось. С собой ничего не унести, но этого больше нет нигде. Это место – лишь иллюзия, собранная по обломкам воспоминаний. Наверное, я опять всё забуду, когда проснусь…
Девочка повернулась к Майклу и посмотрела на него. Её лицо, всё ещё не совсем человеческое, стало до боли знакомым.
– Рейчел?..
– Ты в коме, Майк, – сказала девочка. – Останешься здесь – уже не проснёшься. Этого места давным-давно нет, ты должен отпустить его.
Но Майкл не хотел ничего отпускать. Здесь был его дом, здесь он был счастлив.
– Подожди!.. Как ты?.. – Майкл никак не мог собраться с мыслями. – Что… что это такое вообще?..
Неожиданно сбоку налетел ветер. Стеллажи с книгами, стены, техника, мебель – всё рассыпалось песком прямо на глазах и улетало куда-то в сторону. Девочка рассыпалась последней. Образы вновь замелькали перед глазами, крутясь в другую сторону. Один из них опять стал ярче других, и Майкл очутился там. Он будто бы завис в пространстве. Вокруг тёмное звёздное небо. Где-то внизу что-то происходило – какое-то мельтешение, неясные вспышки, но он туда не смотрел. Всё его внимание было приковано к звезде. Яркая, большая, почти точь-в-точь как Солнце… Она манила его к себе. Её свет казался мягким, притягивающим, родным… Но нет, Майкл знал, что не может уйти. У него осталось одно дело, и он должен его завершить. Вот что бы то ни стало…
Картинка сменилась. Он стоял на выжженной земле. Суховей поднимал в воздух облака пыли. Высоко в небе, затянутом дымкой, клубились тучи. Майкл увидел, что за дымкой, за тучами не синева – там тьма. И эта тьма постепенно стекалась к одной точке. Из этой точки в землю ударил голубой луч, подняв в месте удара нечто, напоминающее пирокластический поток, быстро расползающийся во все стороны. В сгущающихся тучах били молнии. «Терраформирование», – почему-то всплыло в памяти слово. Внезапно тьма спустилась по лучу и тоже обрушилась на землю, образовав что-то вроде незримой ударной волны. Это волна обогнала пирокластический поток и унесла Майкла прочь, дальше и выше. Земля осталась далеко позади. Майкл летел сквозь пустое пространство, а вокруг, со всех сторон, сияли звёзды…
Сколько он уже летит вот так? Часы, дни, месяцы?.. Вокруг холодный вакуум космоса. Звезды медленно, жутко медленно меняют своё положение. Мимо проплывают светящиеся туманности. Майклу не хочется ни есть, ни пить. Он не может заснуть, не может даже закрыть глаза, которых у него просто нет, и вынужден каждый миг, постоянно смотреть на эти звёзды, эти туманности, эти крошечные с виду галактики. Где-то там, наверное, по-прежнему кипит жизнь. Где-то там… Но это так далеко, так невообразимо далеко, что даже свету потребуются годы, чтобы добраться… А его цель?.. Он почувствовал её, почувствовал сквозь пространство и время, но она по-прежнему не видна, она по-прежнему дальше этих звёзд…
Одиночество… наверное, невозможно представить большего одиночества, чем испытывал он. Прошли тысячелетия с тех пор, когда он в последний раз видел живое существо. Когда это закончится? Куда он летит? Что за цель он перед собой поставил?.. Он уже не помнит. Это было так давно… Он больше не может толком рассуждать. Одиночество свело его с ума. Ему хочется покоя и забвения. Хочется прекратить существование, раствориться в небытие. Но он не может это устроить, не может себя убить, потому что уже мёртв… Наверное, это и есть ад…
Где-то впереди одна из звёзд стала ярче. Медленно, в течение месяцев, её свет всё набирал и набирал силу. Майкл, в конце концов, понял, что летит именно к ней. Всё это время он летел к ней…
Звезда, казалось, увеличивалась в размерах, всё быстрее и быстрее. Её белый свет говорил с Майклом, говорил без слов. Он обещал новое начало, обещал забвение. Майкл чувствовал радость и боль одновременно. Хотелось плакать, хотелось кричать, но он просто не мог. А звезда увеличивалась и увеличивалась, превращая мир в одно сплошное белое сияние, заполняя собой всё…