Старый Ирвин Эллисон

Абсолютные деньги
Свобода выше собственности, человек выше доллара.

А. Линкольн.

      

А гренка в нашем ресторане называется крутон. Это точно такой же поджаренный кусочек хлеба. Только гренка не может стоить 8 долларов, а крутон — может.

О чём говорят мужчины.

      

Жизнь следовало бы начинать стариком, обладая всеми преимуществами старости — положением, опытом, богатством, — и кончать ее юношей, который может всем этим так блистательно насладиться. А сейчас мир устроен так, что в юности, когда счету нет удовольствиям, которые получаешь на один-единственный доллар, у вас этого доллара нет. В старости же у вас есть доллар, но уже нет ничего такого, что хотелось бы на него купить.

Марк Твен.

      
      Приснился мне забавный сон как-то раз. Кто-то известный бы сказал «третьего дня», но можно сразу спросить, третьего дня после или до какого другого дня? Это аналогично… второй бутылке виски. Или две тысячи второй. Смотря какой момент брать за точку отсчёта.
      Но дело в том, что приснилось. Поверьте, после такого рассказы про третий день и вторую бутылку виски не будут забавными. Да, и бутылки любой не хватит, чтобы забыть. В том числе, и две тысячи второй. Про нехватку содержимого оной вообще молчу. На опыте знаю. На чьём? Долгая история.
      Я получил зарплату и пошёл затовариваться разными товарами на месяц, чтобы больше не думать о лишнем и не ругаться про нехватку чего-то там. Хотя, вся жизнь сама по себе — сплошное гуано. Правда, в этом тоже есть одна положительная сторона — гуано же ценное удобрение. Вопрос, а для кого? Неважно. На роли удобрения я не подписывался никак! От слова «совсем», если что. Итак нас доят грабители с не очень-то и разными официальными наименованиями, так ещё и удобрением быть? Нет-нет, не моё это. Абсолютно, да. Не моё.
      Получив зарплату, я включил новости, ужастики посмотреть. Нудные морды пропитых дикторов и в хлам утянутых пластическими хирургами дикторш меня расстроили ещё больше, чем жизнь сама по себе, потому я собрался было принять вкусного на грудь и закинуть за бороду жареной картошки с грибами. Протухты сейчас дрянь, но под соус грызть можно. Так вот, по телевизору сказали, что вводится новая валюта, и она будет второй государственной по всему миру. Курс её, что особенно впечатлило, независим от курса всех прочих валют, и выглядит она как обеспеченный ураном-238 (это написано на самой купюре с указанием, каким именно количеством этого самого урана-238 она обеспечена) прямоугольник тусклого фиолетово-серого цвета из особо плотной несгораемой бумаги с резко серебристыми точками, которые образуют символ атома урана-238 и траектории полёта всех 92 электронов вокруг плотного 92-точечного ядра посредством видимых при свете еле заметных кривых линий. Тоже серебристых, но с синеватым оттенком. И чёткая светло-фиолетовая надпись справа от атома «независимая единица (НЕ)». Купюры номиналом в 1,5, 10, 100, 1000, 5000 и 10000 Н.Е.
      Немного увеличив глаза до размера суповых тарелок, я узнал, что такими деньгами с начала этого или следующего года платят зарплату параллельно с обычной валютой, и её принимают с почти нулевой процентной ставкой. То есть, у этой валюты практически нет инфляции! И, что важно, такая валюта во всех странах мира. Разница лишь в языках, на которых пишется номинал и прочее. В каждой стране свой язык на купюре одной и той же валюты, что беспрецедентно. Не говоря уже о том, что эта валюта не меняется на другую, и карточки, счета для неё свои везде теперь.
      Отходя от всего этого, я сходил в банк. Всё подтвердилось от и до. Как и то, что банк этой валюты транснациональный, и реально, без шуток, там в руководстве и среднем звене все разных национальностей люди работают! Правда, все богатые, но…
      Год спустя национальные валюты всех стран были отменены, так как НЕ захватила всю власть у прочих, а ставка в 0,1% с кредитами под 1,1% разорили все прочие банки. В хлам. «Купило» всех то, — в прямом и переносном смысле — что эти ставки написаны на самих купюрах на их заднем обороте с индивидуальным штрих-кодом вместе, равно как и то, что сам банк этот сделал их — ставки — во всех документах не меняющимися со временем ни при каких оказиях. Единственный подвох, и серьёзный, был в том, что кредит можно взять лишь в одном случае. Если нет никаких кредитов более нигде, это проверялось на месте и сразу.
      Я пошёл работать туда, в медсанчасть, благо работники были очень нужны. Работа строгая, но точная и видная всем. Никакой просрочки и задержек с реагентами и пробами.
      На этом я проснулся.
Публикация

Опубликовано: 1 месяц назад   ⋅   Раздел: Рассказ, Новелла

Эту публикацию прочитали 7 раз   ⋅   Последний раз: 12 дней назад   ⋅   Список читателей за последний месяц