Два детства
(Из Цикла «Дорогами детства»)

На улице 6-й Бастионной, - (наследие Первой Севастопольской Обороны),- всё мне давно знакомо, (когда проживал у бабушки Муси, ещё - шестилетним я, пацаном), и керосинщик-дед (видя, что я ещё мал) мне в бутылку – горючего, за 8 копеек, для вонючего примуса, несколько грамм недоливал (за что, я от бабки – нагоняй, или подзатыльник - не раз получал…) В нашем общем дворе у соседки-кошатницы, жило много Васек-Барсиков-Лизок-Мурок, а - главным ругательством бабкиным, было какое то - презрительно-унизительное слово, – «турок»!...
(Видимо, будучи маленьким, батя - эпитет тот, - тоже неплохо знал, и часто меня им, потом, - привечал…)
По тем же - кривым и крутым татарским улочкам-переулкам, когда то пролегали - и пути-дороги маленького Тольки (моего отца). Подумать, только: - разница, - каких то - 20 лет, а – кажется что расстояние - от моих детских времён - до его, - век!...
Как же всё это было - недавно, и, вместе с тем, - давно! В коротком том, промежутке - между 1-й и 2-й Мировой войной, по пыльной улице той, бегал и он - ещё пацаном босоногим, сбивая о камни дороги - в кровь ноги, мечтал о деревянной машине, (железных детских игрушек в ту пору, не было - и в помине) и - так же (как он сейчас – мне) мать отвечала на просьбы-мольбы его: - " денег - нет!..."

В бухте Артиллерийской, плавая у пароходов, выманивали медные пятаки у богатых туристов: "Кинь, дядя, - монетку, - поймаю!" Тот - с силой бросает, не подозревая, что - в воде она, спускаясь как бы – играя-кружась и вертясь, - медленно на дно оседает, и пацаны - тут же за нею наперегонки ныряют-хватают- прячут добычу - за щёки, чтобы богатство - от всех утаить! (После будет - на что им, - карамелек (иль – сигарет-папиросок) купить…)

У входа в Аквариум, пацаны каждое утро впаривают туристам раковины рапанов, сияющие - розовым нутром перламутром, - от маленьких, по 20 копеек, - до попутора рублей - за огромных!... Само здание Аквариума со стороны ПримБуля, скрывалось - в густой зелени (не было, в серый унылый бетон, одето как ныне), к его входу вела - длинная пологая тенистая аппарель, (а - не как, сейчас, - лестница из очень крутых ступеней), длинный пологий гравийный спуск, в обрамлении субтропического сада, в конце её - вход в зал, где Вас ожидал - полумрак и живительная прохлада…
 Подземелье аквариума встречает - огромным бассейном, с рыбами всякими и катранами, а - по периметру, - малыми с разными морскими отдельными тварями, представителями черноморской флоры и фауны... Много - позже, - …крокодилы с черепахами туда попали, (как, - не понятно, говорят, - за компанию…) В том Институте-Аквариуме, воплотилась - в жизнь мечта Миклухо Маклая (его основателя) открыть в Севастополе уголок - всей Мировой Океании!...

Из мутно-зелёной воды Южной бухты, мы с Толькой (как и папа, лет 20 назад) - бычков и ставридку тягали (что - так сильно, соляркой воняли), но за крабами пока не ныряли: - как добывать их - без масок и ласт, - не знали (так как, - столь ценные атрибуты, папы и мамы нам, не покупали.) Шутка - сказать: - Ласты – 6р 50к, маска – 3р 25 (да ещё, эта - трубка!…)
  Мы с Толяной, едва дождавшись весны, - кисло-сладкие зеленовато-пушистые
плоды миндаля и стрючки акаций глодали, - такие душистые, что оба потом - поносом страдали!
Экзотический фрукт инжир цветёт раз - в 2 года всего, (и - то, две недели), но и за такое короткое время, мы - столько незрелых плодов его, поедали! Застывшую янтарную смолу миндаля, с Толькой, - не переставая, как жвачку жевали (о которой, краем уха слыхали, - но что это - такое, толком не знали.) Кладовые щедрой крымской природы, с лихвой дополняли - то, что на кухне нам мамы недодавали...

Мама трудоустроилась в ресторан «Волна», и чебуреки - с пылу-жару, теперь мы с Толяном – вмиг уплетали на шару! Вкус того татарского блюда, - никогда не забуду (гадом - буду!...). Мы с ним - целыми днями купались-загорали – рядом с камнями у Памятника затопленным кораблям (тогда это - не запрещали.) Считалось, что - здесь мы, с Толяном, - под строгим присмотром моей мамы...
 В прибрежной скале, вход - в подводный шестиметровый тоннель-коридор, и - с берега не видать, где начинался он. Над этим гротом, – (слева от памятника), – площадка с фотографом, со всеми фото его причиндалами-атрибутами (оттуда был прекрасный вид-антураж - на бухту.) На этом месте ранее был Николаевский равелин, взорванный в 1856-м году, взявшими город разнузданными западными победителями-урками (англо-французами, с - турками…)
 
Метровая лунка - в прибрежных скалах, в которой хлюпала вода, - поднимаясь и опускаясь, и надо было - без маски-трубки-ласт, - пронырнуть этот длинный и узкий лаз, весь облепленный мидиями (с острыми - как бритва, краями). Но – тогда, мы даже и не мечтали о таком снаряжении, (у родителей не было таких сбережений), да и морская вода - не речная, глаза не режет, а – трубка, за потолок его бы цеплялась, и мы - навсегда бы в том гроте остались, потому что - в него - не протиснуться взрослым спасателям рослым! Только таким как мы с Толькой, (тонким-худым и звонким), удавалось пронырнуть - узкий и тёмный лаз тот, подводный…) Короткий путь, (метров шесть, всего), сперва - воздуху полную грудь набрать, и 20 секунд не дышать, чтоб его - в сплошной темноте под водой - проплыть-пролезть (сейчас сказали бы, - «жесть!» а - тогда, и смысла слова такого, не знали!...) Дыхание затая, спину - о потолок царапая, по дну - животом скребя, руками кромешную тьму разгребая, - пронырнул узкий тот коридор, в скале - до конца я, и, вынырнув, увидал глаза довольного отца, (видно, он вспоминал - молодого себя), внезапным своим появленьем вызывая испуг (как правило, - двух, так как втроём - тесно, а в – одиночку, принимать процедуры не интересно) сидящих - вкруг лунки, старух, купающих в ней, свои болящие ноги…
 
Прыгнуть - с Памятника Затопленным Кораблям, для многих считалось делом -рискованным, из за каменных подводных кубов, на которых простоял он cтолько веков! Там, - не просто, - сильно, а - очень мощно (и - точно рассчитав вход в воду и расстоянье) оттолкнуться надо, чтобы - ласточкой перелететь подводные плиты-камни, выступавшие - на 2 метра, от его основания!…
И на глазах удивлённых бабулек, (считавших папу - напившимся – вдрызг!) в воду технично вошёл, с - высоты, почти что - без брызг и больших очень, - булек!… Только 35 лет спустя, смог я тот подвиг отца, повторить, (да - и то, при этом, - колени отбить), но – тогда, для меня - юнца, это было - (как - сейчас бы, сказали) -действительно, - круто!...

Потом, Власти города, –наконец то, тем гротом - заинтересовались, и все скалы у берега залили - бетоном, (увеличив на пару метров ширину парапета), но - только, после - того, как два «ихтиандра», как то - не сумев в темноте-тесноте разминуться, - так в нём - и остались...

P.S.«Примбуль» мне больше нравился - со старым Аквариумом. Когда всё было - по прежнему, (ещё – задолго, до Брежнева), и жива была ещё уникальная флора и фауна прибрежная, а объедки из ресторана, летели в море рыбам и крабам, которых в то время, там было - не мало...
Теперь же, - под натиском урбанизации, - всё перекрашивается - в серый тон, (одевается - в унылый бетон), и уже - не плещет в той лунке вода, то – поднимаясь, то – опускаясь, и - там, где раньше стоял ресторан «Волна», высится футуристическая смотровая площадка давно, - с которой раз - в год, - Сам (и слуги царя), смотрят Морской парад, - как - кино! - Остальные же, 364 дня, – тот монумент-«КНП», - пустовал! (А – ресторан, приносил казне города, – немалый доход…)
(Продолжение следует)