| Показать как стихотворение (по центру) | Вадим Филатов | Рассказ, Новелла |
ИЗМЕНЁННОЕ СОЗНАНИЕ.Оно пришло ко мне после того, как я побывал в реанимации одной известной московской больницы.Утром ко мне пришёл беседовать пожилой врач. Он задавал мне разные и, на первый взгляд, ничего не значащие вопросы и, стараясь абстрагироваться от его унылого бормотания, я внезапно прозрел итог его жизни. Я увидел гостиную в довольно опрятном доме и толстую пожилую женщину - видимо, жену - которая безуспешно пыталась по телефону ускорить приезд скорой помощи. Безуспешно - старик был уже мёртв. Видимо, сердечный приступ. Время рассыпается и превращается в песчаную пустыню. Всё зыбко и ненадёжно. Врача переодевают и обмывают. Уже не дома - видимо, в какой-то ритуальной службе. Укладывают поудобнее в ящик с рюшечками и везут. Внутренняя поверхность ящика ослепительно белая и напоминает пелёнки новорождённого. Оказавшись в земле, она теряет свою первозданную белизну, поскольку в действие вступает эстетика гниения. Лицо умершего покрывается чёрными пятнами и постепенно вздувается и лопается, теряя остатки человеческого облика. Остаётся череп, который наполняется землёй. Земля повсюду - из земли взят, в землю и уйдёшь. Finis. C тех пор я встречался и общался с самыми разными людьми. Изменённое состояние приходило далеко не всегда. Почему то оно возникало в первую очередь при общении с активными и целеустремлёнными людьми. Я сижу в школе на совещании при директоре. Эта женщина вникает во все дела и всё регулирует, тонко составляя материал интриг и комбинируя колоду карт, состоящую из её подчинённых. Завучи её смертельно боятся и ненавидят, мечтают подсидеть. Она уже третий час читает текст своего будущего выступления на августовском педсовете, а присутствующие в кабинете завучи следят за временем, для того, чтобы докладчица смогла уложиться в регламент. Это никак не удаётся, поэтому составленный мной текст её доклада приходится корректировать вновь и вновь. На дворе уже глубокая ночь, в открытое настежь окно первого этажа, вместе с ночной прохладой доносятся крики одиноких наркоманов. Я вижу ту же директрису, которая уже с трудом передвигается, поскольку её съел рак. Но она до последнего не оставляет свой пост - последние дни её привозят на машине в школу и буквально под руки вносят в директорский кабинет. "Вот катафалк, вот гроб..." - богатый и красивый, как в фильмах про американских мафиози. Огромная толпа с почётом провожает его на кладбище. Мир праху твоему. Передо мной стоит женщина средних лет, которую я только что послал подальше. Её лицо и даже глаза - всё побелело от белой ненависти. Наполненным этой ненавистью голосом, она говорит мне: "У меня всё равно будет своя квартира". Её облик медленно расплывается и я вижу её крошечное, высушенное тем же раком тельце, уложенное в огромный, на несколько размеров больше, чем нужно, уродливый красный ящик. Её левый глаз никак не хочет закрываться и упрямо выкатившись, смотрит на окружающих. А вот и квартира - один на два метра. В огромном кабинете сидит ещё одна начальственная дама по прозвищу Божья Коровка. Она курит одну сигарету за другой, громко зевает, показывая пасть шестидесятилетней старухи и время от времени чешет свои седые подмышки. Вокруг неё собралось немногочисленное сообщество допущенных к её рыхлому телу приживателей и сожителей, которые практикуют противоестественный секс со старухой и обеспечивают себе карьерный рост или, по крайней мере, удачное распределение учебной нагрузки. Начальница говорит мужским прокуренным басом и делает руководящие движения зажжённой сигаретой. Следя за потоком её сознания, я вижу как постепенно меняется моё. Квартира, лето, закрытый балкон, по комнате летают огромные зелёные мухи. Коровка в бюстгальтере и несвежих рейтузах лежит на кровати, точнее, наполовину на кровати, а верхняя часть того, что было её телом, находится на полу. Инсульт. Хватились нескоро. По экрану телевизора бодро бегает ушастый начальственный карлик. Он сидит в кресле и принимает доклад подчинённого. "Мня-мня", - говорит карлик и прикормленные журналюги ловят каждое эпохальное междометие. Я вижу того же человека тело которого выставили на всеобщее посмотрение в некоем начальственном помещении. Народу не очень много, видимо, оставив власть, карлик вернулся к своей природной микроскопической сущности и , к моменту своего ухода, был уже в значительной степени забыт. Знакомые очертания головы и лица постепенно превращаются в экспонат палеонтологического музея - пожелтевший начальственный череп. Недавно я прочитал у Дугина, что один итальянский генерал из республики Сало, посылая в конце войны своих людей на верную гибель, говорил им: «Не думаете ли вы в самом деле, что будете жить вечно?" "Великолепный аргумент,- комментирует Дугин,- ведь большинство людей вопреки всякой логике продолжают жить и действовать так, как если бы они были бессмертны. Чувство справедливости требует от нас, чтобы мы помогли человечеству рассеять это недоразумение». |
| © Вадим Филатов, 2006 |
Дата публикации: , Последнее изменение: ![]() |
| Эту публикацию прочли 480 раз |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель, ![]() |
![]() |
‘Помню подростком я писал цикл коротких рассказов «последняя мысль». Сюжет прост: берется личность, ее увлечение, затем ряд обстоятельств приводящий к гибели человека из-за этого его рода деятельности. Мораль: что б ты не делал – финиш. Здесь вам, по-моему, не удалось передать сущности измененного сознания, так сказать, получилось некое злорадное описание оправдания ЛГ перед тем, что ему приходится делать и видеть. В общем содержание очень сильно отстает от названия формы. Вот если бы, помимо объективно-скудного взгляда ЛГ автора на происходящие с героями произведения метаморфозами еще бы и показывалось мнение померанца (неологизм обозначает не дерево), мнение метафорически связанное с происходящим с ним, обязательно при том стремящееся к некоторому истоку – вечному добру там, дальним нежели его померанца прозрениям, понятно, что не прямо к лику божиему, но все-таки и не «квартира будет у меня – все равно, а вот и она: 1х2», главное ни в коем случае ни к «какая разница, сегодня ты, а завтра я». Это уже и не смешно, и не интересно:)‘Единственное, что располагает дух читателя к изменению сознания, так это случайность, непредумышленность выданных эпизодов смерти, т.е бессвязность мысли ЛГ, а раз он бредит, стало быть истину глаголет в запале неземного прозрения… Нет. В бред я не верю

‘Философствование о надобности.
‘Свежерожденный афоризм Димамонда:
- Все, что мы делаем приводит к гибели содеянного, следовательно деятельность направлена на самоуничтожение. В одних случаях это происходит незамысловато, в других долгими и изощренными путями испещрен путь к разрушению. Например: культура разрушила примитивную естественность индивидуальности, но и она же, возможно, и тОлько она может дать полную независимость в разнообразии… когда-нибудь Всем. Самоуничтожение не есть простой вид разрушения, самоуничтожение – это перерождение отношения к ранее познанному, хоть бы и к самой надобности отношений.
‘Способность найти разницу сущностей, показать её убедительно и сногсшибательно и есть частичка того, что я называю талантом, приведение же к губительным, очевидно-пустым, скучным, бесчеловечным (не вызывающим сострадания, сочувствия, сопереживания) истинам чрез негатив своего распадающегося в отрицаниях мировоззрения – энто каждый может и делает в прямой зависимости от умственного потенциала, в этом случае Разум – ничто. Привязать его к чему-нибудь, хотя бы ради читателя – обязанность, надобность:))
Оценка: 4
| ИксДэмаль Димамонд | :: 2006-08-21 10:22:13 |
Любая человеческая деятельность, особенно, так называемая, трудовая, ведёт, на мой взгляд, не к самоуничтожению, а к самообману. Поскольку отвлекает человека от осознания им основной истины, о том, что жизнь, посуществу, губительна, очевидно-пуста, скучна и бесчеловечна. Только, когда человек сознаёт трагизм, а не прячется от него,он начинает искать пути, для того, чтобы его преодолеть - не путём осуществления повседневной деятельности, например, производства или накопления некоторых вещей, а путём единичного смыслообразующего действия, которое разрушает дурную бесконечность повседневности и позволяет мгновенно увидеть экхистенциальный смысл. Такое действие совершил, например, герой повести Альбера Камю "Посторонний". Конечно, финал рассказа мог быть не столь банальным, но, с другой стороны, здесь сложно сказать что-то новое - после Екклесиаста. Пафос рассказа навеян высказыванием Дугина, у которого я прочитал, что один итальянский генерал из республики Сало, посылая в конце войны своих людей на верную гибель, говорил им: «Не думаете ли вы в самом деле, что будете жить вечно?" "Великолепный аргумент,- комментирует Дугин,- ведь большинство людей вопреки всякой логике продолжают жить и действовать так, как если бы они были бессмертны. Чувство справедливости требует от нас, чтобы мы помогли человечеству рассеять это недоразумение».
| Вадим Филатов | :: 2006-08-21 13:58:55 |
‘Без всякого философствования, обыденным мышлением и очевидностным очарованием осознанным, опытно-исследованным, научно-обоснованным действием мы видим, что экзистенциализм ни что иное, как наркотическое опьянение моралиста. Читая постороннего, я, например, пока впоследствии в справочнике по культурным терминам не ознакомился «а в чем собственно грех главного героя?», недоумевал по поводу его осуждения на смертную казнь. А автор, описывающий экзистенцию, точнее прикрывающийся ею, вполне заслуживает:) и не смертной казни, а хуже, забытия, причем заслуживает не как кару, а как следствие из своего рода бездеятельности. Эт вы зря встали на этот пройденный путь. Чем он плох? Во-первых тем, что пройден, во-вторых – хорошо пройден, и так как уже пройден и красиво, хорошо, то лучше сделанного не сделать, в третьих – мгновенность видения экзистенции является составной способностью среднего ума современников, а не основным, и уж тем более не единственным смыслообразующим уходом от дурной бесконечности. Все так в искусстве, оно дает, мы берем – используем, и плохо кады врем себе (ладно, себе, другим), что вот этот вот смысл всем смыслам шмышл, а значит все в себя включил прямо от Экклезиаста и до времен настоящих. Человек и без заглядывания за край жизненной ткани, времени бытия может стать бессмертным и независимым – фантазия прогрессом в принципе обоснованна, а это уже повод понимать экзистенцию не как право сомневаться, но как стимул и повод страшиться красотой прикрытого сочувствия из вне разумом интерпретируемой ипостаси. Да и чего ради большинству знать происхождение подобного чувства справедливости? Это ж всего-навсего все более и более «обоснованный» взгляд, который любой, каждый понимает по-своему и никогда не встанет в общий ряд абсолютной невменяемости. Наверно, я понимаю и часто согласен с вами в желании уничтожить злобой беспечность, влекущую как следствие незнания, непонимания чего-то единственного, вслед за непринужденностью в ответственности за что-либо всеобще-ценное благоденствие всякого заразного, но описание этого представляет ценность, даже здесь обратите внимание, не в смысле передаваемого, но в чувствах ЛГ и всевозможных интерпретациях метафор в метаморфозах личности. Посему полагаю, что экзистенциализм призван именно разрушить самообман о «личности» в рамках общественного устройства, а не рассеять пелену некоего несуществующего обмана каждого конкретного недостойного ошибочностью миротворчества и человекодеятельности… а уж чего ради думайте сами
Он хороший и добрый, пока не оказывается в руках бездаря в качестве щита, или не стекает по устам маразма и другого неразумного, а то и психологического несовершенства, уродства. В общем мое отношение к таким выводам крайне отрицательное
| ИксДэмаль Димамонд | :: 2006-08-21 15:43:14 |




