Вход в систему
| Показать как стихотворение (по центру) | Gvidon | Лирика |
Он и ОнаЧрезвычайно дорогой для меня женщине, московской поэтессе Светочке Марковской. Спасибо, родная, что сдвинула моё перо с мёртвой точки.Она не знала акушеров, Она вздыхала под торшером, Она кота звала «мон шером», Но кот шипел, и хвост трубой. И он в бредовой говорильне, В подкрышной опиекурильне Как кур, посаженный на гриль, не Находил себе покой. Она по пятницам ласкала Богатого бисексуала, Который, как потом узнала, С ней изменял секретарю. А он одновременно тискал Миниатюрные пиписки Двух китайчанок. После виски Их провожал: «Благодарю!». Он бурно продавал и долго Редкоземелье, мех и сорго, Он торговал дарами морга Для местных сатанинских сект. Хотя мечтал о домоседке, С ней семечки погрызть в беседке, С ней Глюка слушать на козетке, С ней вечером пройти проспект. В один из дней приходит лажа: Полулюбовник стался гаже - Кота пощупывал и даже Искал «рокфор» в её трусах. Прогнав его, ложилась рано, Заметь – не принимая ванны, Читала пресные романы И запустила свой просак. Меланхолично - тихо, вяло Она проныла одеяло, Сопливясь, образ изваяла - Подобье горного козла. Чтоб был никак непредсказуем, Чтоб был всегда готов ко всую, Чтобы имел природу злую И чтоб на нём была казна. Пора бы встретиться им, братцы! Господь не захотел мараться, Но в кой-кого потыкал пальцем По направленью «с верха-вниз». Включил Козлобородый разум: Он вник и свёл, сдружил их сразу Дабы хвалиться Божьей фразой: «Ну, слава МНЕ, они сошлись!». Хоть молодость ушла давно, но О юности болтают дома, Недаром помнит вся Молдова Дни «Уна рубль – уна литр». Ему все деньги стали пофиг, Он любит отварной картофель Она, когда он выпьет кофе, Поставит ноты на пюпитр. ………………………………….. В стишке и ядра и полова, Увы, моё перо херово, Хотя херо пока перово - Твердеет, как ты не возьмись. Херо схиреет, между прочим, Хер с ним! Однажды, дед порочный, Я, возбуждённый Музой ночью, Обильно изолью на лист. Годины вымывает кальций, В моче песок, седеют яйца, Мне стало стыдно раздеваться При свете. (Девочка, прости!). Мне сорок два и женщин вдосталь Любим, люблю, пятнаю простынь, Но только в старости, к погосту, Я напишу свой Главный Стих. |
| © Gvidon, 2007 |
Дата публикации:  , Последнее изменение: |
| Эту публикацию прочли 257 раз |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель,  |
 |
Понятно, значит не дождусь)
***
У нас и возраст одинаков,
и посох носа- слов не надо!
С- лова твои от ловеласа
не отлепляются, увы.
Седеешь милый- эх, зараза,
зато перо на оба глаза
надвинул, и "мон шер" без газов
не обойдётся тут увы.
Напишешь стих к едрене - фени,
Давай, вставай мой друг, с коленей,
или с колен- чего от лени
тут не напишешь, ах, увы.
Мон хер, тебе в маскву карета,
а за июнем будет лето,
но ты, прости, что я одета,
и не согрею я- увы.
Тебе Мюзетта и Жоржетта,
тебе - Лизетта и Одетта,
тебе.. ах, хватит пистолета,
так хватит, что всю жизнь- увы.
Но верю в подвиг твой безгрешный,
ведь сорок два уже, конэшна,
Что? Жер-ебец, тебе конюшня,
жуй сено-кос в ребро, увы.
ДжуК
***
У нас и возраст одинаков,
и посох носа- слов не надо!
С- лова твои от ловеласа
не отлепляются, увы.
Седеешь милый- эх, зараза,
зато перо на оба глаза
надвинул, и "мон шер" без газов
не обойдётся тут увы.
Напишешь стих к едрене - фени,
Давай, вставай мой друг, с коленей,
или с колен- чего от лени
тут не напишешь, ах, увы.
Мон хер, тебе в маскву карета,
а за июнем будет лето,
но ты, прости, что я одета,
и не согрею я- увы.
Тебе Мюзетта и Жоржетта,
тебе - Лизетта и Одетта,
тебе.. ах, хватит пистолета,
так хватит, что всю жизнь- увы.
Но верю в подвиг твой безгрешный,
ведь сорок два уже, конэшна,
Что? Жер-ебец, тебе конюшня,
жуй сено-кос в ребро, увы.
ДжуК
| Джулия Коронелли | :: 2007-06-10 01:09:36 |
Но пусть Газетта и Котлетта,
Не думают со мной «про это» -
Я обнаружил этим летом
Морщины, шрамы от узды
А по сему сказать намерен:
Я мрачный некрасивый мерин,
Для «света» я уже потерян,
Я не гожусь для борозды.
Я тихоход для следопыта,
Я с гривой лишаём побитой,
Мадам, я - старое копыто,
К несчастью - и подковы нет.
Я был стреножен, был и вольный,
Прошёл и пастбища и войны,
Сейчас же запах скотобойни
Настойчиво мне шлёт привет.
Рад, шо помнишь за меня, Юлия.
А в центральном мюнхенском пивном баре первая, с которой я танцевал, была Джулия, правда не из Москвы, а из штата Небраска.
Будь, красавица.
Не думают со мной «про это» -
Я обнаружил этим летом
Морщины, шрамы от узды
А по сему сказать намерен:
Я мрачный некрасивый мерин,
Для «света» я уже потерян,
Я не гожусь для борозды.
Я тихоход для следопыта,
Я с гривой лишаём побитой,
Мадам, я - старое копыто,
К несчастью - и подковы нет.
Я был стреножен, был и вольный,
Прошёл и пастбища и войны,
Сейчас же запах скотобойни
Настойчиво мне шлёт привет.
Рад, шо помнишь за меня, Юлия.
А в центральном мюнхенском пивном баре первая, с которой я танцевал, была Джулия, правда не из Москвы, а из штата Небраска.
Будь, красавица.
| Gvidon | :: 2007-06-10 10:23:47 |
