Каирское Братство
Каирское Братство

Свирепый Албанец Мухаммед Али
Взошёл на Мечеть Саладина,
И, видя Столицу в горячей Пыли,
Постиг её Духом Единым.

Гремели Повозки, и Эхом Базар
По каменным Дебрям струился, –
И Хищника Норов его обуял,
Что с Миром ещё не смирился...

« – Зовите Гостей, расстелите Ковры, –
Пусть Знатные Зваными станут!
Пускай позабудут былые Пиры,
Достойные Низшего Сана!»

«Пусть лучшие Девы Искусством своим
Прельстят их холёные Туши:
Я буду брататься с Египтом седым, –
Войду в его Тело и Душу!..»

И кликнули Клич по Теченью Реки, –
От Хальфы до Александрии, –
Что Знать и Султан с этих пор не Враги,
Что Первыми станут Вторые,

Что дружеский Праздник в Объятья зовёт,
И Грех от него отказаться, –
И будет Врагом, кто не ест и не пьёт,
Для нового, славного Братства!..

И вот, отворились Ворота Дворца,
Впуская Пугливых и Гордых,
И все прославляли «Султана-Отца»,
Читая хвалебные Оды,

А позже – вкушали Еду и Вино,
Наложниц, Кальян и Веселье,
А после – братались с Султанской Весной,
Что Духом подобная Хмелю...

Но в Полночь гаремные Слуги вошли,
Закрыли и Двери и Ставни, –
И Сабли кривые Объятья свили
В кипящем и сладком Дурмане.

И красные Струи кропили Ковры,
На Злато швыряя Гранаты, –
А где-то снаружи пылали Костры,
Объятые Сном Звездопада...

И Евнух к Албанцу тогда подошёл,
Его вопрошая с Поклоном:
« – Как с Трупами быть? Может, спрятать под Пол,
Иль Яму в Саду полусонном?»

«Как скажешь, Владыка?..» – «Неси их во Двор,
Затем – в Мавзолей мой роскошный:
Ведь это мне Братья Родные с тех пор,
Как Саблю достал ты из Ножен!»

«Скрепляет отныне нас Общая Кровь,
Которой Ковры напитались:
Поднялись мы вместе от Общих Столов,
Что в Памяти Страха остались!»

«Они воспарили к Аллаху от Яств,
А я ещё всласть попирую, –
И Мир попытаюсь по-братски обнять,
Что Жизнью вслепую рискует!..»

«Счастливцы они! – Я ж несчастный Беглец,
Для Выживших ставший Султаном:
Я Брат только Мёртвым – Живым я Отец,
Согбенный под Тяжестью Сана...»

С тех пор над горячим Каиром Года
Струились в Пыли безвозвратно:
Нежданно с Клюкой появлялась Беда, –
Но Счастье платило стократно.

Всё так же Повозки певуче гремят,
И Эхо парит над Базаром, –
Где Суру встречает Улыбкой Аят,
И всё отдают почти Даром...

Но высится мрачной Громадой над Всем
Великая Тень Мавзолея:
Ужасный Албанец спокоен и нем, –
Над Гробом Лампада алеет.

Он спит в Окружении Братьев своих, –
А рядом Мечеть Саладина
Поёт, что «Аллах бесконечно Велик»
В Столице загадочно дивной...
15.07.2007