Яременко-Толстой

IKOS - не ЮКОС…
Владимир Яременко-Толстой (Милан)
IKOS - не ЮКОС…
Встреча независимых театров Европы в Италии

С 9 по 13 мая в итальянском городе Бреша недалеко от озера Гарда в рамках театрального фестиваля IKOS прошла третья встреча независимых театров Европы, на которую съехалось без малого 250 представителей различных театральных групп, в том числе из России. Подобные встречи проходят ежегодно с 2005 года. Первая состоялась в городке Санкт-Пёльтене – столице Нижней Австрии. Тогда от России приехали победители московского фестиваля короткой драмы «Ночь с театром», который спонсировал журнал австрийских анархистов «Винцайле» и его издательница славистка-переводчик Вали Гёшль. В течение одной ночи в московском клубе «Дом» были поставлены десять коротких пьес, выбранных международным жюри под председательством главного редактора модного литературного издательства Ильи Кормильцева из 130 присланных на конкурс со всех концов земного шара текстов. Авторы трёх вышедших в финал пьес поехали в Австрию.

В этот раз Россию представляли москвичка Ольга Дарфи – режиссёр прогрессивного во всех отношениях столичного «Театра.Док» и драматург Оксана Филиппова из Санкт-Петербурга. В перерывах между многочисленными перформансами, ворк-шопами, семинарами и фуршетами мне удалось с ними побеседовать о судьбах русского театра.

Оксана Филиппова: «Что это вообще такое - независимый театр? Здесь на встрече есть представители небольших театральных групп из Голландии и Бельгии, которые получают ежегодные дотации от правительств своих стран в размере от одного до семи миллионов евро. В Австрии государство материально поддерживает лишь двадцать так называемых независимых театральных групп, в то время как остальные вынуждены выживать самостоятельно. В России же, как обычно, поддерживается лишь официозная культура. Государственные театры сейчас процветают. Частные театры не решаются на эксперимент, чтобы выжить, они гоняют ужасный отстой. Исключение – московский «Театр.Док», с которым работает Ольга Дарфи. Они пытаются отследить современные тренды и работают в самых новых форматах, таких как вербатум компроматум, мистериум вегетатум и перпетуум вагинатум, получая лишь незначительную поддержку от правительства Москвы и от западных театральных фондов. Пусть о них лучше расскажет Ольга».

Ольга Дарфи: «Мой последний проект с «Театром.Док» – моя пьеса «Трезвый пиар», в которой главного героя-политтехнолога играет настоящий фрик Олег Ульянов-Левин, лидер так называемой Солнцевской поэтической группировки. Но работать на голом энтузиазме я больше не хочу, хотя это и интересно. Я сейчас снимаю кино. Кино даёт больше возможностей, чем театр. Только что закончила работу над полнометражным художественным фильмом «Калейдоскоп». Он уже смонтирован и скоро пойдёт в прокат. Два года назад я сделала документальный фильм для телеканала «Россия» о последних днях жизни Владимира Высоцкого - «205 дней», имеются ввиду дни 1980-го года, начиная с 1 января и до дня смерти. Спустя 25 лет свидетели тех событий смогли откровенно высказаться. Правда, наследники поэта запретили в последний момент использовать в фильме стихи и музыку Высоцкого, в связи с чем, фильм пришлось резать буквально по живому».

Оксана Филиппова: «Кстати, если вернуться к нашей основной теме, теме театральной независимости, то, если «Театр.Док» всё же получает хоть какие-то гранты, то московский концептуальный театр Кирилла Ганина – явление вообще уникальное. Кирилл Ганин выживает сам по себе, не получая ничего, кроме гонений. Тем не менее, его знает даже моя бабушка-пенсионерка, которая живёт в глухом совхозе. Ведь стоит Ганину что-то поставить, как это сразу же появляется в телевизионных новостях. Будь то спектакль о похождениях Ивана Рыбкина или о сексуальных притязаниях голландского судьи-трансвестита к Слободану Милошевичу. А когда Ганин в 1996 году сделал спектакль «Ленин в сексе», его арестовали и посадили в Бутырку. Это было ещё при Ельцине. Он просидел там месяцев шесть без предъявления обвинений, пока его не выпустили в связи с протестами московской интеллигенции. В его защиту были собраны тысячи подписей. Он рассказывает, что в камере сидело человек сорок, постоянно кого-то забирали и приводили новых арестантов. И оказывалось, что почти все его видели по телевизору. Уважуха была полная. С ним делились последним. Так к нему пришла реальная слава. У Ганина нет своей площадки, он постоянно арендует для своих постановок какие-то клубы. Прошлой весной он поставил пьесу в поддержку восставших студентов Сорбонны, в которой играли российские студенты, а также иностранные студенты, обучающиеся в Москве, которые недовольны преподаванием русского языка в российских вузах. Им преподают ещё по советским методикам и учебным пособиям не тот язык, на котором разговаривают на улице. Пьеса так и называлась – «Уроки настоящего русского языка». Причём играли голыми. Из Парижа по телефону на громкой связи прямо с баррикад звонил профессор Анатолий Лаври, которого потом таки уволили за поддержку восставших студентов. А австрийский студент Феликс Штрассер, сыгравший у Ганина главную роль, стал любимцем российской прессы и снялся затем в популярной телепередаче «Секс с Анфисой Чеховой». Его партнёрша по спектаклю после всего этого забеременела(ведь играли-то голыми), и он как порядочный мужчина, на ней женился и увёз её с собой в свою альпийскую глухомань где-то под Клагенфуртом. Но театральный официоз Ганина просто ненавидит, ему страшно завидуют за его успех у публики. Когда в прошлом году я писала в Санкт-Петербургской театральной академии свой диплом по новейшим течениям в современном театре, мой научный руководитель от меня отказался только из-за того, что я упомянула театр Ганин. Но я тоже пошла на принцип и не захотела ничего вычёркивать из работы. Пришлось срочно искать нового руководителя, что было совсем не просто, можете мне поверить…»

Если российскому режиссёру Кириллу Ганину пришлось провести за свою пьесу «Ленин в сексе» полгода в бутырской тюрьме, то югославскую актрису и режиссёра Семолину Томич, показавшую несколько дней назад в Бреше свой перформанс под названием «Ленин в Антарктиде» итальянские власти даже не подумали арестовывать. Наверное, им просто не пришло это в голову…

Югославы, оказывается, всё ещё ностальгируют по своему коммунистическому прошлому гораздо больше, чем русские, ведь раньше у них была абсолютная идиллия, никто никого не убивал, а теперь сплошные локальные войны. Семолина Томич всячески манипулировала с огромной картонной головой Ильича, похожего на чукчу, катая её по так называемому Инфинити-боксу – надутой воздухом огромной целлофановой юрте. Публика сидела снаружи. Дело происходило в городском парке ночью при эффектных подсветках.

Ольга Дарфи: «Встреча театральных маргиналов мне очень понравилась, завязалось много перспективных контактов. Следующая подобная встреча должна состояться в рамках Эдинбургского театрального фестиваля через год. Но уже в августе я поеду в Барселону, где Семолина Томич работает директором небольшого театра. Она меня пригласила в гости, возможно, мы сварганим какой-нибудь совместный проект. Однако я собираюсь больше работать в кино, хотя в России никто не хочет вкладывать деньги в оригинальные проекты, все пытаются копировать Голливуд и, естественно, всё это получается - сами знаете как…»

Оксана Филиппова: «Может ли что-нибудь измениться в ситуации с российским театром? Я так не думаю. Ситуация в российском театре далека от современности. Под современностью часто понимают чернуху, а это абсолютно разные вещи. Чернуха и эпатаж тоже вещи разные. Не буду далеко ходить, начну с себя. Например, ни одна из моих пьес ещё не поставлена в России, в то время как их с удовольствием ставят в Германии и Австрии в переводах на немецкий язык. В этом году в Берлине будет поставлена моя короткая пьеса «Гараж». Это масштабный немецко-русский проект совместно с московским «Театром.Док» под названием «Облом-off». Кстати, я тоже собираюсь податься в кино и написать сценарий, разумеется, на русскую тему, но боюсь, что продюсера мне придётся искать всё же на Западе…»

 Big wink