Вход в систему
| Показать как стихотворение (по центру) | Станислав Шуляк | Драма |
Deus ex machinaСтанислав ШулякDeus ex machina Радиопьеса из книги «Звуки и голоса» Слышна в отдалении бравурная музыка в духе, может быть, Глюка, громогласные аккорды, потом музыка стихает, слышна декламация. Можно догадаться, что это гекзаметры, хотя ни слова не разобрать. Потом совсем близко слышится кряхтенье и негромкий кашель, и два старческих голоса. Первый – говорит О н, голосом скрипучим и неприятным, отвечает М а ш и н и с т, это бодрящийся пожилой человечек, легко скатывающийся как в сентиментальность, так и в раздражение. О н. Ну что там? М а ш и н и с т. Что? О н. Что там такое, говорю? М а ш и н и с т. А-а. Говорят. О н. Говорят? М а ш и н и с т. А что еще? О н. Что, ничего другого не остается? М а ш и н и с т. Он еще спрашивает. (Пауза.) О н. Да... М а ш и н и с т. Что еще опять? О н. Так... М а ш и н и с т. Ну если так – вот и нечего тогда... О н. Что «нечего»? М а ш и н и с т. Все нечего. О н. Да я и так ничего. М а ш и н и с т. Вот и хорошо. О н. Хорошо... хорошо... Это, пожалуй, перебор немного. М а ш и н и с т. Помолчи уж. О н. Да я так... немного горло размять. А то петь скоро. М а ш и н и с т. Так и быть. Разомни, пожалуй. Только потихоньку. О н. Ну, это конечно. Я ведь понимаю. Не в первый раз. М а ш и н и с т. Вот именно. О н. Что? М а ш и н и с т. Забыл что ли? В прошлый раз сидел-сидел, да как заорет!.. Вот смеху-то было. А меня без премии оставили. О н. Я не орал. Это я петь начал. М а ш и н и с т (презрительно). Петь!.. О н. Ну просто я не в голосе был. М а ш и н и с т. Ты бы лучше сказал, почему стал петь, когда не надо было. О н. Ну, я... это... М а ш и н и с т (презрительно). Он... это!.. О н. Говоря по правде... М а ш и н и с т. Ну? О н. Я тогда немного заснул. М а ш и н и с т. Нашел где заснуть!.. О н. А меня всегда, как я здесь сижу, в сон клонит. М а ш и н и с т. И главное – нашел когда проснуться. О н. Ну да. Я проснулся – слышу кричат – ну думаю: пора!.. М а ш и н и с т. А тебе не надо думать. Не надо думать! Пусть хоть кричат, хоть говорят, хоть плачут – тебя не касается. Вот когда лампа загорится, вот тогда действительно пора. О н. Нет... М а ш и н и с т. Что – нет? О н. Так неправильно. М а ш и н и с т. Что неправильно? О н. А вдруг лампа перегорит? М а ш и н и с т. Лампа перегорит. Ну так в звонок позвонят. О н. А если и в звонок не позвонят? М а ш и н и с т. Почему это не позвонят? О н. Ну, мало ли... Забудут... М а ш и н и с т. Как так забудут? О н. А разве не бывает? М а ш и н и с т. Да ну тебя! Молчи лучше. (Пауза. О н вздыхает.) Я сказал – молчи! О н. Да я молчу. М а ш и н и с т. Вот и молчи. О н. Я же и так молчу, Филиппыч. М а ш и н и с т. Почему это должны забыть, спрашивается? Что же это такое будет, если вдруг все станут забывать? Никакого ж порядка на свете не будет, если забывать-то станут... О н. Филиппыч. М а ш и н и с т. А? О н. А ведь порядка-то и так нет нигде. М а ш и н и с т. Причем здесь нет нигде? Это ведь не потому нет, что забывают... Тьфу!.. Да ну тебя! О н. Да ладно. Не злись. М а ш и н и с т. Как же не злиться? С тобой говорить – так никакого зла не хватит. О н. Филиппыч. М а ш и н и с т. Ну что тебе? О н. Я чихнуть хочу. М а ш и н и с т. Ты что?! Ты что?! Не вздумай! Терпи! Знаешь, как все скрипеть станет? О н. Я... я... (Чихает. И вправду начинает громко скрипеть какая-то конструкция.) М а ш и н и с т. Черт! Я же тебе говорил! С ума сошел, что ли? О н. Здесь так пыльно. М а ш и н и с т. Пыльно!.. Нос зажми, если пыльно. О н. Я же только всего один раз. (Вдруг снова чихает. Снова слышится громкое скрипенье.) М а ш и н и с т. Черт! Идиот! Будешь дергаться – снова что-нибудь перекосит и застрянешь на полдороге. О н. Ну ты уж там полегче... когда тянуть станешь. М а ш и н и с т. Полегче!.. Этой технике скоро уж триста лет. Понимать надо. О н. Да. Когда-нибудь, в один прекрасный момент, здесь что-то оторвется, и все свалится кому-то на голову. Да и мне крышка. М а ш и н и с т. Не каркай лучше. О н. Да я не каркаю. Просто у меня предчувствие. М а ш и н и с т. Предчувствие у него!.. О н. Филиппыч. М а ш и н и с т. Ну что? Что? О н. Что там? М а ш и н и с т. Где? О н. Внизу. М а ш и н и с т. Что надо. Поют. О н. Поют? М а ш и н и с т. А ты что хотел? О н. А хор? М а ш и н и с т. И хор. О н. Да-а... поют, значит. М а ш и н и с т. И тебя не спрашивают. О н. Ну, да, конечно. Чего меня спрашивать? Еще скажи спасибо, что вообще терпят. А то ведь, чего доброго, и попрут скоро. Ступай, скажут, на заслуженный отдых. Молодым, скажут, везде у нас дорога. Ну а старикам, сам понимаешь, везде у нас почет. М а ш и н и с т. Это точно. О н. Ты как будто даже рад. М а ш и н и с т. Я рад? О н. Ты. Ты. М а ш и н и с т. Чего мне радоваться? Меня, можно сказать, и самого-то попрут скоро. И я вдруг радоваться должен. О н. Филиппыч. М а ш и н и с т. А? О н. А как думаешь, уже скоро? М а ш и н и с т. Что скоро? О н. Ну, наш выход. М а ш и н и с т. Не знаю. На лампу смотри просто – и все. О н. На лампу, на лампу! А вдруг она сгорит? М а ш и н и с т. Ты повторяешься. О н. И потом, почему я должен зависеть от какой-то дурацкой лампы? Я, может, смысл понять хочу. Почему мне сейчас выходить, а не через полчаса? Почему мне сегодня на свалку, а не через двадцать лет? Во мне, может, столько сил еще, столько молодости, сколько и в нынешних молодых нету. На них посмотришь – все мечутся куда-то, все стремятся – а на деле так и ни с места. И десять лет проходит, и двадцать, а они все там же. Ну, статейку какую про них в газетке напечатают, ну в телевизоре разок-другой мелькнут – и ведь ничего больше. И это у них называется молодость, и это у них называется жизнь!.. Так, что ли? М а ш и н и с т. Ну ты... О н. Что? М а ш и н и с т. Ну ты и разговорился. Сладу с тобой нет. О н. Вот и разговорился. Где же еще поговорить? Раз в два месяца вспомнят обо мне – да и то спасибо. Хоть прежнее-то вспомнить. А то так ходишь по дому, ходишь – и дуреешь только. М а ш и н и с т. Да. Сволочная вещь – старость. О н. Кто ее только придумал? М а ш и н и с т. Кто придумал – того уж нет. О н. Ну это уж ты сказал!.. М а ш и н и с т. А что такого? Издевательство одно. О н. Филиппыч. М а ш и н и с т. Ну? О н. У меня чешется. М а ш и н и с т. Где? О н. Грудь. М а ш и н и с т. Ну, так почеши. О н. Никак. Здесь так тесно, что и не пошевелишься. А если пошевелишься – так скрип такой стоит, что на улице слышно. М а ш и н и с т. Тебе не позавидуешь. О н. Слушай. А ты почеши меня. М а ш и н и с т. Как это? О н. Да вот, крышку приподними. Руку просунь и почеши. М а ш и н и с т. Да там же темно. Я ничего не увижу. О н. А я тебе скажу, куда нужно. М а ш и н и с т. Да я сейчас небось и крышку-то не открою. О н. Ну, я прошу тебя. М а ш и н и с т. Ну, ладно. О н. Только аккуратнее. М а ш и н и с т. Попробую. О н. Крючочек этот откинь. М а ш и н и с т. Ага. Черт. О н. Ну как? М а ш и н и с т. Сейчас. (Оба сопят. Слышно скрипенье, издаваемое отворяемой крышкой.) О н. Ну? М а ш и н и с т. Как ты вообще туда забираешься? О н. Я и сам удивляюсь. М а ш и н и с т. Здесь? О н. Это моя голова. М а ш и н и с т. А где же грудь? О н. Странный вопрос. Наверное, ниже. М а ш и н и с т. Черт, не достать!.. О н. Ты на правильном пути. Это уже почти шея. М а ш и н и с т. Там какая-то проволока. О н. Это после операции осталось. М а ш и н и с т. Еще ниже? О н. Ну постарайся, прошу тебя – постарайся. М а ш и н и с т. На твоем месте никогда бы не стал туда залазить. У меня боязнь замкнутого пространства. О н. У меня тоже. М а ш и н и с т. Ну и работенку же ты себе выбрал. О н. Да ничего я себе не выбирал. М а ш и н и с т. Скажи еще – она тебя выбрала. О н. Смотри – лампа! Лампа! М а ш и н и с т. Что ты кричишь?! О н. Лампа же! М а ш и н и с т. Да вижу я. Черт! Рука застряла! О н. Скорее! Лампа! М а ш и н и с т. Никак не вытащить! О н. Закрывай крышку! М а ш и н и с т. Да подожди ты! Я еще руку вытащить не могу! О н. Мы опаздываем. Тяни за веревку. М а ш и н и с т. Не вовремя же у тебя зачесалось! О н. Опять мы запорем финал! (Хлопает закрываемая крышка.) М а ш и н и с т. Сейчас! Сейчас! Ты пока петь начинай! О н. Петь!.. Петь!.. Да... Как там начинается? Я забыл, как начинается. М а ш и н и с т. Ты же делал это столько раз! Начинай! Начинай!.. О н. Напой мне хотя бы мелодию. А потом я вспомню. М а ш и н и с т. Да не помню я. У меня вообще слуха нет. О Господи, где же эта чертова веревка?! О н. Опоздали! Опоздали! М а ш и н и с т. Запуталась! О н. Да скорее же! М а ш и н и с т. Запуталась! Никак не развязать! Ну вот, сейчас, сейчас! Почти морской узел! Всегда запутается когда не надо. Ну все!.. Поехали!.. (Слышно скрипенье какой-то ветхой конструкции.) Этой технике уже триста лет! И с тех пор не меняли ни разу! Того и гляди, на голову что-нибудь упадет. Ну как ты там? Слышь? Ты там помер, что ли? Пой давай! Ты что там, забыл все на свете? Ты же теперь петь должен! «Приглашенье твое я принял...» Так что ли? Или нет, это не отсюда! Черт! Застряло! Ну давай же, давай! Застряло! Ни вверх, ни вниз! Чертова веревка! Ни вверх, ни вниз! Попрут нас с тобой теперь! Скажут, сколько ж можно такое терпеть?! Обязательно попрут! И правильно сделают, что попрут! Так бы и надо давно! Я бы уж давно попер. А они до сих пор терпят. Ни вверх, ни вниз!.. Позор-то какой! И этот еще молчит! Какая все-таки скверная вещь – старость!.. Откуда-то издалека доносится бравурная музыка, музыка нарастает, заполняет все собою. И лишь скрипенье ветхой ненужной конструкции будто прекословит звучанию бравурной и прекрасной музыки. К о н е ц |
| © Станислав Шуляк, 2007 |
Дата публикации:  |
| Эту публикацию прочли 209 раз |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель,  |
 |
