Владимир Куземко

Мокруха-2. А вот и я, любимый!..
 Cool Smoke

 Cool

Глава 2. А ВОТ И Я, ЛЮБИМЫЙ!..

    
   В 15.02 к 14-му дому по Юбилейной наконец-то подтянулся и я - Вадим Снежко, 26 летний лейтенант милиции. опер-желторотик, пока что успевший понять, и усвоить лишь самые азы своей новой деятельности. (Вехи предыдущей жизни: школа – техникум – завод – армия - снова завод – школа милиции… Ничего интересного!).

   За два месяца пребывания в ментовских рядах, впрочем, я успел раз и навсегда распрощаться с прежним, киношно-романтическим представлением о работе сыщиков, с риском для жизни спасающих граждан от преступников и беспощадно карающих зло, этаких витязей без страха и упрёка, Шерлок-Холмсов наших дней…

   Действительность оказалась совсем иной - скучной. обыденно - грязной, вонючей, подлой, абсолютно не похожей на изображённое в многочисленных детективах…

    Более опытные коллеги к этому времени уж успели научить меня трём самым главным вещам в нашей профессии:

    _жрать водяру стаканами;

   _ничего не бояться (начальственных придирок, внезапных визитов проверяльщиков, вонючих мертвяков, бандитских пуль и заточек, ареста и тюряги);

_находить железные и никого не ставящие под удар отмазки на все попытки загрузить тебя сверхлимитными обязанностями, а по возможности - класть с прибором и на свои непосредственные служебные обязанности…

     В остальном же я почти ничего не умел, многому - изумлялся, и не до конца растерял ещё остатки своих голубых идеалов и щенячьей доверчивости людям…

    Да, и ещё: мне тогда казалось почему-то, что та дуристика, которую я вижу кругом себя в милицейских стенах, творится только в нашем РОВД, тогда как во всех прочих ментовских подразделениях всё обстоит как-то совсем по иному…

   О, святая простота!..

   …Перед этим как раз был мой обеденный перерыв.

   Сходив в ближайшую от Заводского РОВД «пельменную», я сжевал там что-то липко-противное, и возвращался на работу практически голодным. Посещение фешенебельного ресторана легко подняло бы моё нынешнее настроение, но где ж средства на рестораны взять?..

   Вы можете долго смеяться, но взяток мне никто тогда не предлагал, а зарплата, как и сейчас, была мизерной…

   Дешёвый районный опер практически всегда – голоден.

   В армии, солдатом, я тоже постоянно ходил с пустым брюхом, но там хоть была уверенность, что через два года этот кошмар закончится… А на что мне, оперёнку, в милиции надеяться?.. Не на завод же возвращаться, где получку уж полгода никто (кроме дирекции) в глаза не видел, да и сколько там той получки…

   Впрочем, вру - после «Пельменной» живот всё-таки ощущал временную заполненность… Теперь бы оказаться поскорее в своём кабинетике, со сладостным стоном упасть на стул за своим столом, для симуляции бурной служебной деятельности разложить на нём какие-нибудь секретные бумаженции, и, прислонившись спиною к тёплой батарее, блаженно расслабиться… Хорошо!.

      Ага, размечтался…

   Едва я протянул руку к дверной ручке, как из РОВД навстречу выкатил лысоватый таракан, фекалий недосмытый, он же по совместительству - заместитель начальника районного угрозыска майор Коваленко. Резанул сощуренными гляделками, скривился…

   Сразу захотелось всадить ему правый хук в челюсть, а потом долго топтать упавшее тело ногами, но вместо этого я изуродовал лицо верноподданнической ухмылкой, и хотел ужиком прошмыгнуть мимо него, однако он остановил меня повелительным жестом.

   «Ты почему ещё не там?!» - завёлся он визгливо, с полуоборота, одновременно глядя на подкатывающий к нему райотделовский «уазик».

   «Где - «там»?» - спросил я безмятежно, всё ещё полный надежд на скорую встречу моей спины с тёплой батареей.

   Его даже перекосило от моей недогадливости. Но потом он просёк, что, только что подошедший, я имею моральное право не знать наши текущие новости…

   Сбавив тон до почти допустимого в общении руководящих гадов со мною, он сухо оповестил: «В «малосемейке» на Юбилейной, на 4-м этаже, - криминальный труп!.. Всё бросай, и немедленно - туда!.. Конкретную задачу получишь на месте…»

   Я остолбенел от неожиданности.

   Шлёпать на очередного криминального жмура - мне?.. Зачем?!.

   В моей тогдашней короткой практике уже было три криминальных трупа, (почившие бомжи, умершие в своих квартирах одинокие пенсионеры и угодившие под колёса автотранспорта - не в счёт), смотрелись они гнусненько - перекошенные в агонии лица, засохшая кровь, вывалившаяся из животом требуха, и всё такое…

   И если все наши - уж «там», то чего я там потерял?!. Без меня что - уж и обойтись не могут?.. Нужны мои советы и рекомендации - в крайнем случае могли бы позвонить мне и по телефону, но зачем же ещё и меня туда гонять?!.

    Однако задавать этот вопрос лысоватому не стал, памятуя, какая же он сволочь и клопяра!.. И молча сунулся вслед за ним, когда он прытко скакнул в «уазик».. Типа: разумеется, мы ж вместе поедем, как вернейшие кореша и полнейшие единомышленники в борьбе с криминалом…

   Но неожиданно он притормозил меня невнятным бормотанием, а потом и вовсе захлопнул дверцу перед моим носом.

   Пыхнув дымком, «уазик» укатил. Кстати – в противоположную от Юбилейной сторону.


   Начальник районного угрозыска своего склонного к интригам и подсиживаниям зама откровенно недолюбливал, и во многих важных случаях старался держать подальше от эпицентра событий, не давая ему возможности лишний раз либо - выгодно засветиться перед вышестоящими и выслужиться, либо - накопить материал для очередной кляузы руководству!.. Эти контры двух нашенских отцов-командиров все опера прекрасно замечали, и при возможности - использовали с выгодой для себя…

   В принципе, после отбытия Коваленко я вполне мог двинуть в свой кабинет – один хрен никто не стал бы потом проверять, было ли исполнено мною полученное указание – слишком малозначима для руководства моя фигура… А и проверь, начни лысоватый гнать на меня волну - начальник угрозыска обязательно заступится за меня хотя бы из принципа, - пусть лысый видит, кто в этом доме хозяин!..

   Но - как-то неудобно… Всё ж таки вышестоящий мне категорически велел!..
И при желании крови мне попортить может он немало… А начальник угро хоть и отмажет почти наверняка, но долго потом будет напоминать: «А помнишь, как я за тебя заступился?!»

    Оно мне надо - чувствовать себя перед начальством в долгу?..

   И, крутанувшись на каблуках по свежевыпавшему снегу, я резко изменил вектор движения, двинув по сообщённому мне адресу…


      …«Малосемейка» на Юбилейной смотрелась заурядной 9-этажкой. Обшарпанные стены, узкий дворик с захламленным пустырём, стая облезлых дворняжек, роющихся в мусорном контейнере…

   У нужного мне подъезда кучковалось с десяток авто: иномарки нашего руководства, дежурный «уазик» СОГ, «труповозка»… Не желающие мерзнуть водилы иномарок сидели в кабинах при включенных печках.

   Поодаль стояла и глазела на импортные авто группа местных аборигенов различного пола и возраста, все – какие-то ободранные и грязненькие.

   И вообще, на всём здесь был отпечаток второсортности, нищеты, нескрываемой безнадёги и отчаяния… Так это ж - ещё зима, и кругом – не воняло!.. А могу представить, что творится здесь летом, когда не вывозимый месяцами из контейнеров мусор - разлагается… Ужас!..

    Скорая встреча с руководством никак не радовала.

   Лишись я и вовсе возможности когда-либо увидеть эти одутловатые от постоянных пьянок, переполненные державной спеси и хамства хари - что, разрыдался бы безутешно, и умер от горя?!. Да пошли вы все!..

   Твари вы бездушные и мерзопакостные, зато я - пригожий да ласковый!.. И не плати мне представленная этими рылами держава зарплату – фиг дождались бы от меня они чего-нибудь хорошего, окромя могучих зуботычин…

   А так - вынужден терпеть их… Тьфу!..

   …Да и потом, - почему никто не встречает меня здесь хлебом-солью?..

   Почему ни одна морда не придерживает передо мною дверей, и не указывает дорогу, забегая то справа, то слева, заискивающе интересуясь моим самочувствием, личными, семейными и служебными делами?..

   Почему, наконец, никто не извлекает из штанин свой тугой бумажник, предлагая мне энную сумму взаймы, с возвратом через 20 лет и без всяких процентов?.. У полковников, чай, деньжат малость побольше, чем у ещё не успевшего присосаться к какой-нибудь кормушке лейтенанта, так что - слабо со мною поделиться?!.

   Идти окончательно расхотелось. Шурши карман лавэшками - двинул бы
сейчас же в пивбар… Но увы - с наличием бабла были давно уж привычные проблемы… Вот только поэтому, обречённо шмыгнув носом, я, решительно рванув дверь подъезда на себя, и вошёл, насвистывая бодрый мотивчик.

   Ступеньки, по которым я поднимался, были грязноваты, но не сверх ожидаемого, - грязи не по колено, а лишь по щиколотку. Всё-таки зима - самое чистое время года, она многое облагораживает и прихорашивает…
Одно плохо: зимой ударно пьют, а по пьяни – щедро режут и калечат друг друга… Не будь этого - совсем зауважал бы зиму, а так - всё ж таки опасаюсь… Хотя и тут свой плюс: лежалые трупы в мороз не так благоухают!..

   …А вот и 4-й этаж. В конце длинного коридора у дверей одной из квартир толпилось человек двадцать нашенских: начальство всех уровней,
рядовые менты, фотограф, кинолог с собакой…

   Мимо пробежал запыхавшийся Вовка Бобров, мой напарник по подотделу. «А шо творится?..» - спросил его вполголоса. «Мужика подрезали, насмерть!.. Прямо у дверей квартиры… Лежит в прихожей, весь в кровище!..» - на бегу ответил он, и понёсся дальше, вниз по лестнице.

    Весь в крови?.. Гм…

   Всегда и «до», ип «после» того случая в подобных ситуациях я первым делом иду взглянуть на покойника. Не то чтоб зрелище убиенного значительно помогало моему дальнейшему участию в расследовании но всё ж - какой-то рабочий настрой души создаётся…

   Постоянно так: работать - облом, вот и тянешь натужно из-под палки служебную лямку, мысленно матюкая вреднючее руководство… Зрелище же растерзанной злодеями человеческой плоти как бы мобилизует тебя,
вынуждая сделать чуток больше того, что делал бы лишь под гнётом не тобою определённых обстоятельств…

   Но именно в тот раз на мертвеца я так и не посмотрел - слишком густой смотрелась толпа начальников. Не протискиваться же мне к жмурику, расталкивая всех локтями, и сварливо покрикивая: «Разойдитесь - я иду!..»

   Кстати, начальство что-то уж чересчур медлило покинуть место происшествия…

   Сейчас, задним числом, полагаю: они решили, что раз мокруха - бытовая, несложная в расследовании, то убийцу удастся установить и задержать тут же, по горячим следам, и тогда любой из начальников, в этот момент находящийся в «малосемейке», имеет шанс приписать поимку убийцы персонально себе…
   Вот и болтались здесь, поджидая, чем закончатся первые усилия личного состава…

   Но шли минуты, потом - часы, а убийца никак не находился…