Вход в систему
| Показать как стихотворение (по центру) | семиряг | Очерк, Эссе |
Мастер и Воланд. Посвящается Ольге Фадиной.Роман «Мастер и Маргарита» имеет вполне заслуженную репутацию самого загадочного произведения русской литературы двадцатого века. И самая большая его загадка - это то, о чем он, собственно, написан. О любви Мастера и Маргариты, что выскочила перед ними «как из-под земли выскакивает убийца в переулке»? О писателе, затравленном за роман на библейскую тему и сошедшем с ума? О женщине, готовой ради него на все и даже на то, что бы обречь свою душу на вечные муки? О римском наместнике в Иудее Понтии Пилате? О посещении советской Москвы сатаной? О чем?Мастер и Маргарита решительно не тянут на главных героев. Они самые плоские, картонные, неинтересные персонажи во всем романе. Они оба выписаны несколькими торопливыми штрихами без углубления в подробности и нюансы. Тот же Берлиоз, Лиходеев, Босой значительно ярче, объемнее, колоритней, не говоря уже о Воландовской свите. У Мастера даже нет имени, он просто Мастер. В Иешуа и то больше человеческого, чем в нем. Почему Воланд рассказывает Берлиозу и Бездомному библейскую историю в переложении Мастера? И почему Мастеру сразу становится ясна суть происшедшего на Патриарших прудах, когда ему об этом рассказывает Бездомный? Ведь в истории Пилата сатана не упоминается и к сумасшествию Мастера он тоже напрямую не причастен. Хотя Воланд и «отец зла», но ни каких злодейств в Романе он не совершает. Поплавские, Варенухи и прочие не вызывают ни какого сочувствия. Наоборот, он извлекает Мастера из психиатрической больницы, воссоединяет их с Маргаритой, и дарует им успокоение. И цитата из «Фауста» не может всего этого объяснить. Воланд вообще не воспринимается как сатана, скорее как некое мудрое, насмешливое и элегантное божество, воздающее каждому по делам его. Мне кажется, что «иностранный консультант» первоначально задумывался как чисто сатирический персонаж. Что-то вроде Ивана Васильевича: «квартирный вопрос», «осетрина второй свежести», «разоблачения» и т.д. И если бы ни Мастер и Иешуа, это была бы очередная «Дьяволиада» или «Собачье сердце». Все связи между сюжетными линиями Воланда и Мастера надуманны и искусственны. Они вообще могут существовать совершенно самостоятельно, из них вполне можно было сделать два отдельных произведения. И в какие заумные философствования не пускайся, никогда их не связать накрепко. Но сюжетные дырки романа искусно задрапированы великолепным Булгаковским слогом. Читатель не замечает их, торопясь вслед за бурным развитием событий. Воланд спасает Мастера, извлекая его из мира Аннушек и Латунских. Но перед этим он карает их за все унижения, причиненные Мастеру, разрушая их крепко сколоченную, кондовую реальность, в которой Мастер заживо погребен. С какой почти мазохистической тщательностью описывается в романе вся мерзость разнообразных Швондеров, вся их недочеловечность! И с каким наслаждением Булгаков издевается над ними, всесильными над Мастером и ничтожными перед Воландом! Воланд, как и Мастер или профессор Преображенский, это аристократизм и талант, противопоставляемые Булгаковым плебейству и посредственности Шарикова или Бездомного. Но в отличие от Мастера и Преображенского, Воланд имеет достаточно власти, что бы указать зарвавшемуся хаму на его место. В фильме Бортко в эпизодах с Воландом и его свитой исчезает сепия, и появляются цвета и это очень точно передает дух Романа. Его красочная, Гоголевская сказочность – антитеза убогому, одномерному, Швондеровскому «соц. реализму». Булгакову невыносимо тяжело и больно писать о себе самом, измотанном вечной нищетой, надломленном странной жуткой игрой, которую вела с ним власть. И потому Мастер написан так условно. Трудно писать ему и о самом дорогом и самом сокровенном в его душе – о Маргарите и о своей любви к ней. Полет Маргариты – это упоение абсолютной свободой, свободой от силы притяжения, свободой от всего, что держит человека в этом мире. В каждой букве Романа восторженное предчувствие Ухода, тоскливо-сладостное ощущение ненужности и бессмысленности всего, чего касается прощальный взгляд. «Боги, боги мои! Как грустна вечерняя земля! Как таинственны туманы над болотами. Кто блуждал в этих туманах, кто много страдал перед смертью, кто летел над этой землей, неся на себе непосильный груз, тот это знает. Это знает уставший. И он без сожаления покидает туманы земли, ее болотца и реки, он отдается с легким сердцем в руки смерти, зная, что только она одна успокоит его». Весь роман, в сущности, об этом. Все его сюжетные линии сводятся именно к этому, включая Иешуа, в чем, возможно, сам Михаил Афанасьевич не мог себе признаться. Все события Романа являются преддверием, приготовлением Ухода Мастера. Не стоит устраивать религиозные споры по поводу «Мастера и Маргариты» с привлечением сил Московской Патриархии. В Романе нет ни Бога, ни дьявола. В нем есть только уставший, измученный Мастер, по чистой случайности не погибший вместе с братьями Турбиными. |
| © семиряг, 2007 |
Дата публикации:  , Последнее изменение: |
| Эту публикацию прочли 163 раза |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель,  |
 |
