Леша Лазарев

Хроника блудных лет, часть 7
Медсестра
Я ехал в троллейбусе, по привычке оглядывая толпу в поисках интересного. Она сидела у окна, смазливая и большегрудая. Мы поиграли взглядами, я пробрался к ней и, перед тем, как покинуть троллейбус, попросил телефон. И получил его.
Встретились. Она почти с меня ростом, крупная, с большой жопой. Классно, что при такой стати у нее есть талия. Рука лежит на ней и не падает. Раз она не отталкивает моей руки, а, тем более, работает медсестрой, я могу рискнуть и пригласить ее к себе на первую же встречу. Ура, соглашается!
Она вежливо поздоровалась с моей старенькой бабушкой, пробиравшейся по коридору до туалета. Когда я завел медсестру в свою комнату и сразу обнял, почти не ломалась. Затем мы долго и старательно еблись на моем напольном матраце вдоль и поперек, она то ложилась, то вставала раком, я ловил ногами опору, упирался в стулья.
Отдыхали после первой палки, когда медсестра заявила:
- Хорошо бы кто-нибудь на нас посмотрел.
- Ну да, ты неплохо выглядишь.
Ее большая грудь и крутая жопа выглядят гораздо лучше, чем у затасканного Рубенса. Вкусы поменялись, современность признала жир вредным для употребления, мир перешел на постное и спортивное. Конечно, медсестра не худенькая, но архаических складок на ней нет и быть не может.
- Знаю, что неплохо, не в этом дело. Может, позовем твою бабушку?
- Зачем?
- Пусть посмотрит, как мы это делаем.
Ни хуя себе. Это не звучало как шутка, она действительно хотела внимания. Но это же просто ужасно. Не думаю, что при бабушке у меня хоть что-нибудь получится.
- Не думаю, что бабушке это будет интересно.
Медсестра грустно вздохнула и отдалась мне еще раз. Представляя, что она на сцене огромного театрального зала, полного седеньких и подслеповатых, но веселых бабушек.

Чужая жена
Если у идущей навстречу женщины приятное лицо, я останавливаю на ней взгляд, а когда она проходит мимо - оборачиваюсь. Главный вид - сзади. Классная баба! Настолько, что я прерываю свой путь и догоняю ее. Мою новую знакомую зовут Оля. Проводить дальше нельзя, где-то неподалеку ее ждет муж.
- А вот и он. Вам лучше скрыться, а то заметит.
- Оставьте телефон. Буду звонить женским голосом.
Диктует.
- Пока.
Муж, похоже, ничего не заметил.
Первое свидание мне помогла организовать сестра. Позвонила Оле домой, трубку взял муж, но жену все-таки позвал.
- Привет!
- Привет.
- Хорошая конспирация?
- Да, ничего.
- Давай встретимся?
- Ладно.
Мы долго гуляли по городу. В прошлом, до замужества, Ольга основательно занималась плаванием, но ей повезло - плечи не стали чересчур широкими. Бродить по улицам холодно. Пригласил в гости. Отказалась. Плохо дело. Через пару дней они с мужем уезжают в Москву, и я ее уже никогда не трахну. Прошли еще пару кварталов, и я снова позвал ее в гости. Отказалась. Совсем плохо дело. Когда они вернутся из Москвы, она и сама толком не знает, похоже, муж там собирается осесть. Да, климат там получше. Вдруг повалил сильный снег. Держась за руки, мы кинулись в метро, на бегу я выкрикнул:
- Поехали ко мне!
- Ладно.
Последние метры я бежал уже с твердым хуем наперевес. На эскалаторе она позволила обнимать себя за талию, в вагоне и в штанах было тесно, и пока мы добрались до моей комнаты, я весь истомился.
- Курить здесь можно?
- Да-да, конечно.
Терпеть не могу табачного дыма. Тем более в месте, где я сплю! Ладно, что ж делать. Она сидела на стуле нога на ногу, покуривала сигарету и смотрела на меня прищурившись, а я трепетал рядом и откровенно жадными движениями гладил ее бедра.
- Дай хоть докурить…
Когда она загасила окурок, я попробовал стащить с нее одежду, но не справился с путаницей рейтуз и колготок, Оля улыбнулась:
- Я лучше сама.
Она не торопилась, но в любом случае раздеться быстрее меня ей бы не удалось, целую минуту я наблюдал за ее плавным обнажением, стоя уже голый и с резинкой на торчащем хуе.
Завалились на пол, на мой матрац, и я поимел ее в пизду, засадил член по яйца, драл сверху, снизу и раком.
- Ты мужу часто изменяешь?
- Нет, не очень.
- А он знает?
- Знать он не может, но он мне просто не доверяет. Так что нет разницы, что я делаю, а чего нет.
Чужая жена - что может быть вкуснее? Как сладко въезжать в запретное! И хуярить, хуярить - чтоб знала. Я ее выебал и еще сейчас выебу! А вот ей еще палочка на дорожку.
Вечерняя прогулка
Если не спеша прогуляться по нашему спальному району теплым летним вечером, можно встретить кого-нибудь в хорошем настроении. Времена разгула наркомании еще впереди. Народ употребляет пивко, а если хочет жить еще веселее, мешает его с водочкой. Я практически не пью и отношусь к этим традициям свысока, но с одобрением, как и белый колонизатор одобряет туземный праздник урожая кокосов, когда юные страстные чернокожие девушки наперебой просят чужеземца излить в них его семя.
Эта женщина прогуливается и никуда не спешит. Подхожу - отлично, она слегка навеселе. Знакомимся, гуляем. Темнеет. Приглашаю Лену в гости. Отказывается. Потому что она замужем, муж в дурном настроении сидит дома, а она всего лишь пошла воздухом подышать. Что ж. Определяю маршрут так, что через некоторое время мы подходим к моему дому. Некоторых особенно нерешительных девок я просто заносил в парадную на руках, они немного кудахтали, затем становились на ножки и сами шли в мою квартиру. Она тоже ломается, но я уговариваю и тяну ее за руку. Да, она согласна. Идем ко мне. По дороге прихватываю чужую жену все плотнее, целую в шею и в ухо, у себя в комнате уже не чувствую никаких пределов бесстыдства и лижу ей пизду как кобель языком потом деру ее без гондона как безумный.
С мужем у нее отношения довольно напряженные. Муж Лене не доверяет - и правильно делает. Слава богу, что я ничего от нее не подцепил. Что-то нервишки шалят. Разве так можно. Все, ебаться только с гондоном.
Жду автобуса
В солнечный воскресный день прохожу мимо автобусной остановки. Что если посмотреть там? Вот девушка, лицо не слишком красивое, зато ноги просто отличные.
- Привет, что, автобус ждете?
- Да, а как Вы угадали?
Она мило улыбается, так что это не издевка, а легкая ирония - проверка находчивости.
- У меня очень мощная интуиция. Может, лучше прогуляемся?
- Что ж, действительно, ждать здесь надоело.
Она никуда не торопится, а до моей парадной метров триста - как раз, чтобы немного поболтать и ненавязчиво заглянуть в гости.
- Может, зайдем ко мне? Посмотрите, как я живу, заодно и автобус подождем.
Соглашается. Я уже чувствую, что понравился ей. В моей комнате без лишних реверансов я становлюсь откровенен и настойчив, обнимаю, целую, прижимаюсь. Она препятствует и отнекивается, но с такой осторожностью, что я хватаю ее за бедра и валю девчонку на свой половой матрац, тем же движением, поддерживая ее жопку на весу, сдираю колготки с трусами. Она начинает возмущаться уже всерьез, но слишком поздно, я уже натягиваю гондон и наваливаюсь на нее сверху, направляю член пальцами - есть! Поехали! Изнасилованная гостья скоро начинает отвечать на мои толчки подмахиванием, сажаю ее сверху, она прыгает на мне и, кажется, получает удовольствие, тогда я ставлю ее раком, прибавляю скорость и кончаю.
Какая-то она все-таки некрасивая. Лицо какое-то не такое.
- Ну что, автобус уже, наверное, подошел?
- А?
- Да и мне тут по делам нужно собираться…
- Ты меня до остановки-то проводишь?
- Извини, мне вот тут надо позвонить еще…
Она выскочила, здорово обиженная.
Самое интересное, спустя какое-то время я встретил в автобусе девчонку с отличными ножками, очень похожую на нее. Понятное дело, имени я уже не помнил. Да и признавать меня она отказывалась. С другой стороны, в ответ на мои откровенные приглашения заглянуть ко мне в гости и как следует порезвиться, она нисколько не обижалась, как могла бы совершенно незнакомая. В общем, ко мне она не пошла. Первая встреча была для нее жестоким уроком, вторая - сладким реваншем.
Провинциалки
Наш славный город питается энергией молодых провинциалок. Они классные - свежие, здоровые, социально неустроенные. Эта девушка работает швеей. Живет с подружкой в снимаемой комнате. Хорошенькая, как свежий молочный поросеночек. Очарование наших местных девушек совсем другого свойства, красота ленинградки манит сырой русалочьей зеленью. Швея не умеет красиво говорить, зато мило улыбается и хихикает. Привел домой в первую встречу - ломается и не дает, хотя отвечает на поцелуи и в целом ведет себя вполне положительно. Это род отказа, который убедительнее немедленного согласия. Конечно, я ей нравлюсь, имеет прямой смысл встретиться снова.
Привел домой во второй раз - швея вела себя почти так же - нежно целовалась, повисала в объятиях, так же мило и скромно ломалась, как вдруг не успела вовремя остановить руку, лезущую к ней в трусики, и, размечтавшись, лишь слегка болтала ножками и жаловалась, когда я раздевал ее донага. Когда я ложился сверху, ее коленки не двигались, а ждали, пока я установлю их руками в нужное положение. В сексе оказалась сдержанной, приказания исполняла верно, но ссылалась на неопытность. Прыгать на мне верхом стеснялась, а лишь застенчиво поерзывала. Сжимая крепкие сиськи, я сам задавал ритм, и если не кончил прямо снизу, то лишь потому, что мечтал поставить ее раком. Все просто замечательно.
Самое интересное, что вскоре я познакомился с другой провинциалочкой, такой же свежей и молоденькой, и она вела себя в точности так же. Снова ласковый отказ в первую встречу и стыдливая уступка во вторую, крепкие сиськи, икры, жопка, сдержанные движения, гибкость, покорность, хорошо облегающая пизденка. Обожаю.
После выебки она потихоньку одевается и скромно сидит на диване нога на ногу, верхняя ляжка деформируется лишь чуть-чуть, молодо и упруго, можно потрогать и сжать ее и прогладить от колена вверх и еще выше, но гостья всегда остановит нескромную руку. Это неприлично. Не имеет особенного значения и то, что всего лишь десять минут назад я дрючил ее раком и нашлепывал крепкую попку. Когда мне захочется снова, она непременно будет ломаться и отнекиваться, словно мы с ней и не были знакомы очень близко и не сшибались лобками в постельной битве, а затем позволит все, что мне нужно.
Сколько прелести в этой загадочной русской природе! Словно все они в своих общежитиях и комнатухах внимательно изучают руководство "Советы бывалой горожанки", в особенности раздел "Встреча с Ловласом", где с полной ответственностью утверждается, что для приличной девушки особенно важно следовать трем правилам: не опрокидываться в первое свидание; не давать волю своим лядвиям; скромность всегда украшает.
Гостья с севера
Я радуюсь, когда слышу в ответ на свое приветствие легкий провинциальный акцент. Эта девушка приехала из Мурманска и кого-то искала в нашем городе. Симпатичная, фигура классная. На всякий случай, если она не найдет свой адресат, я оставил ей свой телефон и предложил убежище на ночь. Вечер прошел в ожидании. Было уже часов девять, когда раздался звонок.
- Здравствуйте, можно Алексея?
- Да, это я.
- Узнал?
- Конечно.
Когда я волнуюсь, голос становится немного хриплым.
- Ты говорил, что у тебя найдется для меня место?
- Безусловно.
Я встретил ее у метро, нимало не уставшую за целый день в чужом городе. У себя покормил ужином, предоставил ванную. Гостья омылась и переоделась в мои домашние тренировочные штаны и футболку. Как же мило облечена тканью ее попка, как дерзко торчат сиськи. Начал приставать. Возражала со всей стойкостью. Пришлось задействовать главный аргумент, в конце концов, ей ведь негде остановиться. Немного стыдно, а что делать?
- Я никак не могу уснуть, если перед сном не позанимаюсь сексом. Если ты не хочешь мне помочь, так как же ты можешь ожидать помощи от меня?
- Так что же, если я не соглашусь, ты меня выгонишь на улицу?
Дешевая провокация. Не нужно рассчитывать на мое благородство, перед тобой плебей из большого города, худший из плебеев. Если ты такая добропорядочная, у тебя есть масса вариантов - ночуй хоть на моей лестнице. А если хочешь комфорта - давай писю.
- Я просто не могу себе этого представить, ты не можешь так меня подвести.
- Так выгонишь или нет?
Зачем ей нужен прямой ответ - я должен подтвердить, что я плохой и снять с нее ответственность? Ну уж нет.
После затяжных пререканий она позволила стянуть тренировочные и футболку, бля, эта девчонка в отличной форме. И понеслось. Сперва она отсосала мне член, может, надеялась, что я кончу, но миньет я как-то не очень. Через пять минут я остановил ее прыгающую над моим членом голову, надел гондон и повалил девку на диван. Пися у нее небольшая и плотная, ощущения прекрасные даже в гондоне, жопа и грудь одной твердости, просто сказка.
Мы уже хорошо покувыркались, когда она спросила:
- А сзади ты любишь?
- В смысле, раком, что ли? Ну да, конечно. Давай.
- Ты не понял, ты в попку любишь?
Я аж остановился.
- В попку? Да я и не пробовал никогда.
- Хочешь попробовать?
- Ну, давай.
Мне всегда казалось, что засунуть в жопу хрен крайне сложно. Дело не в размерах отверстия, а в отсутствии смазки. По совету мурманчанки я воспользовался вазелином. Позднее я изучил вопрос и выяснил, что все эти подручные средства, включая растительное масло, способны повредить гондон и бросить голого беззащитного пользователя на съедение диким зверям, ядовитым растениям и злокачественным лихорадкам, что населяют влажные и теплые джунгли моих красавиц. Нужна специальная смазка для гондона, продается в секс-шопах и, наверняка, распространяется вполне бесплатно на гомосексуальных сходках. Если ничего специального нет, можно воспользоваться сырым яйцом. Ничего такого я не знал. На счастье, гондон выдержал.
Анальный секс не продемонстрировал мне каких-либо собственных преимуществ над генитальным. Ну да, хороший контакт. Так и в письку ей тоже неплохо. Может, есть большая разница для рожавших? Впоследствии я так и не стал поклонником ебли в жопу. Хотя бывалые друзья продолжают утверждать, что в жопу - самое то. Что ж, у меня все еще впереди.
Было часов одиннадцать, когда я бросил ей вторую палочку и улегся рядышком -слушать ее историю.
Она жила с парнем, потом у него возникли какие-то проблемы, они поссорились, а к родителям возвращаться не хотелось. Села на поезд, рванула в Питер. По дороге познакомилась с двумя мужчинами. Хорошо выпила. Залезла с одним на верхнюю полку и отдалась ему там два раза, пока второй рассматривал пустые стаканы. Слезли, покурили, поболтали. Затем дала разок и второму, отметив про себя, что первый все равно трахается лучше.
Какой-то кавказец, сосед по вагону, чувствовал исходящий от нее запах добычи и все старался чаще встречаться с ней в коридоре и поговорить, уговаривал пойти к нему на работу, но она отказалась. В городе у нее был какой-то дальний знакомый, с утра она рассчитывала до него дозвониться.
История меня крайне заинтересовала. Выходит, за два последних дня в ее молодом упругом влагалище побывало три новых члена! Серьезно. В нескольких домах от меня живет мой друг Андрей, который будет просто счастлив оставить у себя хорошую девушку. Она оказалась легка на подъем. Я пробыл у Андрея всего минут пять и, чтобы не мешать, смылся домой. Надеюсь, он ее отхуярит без проблем. Буду спать.
Часа через полтора меня разбудил звонок в дверь. Это была мурманчанка. Андрей угощал ее шампанским, приставал, но она смело ушла в темноту и сумела найти обратную дорогу обратно от него до меня. Крайне удивительно. Во-первых, я не ожидал от Андрея, что он-таки сможет выгнать девку на улицу. Во-вторых, еще меньше я ожидал, что она предпочтет дорогу в лабиринте чужих незнакомых новостроек всего лишь одной-то палочке нового знакомца, четвертого за два дня. Тем более странно, что сделать ей это было не трудно.
Может быть, я ей очень понравился? Когда мы снова очутились в постели, она трахалась энергично и с настроением.
Утром мурманчанка все же дозвонилась до своего адресата, я проводил ее до нужной станции метро и даже видел ее нового хозяина - безусого юнца, которому многое еще только предстояло узнать.
Она хочет
Мы с Андреем кружили около метро. Там всегда много баб. Высокая эффектная брюнетка переминалась в ожидании. Андрей прошел мимо нее походкой тигра, вернулся и заявил мне со всей уверенностью:
- Она хочет.
- Откуда ты знаешь.
- Я просто уверен. Она хочет. Сейчас мы подойдем и познакомимся.
С некоторого времени я все более стал убеждаться, что мой друг и боевой товарищ гораздо лучше меня разбирается в женщинах. Его наблюдательности не мешает свойственная мне избыточная похотливость, под воздействием которой я склонен выдавать желаемое за действительное и суетиться вне разумной меры. К тому же Андрей кажется мне смелее, в его замысловатых маневрах не угадывается истеричность бросающегося в атаку труса. В наших совместных мероприятиях гораздо надежнее пользоваться именно его оценкой ситуации. Он выше меня сантиметров на девять, тяжелее килограммов на пятнадцать, а это серьезные факторы в любом соревновании, у него шикарные волосы, о которых одна баба заявила, что просто очень хотела их потрогать, Андрей следит за одеждой и отрабатывает свои гримасы и жесты перед зеркалом, словно актер. При всей моей смазливости две трети женщин выбирают его. Это было бы просто невыносимо, если бы не наше твердое соглашение - разыгрывать баб на монетку, а проигравшему - не прыгать ухаживать на чужую бабу. Здорово, когда между боевыми товарищами есть полное доверие - никто не суетится, направления заданы, остается только следовать им прямо и уверенно. Это вносит замешательство и во вражеский стан. Привыкшая к избытку внимания красотка, ее замухрышистая подружка - обе одинаково сбиты с толку, когда за каждой из них ухаживает только один. Чаще всего они принимают наш выбор. Впрочем, мнение женщин и в этих условиях решало очень многое. Некоторые из вечеринок готовы были рассыпаться в прах только лишь из-за неверной компоновки пар. Что ж, при наличии взаимного согласия бабами можно поменяться.
Мы приблизились к незнакомке, Андрей впереди, я за ним. Познакомились. Андрей оказался полностью прав. Наталья хотела. Но ее желание показалось чересчур избирательным, все время беседы она смотрела прямо на Андрея. Мне оставалось торчать рядом и улыбаться радостно, как бравый солдат Швейк. Когда она сообщала Андрею свой номер телефона, я тоже кивал головой и даже разок переспросил, на что Наталья с некоторым удивлением взглянула на меня. Что она думала, я должен понять от этого взгляда? Что я ей не интересен? Она не знала, что через минутку после расставания нашего треугольничка я потребую бросить монетку. Андрей станет возражать:
- Ты же видел как она на меня смотрела!
- Ну и что, мало ли кто на кого смотрит? Вот и выиграй ее. Кидай монетку. А я скажу... э-м-м... орел!
Андрей бросит монетку, взглянет на нее и заорет от несправедливости судьбы.
Наталья могла заподозрить неладное, когда вместо Андрея ей позвонил я. Впрочем, звонок посвящался организации совместной вечеринки, и с ее стороны приглашалась подруга.
- Ничего-ничего, - утешал я Андрея. - Вот будет смешно, если подруга окажется лучше.
- Ни хрена она лучше не окажется, - печалился боевой товарищ.
Действительно, вряд ли найдется такая дура, чтобы приводить в компанию подружек лучше себя. Наталья не только хорошо выглядела, но и дурой не была, ее приглашение оказалось наиболее взвешенным. Подружка не оказалась красавицей, но выглядела достаточно привлекательно.
Мы встретили их у метро, пошли к Андрею общей толпой, она пробовала заговаривать преимущественно с ним, но у Андреевой парадной я четко прихватил Наталью за талию. Она мгновенно сопоставила мое прикосновение с унылыми перемещениями Андрея возле ее подружки, и, со всем своим темпераментом выдала тихое: "Черт!".
Сука блять. Что ж, в конце концов, ты же шла сюда ебаться, Андрей не мог ошибаться, пусть ты шла ебаться с Андреем, но ведь тебе же хочется! Буду за тобой ухаживать очень сильно, мне нравятся сучки с огоньком.
Мой оптимизм не был наивным. Чем дольше мы сидели, тем лучше складывались наши отношения. Мило хмелеющая Наталья не отодвигалась под моими поглаживаниями и смеялась над моими шутками. Андрей обхаживал подружку, но в его действиях было столько безысходности, что та фыркала. Вскоре я поймал Наталью в коридоре, приобнял, и мы хорошо и с настроением поцеловались. У подружки с Андреем любовь не клеилась, в конце концов, они потеряли терпение и разругались. Что ж, тогда я повел обеих дам продолжать веселье к себе.
Употребляя алкоголь, мы втроем забавлялись игрой в карты на исполнение желаний, что вдруг свелось к игре на раздевание и поцелуям, мы постепенно обнажались и я целовался с обеими по-очереди, они трогали мои мускулы и радовались. Я, было, надеялся, что веселье плавно разовьется в групповичок, но полураздетые девки стали притормаживать. Возникшую напряженность разрешила подруга - она вышла из треугольника и улеглась спать на мой матрац на полу. Мы с Натальей оказались вдвоем на диване. Как ни странно, она ломалась, хорошо ломалась, но ей действительно очень хотелось. Вконец осатаневший от похоти за этот длинный вечер, я окончательно раздел ее, поставил раком и принялся нализывать ей пизду сзади - гнусность, которую можно увидеть только в грязной порнухе. Могу оправдываться лишь тем, что был сильно навеселе. Но затем я ебал Наташку долго, злобно и разнообразно.
Двух палок за ночь мне оказалось мало, под утро я полез к невинно спящей подруге. Снял с нее трусы, залез к ней под одеяло и тоже стал лизать пизду. Она завелась и стала тащиться, но когда я стал наползать на нее, быстро выскочила из-под меня, так и не дав засадить. Наблюдавшая это безобразие Наташка заявила, что с меня хватит, им пора домой, подруга стала охать и изображать застигнутое во сне неведение. Так они и отбыли.
Андрей звонил Наташке впоследствии, но так и не смог договориться. Что ж, она могла решить, что менять знакомых друг с другом ребят неприлично. Чтобы над ней смеялись, говорили, что блядь? А она не какая-нибудь.
Медсестра
Мы познакомились на улице в жаркий летний день. Оля была очень общительной и приятной брюнеткой лет двадцати пяти. Ей приходилось работать медсестрой в больнице. Фенотип обещал знойный темперамент, профессия - известную степень половой неразборчивости. То, что нужно.
Под невинным предлогом я привел ее домой, усадил на кресло и стал приставать. Очень жарко, ее кожа влажная от пота.
- Я уже не в том возрасте, чтобы иметь двух любовников, - сказала она, чуть отстраняясь.
- О да, не надо двух! - воскликнул я и ринулся на штурм.
После некоторого замешательства она уступила, ответила на поцелуй, сама разделась. Я навалился сверху и ебенил, страшно потел, хватал ее за скользкие сиськи, грыз соленое плечо, а она вцеплялась мне в спину ногтями, выкрикивала междометия, жадно подсовывала навстречу лобок с промокшими волосиками. Похоже, что тоже кончила. Можно поболтать в хорошем настроении.
- О кей. Так что ты там говорила про двух любовников?
Олька заулыбалась.
- Ты меня неправильно понял. Я так сказала, потому что у меня уже есть постоянный любовник. Только ведь ты ничего не слушаешь.
Олька рассказала мне любопытнейшую медицинскую историю о своем любовнике: невысоком мужчине с поврежденным поясничным отделом позвоночника. Травма сказывается на нем интересно - сразу после оргазма у него вновь наступает эрекция, и он, теоретически, способен утрахать девушку до смерти.
Понятно, отчего она старается ограничить число любовников.
Большой клитор
По пути на работу в магазин я иногда пользовался выходом на станции метро площадь Александра Невского. Видимо, поблизости располагалось и некое учебное заведение, и юные прелестные крошки ездили вместе со мной.
С Галей я познакомился на эскалаторе. Худенькая, очень хорошенькая, еще даже не на последнем, а всего лишь на первом курсе своего училища. Пятнадцать, а то и четырнадцать. Не слишком ли… Но она такая милая, так нежно щебечет, ладно, нельзя же вот так взять и оборвать, да они в этой путяге все уже драные наверняка.
- Приятно было познакомиться, до встречи.
Звоню с нетерпением, сомнением, волнением:
- Добрый день, Галя?
- Привет, Леша, это ты?
- Конечно.
- У моей подруги завтра день рождения, пойдем вместе?
- Хорошо.
Признаться, не слишком хорошо. Что там будет за компания, не начнут ли меня чмурить, высмеивать, угрожать, бить? В любом случае я ее просто потеряю. Но выхода нет. В бой.
На дне рождения присутствуют несколько романтичных юнцов ее возраста и девочки. Многие юнцы отчаянно влюблены и смотрят на мою очаровательную спутницу так, как будто у нее за спиной белые крылышки. Или у нее одной в этом городе есть пизда. За столом мы с Галей сидим рядом. Потихонечку обнимаю ее все теснее, все ближе к ней мои губы. Юнцы пламенеют и облизываются. Самый влюбленный уже совсем несчастен, вот уже скоро уйдет в сортир и повесится. Через час-полтора мы с Галей обжимаемся как черти, целуемся взасос, при этом валимся на диван, на котором сидим. У меня все горит. Юнцы сверкают глазами и раз в четверть часа выбегают в туалет отдрочить.
Никто меня чмурить не пробует, бить не угрожает. Может, боятся? Это хорошо.
Провожаю ее домой, на прощание долго целуемся под шелест листьев. Обнадеживающее начало знакомства.

В следующий раз нам благоприятствует погода. Гулять под таким моросящим дождиком - просто глупость. Одно плохо, наш поцелуй при встрече показался мне слегка дежурным. Но зайти ко мне домой Галя все же согласилась.
Она стоит у окна и глядит на мокрый двор. Сейчас я ее… Обнимаю, жму, целуемся взасос. Трогаю ее ниже…
- Нет, не нужно.
- Почему?
- Ну, у меня праздники.
Отметим, ни слова про невинность. Сука блять. Едва ли ей исполнилось пятнадцать.
- Какой день?
- Третий.
- Ну, третий день - это ерунда, это не первый. Ничего страшного.
- Но я не хочу!
- Галя, милая.
- Нет, ой, что ты делаешь!
Она весит не более сорока пяти, взвить ее ввысь на руках - одно удовольствие. Теперь вниз, на матрац.
Это проверенный метод, явленная мужская сила и воля требует женской слабости и податливости, лежащая Галя уже согласна, уже голая, уже отдается горячо и с желанием. Никакой целки не было и в помине. Она стонет, бьется подо мной. У нее очень большой клитор, видимо, достаточно просто хорошо прижаться лобком и ей уже хорошо. Конечно, ей очень хорошо, этот большой клитор гарантирует ей оргазм. Трудно было ожидать от худенькой юной девушки столь явного проявления страсти. Нет смысла сдерживаться, я кончаю довольно быстро, сразу вслед за Галкой. Теперь можно спокойно ею полюбоваться. Совсем новое выражение лица - умиротворенное, ласковое. Внизу тоже много хорошего. Трогательно худые ключицы. Небольшая крепкая грудь, как и положено, длинные упругие ножки. Я отдохнул, погладил нежную юную кожицу и с большим удовольствием поимел Галку снова. Сидя на мне верхом, она упирается руками в грудь и размеренно, не быстро, но плотно и старательно жмет о мой лобок свой большой клитор, особенно удачный нажим вызывает у нее легкий стон, а хорошенькое личико чуть искажается, словно от боли. Раком она тоже отменно хороша, мне нравится ее небольшая резвая жопка.
Я не особенно настаивал на новой встрече. Думал, что она и сама должна побеспокоиться. А Галка наверняка имела альтернативные предложения. Вообще говоря, времени мало, охота ебать новых баб.
Андрей и Игорек
Если Андрей – просто большой парень, то Игорек – настоящее чудо природы. Рост два ноль пять. Вес хорошо за сто. Качается и боксирует. Не человек – машина. Причина зависти любого мачо. Вспомним Казанову – не был ли его успех у женщин следствием впечатления от его выдающихся физических данных? Женщины к тому же и любопытны. Он такой большой, здоровый, сильный, ах! Интересно, а что у него там... По тем временам Казанова с его ростом в метр восемьдесят с лишним смотрелся очень эффектно, таких ребят отбирали в императорскую гвардию. В книжках еще девятнадцатого века парня шести футов ростом без колебаний называли великаном. Теперь, чтобы хоть немного выглядывать над головами соперников, необходимо дорасти хотя бы до метра девяносто. У меня это не вышло. Андрею это вполне удалось – метр девяносто два, отличный рост. Пока рядом нет Игорька. Около него можно уже не пыжиться. Не стоит даже пытаться. Любая женщина сначала обратит внимание именно на него, попробует измерить взглядом его тело, чуть замечтавшись, улыбнется про себя какой-то тайной и не слишком пристойной мысли, но каждый из нас, кого она так и не заметила, поймет -какой.
Игорь – не только глыба мяса. У него живой ум, он сыплет шутками и парадоксами, сопровождая речь живой мимикой и размашистой жестикуляцией рубахи-парня. Девки хихикают и млеют. Они вряд ли узнают, что их новый друг, такой огромный и веселый, прочитал едва ли не всего Ницше, но зато наверняка будут до последней минуты беспокоиться, хватит ли у них здоровья хорошенько примерить его член.
Снять девок, если рядом идет Игорек – легче легкого. Проблемы начнутся потом. Ясно, что лучшая девка в девяти случаях из десяти предпочтет его. Даже если у нее все хорошо с личной жизнью – просто из любопытства. И Игорек отлично это понимает, и эгоистично отказывается разыгрывать с друзьями право выбора на монетку.
У Андрея есть что-то общее с Игорьком. Порывистость и легкость, с которой у них обоих меняется настроение. Холерики? Когда им было около двадцати с небольшим, они часто встречались. Бухали, гонялись за девками. Трахали, обламывались, спорили, иногда ссорились. Я иногда выступал в роли примирителя. Действительно, чего обижаться? Ну выебал Игорек кого-то, ну обломал Андрею весь кайф – ну что-ж, бывает. И с нашим филологом Сережкой Игорек тоже поступал не всегда гуманно, стоило вспомнить, как он трахнул одну из двух подружек в квартире филолога на постели его неведующих родителей, трахнул бы и вторую, не закати обломанный девками Сережа вполне ожидаемый скандал.
Однажды мы с Игорьком хорошо загуляли и ночевали в гостях у случайных знакомых. Места не было, так что на одну кровать пришлось лечь сразу троим – девке, посередине Игорьку, с краю мне. Через какое-то время Игорек шепотом убедил девку, что я сплю как убитый, и придавил ее сверху. От его мощных толчков все ходило ходуном, как это ни было глупо, я притворялся спящим и тихонько наблюдал, как беспомощно из-под его здоровенной спины торчат стройные девичьи ножки, как бедняжка цепляется ими за его большую задницу и тянет к себе. Когда Игорек кончил, я полез к ней, но сучка зафыркала и отказала мне в близости. Может быть, мне стоило проявить больше настойчивости, но, кажется, у нее были романтические мечты на счет Игорька. В расстройстве я полез к ее подруге, но та разозлилась и потребовала, чтобы я убирался вон. Тотальный облом.
Что ж, это судьба. Но Андрей не собирался ей покоряться. Однажды он заявил мне, что больше никогда не будет ходить по бабам вместе с Игореком.
- Почему?
- А зачем мне эти напряги? Чтобы он выебал кого-то, а мне не досталось?
- Можно же с ним договориться, в конце концов. Чтобы по-честному, на монетку.
- Ага, попробуй, договорись. Он же хитрый. Говорит: «да ладно, дружище, потом как-нибудь разберемся». И начинает прыгать вокруг каждой. Девки радуются, жопой перед ним вертят, на тебя внимания не обращают. Потом Игорек решается и ебет кого ему надо. А ты в обломе – девка уже на него рассчитывала и теперь у нее настроение плохое. Будет тосковать и ждать, что он про нее не вспомнит, когда первую отъебет.
Андрей был абсолютно прав. Девки легко дают только первому номеру. И он хотел быть первым номером. Игорек ему только мешал. Решив раз и навсегда, Андрей больше не ходил с ним по бабам.
А ведь они были настоящие друзья. Однажды, возвращаясь с Андреем вечером с попойки, решил Игорек пошалить – ебнул кирпичом по стеклам какого-то грузовика, стоявшего во дворе. Как вдруг толпой набежали какие-то злые мужички и стали его пиздить. Андрей только и успел понять, что их шестеро, слишком много даже и для Игорька, как наш огромный друг валялся на земле. Мужички погнались было и за Андреем, но он легко от них убежал. Стоял неподалеку и слушал возгласы победителей над телом поверженного гиганта: «Бля, топор, несите топор, сейчас мы ему голову отрубим!» Самым правильным было бы запомнить номер этого злосчастного грузовика и, объявив об этом мужичкам, съебать за помощью, хотя бы и за милицией. Но Андрей поступил не так разумно, зато благородно. Вернулся к Игорьку и получил свою долю пиздюлей. Мужички успокоились, когда только сняли с друзей их свитера. Побитые и раздетые, Андрей с Игорьком еще радовались потом, что легко отделались. Главное - черепушки выдержали. И переломов нет, одни синяки. Злые мужички хоть и били ногами лежачих, но, слава богу, попадали не всегда.
Однажды вечером Андрей, Игорек и еще один их приятель, некрасивый и необаятельный парень с жалким росточком метр семидесят пять, решили оттянуться. Время было позднее, назавтра – будни, так что на развернутую охоту рассчитывать не приходилось. Нужно брать что есть. Никаких проблем – если в компании Игорек, значит, улов будет. Андрей поймал какую-то здоровую тетку верных тридцати пяти лет и стал уговоривать составить друзьям компанию. Тетка улыбалась, поглядывая на Игорька, убедилась, что большой поддерживает приглашение, и легко согласилась. В Андреевой квартире они немного выпили, потом Игорек повел тетку в дальнюю комнату. Андрей с приятелем сели у дверей наготове. Андрей настоял, что следующим должен идти лично он. Если баба откажет второму пилоту, то у третьего уже точно не будет никаких шансов.
Игорек всегда был сладострастником. Разве можно заставлять друзей так долго ждать? Пять минут – это еще понятно, но что там делать целых пятнадцать? Едва Игорек закончил и, огромный и голый, как снежный человек, попер в ванную, Андрей, тоже голый и в презервативе, влетел в комнату и наехал на размякшую тетку. В романтических грезах о чистой любви из сказок о великанах и рыцарях, та попробовала оказать сопротивление. Андрей был к этому готов, быстро отобрал у нее трусы и джинсы, швырнул их под кровать, навалился на тетку и принудил ее к согласию. По его рассказу выходило, что пиздень у красавицы была совершенно безразмерная, этакая Брунхильда, впрочем, нет, та всегда рекламировала свою богатырскую девственность. Андрей даже не смог прочувствовать, что член вошел в нее, хотя, судя по виду снаружи, отверстие было выбрано правильно. Поебав тетку что вдоль, что поперек, Андрей понял, что ему вряд ли удастся кончить, и решил выебать ее в жопу. К его разочарованию, жопа у тетки тоже была изрядно разъебана. Делясь впечатлениями, Игорек и Андрей сильно негодовали по данному поводу. Кое-как отстрелявшись, Андрей вышел в коридор, оставив дверь открытой для пилота номер три. Красавица снова выразила смущение, но еще большее смущение проявил третий пилот, который тут же закрыл дверь за собой, не дав приятелям возможности понаблюдать за его выкрутасами. Увы, третий пилот оказался, судя по всему, лишь бортмехаником. Андрею уже не терпелось выгнать тетку и лечь спать, Игорек был явно не прочь повторить удачный заход на посадку, но дверь оставалась закрыта еще очень долго. Значительно дольше, чем нужно для обычного полового акта какой-нибудь малой или средней продолжительности, но даже и много дольше, чем нужно для очень крутого и навороченного полового акта очень серьезной продолжительности. Судя по всему, бортмеханик пытался в боевых условиях решить сложные технические проблемы. Когда Андрей или Игорек, вконец истосковавшись, приоткрывали дверь, они видели лишь двух нежно обнявшихся воркующих голубков, но никаких признаков совершившегося плотского совокупления, более того, бортинженер сердито требовал, чтобы ему предоставили возможность абсолютного уединения. Бывает, от такого никто не застрахован. Даже сам Игорек.
Когда-то давно, когда Андрей был еще тощим первокурсником, случилось нам познакомиться с двумя девушками. Наскок не получился – обе возмутились и сказали, что еще девственницы, а лишаться сокровища с такими чмошниками не собираются. Жаль, одна из них была очень хороша. Андрей жил с ней по соседству и часто встречал, но несмотря на возможность частого общения, она никак не хотела рассматривать его в роли кавалера.
Однажды зимой подружки отдыхали в пригородном пансионате. Место разгула, пьяного разврата, а в те суровые годы – еще и разнузданного бандитизма. Девственную красотку разом изнасиловали трое бритых уродов, ее постель была смята и запачкана кровью от разорванной плевы и обильными месячными. Нужно отдать должное ее подружке – та с несгибаемой стойкостью отвергла все бандитские домогательства. Впрочем, она не была столь же привлекательна, а пацаны уже оторвались как хотели.
И вот с этой стойкой девственницей Андрей и познакомил Игорька. Тот произвел на нее сильное впечатление и удостоился ее поцелуев, а затем и петтинговых ласк, но, когда дело начинало идти к дефлорации, идиотка принималась жутко орать, и член Игорька опадал. То ли ей было больно, то ли страшно, то ли она хотела показаться нашему гиганту хорошей девочкой, но после трех-четырех таких свиданий у неопытного Игорька сформировался страх перед пиздой, и член опускался уже безо всякого крика. У него хватило ума прервать эти травмирующие отношения. Идиотка осталась девственницей, надеюсь, она сделала выводы и с новым избранником вела себя скромнее. Нашему Игорьку требовалось восстанавливать потенцию с более ласковыми дамами.
Одна из них, проходившая мимо футбольного поля, где мы гоняли пыль всей толпой, остановилась посмотреть на огромного неуклюжего защитника. Одобрительно кричала, если к нему отскакивал мяч. Лучше играть от этого он не стал, но к даме подошел. Наверное, она сразу попросила проводить ее домой попить чайку. Игорек согласился и не прогадал. Дама жила неподалеку, и уже через какую-нибудь четверть часа его уверенность в своей мужской состоятельности значительно окрепла.
Отсос петрович
В автобусе переглядываюсь с симпатичной блондинкой лет семнадцати. Она смотрит на меня, нимало не скрываясь, и улыбается в ответ.
- Привет!
- Привет!
Оставляет телефон.
Звоню, встречаемся, гуляем по нашему району.
- Пойдем ко мне?
Она улыбается и отвечает с теплом в голосе:
- Нет.
Жаль. Как же так. Что же делать. Гуляем дальше. Погода быстро портится. Начинается дождь. Все сильнее. Льет сильный дождь.
- Бежим ко мне?
На бегу она цепляется за мою руку и произносит, или мне только кажется:
- Ага.
Утираясь полотенцами, с разбегу прыгаем на диван. Тяжело дышим. Смотрю ей в глаза.
- Какие мальчики тебе нравятся?
- Такие как ты.
Поцелуи взасос. Под футболкой нет лифчика, голая крепкая сиська.
- Я так и думала, что ты все хочешь меня домой привести. Нет, я не могу, у меня месячные.
На ней остались только трусики, на мне вообще ничего. Она склоняется над моими бедрами и берет член в рот, ее влажные светлые волосы холодят мне кожу. Сосет. Неплохо, но поебаться все равно лучше.
- Давай… Ну давай…
Пытаюсь снять трусы, она сопротивляется.
- Кажется, тебе от меня нужен только секс.
Как ты угадала? Жаль, больше встречаться со мной она не стала. Не люблю миньет.
Замужем
У этой женщины восточные азиатские глаза, темные и жаркие. Познакомился с трудом, пришлось долго идти с ней от остановки и уговаривать. Телефон не оставляет, но сама вдруг звонит. Погуляли раз, говорили о жизни. Ей двадцать четыре, у нее муж и двое детей.
Встретились снова. У нее с мужем уже нет такого взаимопонимания, как раньше. Пригласил к себе. Не идет.
Встретились снова. Погуляли. Муж ее частенько просто выводит из себя. Тащу в гости. Не идет. Почему?
- Мне нужен просто друг, с кем можно поговорить.
- Так я и останусь таким другом, только еще лучше, пошли!
- Нет, нет.
Прижимаю к стенке дома возле парадной, целую. Дрожит от желания, но противится.
- Пойдем ко мне.
- Нет, нет.
- Ирочка, милая, ну пойдем.
Она хочет не меньше, чем я. Поднимаю на воздух, тащу на руках
- Нет, в дверь ты меня все равно не затащишь.
Что ж, попробуем. Вот черт, она хватается за проем и держится очень крепко. А у меня руки заняты и вообще, не перейду ли я грань допустимого насилия? Что-нибудь придумать. Ага. Возле парадной отирается какой-то алкаш.
- Молодой человек, хотите с девушкой познакомиться?
- А, что?
Алкаш в недоумении. Лет ему почти как мне, но человеческого в нем осталось уже не так много. Как это с девушкой познакомится?
- Брось, прекрати! - Ирка испугана.
- Вот, смотрите, какая девушка симпатичная!
Алкаш начинает что-то соображать, его харя растягивается в улыбку, нетвердыми шагами он движется в нашу сторону.
- Ой, черт, что же ты наделал, - Ирка хватается за меня.
- Ну что, бежим ко мне?
- Ну… Да.
- Все, - объясняю я алкашу, - девушка уходит.
- Арр, паа-чму? - скотина совсем пьян. Еще не хватало подраться. Ирка ныряет в спасительную дверь парадной. Я спокойно останавливаю алкаша.
- Увы. Девушка ушла. Она не хочет ни с кем знакомиться.
- Эхр, нну…, - скотина разочарован. Исчезаю вслед за Иркой.
Она ждет меня в темном подъезде.
- Пошли скорее ко мне, а то он уже сюда лезет.
Классно придумано. У меня на диване она уже не сопротивляется. Вот она голая, настоящая баба, у нее широкая жопа, значительное расстояние между ляжек, большая мокрая пизда, бывшая в употреблении грудь. Здорово. Хорошо разъебанная баба, чужая жена. Ее ебали, и я тоже ее ебу. Разумеется, кончаю неприлично быстро. Ирка высказывает недовольство. Она толком ничего не и почувствовала, а ей уже пора домой.
В другой раз она позвонила, когда была сильно навеселе, пошла ко мне сразу и в охотку, и ебалась как бешеная, задергала бедрами в судороге и кончила еще раньше меня.
Потом стала увиливать от встреч.
- С тобой неинтересно. Ты сразу в постель тащишь. И торопишься слишком.
- Так ведь ты со мной кончила.
- Ну, это один раз, я тогда пьяная была.
Спустя несколько месяцев мы случайно встретились на улице. Она согласилась зайти ко мне. Я стал приставать. Ирка спокойно и уверенно отразила мой натиск, словно находилась на недосягаемом для меня возвышении. Рассказала, что помимо мужа у нее еще четыре любовника, при этом оргазм она испытывает исключительно с мужем.
- Так зачем тогда любовники, если с ними не кончаешь?
- А я когда с мужем, я думаю про то, как ему изменяю, и мне приятно.
Мне она благодарна за то, что я помог ей решиться на первую измену, потом ей стало легче, порог был пройден.
- Так я у тебя что, второй?
- Нет, конечно. До мужа у меня были любовники, раз я уже не целка, так чего мне терять?
Поняв, что Ирка не даст мне снова погонять у нее в пизде, я положил ей руку на бедро и отдрочил себе шишку на ее глазах, сидя рядом на диване, и кончил так, что несколько капель попали на ее жесткий несъемный свитер. Эх, нужно было кончить ей прямо в морду, ссуке похотливой.
Нетолстая
Катя - хорошенькая светленькая девчонка. Познакомился на автобусной остановке. С ней была подруга - веселая, тоже стройненькая. Я звонил Кате - встретиться было трудно. Наконец, удалось поймать ее дома и предложить встречу.
- Я могу прийти с Подругой, - сообщила Катя.
Признаться, тот факт, что у нее может быть много подруг, не был принят мною в расчет. Наоборот, странное акцентирование на слове "Подруга" словно говорило мне о том, что это именно та, которую я видел. Я стал звонить Андрею.
- Привет! Есть две девчонки, можно устроить вечеринку.
- Как хоть моя-то? - осведомился Андрей.
- Знаешь, так, - небрежно ответил я. - Она не красавица. Все в норме, без уродств. Но одно могу сказать точно. Она НЕ толстая.
- НЕ толстая? - успокоился Андрей. - Хорошо.
- Она НЕ толстая, - подтвердил я. - Не красавица, так, средняя девчонка, но НЕ толстая.
Через полчаса девчонки были у нас. Когда дверь открылась, мы испытали шок. Катерина не зря произносила "Подруга" с нажимом. Это была здоровенная жирная свинья! Паркет скрипел, принимая на себя ее тяжесть. Девчонки мило улыбались и были настроены на самую боевую пьянку. Но Андрей уже был полностью выбит из колеи.
- Где же та подруга, что я видел в автобусе? - я чувствовал себя крайне неловко.
- Она недавно лечилась от сифилиса и не смогла прийти.
Андрей был просто раздавлен и вел себя ужасно. Даже пробовал заинтересовать Катю, она хихикала, я напрягался, толстуха грустила. Разумеется, при такой дезорганизации нам никто не дал. Девушки ушли.
Выражение "она НЕ толстая" стало для нас с Андреем нарицательным. Употребляется при обсуждении личного состава вечеринки.

История с Катей имела продолжение. Я как-то сумел поймать ее в подходящем расположении духа и пригласить к себе. На ней была коротенькая юбочка - хороший знак. Не забывая, что в квартире родители, я угощал Катю водкой со спрайтом. Коктейль - оружие ебыря. И бармена. Удобно химичить со смешиванием двух прозрачных бесцветных жидкостей. Каждый замес для Кати был готов самовоспламениться, каждый раствор для меня был не опаснее кефира. Здорово и то, что газики усиливают воздействие алкоголя. Уже через три-четыре тоста Катя принялась жаловаться на жизнь:
- У меня грудь маленькая.
- Как маленькая?
- Ну так, вот, совсем маленькая.
- Да нет, что ты.
Когда девушка так огорчена, ее нужно обнять и погладить, тем более, что она уже изрядно навеселе.
- А я говорю, маленькая.
- Не верю.
- Вот, смотри…
Она сняла футболку. В меня целились отличные, просто великолепные сиськи второго размера стояком, на вид несомненно твердые.
- Ну что, видишь…
- Ну да, так ведь это совсем не маленькая, это просто отличная грудь, вот, главное - чтобы в руку помещалась…
На ощупь ее сиська твердая, хуй стоит уже давно, нужно сделать вид, что я ее не щупаю, а просто проверяю.
- Вот, видишь - как раз в руку помещается. То, что нужно.
- Нет, неправильно, у меня маленькая, маленькая грудь!
- Ерунда какая-то, тебе какая-нибудь подружка с большим выменем наврала, чем больше грудь, тем хуже держит форму. У тебя просто отличная грудь. Вот, в руку помещается отлично. И кожица гладкая. Давай, я сделаю тебе массаж.
- Массаж, здорово, а тут фильм идет интересный.
- А ты вот так к телевизору повернись и на живот ложись.
- Ага.
Глажу ее спинку. Хуй стоит трубой, не кончить бы сгоряча. От моего спрайта с каплями водки меня все же немного водит, как же она, интересно, уже совсем готова? Глажу спинку.
- Так хорошо?
- Да, хорошо, очень хорошо…
- Только вот нужно трусики снять, мешают.
- Да, я сниму, я все, что нужно, сниму.
Вот это разговор. Стягиваю трусики. Показывается отличная попка. Хм, волосики. О, что это - брр, менструальный тампон. Брезгливо вытягиваю, секунду думаю, куда его пристроить, бросаю на пол, натягиваю гондон. Под моими руками Катя легко подается назад, став раком. Налегаю на нее сзади, член стоит так, что его нужно пригнуть вниз. Опа, въезжаю в пизду.
- А ес-ли так?
- Ах, как хорошо…
- Смот-ри фильм вни-ма-тель-не-е.
- Я смотрю, смотрю…
Черт побери, Катюхе нравилось подчиняться. А я приделывал ей хвост.
- Вот так, вот так…
- Да, да, да…
- О, Катенька, я я сейчас кончу…
Она задрожала и завертелась на хуе.
- Да, да, кончай, кончай…
- Вот, вот, вот, да!!
- Да, да, да…
Я разлегся на диване в охуительной нирване. Катюха отдыхала рядышком со мной и смотрела телевизор. Я было уже начал ее снова поглаживать, как вдруг она встрепенулась.
- Где у тебя телефон?
- Там…
Она вскочила, выпрыгнула как была голая в коридор и принялась названивать. Черт, родители могут этого не понять. Одно дело, когда я кого-нибудь тихонько ебеню в своей комнате, а другое - когда обнаженные семнадцатилетние нимфы по квартире бегают, как по оливковой роще.
Она говорит в трубку, нисколько не понижая голос.
- Это ты, любимый? Я тебя ждала, ты где же пропадал? Опять на даче. Ты на даче а я скучаю. Да, я тебя тоже люблю. Я хочу к тебе в гости. Через сколько? Да. Да, я тоже тебя люблю.
Катюха вернулась в комнату сиськами вперед, хмельная, бесстыдная и лучезарная.
- Мне через два часа нужно быть у друга.
- Мм.
Что ж поделать, ладно хоть дала разок.
Катюха повела глазами по комнате в поисках интересного, ебнула еще немного водочки со спрайтом, легла на диван и спросила:
- Ты меня хочешь?
- Да, разумеется.
Лежа на спине, она раздвинула согнутые колени. Дурея от похоти, я налез на нее, сунул хуй и стал драть, быстро и просто, как проститутку. Катюха отдавалась в том же стиле, просто и деловито, как вдруг сглотнула:
- Мне плохо…
- Сей-час, у-же ско-ро…
- Мне плохо, пусти, а то меня прямо здесь вырвет!
- Ну-и-пусть, ну-и-пусть… что? Как вырвет?
Не хватало еще убирать за ней блевотину. Тем более, если мама узнает или почует, скандал обеспечен. Увы, придется вытаскивать.
Катюха поднялась и заторопилась в туалет. В течение следующего получаса она вела себя как злой дух. Блевала в туалете прямо и мимо. Голая, остро пахнущая блевотиной, стонала в коридоре. Стучала и лезла в ванную, где из последних сил совершал омовение мой обреченный отец. Потом вдруг развеселилась и стала громко орать какую-то чушь. Отец пробирался мимо нее по узкому коридору, пряча глаза под очками и вежливо покашливая. Я уже слышал злобное шипение мамы из дальнего угла, когда заявил Катюхе, что выкину ее, если она не угомонится. На это она обиделась, долго плескалась в ванной и ругалась. Пришлось даже напомнить, что она может опоздать к своему другу, любителю дачного отдыха. Моему благодетелю, так славно организовавшему наш общий выходной.
Выталкивать пьяную девку из дома все же не очень благородно. Я поймал машину. В ней уже был пассажир, да и водитель не внушал доверия, оба молодые ядреные парни, так что пришлось и мне ехать с ними. Катюха выбралась из машины и не вполне твердо засеменила по пыльному асфальту.
- Тебя проводить?
- Нет, не нужно, пока.
- Пока.
Водитель с пассажиром ярились вслед ее коротенькой юбчонке.
- Во бля, одни ноги…
Нет, господа неудачники, отнюдь не только ноги. Еще сиськи-миськи да ракожопа, да пизда снаружи с волосиками светлыми, а изнутри упругая и влажная.
Приносящая удачу
Симпатичная худенькая блондиночка. Уже в автобусе замечаю, что она задерживает на мне свои круглые голубые глазки. Впрочем, соблюдая ритуал, быстро их отводит. Выходит, движется не спеша. Подхожу, знакомлюсь. Ага, она живет через дом от меня. Что ж, скоро встретимся.
После короткого ухаживания блондиночка соглашается заглянуть ко мне и легко отдается. Причина быстрого успеха ясна сразу – она поссорилась со своим другом и очень скучает в одиночестве. Пока я расстегиваю на ней платьице, ее стройное тельце покрывается мурашками и крупно дрожит, но явно не от холода, а от желания. Лежа подо мной, она двигается не с меньшей активностью, чем я сам, бьется лобком, наяривает, требовательно постанывает. Удивительно, ее темперамент никак не проявляется во внешности. Кидаю две палки, а она, судя по всему, успевает кончить минимум три-четыре раза, при этом стискивает меня бедрами, грубо мычит, сдерживается, чтобы не укусить в губы. Неплохо. Стоит ей встать, одеться, невинно улыбнуться и округлить голубые глазки, как о ней будет трудно подумать что-нибудь подобное.
На работе узнаю, что руководство оценило мой труд рядового продавца и утверждает мое назначение на почетную и прибыльную должность менеджера по оптовым продажам. Это очень хорошо. Буду получать бонусы от продаж. И карьера. Все будут уважать. Что ж, я расту, черт возьми!
Вызываю блондиночку и веду ее к себе домой, по дороге радуюсь:
- Ты знаешь, меня повысили!
- Молодец! Так и должно быть.
- Почему?
- Это так со мной всегда бывает. Мой прежний друг, когда со мной познакомился, еще ничего не имел, а когда мы с ним расстались, у него было уже четыре зубных кабинета!
- Так значит, ты приносишь удачу?
- Да, приношу. Только другим, мне самой зарплату не прибавляют.
- Ты, наверное, сама Фортуна, верно? Пойдем скорее.
Блондиночка отдается мне с обычной энергией. У меня стерт хуй и набит лобок. Ее темперамент начинает меня доставать. А если потерпеть, может, еще денег заработаю?
Увы, наш роман не был продолжителен. Удержись я возле нее еще немного, я бы дорос и до коммерческого директора.

Лена и ее подруга стерва
Я надеялся, что подружка будет похожа на нее - симпатичная и позитивная. Светлые волосы не обязательны, но рассматриваются как дополнительный плюс. Тогда намеченная вечеринка у Жени обещала пройти замечательно. Серьезная ошибка. Конечно, это интересно, когда приглашаешь никогда не виденных тобой девчонок, вдруг придет оторваться в групповике хорошо проголодавшаяся красавица. Чаще бывает по-другому, пока красавица занята и получает удовольствие с другими ебырями, к нам на вечеринку подтягивают отнекивающуюся неудачницу, не то чтобы очень страшную, но какую-то уж слишком унылую.
Вот такая и пришла вместе с улыбающейся Леной.
Что делать? Могу ли я рассчитывать на мужское обаяние Жени? В этом случае - вряд ли. Неудачницу кто-то бросил с ребенком на руках, личная жизнь совсем не сложилась, и все у нее очень плохо. Жизнерадостной Лене тоже сделали ценный подарок - кричащий сверток в одеяле, зато освободили ее от необходимости делить радости воспитания со случайным отцом, так что все у нее хорошо. Все зависит от человека.
Как организатор вечеринки, я принял мужественное решение. Я в этом виноват, я за это и отвечаю. Лена могла немного удивиться, когда я мягко переключился на ее сумрачную подругу, но нисколько не обиделась и не позволила Жене усомниться в лояльном отношении к его ухаживаниям. Они дружелюбно и весело танцевали в обнимку, пока я со всем своим тактом и умением растирал напряженную спину и талию несчастной одиночки.
Алкоголя изрядно, давненько я так не пил. Башка кружится. Надеюсь, бабы тоже хорошо нажрутся. У Жени однокомнатная, и на такие случаи на кухне все предусмотрено - стоит диван, все нормально. Я увожу неудачницу на кухню, сажаю на диван и пристаю. Она не дает. Ну ни в какую. Черт. Женя эту ебет наверняка. Просто уверен.
- Слушай, ну вот глупо так сидеть, пока наши друзья оттягиваются.
- В каком смысле оттягиваются?
- Ну, сексом занимаются.
- Каким еще сексом?
- Не знаю каким, вот это и интересно.
- Ничем они не занимаются. Лена не такая.
Эта несчастная мать не только ханжа, но и дура. Неужели она так плохо знает свою подругу? Я через минуту общения уже понимаю, что Лена не сможет обидеть мужчинку неуместным отказом. И как она уверена в своем явном заблуждении! Что ж, тогда попробуем так, все равно терять мне особенно нечего.
- Давай тогда заключим пари.
- Какое еще пари?
- Мы аккуратно заглянем в их комнату, посмотрим, чем они там занимаются, вернемся и займемся тем же самым.
- Ничем они там не занимаются.
- Ну вот и ладно, раз ты так уверена, тогда мы это проверим и тоже ничем не будем заниматься.
Неужели она права? Нет, я не мог так ошибиться в Елене. Бедная ханжа соглашается. Видимо, она действительно так уверена в благоразумии подружки, что не допускает возможность не вполне приличного с нашей стороны подглядывания.
Затаив дыхание, сдерживая биение сердца, я подхожу к двери в комнату и аккуратно, медленно поворачиваю ручку. Приглашаю свидетельницу к осмотру. Хорошо, что у Жени нет задвижки.
Наши друзья голышом валяются на кровати. Трудно сказать, поебались ли они уже или еще только готовятся, но их нагота не оставляет сомнения во взаимной симпатии. Женя оглаживает Ленину грудь, довольно спокойным и уверенным движением. Хм, наверняка уже поебались. Закрываю дверь. Нас они не заметили.
Ханжа в шоке.
- Ну что, видела?
- Я просто не могла такого подумать! Лена, вот так, в первую встречу, с незнакомым мужчиной! Ужас какой!
Я деловито снимаю рубашку и обнимаю проигравшую. Но она отталкивается!
- Нет, нет я не хочу!
- Так мы же договорились!
- Ну нет, я не буду, это в первую-то встречу, я не такая.
Вот дура-то дура. А там Ленку пялят. Пока она голая, можно подключиться.
- Слушай, ну раз тебе не нужно ничего, я тогда пойду к ним.
- А я что, здесь сидеть буду?
- Отлично, тогда раздевайся и пошли вместе.
- Нет, я не буду раздеваться.
Идиотка. Вот такие-то стервы и портят вечеринку.
- Слушай, не порти вечеринку. Люди пришли повеселиться, а ты здесь выпендриваешься.
- А почему я должна делать то, чего я не хочу?
- Хорошо, тогда можешь идти домой.
- Никуда я не пойду.
- А чего тебе здесь сидеть, если ты ничего не хочешь?
- Без Лены я никуда не пойду.
Блять сука драная. С характером. Вежливо подталкиваю ее к двери. Сопротивляется! Толкаю посильнее. Отпихивается! Не сдержавшись, бью в живот, черт, это гораздо хуже, чем пощечина, наверное, я немного перебрал водки, очень очень гнусно отвратительно противоестественно бить кулаком в живородящее чрево молодой женщины. Это все алкоголь и натренированные в секциях карате рефлексы бить и не думать, как же нехорошо.
Она отвечает мне злобным тычком под ребра! Сука блять. Давно бы ушла на хуй идиотка бью в живот посильнее. Вот, наконец-то до нее дошло, неудачница хватает воздух нерабочим ртом и выскакивает из квартиры.
Слава богу, отделался.
Хм, а что там Женя и Лена? Раздеться и зайти к ним голым? Или так, одетым? Ладно, пусть одетым, за пару секунд все скину.
Захожу. Сердце колотится. Женя лежит голый и довольный. Лена голая, при виде меня начинает искать колготки, но так, без особой спешки.
- Привет, как вы тут?
Подхожу и сажусь к ним на диван. Женя не возражает, еще бы, в таких условиях мешать друзьям не принято.
- Хорошо… а где Вика?
- Она ушла.
- Да? А почему?
- А ей скучно стало, вот она и собралась.
- А, понятно.
- Какая хорошая спинка… Мрр.
Лена уже успела надеть колготки и осталась голая по пояс.
- Не одевайся, лучше так.
Она улыбается и останавливает свое копошение в смятых тряпках.
- Зачем вы меня так напоили?
- Так мы и сами вроде, а что?
- Ну, я уже совсем никакая, разве так можно… что ты? ...вот, снова раздеваться…
Под взглядом осоловевшего Жени аккуратно снимаю с нее колготки с трусами, за отведенные себе по плану две секунды аккуратно раздеваюсь и четко накатываю гондон. Ложусь сверху между раздвигающихся ляжек и засаживаю член, ва, у нее хорошая пизда, раз-два, раз-два, но особенно удивительно - тугая крепкая грудь, даже странно, что ее навещал аист, правда, она говорила, что родила совсем молодой. Означает ли это, что раннее рождение малыша не вредит детскому растущему организму его матери? Скорее всего, Ленка просто отличается хорошим здоровьем и стойкими к житейским бурям как утесы свежими упругими сиськами здорово вот так хуярить ее по пьяни отличная вышла вечеринка. Поставлю раком, о, так еще лучше, но какого хрена этот Женя сует ручонки к ее пизде, он что, не понимает, что я ее натягиваю и на хуя мне нужны эти его клиторные манипуляции, он еще и промахивается, бля, он и члена случайно коснулся, балбес, у меня так и упасть может, но нет, за такой бабой не упадет, Ленка стоит раком не хуже античной кентавриды, а какая шикарная матовая гладкая кожа, блондинка хвала аллаху, держу ее за сиськи и за отличную кобылью жопу, раз-два, раз-два кончаю! Ладно, Женя может непринужденно развлекаться, а я пойду освежусь.
Звонок в дверь. Я голый посреди коридора. Что за хуйня? Эта дура вернулась? Что ж, вовремя, как раз не помешала.
- Кто там?
- Откройте, милиция.
Все падает внутри. Мгновенно трезвею.
- Открывай, будем стрелять!
Пожалуй, что могут.
- Сейчас, вот только штаны одену.
Друзья еще ничего не поняли.
- Лена, к нам милиция. Не знаю почему. Главное - у нас ведь все было нормально?
- Ну да… а почему милиция?
- Хрен его знает. Нужно открывать.
- Не открывай, пошли их на х-хуй!
В отличии от Жени я уже абсолютно трезв. Восемь лет в зоне с вечно натертой задницей.
- Женя, я думаю, нужно открыть. Претензий особых к нам быть не может. У нас все было нормально, верно? Одевайтесь пока.
Я у дверей. Открываю. Какие-то серые шинели и эта идиотка.
- Вот, это он ее хотел изнасиловать!
Ничего не понимаю.
- О чем это она? У нас все нормально.
- Он так себя вел агрессивно, меня в живот ударил!
Признаваться в этом нельзя, кроме этих двух ударов у нее против меня вообще ничего нет. Лгать. Стоять на своем.
- Ничего не ударил, просто из квартиры вытолкнул.
Стерва злится:
- Ударил, ударил! И ее хотел изнасиловать, все к ней рвался.
Ленка уже оделась. Слава богу, на вопрос серой шинели она отвечает пусть и не очень внятно, но совершенно определенно.
- Да, у нас все было нормально.
Умница, спасительница, правильно, ну дала паре мужиков поебаться, все как положено, проблем нет. А что ей, собственно говоря, на меня поклеп возводить: я был галантен и ловок, отодрал ее вежливо, но крепко, что еще нужно женщине, вот молодец Ленка. А эта ссука блять, неудачница, сволочь. Оказалось, что она сразу после изгнания ломанулась к соседям вызывать ментов! Хотела спасти подругу от изнасилования! Идиотка бля, если бы менты приехали минутой раньше, я бы не успел кончить, и такой стресс на фоне возбуждения - жди проблем с потенцией!
Нас с Женей везут в милицию. В утренних сумерках не видна раскраска служебного козла. Наверняка желто-синяя, легавая. Меня приглашают внутрь. Вот попали. В козле тесно. Восемь лет не малый срок. И друга безвинного подставил. Слава богу, что Женя не знает про те два гнусных удара в живот, ему достаточно будет просто говорить ментам правду. И все. Молиться, чтобы все прошло хорошо.
В ментовке нас особенно и не допрашивают. Хватает мучительного ожидания. И только через несколько часов отпускают, трезвых и повзрослевших.
Похоже, что моя версия произошедших событий, подтвержденная добролюбивой Ленкой и безвинным Женей, перевесила человеконенавистнические поклепы ее ссукоблядской подружки. А эти два удара милицейской душе оказались вполне понятны - ну не хочет дура уходить, так что ей, хлеба маслом намазать? И доказать их трудно, и статью подвести. И на хуй это им не нужно. Изнасилования нет? Нет. Вот и все дела.
Милиционеры показались мне вежливыми и справедливыми. Культуртрегеры. Не били, не пытали, денег не вымогали. Молодцы. А мне здорово повезло. Это урок. Больше никогда никого пальцем не трону.
Андрей бандит
Это было жесткое время – кровавые девяностые. Под духовным покровительством самого настоящего криминального авторитета, уголовника со стажем, Андрей лихо прокрутил две-три мелкие, но вполне уголовные операции с хищением и грабежом. Успех не принес ему денег, но придал наглости. Руководствуясь авторитетным советом «не важно, что ты делаешь, важно как ты об этом говоришь» Андрей объявил мне о своем решении ограбить моего приятеля Женю. Воспользовавшись моим рассказом о наших общих приключениях! Затеяв игру с использованием отъебанной нами девки! Нельзя сказать, что между ними были особенно дружеские отношения, но Андрей должен был понимать, в насколько двусмысленное положение он меня ставит.
- Нет, ты что, это же свой человек, мы же с ним одну бабу на двоих ебали!
- Лешик, о чем ты говоришь, какой человек, какая баба? Братва уже все решила! Лоха будем трясти! И не лезь в это дело, себе хуже сделаешь.
Спорить с обнаглевшим Андреем было трудно. Мне пришлось вести двойную игру. Я позвонил Жене и сообщил, что меня пытаются шантажировать, но это, скорее всего, блеф, так что нужно просто на время затаиться. Действительно, скоро Жене позвонил грубый незнакомый голос и под угрозой обращения в ментовку потребовал компенсацию за совершенное над его подругой изнасилование. Женя выразил понимание и готовность идти на переговоры, но больше на звонки не отвечал. Умница.
По прошествии недели Андрей стал нервничать.
- Сука, жиденок, трубку не берет.
- Ну и славно, бросайте это дело.
- Лешик! Братва решила! Сказано – сделано!
Не знаю, почему Андрей понадеялся, что мне в этой ситуации можно доверять, но проговорился, что план разводки лоха было решено изменить на более простой и эффективный. Наш общий знакомый каратист, тот самый, с которым мы вместе рисковали башкой в охранной конторе, позвонит Жене в дверь, и, когда тот откроет, просто его вырубит и все барахло из квартиры вынесет.
Охуели совсем, уроды. Я тут же позвонил Жене и рекомендовал ему на время свалить из квартиры. Он не послушался, но обещал, что будет осторожнее. Сильно запугивать его было не нужно, он уже и так очень боялся, впрочем, еврей в России всегда ждет погрома. Женя позвонил мне через день.
- Леша! Ко мне какой-то здоровый мужик приходил!
- И что, ты ему не открыл?
- Что я, дурак, что ли. Я только в глазок на него посмотрел, и все.
- А он?
- Постоял и ушел.
- Отлично. Только не расслабляйся, они могут еще прийти.
- А к тебе тоже ходят?
- Нет, они же не знают, где я живу.
Андрей злился, но придумать ничего не смог. Меня почему-то не подозревал, впрочем, поведение Жени было вполне логичным и без моих предупреждений. Время работало против братвы, караулить еврея у дверей было уже чересчур рискованно. Тема сгнила.
Позднее выяснилось, что авторитет Андреева пахана не настолько весом в криминальном мире, чтобы обеспечить его пацанам богатство. На более-менее сносную жизнь хватало, но не более. Никаких перспектив, кроме постоянной опасности вляпаться в совсем уже нехорошую историю, столкнуться с действительно серьезными бандитами.
Андрей понял, что ему нужен постоянный заработок и привычно сел охранником в маленьком офисе. Ходил в куртке пилот – такая толстая черная дубленка мехом внутрь. За имиджем следил внимательно.
- Бандит не должен носить перчатки.
- Почему?
- Чего почему? Не должен – и все. Западло.
- Понятно...
- Зимой знаешь как припрет – задубеешь весь. А перчатки – нельзя. Никто не носит. Братва не поймет. И еще – куртки многие носят расстегнутыми.
- А это зачем?
- А если менты вязать будут – чтобы сразу из куртки выбежать, пусть у них в руках остается.
- Хм. Жалко куртку-то будет.
- Хуже будет, если повяжут. Куртка – не проблема. Тему нужно будет интересную провернуть.
Андрею совсем не нравилось, что бродяжья жизнь не позволяет ему сосредоточиться на качке. Очередной корпоративный загул или реализация какой-нибудь подрозрительной «темы» могли стоить ему пары килограммов так трудно набираемого веса.
А хороших тем все не было. Таких, чтобы один раз ударить – и на всю жизнь хватило. Была какая-то дурная суета, не предвещавшая ничего светлого.
Денег он зарабатывал примерно столько же, сколько и я, работавший менеджером по продажам. Вполне нормально. Но если у меня было понятное будущее и перспективы роста, то Андрея ждали одни неприятности. Однажды по долгу службы ему пришлось избить пожилого грустного мужика, который знал, что должен пахану денег, и от ударов не прикрывался, только вытирал кровь из разбитого носа. Андрею все это крайне не понравилось. Одно дело – красивая денежная тема, другое – суровые бандитские будни. Его пацанский задор остывал.
Наконец Андрей понял, что жизнь нужно менять, и двинулся учиться в университет на психолога.
Дурная репутация
Эта высокая симпатичная девушка была и ранее знакома с моими друзьями Игорьком и Андреем. На общей вечеринке наш великолепный Игорек увел ее в отдельную комнату и пробыл с ней наедине достаточный отрезок времени. На вопрос Андрея о состоянии дел Игорек ответил не вполне связно, но в целом положительно. Выходило, что он ее выеб основательно.
Через месяц-другой-третий Андрей дозвонился до нее, пригласил в гости и отодрал.
В один из дней он решил сделать подарок своему другу Леше, чего я вполне заслуживал, и пригласил ее снова.
Она понравилась мне сразу. Хорошая фигура, правильное лицо с отсутствующим выражением, дурная репутация - что может завести меня сильнее?! Она не слишком ломалась, дала сперва Андрею, потом дружище подвинулся, я змеем пролез между ее сильных и стройных бедер и тоже взял ее. Еблись долго, менялись раз и два, пока Андрею это не надоело, и он не предложил выпроводить ее вон.
Расставаться нам не хотелось. Мы простились с уставшим хозяином, дошли до моего дома, завалились на диван и продолжили. Я драл ее, пыхтел, кончал, валился отдыхать. Она была очаровательно покорна моим грубым движениям. Одна и та же мысль возвращалась ко мне снова и снова: эта красивая девушка сперва дала Игорьку потом дала Андрею теперь дает мне Алексею она всем нам дала мне тоже дала и вот снова мне дает. Похоть закипала вновь и вновь, я накатывал очередной гондон на стертый хуй и ебал ее как безумный, и так до утра.
Солнышко просунуло лучи в мою пыльную комнату. Я долго и внимательно, со значением смотрел на ее голую крепкую грудь, милое сонное лицо. И, наконец, спросил. Так, из чистого любопытства:
- А тебе с кем из нас больше понравилось?
- В смысле? - конечно, вопрос для приличной девушки не вполне приятный.
- Ну, с кем лучше трахаться - с Игорем, с Андреем или со мной?
- С Игорем? Я с Игорем не трахалась!
- Да ладно, конечно, но все-таки… что, серьезно? Как так?
- Ну так. Я вообще тогда еще девочкой была.
Сказка обернулась прозой. Хорошо, что в эту волшебную ночь мне мечталось лучшее. Никогда в своей жизни я не ебался с такой страстью.
На мои претензии Игорек отвечал невнятно. Выходило, что кто-то врет. Получается, что он. Вот и верь после этого людям.
Проводить от метро
Еще в метро я заметил, что она навеселе. При знакомстве смотрела строго и недоверчиво. Было уже поздно, я пошел ее провожать, тем более - по пути. От моего дома до метро минут пятнадцать ходьбы утром на работу, а от метро до моего дома вечером в компании с поддатой девчонкой минут двадцать пять вечером с поддатой девчонкой. Худенькая, небольшая. Не могу сказать, что ее строгость рассеялась по дороге, но зайти в гости она решилась. Возможно, ей не хотелось идти в одиночестве по темным кварталам.
- Осторожно, не разбуди родителей.
Какая жалость, иного места для ее ночлега, кроме моего разбитого дивана, у меня нет. Она разделась до трусов и футболки и улеглась. Я приставал безуспешно. Гостья целовалась, но и сердито отпихивалась. Трусы с нее не снимались ни в какую. Черт. Неужели промучиться всю ночь, не могу заснуть около невзъебанной бабы. Прилег на краешек за ее спиной.
Девчонка дремлет, коленки немного подтянуты к груди, так что попка торчит в мою сторону. В трусиках. Если хорошо подлезть… а если попробовать… терять все равно нечего, так, хуй снова стоит, гондон одет… теперь аккуратно сдвинуть трусики…палец в пизде, в горячей мокрой пизде! Девка изгибается, изнывает, опрокину ее на спину - нет? Как нет? А что, если так - пристроюсь сзади, да, она постанывает, письку не убирает, да, вот так, член входит в ее пизду сзади, мы извиваемся, лежа на боку, да, отлично.
- Что там, говоришь, твой парень? Давно знакомы? И как он тебе, нравится? Ну ладно, молчу.
Утром она проснулась крайне недовольная. Две палки не стали адекватной компенсацией за ее моральное падение. Похоже, она раскаивалась.
- Не бойся, я был в гондоне.
Что ж, это лучше. Немного успокоилась. В конце концов, она ведь не сама ноги раздвинула, а я ей сзади присунул, вроде как и не виновата.

Маленькая новогодняя оргия
Раньше новый год я встречал без подружек. Что-то, видимо есть в моем характере, что не способствует поддержанию продолжительных отношений с девушками. Это имеет и обратную сторону - голодный волк всегда опасен. Вот и в тот раз, проходя мимо двух смешливых девчонок, спешивших холодным новогодним вечером куда-то на праздник, я завязал беседу и оставил свой телефон. Они позвонили через несколько дней и согласились на предложение отметить знакомство в приятном обществе - моем с Андреем. Тогда я жил еще вместе с родителями, и наша четверка расположилась в одной из трех комнат, в других спали мирные родственники.
Мы пили водку, старательно подливая девушкам побольше. Они не отказывались, и вели себя очень мило. Одна из них, изящная и стройная, кокетничала с Андреем, вторая - покрепче, с завидной грудью, сидела у меня на коленях, позволяя себя трогать и целовать. Девушки ответили согласием и на предложение поиграть в карты на раздевание.
Моя любимая игра, в которой где азарт и желание, случайность и возможность так жарко сплетаются. В этом есть что-то от визита к японским гейшам, которые отличаются от проституток тем, что не связаны обязательством непременно отдаться гостю, но предоставляют ему все возможности проявить себя и покорить их. Притом эти волшебные женщины хороши собой, образованы в науках, воспитаны в ритуалах, сильны как в пении, так и искусстве поддержания беседы, которая в любую секунду может быть прервана самой развязной лаской. Безумие.
Во время игры мы старались наладить общие отношения, что должно было облегчить обмен партнерами. Девушки были уже без лифчиков, а мы без трусов, когда было решено приступать к активным действиям. Подружка с грудью не ломалась вовсе, и я уложил ее на матрасе на полу, снимая остатки белья. Андрею пришлось преодолеть определенное сопротивление, и, действуя силой и слегка убеждением, он стянул с другой девчонки трусики и придавил ее сверху на диване. Обернувшись, я наблюдал его бодрые телодвижения между ее расставленных коленок.
- Как у вас дела? - спросил дружище через несколько минут, удовлетворив половину своего любопытства. - Не нужна ли помощь?
Предложение помочь не встретило у моей партнерши ни малейшего возражения, и вот мы с Андреем встретились посреди комнаты нагишом, в состоянии полной боевой готовности, похабно ухмыляясь. Подходя к дивану, я пришел в исключительное волнение. Изящное тело девушки с согнутыми и расставленными коленками не поменяло своего положения ни на миллиметр, ни когда первый мужик выходил из нее, ни когда она лежала одна, пока я подходил, забирался, ложился сверху и овладевал ею. Дьявольское возбуждение, охватившее меня, передалось, вероятно, всей компании, впрочем, я могу только предполагать это, зная о свойствах своей шумной и энергичной манеры ебаться.
Все закончилось весьма обыденно - интерес друг к другу был удовлетворен, желание мужчин - тоже, что касается проблемы достижения женского оргазма, то, на мой взгляд, групповые игры не создают для этого наилучшей обстановки, тем более, что такая сверхзадача перед ними и не ставится.
Вечеринка закончилась недоразумением. Одна начала рыться в сумочке.
- Паспорт, где мой паспорт? Ребята, вы не видели?
- Нет. Да брось ты, потом найдешь. Пошли лучше поваляемся.
- Паспорт! Ребята, кончайте прикалываться, отдайте!
- Да нет у нас твоего паспорта!
- Как нет, куда же он делся?
Проклиная нас и оплакивая неизвестно где потерянный паспорт, девки ушли восвояси. Дуры, ваш паспорт нам и на фиг не нужен, нам только поебаться.
Польша
В суете возле метро Дыбенко я подбежал к смазливой девке в короткой юбке, чулки в сеточку. Андрей подошел чуть позже, когда взаимопонимание уже было полным. Чуть позже разыграли девку на монетку - и я проиграл. Увы!
Андрей не тянул, а выебал ее на следующий же день во все дыры, в хронологическом порядке это было так: в пизду, в жопу и в рот.
Вскоре он проводил ее восвояси, и вечером того же дня организовал вечеринку с двумя веселухами - симпатичной девицей восточных кровей и ее дебелой славянской подружкой.
Сидим у меня и выпиваем. Чурочка кокетничает с Андреем, заметно, что он ей нравится. Толстушка рада любому вниманию, ее нельзя назвать уродливой, но рядом с изящной подругой совершенно не смотрится. В общем, все так, как и говорил комментатор боксерского матча: "Вес - всегда фактор".
Мы слегка поддали, сыграли в карты на раздевание. Девушки остались в футболочках и трусиках, а мы с Андреем - в одних трусах. Игра как-то сама собой прекратилась, начались танцы. Чурочка в любом виде хороша, но как преобразилась толстушка, стоило ей начать двигаться под музыку! Настоящая русалка, в такт волнам она ведет рукой, бедром, да у нее, оказывается, есть и талия, это какой-то морок, подводная иллюзия! Чурочка совсем теряется на ее фоне. Русалка торжествует, не случайно она раньше где-то танцевала, пока не родила и не отяжелела.
Танец закончился тем, что Андрей повлек утешать чурочку на диван, а я немного постоял с открытым ртом, да и завалил толстушку на половом матрасе. Все развивается быстро: диван начинает ритмично скрипеть, а чурочка - громко стонать. Признаться, толстушка все же не так хороша в постели, как в танце. Засовываю член в этот бекон, деру, деру, но все не так уж прекрасно, слишком много жира, эрекция держится совсем недолго, спасая репутацию, озвучиваю вымышленный оргазм кряхтением. Мм-да, приятнее все же ебать тех, кого хочешь. Андрей еще немного повозился с чурочкой и тоже затих.
Но вечеринка отнюдь не закончена. Компания не разваливается, пока есть еще свежие комбинации для совокупления. В частности, Андрей не прочь отыметь толстушку, она с ним тоже охотно кокетничает, я поскрипываю зубами при виде чурочкиных ляжек из-под футболки, подстерегаю ее в коридоре и ловлю залапать, но не тут-то было, она шипит и отпихивается.
- Иди лучше Юльку трахай.
Видимо, она все еще рассчитывает на Андрея. Возвращаемся в комнату и видим толстушку с Андреем в состоянии такой нежной беседы, что за ней может последовать не только прелюдия, но и сам половой акт во всей его животной ярости. Чурочка встает на дыбы:
- Юлька, ты не вздумай!
- А что такое, что?
- Сама знаешь, что! Только попробуй!
- А вот и попробую! - заявляет русалка при полной поддержке мужской аудитории и вместе с Андреем удаляется в другую комнату.
Расстроенная чурочка валится на матрац и натягивает простыню себе на голову. Лезу утешать. Она злобно отпихивается.
- Хочешь трахаться, иди Юльку трахай.
Черт. Как плохо. Неужели не даст и теперь, после гнусной измены ее возлюбленного? Настроение у нее хуже некуда. Ложусь около нее. Знаю, что заснуть мне не удастся. А куда идти, что, на самом деле толстуху ебать? Неохота.
Андрей с русалкой появляются в нашей комнате снова. Вызываю его на переговоры.
- Ну, как дела?
- Ясное дело, хорошо. Трех баб за день выебал, круто! А у тебя?
- Нормально.
- Что, никак не дает?
- Не-а. Может, все еще на тебя рассчитывает?
- Может. Ничего, будешь с ней спать, авось согласиться, а я с толстой буду.
В последующие пару часов спит только чурочка, и то, если только чуть-чуть. Я не могу заснуть от неудовлетворенного желания и бужу ее раз в пятнадцать минут, но каждый раз встречаю отказ. Толстушка пристает к Андрею и не дает ему спать, он злится и отнекивается, а ебать ее и не собирается. Тогда она голосит и призывает всех собравшихся помочь в ее одиночестве. Самое разумное - пойти к русалке посовать в нее хуй, но это лишит ситуацию напряжения и сорвет мои планы на чурку. Промучившись, зову Андрея в коридор.
- Слушай, дело плохо. Тебе нужно идти домой, а то у меня точно ничего не выйдет.
- Ага, нужно идти, мне спать охота, а эта ебнутая все пристает.
Андрей сперва одевается, а затем быстро прощается с девушками, не давая им ни малейшего шанса увязаться с ним. Девушки немного обижены, впрочем, на успешное продолжение вечеринки они уже и не надеются.
Закрыв дверь за другом, возвращаюсь к чурочке.
- Отстань, иди к Юльке. Отстань, говорю.
Увы, если она не дает сейчас, то все потеряно. Ладно, в сущности, какая разница, кого ебать? Иду к русалке, устало кладу руку на ее полные ягодицы. Но она вдруг тоже начинает отпихиваться.
- Иди с ней ебись. Я спать хочу.
Это переполняет глубокую чашу моего терпения.
- Сейчас выгоню вас на фиг! - в сердцах заявляю я.
Собственно говоря, уже утро, автобусы ходят, девки прекрасно могут ехать домой и там уже себе отсыпаться. А мне останется лишь грустно отдрочить, проспаться, доложить Андрею о своем обломе и выслушать его соболезнования. Хреново.
В ответ слышу нежданно ласковый голос красотки восточных кровей.
- Леша, что ты сердишься?
Вот это уже интересно. Ложусь с ней рядом, она гладит меня по голове.
- А как вы себя ведете?
- А что-нибудь не так?
- Вот теперь лучше.
Целую ее в губы и обнимаю за голую талию. Ухх.
- Давай погреемся.
- Может, поспим сначала?
Вот так бы и раньше!
- Ну, давай погреемся, а потом и спать.
- А, может сначала поспим… ну ты какой…
Гондон уже на мне, я уже на ней, раздвигаю ноги, коленки наверх… вхожу! Yes, этого я ждал всю ночь! Дала Андрею, дала мне, сука блять, отъебать. Раз-два, раз-два, нет, так я кончу через минуту. Переваливаюсь на спину, она насаживается сверху, изящная, как статуэтка. У нее гладенькая кожа, немного темнее, чем у ее славянской подружки, все крепкое и пневматичное - сиськи, спинка, талия, жопка, ляжки, икры, теперь снова наверх и снова вниз. Чурочка быстро и умело двигается на мне, прогибается назад, глаза закрыты, она начинает постанывать, теснее придавливает мой лобок, двигается быстрее, быстрее - кончает и, не освобождая член, обессилено ложится на меня упругими сиськами, ее тело слегка влажное от пота. Снизу мне не кончить, вот зато раком… Она покорно занимает коленно-локтевую позу, я въезжаю сзади и хуярю на полной скорости и амплитуде - оргазм наконец достается и мне, снисходит свыше как единое благословение всем жителям поднебесной. Уплываю в тихий сон рядом с блядью чурочкой. Хорошо я их тоже выебал.
Под утро девчонки шутливо упрекали друг дружку в блядстве. Чурочка заявила, что толстушка первая начала безобразничать, на что подруга вспомнила их общее прошлое. На предыдущей вечеринке толстушка была заперта в соседней комнате, а чурка еблась сразу с двумя ребятами одновременно и по очереди под жалобные крики арестованной.

Андрей продолжал дружить с полькой. Однажды они неожиданно заявились ко мне, и не одни - с ними была интересная, высокая и стройная темноволосая девушка лет двадцати. Им удалось снять ее во время прогулки. У нее было неважное настроение от неурядиц с отцом ее маленького ребенка, так что она была рада пойти в гости с новыми знакомыми к их другу - интеллигентному молодому человеку. Я получил хорошую рекламу еще до знакомства.
Лето, папа с мамой на даче. Вчетвером посмотрели телевизор, Андрей с полькой вышли ебаться в комнату родителей. Мы с гостьей напряженно сидели вдвоем, наконец, я решился, прикоснулся к ней и почувствовал, что ее бьет крупная дрожь. Нисколько не ломалась, я выебал ее быстро, жадно и со вкусом.
В соседней комнате полька давала Андрею. Молодцы, уважили порядок и чистоту пенсионерских кроваток моих родителей, так что не ложились вообще. Зато воспользовались маленькой деревянной подставочкой неизвестного назначения (подарок маминых друзей?), эдаким игрушечным столиком с традиционным русско-азиатским орнаментом на крышке - жутковатым алым цветком. Полька поставила одну ногу на этот столик, пригнулась и оперлась о подоконник, а Андрей хорошо зашел сзади. По крайней мере, так он рассказывал. Ебаться стоя неудобно, так что они пошли домой, а я закрыл за ними дверь, вернулся к своей даме и отодрал ее еще раз, уже основательно и размеренно, но с силой и настроением. Хорошо.

Андрей решил привести свою дружбу с полькой к логическому завершению. Пора бы и с другом поделиться. Мы поехали к ней в гости, там он принялся склонять ее к близости в моем присутствии. Я вел себя довольно робко, мне, вероятно, следовало приложить и собственные усилия. Жаль, полька давать отказалась. Неужели такая раскрепощенная девушка могла иметь предубеждения против групповичка? Я еще думал навестить ее в одиночку, но так и не осмелился. Вдруг пошлет.
Легкое дыхание
Я познакомился с ней вскоре после того, как ушел из инженеров. Послал военно-промышленный комплекс с его аппетитами на хуй, становилось уже очевидно, что нам обоим не прокормиться, так пусть он лучше издохнет от утечки мозгов, чем я протяну ноги с голоду. Работать продавцом оказалось не в пример веселее. Хотя бы потому, что это была настоящая работа в реальном секторе экономики, и правил в нем простой закон – деньги-товар-деньги. Суки хозяева гребли бабки лопатой, но и мне перепадало. Наступило веселое время нечаянной свободы, долгожданной сытости и больших надежд. Что еще делать молодому труженику прилавка кроме своих основных обязанностей? Рубить чаевые и девок снимать!
Она зашла в магазин, будто прогуливаясь. Разумеется, рассматривать посетительниц было моим основным развлечением в рабочее время. На вид ей было совсем немного - пятнадцать - шестнадцать, но не более. В соответствии с заученным в юности предрассудком, средним возрастом вступления во взрослую жизнь я считал семнадцать девичьих лет, и не поощрял себя в домогательствах к малолетним.
- Ты видел? - спросил я моего друга Дениса, с которым мы ловко устроились в одну смену.
- Видел, - ответил он.
- Классная девка!
- Так ей лет-то сколько? И вообще, она какая-то грязненькая, - поморщился Денис. И был прав.
Она одевалась дурно - мешковатая куртка, мятые штаны. Прическа тоже была довольно неопределенной, волосы - не слишком свежими. Я не мог уловить ее запах, и, уверен, в нем должен был остаться след сигаретного дыма - такие девчонки курят все, что стрельнут. Но она была хороша, и хороша необыкновенно.
Иногда мне кажется, что я понимаю дрожь и смятение несчастного племянника швейцарского дяди Густава. По счастью, вкусы у меня вполне легальные - девчонки моложе пятнадцати (ну хорошо, моложе четырнадцати) для меня не существуют. Кроме того, дьяволенок классика был светел и пушист, а моя нежданная страсть могла считаться шатенкой. Но ее серые глаза были так же задумчиво пусты, и так же неуловимо порочны, как и те, что сделали хорошего филолога неловким убийцей и плохим поэтом.
Признаться, в тот раз я застыл на месте. В такие моменты трусость говорит мне: «Отказ убьет надежду, оставь себе хотя бы шанс - не подходи к ней!» Иногда я соглашаюсь со своей трусостью, иногда борюсь с ней, готовый сдаться - тогда чудное видение исчезает. Я ругал себя последними словами. К счастью, в тот раз трусость обратилась мудрой осторожностью - сероглазая правнучка старой городской ведьмы вновь зашла в наш магазин через несколько дней.
Я не помню своих слов, она же произнесла в ответ:
- Оксана, - голос был спокойный и равнодушный, слегка в нос.
Кажется, она предпочитала дышать ртом. Медицина находит существование зависимости между качеством носового дыхания и ходом развития детского мозга. Но от таких девушек не ждут тонких софизмов и запутанных аллитераций. Я спросил телефон, но она ответила, что ее трудно застать дома, и приняла из моей дрогнувшей руки записку с именем «Леша» и номером.
Ее не было неделю или две, я слегка надеялся и продолжал обычную жизнь - работа и девушки. Оксана появилась в магазине утром:
- Привет. Как дела? - взгляд серых глаз останавливался на мне не чаще, чем на любом другом предмете торгового интерьера.
- Все нормально. Как у тебя? - когда я волнуюсь, в голосе появляется хриплость.
О том, насколько женщина уверена в себе, можно судить по ее походке, когда она, простившись, уходит прочь. Каковы бы ни были отношения, ей никогда не безразлично, как выглядит ее тело под мужским взглядом. И походка меняется - спина выпрямляется, колени проскальзывают в миллиметре друг от друга, колыхание бедер строго регулируется, демонстрируя признаки бурного темперамента или, напротив, высоконравственного целомудрия. Оксана двигалась легко и естественно, словно вслед ей не таращились как минимум двое или трое мужчин. Так проходит по нашим сердцам совершенство, обутое в старые кроссовки.
Через час Оксана вернулась.
- Ты не мог бы мне помочь, - наши взгляды на секунду встретились, и я поплыл. - Я хочу купить плащ, уже выбрала, и он мне нравится, но не хватает немного денег.
- Конечно, - ответил скромный владелец сокровищ Гаруна, хватаясь за карман.
- Я скоро отдам тебе, - говорила довольная Оксана.
- Мелочи. Отдашь - не отдашь, не думай об этом. Звони, заходи.
Это была ошибка. Нельзя давать денег, когда влюблен. Или, уже если давать, то за что-то взамен, за что-то очень понятное – хуй на складе по-быстрому отсосать. Увы, я растерялся и забыл, что нельзя смешивать чувства с кровью желтого дьявола, когда надеешься на взаимность. Увы – теперь она была у меня в долгу, который ей вряд ли хотелось отдавать. Не платить бабки вперед! Никакой предоплаты! Товар немедленно на складе, тогда и бабки! Идиот!
Прошел день. Минула неделя. Через месяц я уже не думал о ней. Труп задушенной тоски был сброшен в мрачное подземелье моего подсознания, туда, в сырость и темноту, к раненым чудовищам, склизким уродам, плачущим детям.
Раз, где-то на Невском, неподалеку от магазина, я увидел Оксану, неспешно прогуливающуюся в обнимку с невысоким парнем. На ней были короткие шорты и маечка, рука счастливца лежала на ее полуобнаженных плечах.
Герой любимого пролетарским вождем писателя Д. Лондона говорил о том, что группа мышц с внутренней стороны женского колена сильно портит внешний вид ноги. Кто-то из модельеров считал колено ее самой некрасивой частью. Известно, насколько необходимо большинству женщин высокие каблуки. Действительно красивые ноги, как ни банально опираться на мнение знатока данного вопроса Александра Пушкина, суть не норма, а редчайшее исключение. Оксана шла опять в каких-то кроссовках и беспечно смеялась, смеялась шуткам спутника, знающего толк не только в красоте, но и юморе. Ее ножки двигались легко и свободно, пленительно и жестоко. Я провожал их взглядом и даже сделал было два-три шага вслед, но остановился. Тоска вырвалась из темной глубины обезумевшим призраком, бушевала, брызгая отравленной кровью, но скоро ослабела. Сердце болит.
Следующей весной в том же районе города я следовал куда-то по уже подзаебавшим меня коммерческим делам своего алчного работодателя. Что ж, время не прошло даром, я сделал некоторую карьеру, и теперь занимал самую распространенную должность на свете – менеджера по продажам. Денег у меня стало побольше, на шее появился галстук, в руке - портфель. Сестра говорила мне, что богатого мужика можно сразу определить по его лоснящейся морде – прямому следствию хорошего питания. Сразу видно, что дела идут хорошо. Моя морда если и не сияла, то, по крайней мере, смотрелась веселее тех рож, чьи владельцы не смогли адаптироваться к изменениям.
Помахивая портфелем, торопливо свернул за угол и столкнулся с девушкой. И сразу ее узнал. Словно кто-то схватил меня за сердце. Моя подзабытая боль прогуливалась с беспородной лохматой собакой на поводке.
- Здравствуй, Оксана, - обычно я с трудом запоминаю женские имена, в моей записной книжке после имени и номера телефона следует столбик с краткой дополнительной информацией. Но ее имя я знал как результат в таблице умножения.
- Здравствуй, - слегка задумчиво ответила она.
- Меня зовут Алексей. Я работал продавцом в магазине в той стороне.
Не думаю, что я так изменился с появлением на мне галстука, но девичья память вряд ли была способна справиться с задачей без подсказки.
- А, конечно, привет! - слегка оживилась Оксана.
Узнала. Это хорошо. Но, думаю, она обрадовалась скорее успеху проведенной умственной работы, чем встрече с интересным мужчиной.
По ее словам, главное занятие в данный период жизни для нее составляло посещение какой-то школы фотомоделей. На умении одеваться обучение пока явно не отразилось.
В целом, назвать меня непривлекательным всегда было довольно трудно. Рост немного выше среднего, поджарое тело, почти красивое лицо, яркая зубастая улыбка. Вот только то особое ощущение, которое делает голос мужчины громче, его шаги - тверже, а поступки - решительнее, посещает меня редко. Любовь к самому себе - я могу лишь призывать ее, но она уходит с презрительным молчанием. Женщина послушна только мужчине с плетью.
Я записал для Оксаны свой телефон - в прошлый раз она, по ее словам, потеряла листок - что ж, теряй, теряй снова, а я буду грустить о твоей потере. Мы расстались. Я брел по улице, и моя улыбка стекала с лица, как у старого клоуна после провального выступления.
Прошло несколько недель или месяцев. Что я делал в тот вечер в одиннадцать часов? Сидел ли в любимом кресле с тяжелым философским томом Канта (в моем конспекте ленинский комментарий «ничего не понял» мог бы стоять относительно каждой страницы - действительно, проще было учинить революцию и залить страну кровью, чем разобраться в этих архимудрых словоконструкциях, зато Кант отменно хорошо подготавливает организм ко сну), смотрел ли по ящику спортивные соревнования или новости – все как обычно. Зазвонил телефон, я взял трубку раньше всех домашних.
- Алло, Алексей?
Голос было бы трудно узнать, хотя девушки звонят мне нечасто.
- Да, приветствую.
Мне кто-то звонит, я кому-то нужен!
- Это Оксана.
- Конечно, Оксана.
В глубине моего живота вновь открылась холодная бездна слабой надежды.
- Я тут с подругой, нам негде переночевать. Ты можешь нас пустить? - она говорила торопливо, наверное, из телефонной будки.
- Конечно, - автоматически выговорил мой словесный аппарат. - Приезжайте.
Скоро я встречал их рядом с моим домом. Серые глаза Оксаны были безмятежны, ничего интересного ни во мне, ни в окружающей панельной архитектуре она не нашла. Подружка оказалась веселой, средней привлекательности девушкой лет шестнадцати и охотно поддерживала беседу.
Мои родители готовились ко сну. Мать приветствовала гостей косым взглядом и неразборчивой репликой, символизирующей вынужденное законами вежливости приветствие. Я провел девушек в свою комнату. Какое-то время мы смотрели кассету с фильмом «Маска», причем мне приходилось поддерживать интерес к просмотру собственными восторженными комментариями. У подруг слипались глаза. Оксана предложила отдохнуть. Ее подруга улеглась на двух составленных креслах и погрузилась в сон, а мы с Оксаной некоторое время смотрели «Маску», пока я не увидел, что и она задремала.
- Ты спишь. Давай ложиться, - я легко тронул крепкое плечико, укрытое мешковатым свитером. - Снимай с себя все это.
- Угу, - пробормотало полусонное совершенство, послушно поднимая руки вверх.
Длинную юбку она сняла уже сама, затем последовали колготки. Пуговицы белой рубашки казались слегка непослушными, но скоро Оксана справилась с ней и, оставшись в футболочке и трусиках, поместилась под одеяло. От неопределенности и возбуждения при наблюдении за этим незаконченным раздеванием меня начала бить нервная дрожь.
И вот мы рядом в постели, она лежит ко мне спиной, слегка свернувшись. Растерев похолодевшие руки, я очень легко прикоснулся к ее животу. Хорошо, что я знаю нужные слова.
- Холодно. Нужно погреться, - рука, ласкавшая девушку, слегка дрожала.
- Спать хочется, - вяло отозвалась Оксана, не двигаясь.
- Очень холодно. Сначала нужно погреться...
Мои прикосновения становились смелее, я прижался к ней всем телом, и она не сопротивлялась. Кожа девушки была горячей и гладкой, грудь крепкой, задрав футболку, я покрыл жадными поцелуями ее спинку.
- Ну, спать же хочется...
Но трусики уже покидают упругую попку, съезжают вниз по ножкам - они совсем гладкие, ни волоска. Последние трудности - упаковка презерватива оказывает решительное сопротивление, затем само изделие пытается скрыть истинное направление своего развертывания - в такие секунды вспоминается совет одного старого плейбоя - «когда предстоит борьба, пописай и одень резинку заранее». Но борьбы нет, Оксана ждет, а затем послушно приподнимается, упираясь в диван коленями и локтями - встает раком. Не может быть, но да, я вхожу в нее, она слышит мой торжествующий стон. Мои руки сжимают ее грудь, губы и язык проезжаются по спине в ритм движениям. Кажется, именно такую ласку своего загорелого рисовальщика предпочитала юная героиня набоковской повести о любви обреченного искусствоведа. Я останавливаюсь, глажу все ее тело, стараясь не пропустить ни ложбинки, ни бугорка, снова обрушиваюсь в сумасшедшем темпе, колотя волосатыми бедрами два крепких атласных полушария.
Через несколько минут я рухнул рядом с ней, а Оксана легко освободилась от моих благодарных рук и быстро заснула. Сожалею - мне бы очень хотелось держать ее в объятиях, как можно ближе к себе, но права на эту очень интимную радость двух близких людей не даруются случайному знакомому, злоупотребившему представившимся случаем.
Страсть будила меня среди ночи - первый раз Оксана уступила с той же легкостью, и я вновь гнался сквозь тьму на прекрасной белой лошади, оглаживая молодые бока. Уже упав на бок, взмыленный и счастливый, я вдруг понял, что так и не заглянул ей в лицо, не поцеловал в губы, не прижался животом к животу, словом - лесной кабан был бы не менее изобретательным любовником. На третий раз, когда моя победоносная, уже уверенно-теплая рука разбудила ее ласковым прикосновением к груди, Оксана вдруг произнесла:
- Мне больно, ты мне все стер своей резиной, - в голосе звучало недовольство и обвинение, а не жалоба на трудные объективные обстоятельства.
- Бедная, бедная девочка, - бормотал густопсовый друг молодежи, приставляя орудие к горячей сиротской попке и яростно мастурбируя.
Если бы я задумал сосчитать, сколько раз слов сказала мне Оксана с утра, мне бы хватило пальцев на руках. Зато наиболее удачливые пальцы волнующе пахли свежей штучкой. Они с подругой весело щебетали о чем-то своем. Ох, этот птичий женский язык, состоящий из знакомых и простых слов, но совершенно не содержащей хоть какой-либо существенной для мужского ума информации! Вот, где содержится ключ к тайне женской души - влейся, подхвати, поймай игру, интонацию, шелест пустой мишуры - но подожди, осторожнее, не заходи слишком далеко, оказавшись там, ты уже не сможешь вернуться и рассказать об угаданном, друзья-филологи уже никогда не поймут тебя!
- Я выхожу, счастливо, - я вряд ли скрывал грусть.
- Пока, - свой разговор подруги прервали лишь на мгновение.
Последний раз я видел мою красавицу в вагоне метро, обернувшись. Легкое дыхание - этого у нее не было.