Владимир Куземко

Мокруха-9. Бухло для пролетариата.
                         Глава 9. БУХЛО ДЛЯ ПРОЛЕТАРИАТА.


   Некоторые из жильцов 4-го этажа с самого начала вызвали серьёзные сомнения…

   В частности, в 63-й квартире обитали супруги Сосницыны, оба – из заводских пролетариев. 3-го февраля жена как раз навещала маму в деревне, и временно оставшийся без присмотра муженёк на радостях забуцырил с товарищем по заводскому цеху и общественному классу Шибаевым.

   И вот, при первом же опросе жильцов, общавшийся с Сосницыным опер, молоденький лейтенант Кислица, обратил внимание на его неестественную взволнованность… И ещё ему показалось, что тот либо знает больше, чем говорит, либо у самого - рыльце в пушку…

   Ладно… Доложил о подозрениях старшему оперу. Дядя Лёша как раз увлечённо искал владельца жёлтой куртки, но и от наблюдений подчинённого не отмахнулся. Лишних версий в мокрушных делах не бывает, это - аксиома!.. И пока начальство окончательно не решило: «Убийца - тот гад!», на роль убийцы потенциально сойдёт любой - тот же Сосницын, например!

   Лейтенант получил «добро» на дальнейшую работу с ним.

   Для начала Кислица вызвал повесткой Шибаева, и допросил его. Легенда: «Мы опрашиваем всех, кто в этот день находился в гостях в 14-м доме, - считайте наш разговор обычной формальностью…»

   Вопросы задавались ненавязчиво и небрежно. Неопытный в подобных делах Шибаев расслабился, даже не заметив, с какой тщательностью и полнотой записывались его ответы. И зря хлопал ушами, между прочим, ибо его рассказ про совместную с Сосницыным пьянку сильно расходился в подробностях с тем, что про то же самое ранее рассказывал хозяин адреса.

   Что и как пили, чем закусывали, во что наливали, на чём сидели, про что базарили, короче - множество мелких нюансов, обо всех из которых заранее не договоришься… И если двое по отдельности, рассказывая про одно и то же, не правду говорят, а - «гонят», то всегда всплывают на поверхность шероховатости и несовместимые противоречия…

    К тому же, заметил лейтенант, к концу разговора Шибаев и вовсе поскучнел, словно вспомнив что-то этакое… Сразу скукожился, ушёл в себя…

   Мигом в лейтенантской голове родилась стройная как мачта версия: оба - пили, закуси не хватило, они вышли в коридор поискать хавала, а тут Бегун прётся, с куриными окорочками!.. Они - к нему: «Дай!» он их - матом. Ну а пьяные не любят, когда с ними - грубо!.. Мелькнуло в воздухе заточенное пёрышко, щедро пролилась кровь, и оба алкаша, полюбовавшись подрезанным супостатом, со спокойной душой вернулись к себе - квасить дальше…

   Хороша версия, убедительна, достоверна… Единственный недостаток: улик - нет, и доказательств - никаких, Так, одни голословные предположения…

   Можно бы и плюнуть на это, затягать обоих на допросы, прессовать конкретно… Но если и тогда не расколятся!.. Если окажется - ложный след, и зря людей мордовали?.. В перспективе тогда - кляузная жалоба в прокуратуру, с последующими разбирательствами…

   Это криминалы, блатняки всякие, без крайней надобности никогда не стучат на органы, и жалоб не пишут, потому как знают: себе дороже!.. Не то - любящий водочку и качание прав рабочий класс… В очередной раз нажрутся водки под горловину, и от нечего делать - шарахнут телегу на имя Генерального прокурора!..

   Понятно, что всем та жалоба - до задницы, но реагировать же как-то надо, а в некоторых случаях - приходится даже и «стрелочника» подыскивать, какую-нибудь ментовскую «шестёрку», чтоб наказать её в назидание прочим, - мол, «не зарывайтесь, ребята!..» Вот для наглядности и турнут пару рядовых оперов…

   Не хотел наш товарищ расставаться с милицейской ксивой, прикипел к ней душою, сросся… А потому решил перестраховаться, и поступил в строгом соответствии с учебником по оперскому мастерству, рекомендующему в подобных ситуациях подвести к фигурантам агентуру, и всесторонне их прощупать… Если причастны к убийству - авось проболтаются!..

   Но сказать легче, чем сделать…

   Если среди уголовников сексотит на ментуру каждый третий (а то и каждый второй), то среди мирного населения уголовный розыск многочисленными агентами за ненадобностью не обзавёлся, и при появлении надобности подвести стукача к «не-криминалу» - сразу же возникают проблемы…

   Чтобы «клиент» не суетился, берущий его на крючок сексот должен быть из числа хороших его знакомцев, а где ж такого среди наших осведомителей сыщешь, особенно - в короткие сроки?..

   Разве что какую-нибудь шалаву под «клиента» подложить (если это – мужик)… Ну, трахнуть малознакомую мокрощёлку он-то трахнет, не вопрос, а станет ли с нею на серьёзные темы откровенничать? Сомнительно!..

   Но всегда можно что-нибудь придумать…

   Лейтенант и придумал: решил подсунуть Сосницыну собутыльника!.. Алкашничать тот завсегда рад, а с кем выпиваешь - тому и веришь, перед тем и исповедуешься, это все знают…

   Среди находящихся на связи у Кислицы сексотов был некий замшелый дедок под оперативным псевдонимом «Антоныч» - ранее судим, ментами неоднократно бит, а потому старателен и относительно надежён в работе. (В порядке ответной на его усердие любезности угро закрывал глаза на мелкооптовую наркоторговлю и некоторые другие шалости Антоныча, в общей сложности тянувшие лет на 5-6 строгой изоляции…)

   «Скентуйся с таким-то, раздавите пузырь-два, а после выведаешь у него то-то!» - сформулировал цель акции опер. Антоныч взглянув с прищуром («сопля ещё, а не опер, - ни хрена в нашем деле не шарит, а туда же, корчит из себя важного гуся!»), подумал, ответил взвешенно и солидно: «Для прочного знакомства пузырей должно быть минимум пять, а у меня с баблом - напряжёнка… Гоните пузыри натурой, иначе ничего не получится!..»

   Опер мазнул презрительным взглядом («Синяк вонючий… Господи, с каким сбродом мне, молодому и красивому, по долгу службы приходится общаться!»), достал из сейфа две бутылки самогона, сунул дедку: «На!..»

    Тот изумился: «Только пара?.. На двоих мужиков?!. Не-е, гражданин начальник, это ж несерьёзно!.. На такое я не подписываюсь!..»

   Ох и вызверился Кислица: «Я тебе что - водочный комбинат?!. Бери, пока в руки дают, а не в морду!.. А ежели задание не выполнишь, и самопал однолично втихомолку вылакаешь - найду и изувечу!..»

  Антоныч обиженно поджал губы, но продолжать перепалку с куратором - придурком не решался. Лишь плечами пожал: «Раз надо - сделаем… Я ж хотел только, чтоб делу - лучше!..»

   Лейтенантик по неопытности принял понт за чистую монету, и ему стало стыдно: орал пусть и на поганенького, но всё ж - живого человека, давнего помощника органов, можно сказать - без пяти минут орденоносца и обладателя почётного значка: «Заслуженный Стукач Республики»!.. И тыкал ему, и хамил всячески… Да и по существу агент тоже прав: больше выпивона требовалось на подобные цели, минимум - пол-ящика!.. Но нет столько у угрозыска, вот в чём перец…

   Не на свои же, скудно-оперские, бухло покупать!.. И не на спецфонд для сексотского матстимулирования, которого давно уж не существует в природе…

   Да что говорить, - и эти несчастные две бутылки галимого самопала лишь с превеликим трудом удалось отобрать у местной самогонщицы, тётки Игнатьевны… А казалось бы: накати грамотно на любую самогоноторгующую точку, и выноси оттуда дармовую выпивку вёдрами!..

   Но - не получается… Тут ведь - масса не видимых непосвящённому тонкостей… Про второстепенные промолчу, скажу лишь про главное…

   Большинство торговцев самогоном сами сексотят на уголовный розыск!.. Почему?.. Дело в том, что, в отличие от наркоты, которую жаждущим продают исключительно за наличные, самогон в нашем районе зачастую согласны отдавать желающим и в обмен на вещи, а потому практически все торговцы самогоном занимаются одновременно и скупкой краденного, с последующей перепродажей…

   Завербовать всех, кто продаёт самогон, таким образом - значит получить великолепные каналы выхода на домушников, гопников, и прочую посягающую на имущество честных граждан нечисть… Вот почему мы их всех и вербуем.

   Попробуешь от почётного сотрудничества с ментурой отказаться - уголовную ответственность за самогоноварение, вкупе с хранением и сбытом краденного, ещё никто не отменял!..

   Но самоотверженно пашут на оперов все эти алко-барыжки мелкого пошиба не за так, не за красивые глазки, и даже не в ожидании обещанных им правительственных наград и Почётных грамот, а за то, чтоб не совали опера палки в колёса их бизнесу, не мешали торговать бухаловом, одним словом, и не конфисковали их алкогольные запасы без самой крайней надобности…

   Конечно, совсем без бутылки опера курируемые им торговцы самогоном не оставят, иногда и поднесут её в качестве необременительной добровольной дани, но ведь и самому оперу тоже надо время от времени налакаться вдрызг, и не на свою же зарплату тогда кирять!..

   Так что пусть спасибо скажет Антоныч куратору и за эти две бутылки - целых полнедели теперь лейтенант милиции Кислица не возьмёт в рот ни капли спиртного, и всё - потому лишь, что свои кровные две полулитровки оторвал от сердца и отдал на государево дело!..

   …Поставленную задачу сексот выполнил на четвёрочку с плюсом.

   В доверие к Сосницыну втёрся элементарно: подождал, пока тот выползет из подъезда во двор, свежим воздухом дохнуть, подошёл как бы невзначай, покалякал про то - сё… Потом спрашивает: «Выпить хошь?.. У меня есть…»

    А тот что - отказался?!. Ни в жисть!.. От таких предложений в нашем Отечестве отродясь не отказываются!.. Тут же двинули в соседнюю забегаловку, взяли пива, потом, втихую разбавив «самопалом» Антоныча, тяпнули по свойски раз… другой… третий… Через полчаса - уж брели в обнимку куда-то, бормоча про своё, родное, глубинно-алкашное…

    Утром следующего дня Антоныч доложил лейтенанту, что Сосницын насчёт мокрухи в «малосемейке» откровенничать не стал («А всё почему?.. Мало тяпнули!.. Эх, говорил же…»), но вскользь проболтался, что «маленько начудил…», и «ежели правда всплывёт - хана мне!» Ну чем не сознанка?!.

    Опер помчался к Харитонову. Тот как раз закончил разбираться с Клячей, лишившись перспективной версии, и с горя готов был вцепиться во что угодно!..

   В тот же день Сосницына с Шибаевым выдернули в РОВД, и, рассадив в разные комнаты, начали допрашивать.

   Начало вселяло оптимизм: собутыльники смотрелись запуганно, постоянно противоречили друг другу в показаниях, и, казалось, вот-вот поколются на мокруху, и вообще - на всё-всё-всё, что сочтёт нужным повесить на них грозный угро…

   Однако часы проходили один за другим, а долгожданной явки с повинной никак не проклёвывалось… Тогда обоих бросили в жернова - сперва кричали на них громко, кулаком по столу постукивали устрашающе, а там уж и по конечностям резиновой палкой прошлись-пробежались… Больно!..

   Пролетариат, как и подобает ревоюционному гегемону, держался стойко. Но – не долго, всего лишь сутки, - сказывался вызванный крахом Советской власти долгий отрыв от благотворного воздействия коммунистической идеологии… А потом - оба враз раскололись со страшным грохотом…

   И что ж оказалось?!. Эти двое моральных уродов в тот день, 3 февраля, выпили всё, что у Сосницына было припасено, а потом додумались: вынули из дивана набор подушных наволочек и диванных покрывал. снесли в соседний дом, и там - загнали знакомой чувихе по дешёвке. А бабки - пропили!..

   Жена Сосницына об этом ещё ничего не знала, а когда узнает, понимал супруг - убьёт его на месте!.. Вот заранее, предвкушая будущую расправу, и ужасался!.. Да и дружка своего грозящим им обоим скандалом так запугал. что тот тоже замандражировал…

   Ну а когда опера ими обоими ударно занялись, - решили они, что менты вышли на след пропитых наволочек, и хотят их за это прищучить…

    Что баба Сосницына про пропажу узнает - опасались до икотки, а что, заподозрив в убийстве, к расстрелу могут приговорить за милую душу, - про такое даже не подумали… Во народец!..

  Дядя Лёша лично побил обоих на дорожку, и - выгнал в шею. «Попадетесь ещё раз - сгною в тюряге, алкашисты проклятые!» - орал им вслед сердито.

    И для успокоения нервов - тут же напился…