Ицхак Скородинский

А ты - в никуда!
А ты – в никуда!

Конечно, ты не услышишь то, о чём я думаю громко и вслух, тебе и сейчас, распугивая проходящих мимо меня красавиц…
Хорошо, вот, ты высадила меня из своей машины, квартиры и жизни, навсегда и …исчезла.
Но ты, гордая такая горсоветчица, напрасно радуешься.
Ты…
До конца жизни…
Ты!
Так и будешь сидеть совершенно неподвижно в своей консервной банке под названием Лада, судорожно вцепившись в руль и подёргивая ногами, уворачиваясь от несущихся навстречу машин и перебегающих тебе путь стариков и старушек…

И ты, совершенно безосновательно и этой же ночью, будешь думать, что движешься вперёд и вперёд по жизни и без меня, когда, в полном одиночестве и без маковой росинки во рту, просидишь до утра, уставившись в этот, проклятый свой, телеящик и пуская пустую воду из лживых глазниц своих.
Твоя жизнь навсегда остановилась, когда ты высадила меня из своей …квартиры и навсегда.

А я!
Я реально ухожу от тебя, хоть и припадая на правую ногу и опираясь на единственное своё имущество, на фамильную трость, инкрустированную серебром и яшмой, но…
Иду!
Гордо и по твёрдой земле…
Правда, не знаю, куда…
Но, иду же!!!