Леша Лазарев

Хроника блудных лет, часть 8
Училки на отдыхе
Нас с Андреем приглашает на вечеринку его соседка. Сама она не в счет – очень жирная, но претензий к нам у нее нет. Андрей разок ее кое-как поебал, а на меня она и не рассчитывает. Кроме нее, там будут ее коллеги. Что за коллеги? Училки.
- Училки? Хм. Они вообще-то немного тормознутые. Вспомни институт Герцена. Все замуж хотят.
- Это правда. А что, Лешик, у нас есть другие предложения?
- Ну, можно по улице побегать.
- По улице всегда можно побегать. Давай сходим, посмотрим, что как. Отказываться неудобно, пригласили все-таки.
- Ладно, пошли.
Вечеринка у училок уже в разгаре. Все уже немного навеселе. Нам радостно кричат «привет» и сажают за стол с обязательными салатиками и бухлом. Кушаем, выпиваем, разглядываем училок, которые уже вовсю пританцовывают. Толстая соседка докладывает обстановку. Эта высокая милая брюнетка, оказывается, преподает английский. К ней пристает какой-то мерзкий паренек. Что? Это не паренек, это училка физкультуры? Да нет, не может быть. Может. В постсоветской школе может быть все. Даже откровенная лесбиянка может быть учителем физкультуры.
Да, черт возьми, англичанка хороша. И лучше всех это понимает именно лесбиянка. Лезет с ней танцевать, обнимает, целует в шею, хочет в губы. Просто ужас какой-то. Сама-то физручка совсем никакая. И лет ей уже где-то тридцать пять, не меньше. И рожа противная. Но лезет. Англичанка смеется. Приставания физручки ее скорее забавляют, чем раздражают. Тем не менее, вперед.
Подхожу к англичанке и приглашаю ее на танец. Лесбиянка крайне недовольна. Но по существу возразить ничего не может, при всем старании походить на мужчину таковым она не является, а, следовательно, и партнером в танце может быть лишь временным, при отсуствии мужика настоящего.
Танцуем с англичанкой. Пробую сказать ей несколько самодельных комплиментов по-английски, она отвечает, что у меня хорошее произношение. Не думаю, что это так, но сигнал хороший. Обнимаю ее за гибкую талию. Ух-х.
Андрей танцует с приятной на вид, но скучной девкой. Типичная выпускница Герцена. Лесбиянка утешается с другими училками. Несмотря на ее внешнюю непривлекательность, стоит отметить, что общается с бабами она довольно ловко. В этом-то и сила лесбиянок. Подобное тянется к подобному. У женщин много общего между собой.
Зато у меня есть член. И он как раз уже проснулся и хочет как следует встать, тем более, что мы с англичанкой уже тесно прижимаемся и едва удерживаемся, чтобы не засосаться во всю пасть, но, конечно, не удерживаемся и засасываемся. Да, горячие девки преподают английский, черт возьми. Рассосавшись, оглядываемся по сторонам – училки прячут ухмылки, лесбиянка яростно ревнует, но это не мешает ей, тем не менее, гладить по спине какую-то бабу.
Проходит еще час-другой, и англичанка соглашается на мое предложение о продолжении вечеринки у Андрея в сокращенной компании – она со мной, литераторша с Андреем. Лесбиянка пытается остановить наш уход, но мы ретируемся. Наши училки смеются. Черт возьми, они уже неплохо нажрались.
У Андрея мы еще чуть-чуть выпиваем и я заявляю англичанке, что в дальней комнате обязательно должны быть книги на английском языке. И веду ее туда, влача за голую руку и податливую талию.
В дальней комнате мы жестко сосемся, быстро раздеваемся и ебемся. Бурно, жадно, весело, как только и должны ебаться молодые, привлекательные, горячие любители английского. Я сверху, она сверху, раком, еще переворот, о, it’s good, it's very good, it's fantastic!
Нет сомнения, что она кончила минимум один раз, когда расплющила свой клитор о мой лобок. Класс. Чудесное окончание вечеринки. Впрочем, это еще не конец, верно? Есть еще одна неотъебанная девка, мною не отъебанная, Андрей, наверное, до нее уже добрался, пусть она не так хороша, как англичанка, но тоже вполне ничего, я схвачу ее тепленькой сразу из-под него, ее пизда чавкнет, когда он вытащит свой поникший от удовольствия хрен, ее пизда чавкнет снова, когда я воткну ей свой хрен, горящий похотью, уже испытавший сладостное трение, немного потертый, одетый в спасительный гондон.
Что Андрей? Увы. Литераторша оказалась истинной выпускницей Герцена. Не дала. Он приставал, но все бесполезно. Когда я вошел к ним, они вяло смотрели телевизор. Литераторша сидела на диване с той же унылой миной, перекрестив и руки, и ляжки в жесте категорического отказа.
Что ж, училки тоже разные бывают.
Впоследствии я пытался еще встретиться с англичанкой, но, похоже, у нее уже была какая-то личная жизнь. В тот вечер мне просто повезло.
Брошенная жена
Я познакомился с ней на улице, в своей обычной манере. Почему-то на многих женщин она производит ложное впечатление. Им начинает казаться, что подчеркнутая вежливость в общении свидетельствует о рассудительности и неторопливости в развитии отношений, в которых меня уж никак нельзя упрекнуть. Был довольно жаркий летний день. Говорят, что солнце стимулирует обмен веществ в определенном направлении, что, в частности является причиной возникновения понятий «южный темперамент» и «знойный мужчина». По себе могу сказать, что скорее разделяю данную точку зрения.
Она была миниатюрна, темноволоса, с красивыми грустными глазами. В ней явственно и волнующе угадывалась жертва. Похожее воздействие оказывает великолепная Настасья Кински, в одном из фильмов режиссер вложил ей в уста очень точный комментарий:
- Я знаю, что выгляжу одновременно и как жертва, и как сучка.
При этом желтая пресса не преминула известить любострастных поклонников, что собственно сама Настасья вступила в близость со своим первым режиссером в возрасте пятнадцати лет, и выглядит, черт возьми, так, будто готова уступить желанию мужчины прямо здесь и сейчас, вот что-то такое во взгляде, что-то в складе губ - пожалуй, она производит на меня самое сильное впечатление из актрис в мире кино.
Моя же маленькая брюнетка, кажется, отнюдь не была неукротимой дикой кошкой. Скоро я уже начал выслушивать ее жалобы на негодяя мужа и тяжелую семейную жизнь. А муж, действительно, был хорош. Ранний брак ли виной - им обоим было лет по восемнадцать, но молодчина изменил своей жене на последних месяцах беременности с ее лучшей подругой, причем этот, сам по себе естественный, инцидент не стал предметом милой общей тайны, а имел серьезнейшее развитие. Вернувшись из роддома с красавцем малышом, брюнеточка узнала, что муж собирается бросить ее и сына ради все той же доброй подруги, так приятно поддержавшей чужого супруга в волнительный период ожидания.
Для меня подобные истории служат родом оправдания. Пусть я поступаю, на мой взгляд, некрасиво, в полной мере потворствуя своим скотским инстинктам, но, в то же время, стараюсь не раздражать свою неспокойную совесть явным предательством и ложью. Да, я не хуже всех. Я просто ебу, но не обещаю и не предаю.
После услышанного я почувствовал себя волне уверенно, пригласил несчастную женщину в гости (родные были на даче), довольно скоро набросился и стал стаскивать с нее одежду. Она сопротивлялась всерьез и весьма активно, даже вскочила и попыталась бегать от меня по комнате.
- Ты совсем мокрая, - заметил я после того, как она отбила первый штурм, потеряв, впрочем, что-то из одежды, что уже являлось залогом окончательной победы. - Тебе просто необходимо принять душ.
- Да, я мокрая, - согласилась она. - Но разве можно так приставать, когда первый раз увидел?!
- Просто ты мне очень нравишься! - ни на йоту не соврал сдерживающий тяжелое дыхание любитель быстрых побед. - Я отнесу тебя в ванную на ручках!
Тем самым видимая цель борьбы формально изменилась. Теперь я стягивал с нее трусики и лифчик уже как активный поборник чистоты и гигиены. К тому же женщины, как правило, любят становиться желанной ношей. Ее сопротивление ослабело, скоро брюнеточка, полностью обнаженная, лежала у меня на руках, пока я аккуратно проносил ее через двери на пути в душ. Там мы целовались гораздо больше, чем мылись, затем я вытер гостью и понес ее на мой старый заслуженный диван, где уже не встретил никакого отказа. Несчастная женщина оказалась отменно горяча и отзывчива, что неудивительно, учитывая изменения, произошедшие в ее организме.
Мы встретились и на следующий день. Вместо того, чтобы пойти ко мне и дать, она сказала:
- Муж не верит, что у меня кто-то есть. Я очень тебя прошу, зайдем ко мне домой, чтобы он тебя увидел.
Будучи совершенно не уверен относительно собственной безопасности при знакомстве с мужем, я не мог не ответить согласием. Увы, это вопрос чести. Рыцарь не может отказать даме в подобной просьбе.
Когда мы шли в замок ее людоеда, страх терзал меня. Бля, ну я и вляпался. Глупые предрассудки. Книжек начитался. Чего мне от нее еще нужно, я же ее уже поимел! Бросить ее сейчас и съебать! А то вдруг там псих с ножиком меня только и поджидает...
Муж оказался парнем средних габаритов, симпатичным и испытывающим скорее детское любопытство, нежели мавританскую ревность. Я сразу успокоился. После короткого официального визита я предложил брюнеточке пойти ко мне, но она почему-то ответила отказом. Ну и ладно. Все, мой долг исполнен.
Спустя несколько лет, я увидел ее в обществе другого мужчины и двоих детишек. Предмет моей короткой страсти пополнел, стал уверенней, теперь ее уже было бы трудно причислить к жертвам. Мужчина выглядел гораздо солиднее прежнего бездельника, в нем чувствовался хозяин, собственник. Возможно, она нашла того, кто ей нужен.
Дворничихи
Бывают минуты, когда экзистенциальный ужас душит меня огромной черной тучей. Кто я в этом мире? Что я сделал, чтобы оправдать свое существование? Что я могу чувствовать - все те же оставленность, одиночество, отчаяние. И мне не легче от того, что подобные муки испытывали миллионы и миллиарды смертных, большинство из них уже сдохло, значительное количество сдохнет через некоторый не слишком отдаленный промежуток времени. Может быть, всемогущая наука даст мне бессмертие? Мне, лично мне, моей тоскующей душе! Дай бог, она успеет прежде, чем я сдохну тоже.
Андрей не разделяет моих страданий. Он вообще говорит, что готов помереть в сорок лет. А какой смысл жить дольше? Здоровья нет, денег нет. Он почему-то уверен, что к сорока годам бабла не заработает. Жадности не хватает. На бабу готов потратить все, что у него в кармане. Так, на бабу... Почему бы нам кого-нибудь не снять и не выебать?
Бегаем в метро. Удобное место. Большой поток объектов. Слишком разборчивыми нам сегодня быть не приходится. Время уже довольно позднее, девки нужны решительные. Облом, облом, этих Андрей сам успел послать, они его не опередили. И снова облом. Спокойнее, настойчивее, бабы есть, их не может не быть.
Ага. Вот две слегка поддатые дурочки. Одна довольно страшненькая, чернявая, с крючковатым носом, кривоногая, в общем, девка совершенно обыкновенной внешности, но при этом очень злобная, настоящая баба-яга. Трудно объяснить, как мы с Андреем это замечаем - по жестам, позе, взглядам, мимике, но она несет в себе столько негатива, что обращает на себя внимания существенно больше, чем ее симпатичная, неплохо сложенная белобрысенькая подруга, небольшая, тихая и позитивная, как домашняя мышка. Впрочем, другого выбора у нас нет. Спрашиваю Андрея:
- Берем?
- Бля. Ты эту корягу будешь ебать?
- Разыграем. Если проиграю, то буду. А если ты проиграешь, то тоже будешь. Потом обязательно махнемся.
- О кей, Лешик. Но махнемся обязательно. Чур бабу не зажимать! И ты ее по-быстрому еби, чтобы не кончила, а то еще будет выделываться.
Монетка летит вверх... Андрей матерится и вновь напоминает о нашей договоренности. Я выиграл. Я буду ебать мышку. Он - бабу-ягу, но потом мы поменяемся. О кей, вперед.
Девки к нам благосклонны. И, кстати говоря, мы удачно их разыграли. Мышка вполне мне рада. Баба-яга придирчиво испытывает Андрея на крутость, с каждой секундой убеждаясь, что он действительно крут. Можно подумать, у нее много поклонников.
- Пойти к вам? - скрипуче вопрошает баба-яга, пристально разглядывая Андрея. - Отметить знакомство? Отмечать любите?
- Типа да, - отвечает ей Андрей с высоты своего роста.
- Все с вами ясно, - подводит итог баба-яга. И поворачивается к мышке: что, пойдем?
Мышка так пожимает плечами, что всем становится понятно - она готова пойти с кем угодно и куда угодно, лишь бы человек был хороший. Милая.
На кухне у Андрея пьем немножко водки. Бр-р, какая мерзость. Рассказываем кто мы, да что мы. Наши новые подружки, немного стесняясь, признаются, что они самые настоящие дворничихи. Понаехали из провинции метлой махать. Если они хорошо помылись, то это даже неплохо. Социальный статус у нас гораздо выше. Пьем еще немного водки. Андрей недолго думая ведет бабу-ягу за руку в свою комнату. И та ведется. И покорно следует за ним. Мышка смотрит им вслед. Что, тащить ее в другую комнату? Прямо сейчас? Что ж, пожалуй, да. Иначе эти уже поебутся и в нашей компании возникнет непонимание между сытыми и голодными. Ебаться лучше синхронно. Как же я волнуюсь.
- Пойдем погуляем посмотрим обстановку.
Мышка тихонько встает. Обняв ее за талию, плавно веду в коридор, как вдруг я понимаю, что слышу, мышка слышит, оба мы слышим из комнаты Андрея гулкий и частый ритмичный стук. Это он что, башкой ее о стенку бьет? Круто! Он уже ебется! А я еще нет! Стук резко обрывается, слышится звериный рев. Интересно, кто это выдал?
Мышка улыбается. Бормочу:
- Пойдем посмотрим что там.
И тяну в дальнюю комнату. Мышка чуть упирается.
- А они?
- А они заняты, слышишь?
Мышка улыбается и позволяет себя увести. Закрываю дверь и обнимаю ее, лезу целоваться. Она соглашается со всем. Сама раздевается. Ложится на кровать Андреевой мамы, то есть, это только Андреева мама думает, что это ее кровать, а на самом деле это мой сексодром. Бросаюсь на мышку и деру. Что ж, помылась она неплохо. Тем более, метлой она сегодня не махала, у дворничих тоже бывают выходные. Бля, как хорошо... Вот-вот кончу... В принципе, это то, что нужно - мышка кончить не успеет и будет легкой добычей для Андрея. Но как-то даже неприлично. Ложусь на спину, мышка насаживается на меня сверху. Хорошо-то как... Все равно сейчас кончу... Но если кончу, то как я буду с бабой-ягой? Охота и ее попробовать... А вдруг у меня будет плохо стоять? А характер у нее тяжелый, будет выебываться... Нет, кончать нельзя. Стараюсь изобразить оргазм, кряхчу. Ну и ну. Тяжело вот так останавливаться. Мышка покорно слезает и начинает одеваться. Хочу ее остановить, но она продолжает. Скромная.
Выходим в коридор и видим, что дверь в комнату Андрея теперь открыта. Заходим. Любовнички сидят рядом и смотрят телевизор. Баба-яга злобно поскрипывает:
- Пиздюлей за такое надо вешать.
Андрей улучает минутку и объясняет мне на ухо, что отодрал ее в каких-то десять толчков. Она даже и близко не успела кончить, вот и злится.
- А твоя кончила? - волнуется друг.
- Нет, по-моему, не успела.
- По-твоему не успела?! Леши, бля, договорились же по-быстрому ебать!
- Да все нормально. Я сам даже не кончил.
- Ладно, давай потихоньку меняться.
Сажусь рядом с бабой-ягой и приобнимаю ее за плечи. Совсем чуть-чуть. Но она отпихивается. Вот сука! Андрей и мышка смотрят на все это, потом он уводит ее на кухню пить водку. Продолжаю слегонца приставать. Но баба-яга, судя по всему, четко понимает, что я не так крут, как Андрей, и, следовательно, давать мне западло. К тому же, когда она осознает новые расклады, и настроение у нее падает. Ебаны в рот. Дело плохо. Но я буду бороться.
Ставлю музычку, тяну ее в медленный танец. Стервоза идет, но не хочет покорно оставаться в моих объятиях, отпихивается, сама в одиночку развязно выкобенивается под музыку. Ей неспокойно, без сомнения, после легкого разогрева в десяток фрикций ее пизда хочет член. Но вряд ли мой. Ничего, я буду стараться. Продолжаю настойчиво приставать.
А вот и Андрей с белобрысой. По ним ничего не поймешь. Мышка прилично одета, тиха и позитивна. У них вообще чего-нибудь было? Делаю шифрованный запрос:
- Как дела?
- ХОРОШО.
Он ее трахнул!
Андрей тихонько рассказывает, что скромница мышка, идя с ним по коридору, взялась было за рукоятку нашей двери, но он тянул ее за другую руку. Мышка недолго подержалась за рукоятку, отпустила, дала себя утянуть в комнату Андреевой мамы, сама разделась, сама дала ему на той же кровати, где я недавно ее натягивал, собственно, другой кровати там и нет. Похоже, самому Андрею похуй, что там его мать спит, когда от нового мужа домой возвращается. Жалуюсь ему на бабу-ягу. Андрей пожимает плечами:
- Так чего, какие проблемы? Давай бери эту белобрысую и трахай, сколько хочешь.
- Нет, я, пожалуй, с этой все-таки постараюсь.
- Ну, как знаешь. А я уже спать хочу.
- Ты тогда у себя белобрысую оставляй, а я с этой корягой пойду к себе разбираться.
- Правильно, а то при нас она и дальше будет кочевряжиться.
Баба-яга соглашается идти со мной. Видимо, ей стало понятно, что Андрей больше ебать ее не будет. А мышка нисколько не возражает остаться. Веду злючку к себе, по дороге обнимаю. Не дается, но, в целом, как мне кажется, баба-яга все-таки теплеет. Вероятно, моя упертость представляется ей родом крутости. Заходим ко мне. Не разбудить бы никого. А то еще мать с отцом увидят эту красотку... Охуеют.
Требуя, чтобы я не приставал, баба-яга раздевается до майки и трусиков и валится на мой огромный, старый, раздолбанный диван. На что она рассчитывает? Целоваться с ней я не стал, но наехал на нее сурово. Андрон отъебал эту суку за одну минуту и за десять толчков! И мышка подержалась за дверную ручку, но потом ее отпустила! Это меня заводило. Горячо и настырно я мял, хватал, жал, чмокал в шею, пока она не разошлась и не раздвинула ноги. Я въехал в нее в гондоне и жадно проебал. Как же мне хотелось сегодня кончить! Я старался держаться подольше, баба-яга это заслужила. Еблись грубо и энергично, может быть, она кончила тоже.
Мало того, среди ночи я проснулся, разбудил ее и снова отодрал. Удивительный парадокс. С девкой симпатичной я не кончил ни разу, а с этой корягой - два раза и со страшной силой.
Посмотрев на нее с утра, я возблагодарил Создателя за силу в моих чреслах, да за тьму ночную.
Номер сто
"Девяносто девятая", - на днях я засадил член в очередную жертву. Меня ждет юбилей. Сто побед для рок-музыканта, артиста или даже для писателя, если его зовут Жорж Сименон - это вопрос пары месяцев развлечений. Для меня - результат отчаянной многолетней войны.
Итак, моя следующая баба будет иметь номер сто. Какая она будет? А может, больше никто и вообще не даст? Это невозможно, даже теоретически. Какая-нибудь обязательно даст, если только я не перестану спрашивать. А что, если взять и остановиться? Найти девушку, с которой будет классно. Красивую, чтобы завидовали друзья, чтобы хорошо ебаться. И чтобы были честные равноправные отношения, это должна быть умная, образованная, интеллигентная девушка. Она должна любить меня и восхищаться. Чем? Ну, я симпатичный, умный. Я - очень яркая индивидуальность. Во мне большие творческие силы. Может быть, я когда-нибудь стану крупным писателем. Как Набоков. Нет, зря я это про него. Ни хуя не выйдет. Когда я думаю о своем писательском будущем, о Набокове лучше вообще не вспоминать. Тем более, нельзя его читать. От этого ужасно падает настроение. Мне никогда, никогда не сделать ничего подобного. Во-первых, не хватает образования. У него классическое образование, а у меня - советская школа и советский, к тому же технический вуз. Пиздец. Во-вторых, он писал и писал все назначенное ему судьбой время, ну, может быть, немного преподавал, но ведь не сопромат же! А я занимаюсь хуй знает чем, я работал охранником, инженером, продавцом в магазине, теперь сейлз-менеджером, я бы работал кем угодно, лишь бы не сидеть беспомощно перед листком бумаги и выдавливать из себя то, во что я не верю, чего я не знаю, в чем я не силен. От чего меня тошнит, я не могу ни начать, ни продолжить, от моей наглости что-то писать, когда я знаю о существовании Набокова, меня пробивает пот, влага бессильно стынет на моем теле, не хватает еще простудиться, у меня довольно слабое здоровье. И главное, почему я так уверен, что у меня есть талант? Потому, что получал в школе пять за грамотность и пять с минусом за орфографию? А получал я их только за то, что рабски повиновался парикастой училке из Малороссии, и не было у меня ни смелости, ни сил явить старой жирной суке всю свою творческую ярость, чтобы ее жирные щеки налились дурной багровой краснотой, да, старая блядь, это все сделал я, твой бывший лучший ученик Алексей Лазарев, и я насрать хочу на твоего истеричного чахоточного Достоевского, который и писать толком не умеет! Сейчас я стал умереннее, Достоевский для меня, впрочем, авторитетом и не стал, хотя, признаю, "Игрок" написан довольно бойко и со знанием предмета, и вообще, ловко там главный герой обеих баб натянул. С другой стороны, раз уж у нас такое говно издается, чем я хуже? Еще нужно посмотреть, может, что я и не меньший псих. Да будь я и полнейшей бездарностью, кто мешает мне пачкать бумагу? В стол блять! Все блять в стол! Вон, Кафка, тоже все в стол писал, и ничего, потом достали и опубликовали. А русской литературе хуже не будет. Она и так совсем маленькая, совсем чахлая. За семь с лишним десятков лет засилья пролетариев к ней прибавилось немного. Впрыснуть немного яду в эту липкую патоку, падкую липу! Писать! Только вот лень. Этой девушке номер сто не за что меня полюбить. Я слабак. У меня нет характера. Я ссыкун с детства. Я так хорошо узнаю себя в набоковском персонаже, в том позорном трусе и рогоносце, что сбежал с дуэли. Я не смогу. Мне даже нет смысла искать эту девушку, уже через месяц надежда на встречу развеется, и я останусь один на один с самим собой. А это не мой выбор. Итак, вперед, за номером сто, неважно какая, пусть она просто будет!
Высокая, крупная, фигуристая. Ей лет под тридцать, у нее есть ребенок, ага, это уже совсем легко, она то ли замужем, то ли в разводе, личная жизнь не сложилась. Мы стоим в метро и спорим. Я зову ее к себе, она говорит, что это лишь первая наша встреча, и домой идти не очень хорошо. Обнимаю, шантажирую немедленным разрывом, просто тяну за руку, искренне огорчаюсь и не могу это скрыть - она все-таки соглашается! Едем ко мне! У меня на диване она отдается жадно, истово, как и должна одинокая мамка. Есть номер сто! Вперед к новым свершениям! Может, я когда-нибудь и встречу свою девушку. И даже что-нибудь напишу.
Использовать мужчин
Андрей зовет меня на вечеринку. Его знакомая приглашает подружку.
- Что за девки?
- То, что надо.
В прошлый раз он привел ее домой и тут же отодрал. Подружка, наверное, тоже еще та давалка.
- Надеюсь, не очень страшная?
- Кто знает, а в принципе, какая, на хуй, разница? Попросил, чтобы симпатичную привела.
Ну, конечно, они всех подружек называют симпатичными. Впрочем, на халяву и уксус сладкий.
Мы встретили их у метро. Они подходят к нам - небольшие, стройные и веселые. Ничего такие! Которая из них мне?
- Привет!
- Привет!
Однако!? Андрей приобнимает одну из них, понятно, та его, но эта, другая, какая же милая! Здорово, лишь бы только все получилось! Эта девчонка, что улыбается мне, она чертовски хорошенькая. Зовут Танечкой, с ней легко и просто общаться. Пусть пройдет немного вперед - и ноги, и жопа ничего! Милая, улыбается. Я волнуюсь. До Андреевой квартиры нужно пройти три-четыре дома, десять минут поддерживать разговор, справляться с вязкой холодной тревогой в животе, неплохо бы посрать или хотя бы незаметно пернуть.
Мы лишь немного посидели вчетвером, после чего Андрей увел свою в комнату. Я прильнул к Танечке, она ласково отвечала на поцелуи и мягко отстраняла руку от сисек, крепких сисек без лифчика! Голова плывет, я не могу настаивать, мне так мучительно хорошо.
Через полчаса наше кухонное уединение нарушает вернувшаяся пара. Тот факт, что Андрей с Ленкой, как оказалось, все тридцать минут наедине безостановочно еблись, становится неоспоримым фактом и достоянием гласности. Танечка выражает шутливое недовольство:
- Вот обломали, предупреждать же надо!
Что бы это значило? Не знаю. Мы сидим на кухне, она в моих объятиях. С нежностью и доверием гладит и пожимает мою руку, я едва ли не в первый раз в жизни чувствую себя так тепло и сладко. Что это все - любовь с первого взгляда? С такой девушкой можно нежиться часы напролет, даже без ебли. Впрочем, почему бы и не попробовать?
- Может, пойдем в комнату…
- Пошли.
Андрей провожает нас жадными глазами, Ленка хихикает.
В комнате мы целуемся так же нежно, но еще и горячо, да, она позволяет запустить ей руку под футболочку, какая грудь, да, сейчас сниму, еб твою мать, она действительно раздевается, я скидываю все, быстрее гондон, она так хороша голая. Она не худенькая, нет, она абсолютна соразмерна, у нее талия, ножки, жопка, крепкие сиськи стояком, она вся твердая, я сверху на ней, скорее запихать, да! ебать, ебать, стой, не кончить сразу, пусть она сверху, да, какая ты красивая, да, твердая жопа, твердые ляжки, она воистину пневматична, за один этот термин слава писателю Орвелу и безымянному умнице переводчику. Именно это слово, пневматична! Нет метода, критерия, эпитета лучше, чем этот, иначе не выразишь красоту голой девки шестнадцати, пусть даже семнадцати лет совершенного телосложения, когда жопа и грудь и ляжки и спинка и пизденка одинаково упруго взаимодействуют с моими руками лобком членом лишь бы не кончить сразу. Попрыгай сверху, Танечка, милая! Ее грудь стояком можно классно тискать, крепкую жопку хорошо мять, я бы шлепнул, но побаиваюсь, у нас такие нежные отношения.
- Я устала.
- Хорошо, теперь я.
Она стоит раком, я деру ее, хлопаюсь ляжками о гладкий задок, тяну за бедра, тискаю сиськи, о, да, я кончаю. Похоже, мы оба довольны проведенным временем.
Хорошо бы и Ленку отодрать, она тоже ничего, вполне симпатичная. Андрей советует пойти за ней в ванную и пристать прямо там.
- Она хочет, говорю тебе!
Нет, а вдруг еще не даст, а Танечка может обидеться. Я ее почти люблю.
- Танечка, ты такая классная, милая!
- Это не совсем так, я просто такой кажусь.
- Невозможно такой казаться и не быть.
- На самом деле, я к мужчинам отношусь плохо, я их просто использую.
- Ты шутишь.
- Ты меня просто плохо знаешь.
Провожаем девушек, прощаемся.
Андрей вне себя.
- Давай мне ее телефон, я ей завтра позвоню!
- Конечно, это, в общем-то, твоя заслуга.
- Конечно, моя! Я такую девку тебе подогнал! Завтра буду ей звонить, ты подожди пока, не приглашай ее, а то все сорвется.
- Ладно.
Андрей позвонил Танечке на следующий день, она приехала к нему домой, совсем не ломалась, дала сразу. Попросила у него пятьдесят рублей. Диалог был примерно следующий:
- Зачем?
- Надо.
- Расскажи, зачем?
- У друзей какие-то проблемы.
- Какие?
- Друзья задолжали деньги за наркотики, на них наезжают.
- Ты дружишь с наркоманами?
- Да, я и сама люблю побаловаться.
Нежная Танечка вовсю использовала свою привлекательность для решения проблем целой банды наркоманов! К тому же, был еще какой-то состоятельный человек, он ее содержал и баловал, но, видимо, обо всех проблемах она ему сообщить не могла.
Танечкина пневматичность стала для нас с Андреем эталоном. Частенько звучало подобное обсуждение:
- Что, вчера отодрал кого-то?
- Да, было дело.
- И как?
- Ничего, хорошая девка.
- Что, не хуже той наркоманки?
- Ну, конечно, грудь не такая твердая, но жопа ничего, в общем, вполне ничего.
Нужно добавить, что я дозванивался и до Ленки, но она все как-то вертелась и не хотела встречаться, я сказал ей, что с Танечкой меня уже ничего не связывает, потом мы встретились - у нее якобы была менструация, в общем, я ее так и не трахнул. Верно Андрей говорил, нужно было сразу в ванной ее захватить.
Каббала
- Смотри, какая девушка, - толкает меня под локоть Андрей.
Что ж, лицо красивое. Худенькая. Ноги какие-то не такие. Зато книжку читает, а с такими легче справится. Андрей что-то тормозит. Подхожу я.
- Добрый день. Вам очень идет книжка, знаете как приятно, когда девушка читает. У меня тоже есть одна книжка, и закладка всегда на шестнадцатой странице.
Марина ответила улыбкой и с присущей интеллигентной девушке легкостью пошла на контакт. Общаться с ней было истинным удовольствием. Мы с Андреем были очарованы. Только вот ноги. Ну, в общем, если одеть высокие сапоги, или там брюки носить, ну, у большей части женщин ноги еще хуже, и ничего - все к этому привыкли.
Она казалась необычной, в отличие от других овец, у нее была отличная память, богатая эрудиция, черт возьми, девчонка читала, но главное, казалось, что Марина общается с окружающим миром без уважения к его законам, в ней была склонность к парадоксам и мистике, не астроидно-дебильной, а чему-то таинственному и скрытому. Не думаю, что дело в ее происхождении от евреев и каббалистике, не в отчаянном советском антисемитизме и проблеме самоидентификации носителя русской культуры в окружении тихо фашиствующих сограждан, ее красота не была типично еврейской, она могла бы назваться, например, итальянкой или испанкой. Она заняла исключительное место возле нашей дружеской компании. Андрей был сражен, другой наш друг филолог Сережа - тоже. Я испытывал к ней изрядную симпатию и с удовольствием бы трахнул. Коварная Марина предложила мне познакомиться с ее подругой, гораздо красивее. Я согласился, как идиот, и пошел на свидание, чтобы встретить гнусную развратную жирную свинью, еще и тупую в придачу. С горя я даже позвал ее ебаться, но выяснилось, что свинья предпочитает юных девственников, и я никак не могу на нее претендовать. Свинья выдала ценную информацию, оказывается, ее подруга Марина в свои восемнадцать лет еще не пробовала хуя! Вот так дела!
Впрочем, сама Марина заявила Андрею, что в четырнадцать лет ее изнасиловал какой-то негодяй, но эта версия им была отметена. Действительно, что это еще за скорбь четырехлетняя, трудно предположить, что все эти годы ей не чесалось подставить кому-нибудь, раз уже такое недоразумение случилось. История с ранним изнасилованием - не более, чем попытка спроецировать вовне собственные глубочайшие внутренние проблемы, вот. Как, интересно, должен был выглядеть этот мифический насильник? Мрачный красавец, атлет, поклонник Беккета и тайный сатанист? Или все-таки немного попроще, как это и бывает на самом деле - хулиган десятиклассник в прокуренном пиджаке с бутылкой водки? Все эти истории с изнасилованиями - сплошное мифотворчество.
Сережа ухаживал за Мариной безуспешно. Не нашлось у нашего филолога подходящей плети. Андрей - иное дело.
Однажды я случайно проходил мимо него и зашел в гости. В ванной я обнаружил Марину, совершенно голую и пьяную. Неплохо.
- Ну что, отодрал?
Андрей ответил совсем не как обычно, а странно и напыщенно:
- Лешик, как ты не можешь понять, мне от нее совсем другое нужно!
Вот так выдал. И вообще, его поведение трудно было назвать адекватным для видавшего виды, матерого ебыря. Чего уж проще - девка пьяная, взял, налез сверху да засадил.
Тут проснулась Марина. Язык заплетается.
- Что это… голая вся…
Если я правильно ее угадал, то ее следующее движение совсем не означало смущение. Она не беспокоилась, что неприлично быть обнаженной перед мужчинами. Но успела подумать о том, хорошо ли выглядит. Нет сомнения, если бы эта высококультурная девушка была уверена, что окажется неотразима, встав раком, она бы так и сделала. Вместо этого Марина лишь соединила ножки, длинные, легкие, ну вот разве что слегка не той формы, они действительно лучше выглядят, когда перекрещены и лежат одна на другой. Затем посмотрела в нашу сторону - Андрей стоял в ванной, я пялился в раскрытую дверь.
- А, это вы… что, уже оттрахали?
- Не болтай, - строго прервал ее Андрей. - Еще тошнит?
- Нет… то есть… да, тошнит…
Трогательная сцена. Изящная обнаженная девушка блюет в ванную, а суровый одетый мужчина утирает ей личико.
Через несколько дней они стали любовниками. Встречались и трахались регулярно. Андрей цвел от радости, когда она прижималась к его накачанному торсу.
Марина не забывала и обо мне. Охотно делилась впечатлениями от прочитанного. Сделала мне фантастический комплимент, что-то невероятное, никогда подобного не слышал, в самую точку.
- Леша, ты какой-то странный… знаешь, а ведь ты… метафизик.
Могу поклясться, что это полностью относилось и к самой Марине.
Сама ли, или по просьбе Андрея она познакомила меня с другой подругой, уже довольно ничего, такая вкусненькая девчонка тех же лет восемнадцати, глупая и по виду доступная. Моя репутация вопросов не вызывала. Приглашаю ее домой, сидим и болтаем. Начинаю приставать.
- Уж не думаешь ли ты, что я пришла с тобой спать?
- Да, а почему бы и нет?
Аргумент оказывается убедительным. Валимся ебаться. Две палки, она веселая и гладкая. О нашей поебке всем стало известно сразу. Марина смеялась и рассказывала о подруге, что та дала какому-то юнцу средь бела дня на крыше гаража посреди дачного участка, пока соседи ковырялись на окрестных шести сотах кверху жопами.
Однажды мы с Андреем и с Мариной оказались в гостях у ее свиньи. Неплохо выпили. Я приставал к свинье хотя бы из спортивного азарта, впрочем, не сомневаюсь, что отодрал бы ее без каких-либо проблем с эрекцией. Но свинья отпихивалась и даже заявила под общий хохот:
- Вот ведь какой, все цветочки срываешь!
Эта хорошо проебанная совратительница несовершеннолетних еще считает меня негодяем! Ухватываю ее за жирную сиську, она визжит и бьет меня по руке. Абсурд какой-то.
Тем временем Марина доходит до кондиции и вдруг предлагает Андрею устроить групповик и поменяться партнерами. Дружище к этому повороту оказался совершенно не готов. Оставшийся вечер они провели в выяснении их сложных романтических взаимоотношений.
А я, болван, и после этого боялся позвонить ей. Почему? Ведь она никогда, никогда не говорила мне «нет». Я страшился ее отказа и, может быть, ее согласия, а все мои выдумки - это лишь оправдание, чтобы не влюбиться окончательно.
Личная жизнь Марины обещала быть непростой. Еще долго спустя их расставания она звонила Андрею и рассказывала о своих бесшабашных приключениях. Затем пропала, исчезла. Через несколько лет после особенно удачной поебки я сам как-то раз набрался смелости и набрал ее номер, но она у родителей уже не жила.
Прошли годы, Марина позвонила филологу Сереже и сообщила ему, что у нее все хорошо, она замужем, ей теперь тридцать один, все у нее есть, и все вообще прекрасно. Странно, детей у нее нет. Она всегда была сумасшедшая.
Депрессия
Андрей недавно познакомился с новой девушкой. Еще не ебал. Хотя мог, вчера они уже валялись голышом на его диване, но член не влез в ее узенькую дыдочку. Предложил вечерком зайти к ней в гости, благо живет в его же доме.
Света мне очень понравилась. Изящная брюнетка среднего роста, красивые глаза, забавный ротик, мягкая и женственная, слегка кокетливая. Очки придают ей интеллигентный вид, хотя при общении становится ясно, что читать она не любит. Зато ее жопка переходит в талию волнующей сердце линией. Поболтав часок, мы собрались уходить, а она нежным голоском уговаривала оставаться. Зачем? Поболтать еще часок? Или? Но Андрей был непреклонен. Когда ему хочется спать, он идет спать. Девушка выражала мягкое, но явное сожаление. Пока-пока. Она провожала нас, стоя в дверях и глядя вслед.
Мы с Андреем разошлись по домам. Я улегся в постель и попробовал было заснуть. Нет, не спится. Что-то не так. Света не хотела, чтобы мы уходили. Андрей? Или?
Я встал и позвонил Андрею. Это же его девушка. Интересно, а если он спит, насколько этично будет решиться сделать то, что я хочу? Вполне этично, черт возьми. Тем более, из этого может ничего не выйти. Андрей наконец взял трубку и промычал что-то, не приходя в сознание. Я был краток:
- Если ты не против, я сейчас пойду к ней.
Андрей слегка оживился.
- Да? Не лень тебе? Ну ладно, иди, я не против. Если получится, расскажешь потом.
Час ночи со вторника на среду. На улице никого. Я тороплюсь как участник соревнований по спортивной ходьбе, на неровностях делаю забеги и с трудом удерживаюсь, чтобы не бежать во весь дух. Минута разницы ничего не даст. Она либо спит, либо нет. Ладно, последние метров двести можно и пробежать, хоть нервы слегка успокою. Да она меня просто сейчас пошлет. Да нет, не все так просто, нужно доверять своему чутью. Она не заигрывала со мной, но я все же что-то уловил. Точно, уловил, ага, живот сводит медвежьим холодом. Еще не хватает на бегу обосраться. Забавный сюжетик: мчаться к девушке, от любви и волнения жидко обделаться у самых ее дверей и в отчаянии побрести взад подмываться, так никогда и не узнав, что она надеялась и ждала.
У Светы горит свет. Ура. Впрочем, еще не поздно вернуться домой. В конце концов, что это за визиты по ночам, за девушкой нужно ухаживать, могу ведь сейчас все испортить. Была не была. Жму палец к звонку. Жду.
– Кто там?
В ее голосе нет раздражения.
– Алексей.
– Алексей... какой еще Алексей?
Как это ужасно. Если бы я знал, разве стал бы я мчаться через ночь? Теперь испить чашу до дна.
– Ну, мы сегодня с Андреем у тебя были в гостях. Вот, скучно стало, решил навестить.
– А… Я сейчас моюсь, не могу открыть. Позвони через полчаса.
– Хорошо.
Полчаса я буйствовал в ночном квартале как сумасшедший Брюс Ли, рассекая прохладный воздух смертельными ударами. Во мне все горело. Она готова меня впустить!
Через полчаса дверь открылась, за ней - очаровательная Света с еще влажными волосами, мило и застенчиво улыбается.
- Привет еще раз.
- Привет, как ты решил зайти?
- Чего-то не спалось, думал прогуляться, смотрю, а у тебя свет горит, ну, ладно, подумал я, позвонить, что ли.
- А ты здесь рядом живешь?
- Ну да, в общем, недалеко, в четырех домах отсюда.
Мы болтали и улыбались друг другу, сидя лицом к лицу за ее студенческим столиком с опостылевшими курсовиками. Еще не поздно раскланяться и двинуть назад. Простой визит вежливости, ничего больше. Потом решу ей большее число курсовиков и постепенно войду в доверие. Но Андрей сегодня не засадил ей лишь по чисто техническим причинам. Правда, он за ней уже недели две ухаживает.
Была не была. Встаю со стульчика, обхожу столик с ее стороны и заглядываю в задание.
- Так что у тебя с этим не получается?
Она смеется нежно и беспомощно.
- Не понимаю я ничего!
- Ну-ка, что здесь…
Кладу руку с ледяными пальцами ей на плечо. Не убирает. Поглаживаю, пальцы чуть дрожат. Не возражает. Наклоняюсь, целую в губы. Не отворачивается, даже отвечает чуть-чуть сомкнутыми губами, да, упираюсь коленом в пол, обнимаю за талию, да, целую в губы, она отвечает, целуемся взасос, сжимаю в лапах, пробую поднять, она хихикает, но поддается, на руках несу ее в постель, быстро раздеваемся, она сама приподнимает попку, снимает невзрачные домашние шортики, я уже голый, помогаю ей раздеться, она смеется под застрявшей на ней футболкой, у нее отличной формы буфера, сейчас я раздену ее донага и буду щупать всю, беспокоит лишь одно - у Андрея не получилось засунуть хуй. Ложусь сверху, лбом в подушку, трогаю рукой письку, ага, мокренькая, буду совать прямо так, без гондона, если у нее такая маленькая, значит мало дает, действительно, очень маленькая, не лезет, Света понимает это и даже как-то всхлипывает от огорчения, хорошо еще, что хуй стоит как железная труба, можно приставить и толкать его туда-сюда, туда-сюда, вот, вот, лучше, лучше, как же все-таки узко, прямо больно, но нужно ей засадить, да, вот так, хуй с каждым толчком заходит все глубже, ура, вот уже головка там, класс, можно считать - я ее трахнул, еще немного, да, полшишки - уже результат, она моя, Света чувствует своего владыку и поднимает гладенькие ляжки, вот так, здорово, хуй вошел, еще, еще, вот так, по самые яйца, какая же узенькая пизденка, ловко это я ее, какие сиськи, жопка, ебать, ебать, да.
Мы возились целый час, но от душевного смятения, усталости и боли в стертом замученном члене я даже не кончил.
- Ты не кончила?
- Я никогда не кончаю.
- Почему?
- Не знаю. Но мне все равно нравится.
Ладно, хватит. Как здорово спать с ней в обнимку, класть Свете руку на жопу. Ей это не нравится, еще в дреме она недовольно морщится и перекладывает мою руку с жопы на грудь. Жаль, изгиб ее тела необыкновенно изящен, а грудь - ну что, обычные твердые ровные сиськи восемнадцатилетней девушки, жопа с талией сильнее притягивают мою руку.
Утром, не выспавшийся и счастливый, я отбыл на работу. Уже оттуда позвонил Андрею.
- Привет!
- Лешик, ну что, как дела?
- Хо-ро-шо.
- Как? Серьезно?
- Хор-ро-шо!
- Она тебе дала!
- Да, здорово повезло, весь на нервах был.
- Вот ведь проблядь! Я ее тоже выебу!
- Думаю, да.

Рабочий день тянулся долго. Наконец, обычная тягомотина закончилась, по дороге от метро я зашел к Свете - она с нежностью обняла меня, стоило вновь завалить ее, но хуй побаливал, да и маме стоило показаться.
- Я вернусь через часик.
- Я жду.
Нужно было валить ее обязательно.
Дома меня застал звонок Андрея.
- Лешик, ну что, спроси меня "как дела"!
Вот так, этого следовало ожидать. В любом случае, это его девушка, я просто выбрал удачный момент. Увы.
- Как дела?
- Хорошо! Я ее все-таки отъебал. Приходи ко мне.
- Да я тут Светке обещал зайти.
- Приходи, она у меня сидит.
В присутствии Андрея Светка была со мной гораздо холоднее. Увы. Но рассказ ее впечатлял.
Эта нежная девушка уже больше года состоит в браке с крутым мотогонщиком, чемпионом Финляндии и сопредельных стран. Муж страдает псориазом, Светка любит беднягу, но они сейчас временно живут врозь. После того, как она ушла домой, Андрей дополнил ее историю.
Оказывается, в тот самый день, когда я ее удачно посетил, за пару часов до моего прихода у Светки в гостях был одногруппник, которому она дала. Через пару дней Светка нам сообщила, что дала и другому своему одногруппнику.
Итак, четыре дня из жизни полузамужней восемнадцатилетней студентки:
День первый - неудачная попытка отдаться Андрею;
День второй - удачно дала одногруппнику. Не менее удачно вечерком дала Леше.
День третий - новая попытка отдаться Андрею удалась. Могла бы отдаться и Леше, но он не воспользовался моментом.
День четвертый - дала другому одногруппнику.
Четыре дня - четыре счастливых мужика. Сомневаться в рассказе Светки не приходится. Демонстрировать свое благонравие она не могла. Настоящая блядина. Я завожусь от ее кошачьей легкости, к тому же, у нее отвратительная репутация. С одногруппниками так поступать нельзя. Представим себе, как один из них нежно, как хозяин свою кошечку, гладит ее по спинке в присутствии другого, а тот глядит на это с изумлением, как же так, это ведь я же ее трахаю? Можно прослыть блядью на весь институт.
Андрей придумал ей хорошее прозвище, теперь заочно и в глаза он зовет ее "Светка-табуретка".
Но у меня с ней все очень плохо. Похоже, Светка решила больше мне не давать. И даже не хочет обсуждать наши отношения.
- Свет, пойдем к тебе.
- Нет.
- Почему?
- Не хочу.
- Что-то случилось?
- Нет, ничего.
При этом она частенько по-соседски заходит к Андрею, и он хуярит ее в пизду и в жопу. Оргазм Светка действительно никогда не испытывает, остается вопрос, зачем ей все это нужно.
Мне очень плохо, я люблю и ревную. В попытке что-то изменить, я пишу ей два любовных душераздирающих письма с рисунками. Из них ей в большей степени нравится второе, то, в котором я смог удержаться от истерики, в первом рука сама накорякала силуэт плачущей от любви собаки, какой я себя в полной мере ощущал. Чувствую себя ужасно. Результата нет. Андрей рекомендует помочь ей с курсовиками и под это дело отодрать. Я так и поступаю, но вместо того, чтобы ебать, решаю проявить благородство и выждать ее расположения - большего бреда не мог бы придумать и девственник.
Андрей резвился. Во время очередной поебки со Светкой он уперся руками и приподнялся над ней, чтобы лучше и внимательнее рассматривать неторопливую смену появлений и исчезновений своего члена в ее письке. Светка не выдержала и простонала с укором:
- Ой, Андрей, ты такой циничный…
А он загоготал и дохнул ей в лицо запахом лука, которого она терпеть не могла и всегда просила, чтобы ради бога лишь бы он перед их встречами лука не жрал.
Но Андрей - это еще не самый крутой мачо. В его наглости слишком много искусственного и благоприобретенного, опытная женщина в конце концов это угадывает. Другое дело - его приятель по кличке Пират, самоуверенный до некоторой степени идиотизма удалец, которому везет в этой жизни решительно во всем, от родителей, внешности и здоровья до устройства на таможенную службу, где этот бравый поручик за пару лет успел сэкономить на квартиру в пару этажей. Повезло ему и в этот раз, когда Андрей ради любопытства представил его нашей красотке.
Светка влюбилась в Пирата с первой же его дурацкой шуточки и его же ржущего смеха. Они уединились в дальней комнате и там долго хуярились.
Когда я в другой раз зашел к Андрею, там сидела Светка и ныла:
- Андрей, ну где же Пират?
- Не знаю. Я же говорю, сама звони.
- Так я ему звоню, а его все нету дома.
- А я что могу сделать?
- Ну, вы же друзья, придумай что-нибудь… Пират, где же Пират…
Меня едва не стошнило.
В один из следующих дней Андрей поебал Светку и решил, что она должна познакомить меня со своей подружкой. Та оказалась здоровой и наглой девкой, с ходу облившей меня презрением. Светку она уважала и называла самой красивой девушкой района. Некоторое преувеличение, впрочем. А Светка поинтересовалась, как поживает богатый подружкин спонсор. Хорошо поживает, иногда.
Но мне уже и такие бляди не дают. Я немного помучился, затем оставил их втроем и пошел домой страдать.
О последующем Андрей рассказывал, что боевая подруга оставила Светку одну на кухне, а сама занялась проверкой его пресса на ударостойкость. Серией энергичных крюков в живот, сколь увесистых, столь и забавных, такие могут согнуть и от смеха, амазонка загнала Андрея в дальнюю комнату и там по-быстрому дала ему на диване.
- Лешик, ну ты зря уперся, Светка скучала, мог бы ее трахнуть.
До этого момента нужно было еще дотерпеть, а у меня уже никакого настроения не оставалось.
Андрей познакомил со Светкой еще и нашего филолога Сережку, человека задумчивого и девкам зачастую непонятного. По идее, такие нашу очкастую кобру не интересуют, в них совсем нет ничего ржевского и пиратского. Но, как выяснилось, она все же способна если не на понимание, то на снисходительность. После занятий по аэробике у Светки так болели ножки, что она не могла лежать на спине. Но она проявила милосердие и терпение, встала для Сережи раком и простояла в этом положении столько, сколько ему было нужно, впрочем, недолго.
Я пребывал в глубокой депрессии и страдать сильнее уже не мог. Ни Светка, ни любая другая девка, вообще никто мне не давал.
В Новый Год мы с Андреем вызвали Светку и повели ее к нашим общим друзьям.
- Какая у тебя симпатичная девушка, - сказала мне чья-то мама.
Что было ответить? Ну да, симпатичная, только не моя. А чья? Ну, общая. Но не моя.
- Ты хороший друг, - заявила мне Светка на обратном пути, когда я помогал ей идти по глубокому снегу.
Андрей веселился и швырял в нее снежки.
Не знаю, сколько бы это все тянулось, если бы эта дрянь наконец не переехала. Ее муж выиграл еще один чемпионат или же сломал позвоночник, итак, они решили помириться. Да, мне всегда нравятся бляди.
Чемодан
То, что девки, в принципе, сразу готовы дать сразу нескольким друзьям, стало для нас с Андреем неоспоримым фактом. Если так, почему бы и нет. Очень удобно и экономично: один из нас знакомится, ухаживает, трахает, потом знакомит с другом - тому уже и делать особенно нечего. В один из дней Андрей объявил, что, по его мнению, недавно натянутая им девка по кличке Чемодан готова дать и мне.
- А почему ты зовешь ее Чемодан?
- Жопа у нее большая. Я ей сейчас позвоню и скажу, что мы вдвоем будем рады с ней провести время.
- А может, не нужно вот так прямо, еще ведь откажется?
- Ни фига, пусть знает, на что идет.
Андрей позвонил и договорился. Через час мы ждем ее у метро.
- Ты ей что, прямым текстом объявил?
- Ну, почти.
- Так ведь не приедет.
- Ну и хуй тогда с ней. Зато уж если приедет, то даст.
Чемодан оказался высокой симпатичной девушкой с прямыми темными волосами ниже плеч, как у итальянской актрисы. Скромно поздоровалась с Андреем, еще скромнее - со мной. Идем в сторону его дома. Разговор ни о чем. В узких местах пропускаю их вперед. Да нет, жопа у нее не такая уж и большая.
На своем боевом лежаке Андрей времени не терял. В моем присутствии наехал на нее, стал мять, Чемодан заметно тащилась. Я сидел рядышком как будто меня и нет, но совсем невидимым стать не получалось. Что я должен сейчас делать? Тоже ее мять? А если она испугается? Ладно, восточная мудрость советует, что нужно следовать течению, а не бороться с ним.
Андрей первый раздевается донага, хуй у него привстает, Чемодан глубоко вздыхает, я ловко помогаю ей снять рубашечку, Андрей стягивает с нее штанишки. Длинные волосы ей определенно мешают, перед тем, как лечь на спину, Чемодан думает, в какую сторону их откинуть, похоже, она немного стесняется, Андрей наваливается на нее сверху, возится рукой у гениталий и пристраивает жопу - заправляет член, так, оба как-то дрогнули и одновременно изменились, выходит, уже сунул, да, двигает жопой, ебет, ебет, а я что буду делать? Ладно, есть время самому полностью раздеться, не завопила бы она вдруг, чтобы я шел вон отсюда. Андрей останавливается:
- Давай по-другому…
Чемодан послушно встает раком, Андрей лезет на нее сзади и засаживает член. Нужно как-то участвовать. Дать ей сосать? Нет, это как-то резко, а я уже и гондон надел. Ложусь рядом, глажу ее сотрясающиеся от Андреевых толчков плечи, целую в губы, Чемодан отвечает поцелуем взасос, да, она хорошо разгорячилась, вот только Андрей целоваться мешает своим долбежом, глажу ее шею, трогаю за грудь. Нормальная у нее жопа, просто талия узкая, это и создает эффект величины. Похоже, Андрей скоро закончит, ага, он сильно долбит Чемодан и наваливается на нее так, что прижимает ко мне, долбит, кряхтит, все, Андрей откидывается в сторону. Она ложится на спину, дышит часто, медлить нельзя, вдруг сейчас откажется, я ложусь на нее сверху, она ждет, я тоже беру ее. Как приятно, Чемодан все еще немного стесняется, я сильно возбужден, я ебу не свое, вторым номером, имею ли я право хорошо замять ее, ох, как приятно, я быстро, быстро кончаю.
В общении Чемодан оказывается вполне интеллигентной девушкой.
Андрей случайно встречал ее впоследствии – она вертела носом и делала вид, что с ним не знакома.
Банан
Андрей познакомился с худенькой блондинкой такого высокого роста, который исключает какое-либо внятное сопротивление парню вышиной шесть футов четыре дюйма. Андрей отодрал ее с первого захода. После чего дал ей кличку "банан". Может, оттого, что она немного сутулится, если рядом с ней нет высокого мужика? Или что под одеждой она светленькая и сладенькая? Итак, Андрей звонит ей и заявляет, что хочет повести ее в гости к другу. То есть ко мне.
Банан приехала к нам на Дыбенко чуть ли не с проспекта Просвещения. Ей богу, это тот редкий случай, когда баба выше меня самого, а во мне, хвала аллаху, шесть футов ровно. Она стройная, довольно симпатичная и, похоже, влюблена в Андрея по уши. По крайней мере, на меня она почти не реагирует. Мы идем по проспекту Большевиков, я, самый маленький, подпрыгиваю слева, Банан по центру, отвернулась от меня и слушает идущего справа Андрея.
Приходим ко мне, садимся на диван. Без лишних предисловий Андрей расстегивает штаны и дает ей сосать. И она покорно склоняет голову. Я же после деликатной, но короткой паузы начинаю снимать с нее брюки. У нее длинные ноги, небольшая жопа, я стаскиваю свои джинсы, одеваю гондон и, все еще не уверенный до конца, пристраиваюсь к ней сзади и, вот так, вхожу в нее. Банан все так же старательно сосет Андреев хуй, просто ей немного мешают толчки.
- Лешик, ты вот только не надо раз-раз и все, - настаивает Андрей.
- Окей.
Теперь, когда я вошел в нее, мне хорошо и спокойно, я беру свое, а Андрей прав - быстрый оргазм выводит меня из состава действующих лиц групповика, актер становится зрителем, продолжающие ебаться начинают чувствовать себя глупо, сытый голодному не товарищ, в компании снижается общий уровень энергии, все портится.
Ебем банана на матрасе, по очереди, один ебет, другой смотрит или тискает ее. Желательно не касаться друг друга, Андреева волосатая нога в этой ситуации выглядит довольно смешно, случайное прикосновение к ней может спугнуть возбуждение. Вообще говоря, групповик оказался настолько забавным и необычным развлечением, что меня и Андрея тянет в смех. Не дай бог, кто-нибудь из троих начнет ухмыляться, это заразительно, начнется ржание, и никакой ебли. Не касаться мужика, не смеяться. Мы ебем одну бабу на двоих всего второй раз, нам еще многому предстоит научиться.
Банан меня огорчает. Никакой реакции. Она лежит на спине раздвинув ноги и пассивно отдается моим толчкам, я смотрю в ее открытые спокойные глаза, что там? Равнодушие, презрение? Эрекция ослабевает, слезаю с нее и смотрю, как Андрей грубо и по-хозяйски трогает пальцами ее клитор, банан закрывает глаза, содрогается, стонет. Андрей бросает на меня торжествующий взгляд: "Вот оно как надо!".
После нашей вечеринки мне захотелось встретиться с ней еще разок. Люблю высоких женщин. Позвонил ей, поболтали, хотя говорил в основном я. Банан отказалась наотрез. Андрей удивлялся:
- Лешик, как это ты ее смог так напугать? Она тебя боится, будто ты маньяк какой-то.
Ну и дура блять. Андрей подложил ее и под пару наших общих знакомых - Банан подчинялась ему беспрекословно, как будто их отношения могли продолжаться сколько-нибудь долго. Впрочем, ничего плохого он ей и не предлагал, друзья у нас высокие - как на подбор.
Шопенгауэр
Очень удобно знакомиться в метро. Достаточно выбрать девушку, которая не очень спешит. Мы с Андреем на охоте. После нескольких отсылок настроение по-прежнему боевое.
Коротенькая юбочка и милые ножки. Что планирует на вечер эта молоденькая блондиночка? У нее хорошее настроение, ого, да она навеселе.
- Привет, как дела?
- Так, нормально, а у вас?
Слово за слово, девчонка что-то уже отпраздновала, но готова продолжать.
- Может, заглянем к нам?
- Не знаю…
Андрей нашел блестящий ход.
- У меня есть книга Шопенгауэра, а там прямо написано как надо жить, чтобы все было здорово.
- Книга... чья книга?
- Шопенгауэра. Я ее тебе подарю.
- Интересно… ну, пошли.
Она еще учится в школе, но чересчур бойкая. Идет легкими шагами и слегка покачивается. Несет очевидную чушь, и, по ее словам, местные хачики - прикольные ребята. Мы с Андреем только переглядываемся.
Проходя мимо очередного ларька, блондиночка спотыкается при виде знойного южанина и пробует завести с ним разговор. Уводим ее под руки, гость северной столицы нервно перебирает челюстями. Невероятно. Она настоящая блондинка, юная, свежая и хорошенькая. На проститутку совсем не похожа, при той профессии не может сохраняться бодрый и наивный оптимизм. Неужели у нее имеется положительный опыт общения с кавалерами из ларьков? У тех свой взгляд на мир, русские давалки за людей не считаются. Хуже того, им ведь еще и денег жалко, они же, все-таки, бизнесмены. Классический сюжет тысяча первой сказки про питерских хачей: девица проработала в ларьке две недели, но вместо обещанных денег была изнасилована в кладовке на столе.
Может, наша блондиночка просто нимфоманка?
Мы дома у Андрея. Он зачем-то пошел на кухню и едва успел к раздаче – через минуту сидения на диване я уже снимал с нее трусы. Девчоночка безо всякого сопротивления и без лишнего конфуза отдалась сперва мне, потом Андрею. Ножки разводила весело и беззаботно. Особых восторгов от пахания членами не проявляла, так, ненавязчиво радовалась жизни. Волосы на письке тоже светлые. Через полчасика ебли она протрезвела, но осталась в хорошем настроении. Андрей остался дома отдыхать, а я проводил ее до остановки. Школьница бодро передвигала светлыми ляжками и привычно славила кавказцев. Что ж, может, она и права, те бы ее через полчаса не отпустили. Да еще и братьев бы позвали. Какой уж тут Шопенгауэр.
Фингал
Заповедь: "не еби где живешь" мною не признается. Не только в своем, но и в каждом из прилежащих домов я могу припомнить не одну-другую свою любовницу. Вполне естественно - люди живут рядом, часто встречаются, могут друг другу понравится да и под настроение зайти на палочку. Моя новая знакомая спешит куда-то по делам или к друзьям. Пригласил ее к Андрею в гости этим вечером, когда она освободится.
- Андрон, сегодня у нас может быть баба.
- Круто, ну и как она?
- Как говорится: "Ким Бессинджер, только носик подкачал".
- Что, классная?
- Так, вполне нормальная мамка, лет двадцать с небольшим, должна дать.
- Не толстая?
- Нет, то, что надо.
- А рожа как? Что, нос большой?
- Нормальная рожа, как полагается, про носик - это просто пословица такая, ну, Ким Бессинджер и все тут. Главное - мамка, у нее ребенок есть, точно должна дать.
- Круто! А придет?
- А хрен ее знает, ну вроде обещала.
Мы ждали до одиннадцати, я уже собирался уходить, как вдруг раздался звонок в дверь. Одиночный, неуверенный. Так звонят те, кто приходит впервые. Мы с Андреем подпрыгнули и, сдерживая рычание, стараясь не топать, на цыпочках кинулись открывать.
Это действительно была Ким Бессинджер. Она зачем-то прикрывала лицо рукой. Причина выяснилась очень скоро. На той самой вечеринке, куда она торопилась днем, ее приятель засветил ей в глаз – теперь там сиял хороший фингал. Как в фильме "Секреты Лос-Анджелеса".
В сравнении с жестокими и грубыми соотечественниками легко казаться джентльменом. Через некоторое время я уже целовал ее в шейку. Долго и осторожно, чтобы не спугнуть. Пока не почувствовал, что положение ее тела меняется. Глянув вниз, я с изумлением обнаружил, что Андрей уже снимает с нее колготки и трусы. Вот так дела. Стоило мне лизать ей шею, вот жди теперь. Андрей одевает гондон и просит гостью:
- Давай вот ножками сюда на диван…
Правильно, что же, поперек ебаться, что ли? Она покорно выполняет просьбу. Андрей ебет ее сверху по-быстрому, когда перед оргазмом он ускоряется, ее ляжки трясутся в забавном несоответствии с его ритмом, система разбалтывается от переизбытка энергии. Все, первый отстрелялся. Андрей слезает, отдувается и идет в ванную. Теперь надо бы и мне. А если не даст? Наклоняюсь над ней и глажу по груди:
- Ну как, жива?
- Жива, - с улыбкой отвечает Ким.
Действительно, она не пробует вскочить и быстро одеться. Раздвигаю ее сложенные после Андрея ляжки и вхожу. Класс. Андрей возвращается после ванны и наблюдает завершение ебли. Меня это немного напрягает, но не так, чтобы это помешало мне доебать и хорошо кончить. Здорово мы ее.
Ким Бессинджер некоторое время приходит в себя. Ее голос звучит негромко и чуть сконфуженно:
- Вот вы какие: привели, выебали…
Мы с Андреем радуемся. Как это она точно нашла словесную форму того, что произошло. Гостья улыбается и конфузится немного сильнее. Обращается к Андрею:
- Мм… как хоть зовут-то тебя?
- А ты не знаешь… гы-гы, Андрей!
- Ну, ты говорил, я просто не запомнила. А меня Лена.
- Очень приятно!
Вот и познакомились.
Лена заторопилась домой, ее заждалась бабушка и малолетний ребеночек.
- Как же я с таким глазом дома покажусь… вот ведь гад какой.
Мы были бы не против трахнуть ее и в другой раз, но уговорить ее прийти к нам снова так и не удалось. Так что остается лишний раз поблагодарить ее галантного друга за ловкий удар, за предоставленный нам в тот вечер шанс.
Девушки из пригорода
Бокситогорск - звучное название. Ни разу не был, да и желания нет. Представляю, какая там скука. А девушки симпатичные, если судить по этим двум. У одной прическа как у жены толстого ниггера из фильма Криминальное Чтиво, не стоит удивляться прочности ее женского устройства, она могла бы и с тремя такими жить. Ага, приехали посмотреть наши дворцы, памятники и прочие культурные ценности. Высокое искусство архитектуры облагораживает даже блядушек из провинции. Хорошенькие. Неплохо бы трахнуть.
- Если будет негде остановиться, звоните мне.
Вечером они мне позвонили. Ура. Приглашаю их к Андрею. Сидим, культурно выпиваем. Ненавязчиво уделяю внимание девчонке с прической.
- И что Вам более всего понравилось из увиденного?
- Здесь все так прикольно!
Она вполне мною довольна, конечно, до постели еще нужно потрудиться, но мы друг другу симпатичны. А вот другая парочка не складывается. Андреева девка стала проявлять холодность и ломаться. Менструация, видите ли. А он начинает напрягаться, давить, ставит ультиматум. Менструирующая идет на прямой конфликт:
- Я же говорю тебе, не приставай, я не буду с тобой спать. Что? Ты меня тогда у себя не оставишь? Раз так, я ухожу.
Хорошее решение, она знает, что остановиться можно и у меня. Ладно, втроем без Андрея идем ко мне. Мы с причесанной по дороге уже вовсю обнимаемся.
Менструальщице организовано неудобное, но относительно безопасное спальное место из двух составленных кресел. А моя через поцелуи устраивает целый допрос, обязана она дать, чтобы я их оставил у себя. Нет, не обязана. Но дать просто необходимо.
- Мы идем в ванную.
Через верных полчаса, когда дверь в мою комнату снова открылась, в нее зашла хорошенькая, чем-то знакомая девица, которую я толком и не узнал. Пристать? Ну да, она ничего такая. А где же моя? В ванной еще, что ли? Не слишком ли я набрался? Хуй с ним, какая разница. Пристану к этой, но ненавязчиво.
Обнимаю за талию, ага, реакция положительная. Целуемся. Ни хуя себе. Если войдет моя девка из ванной, станет ревновать. Да ладно, если так, похоже, я обеих сейчас отъебу. Входит еще одна девка. Стоп, это же Андреева. Получается, я сейчас целовался со своей. Хм. Что это у нее с волосами, раньше, вроде, брюнетка была? А теперь явно шатенка.
- Подожди, это что, у тебя парик был, что ли?
- Ну да, а ты сразу не понял?
- Понял, чего тут не понять.
Ее менструальной подруге ночь не показалась тихой и короткой. Я ебал свою три раза с хорошим настроением, с гиканьем и присвистом. Она была чудесно гладенькой, нежной и отзывчивой.
- Как у вас там в Бокситогорске с досугом? Ведь если у кого с кем роман, так все сразу об этом знают?
- Знают, ну и что? У нас все со всеми знакомы.
- В смысле, все со всеми перетрахались?
- Ну, как ты выражаешься? Ну, в общем, да.
Хороший город Бокситогорск. Жаль, что я, дурак, так и не проверил, была ли на самом деле менструация у ее страдалицы-подруги.
Запомни телефон
Такие девушки нам с Андреем нравятся. Высокая, стройная, красивая. Постарше нас, ей будет лет двадцать пять. Провожаем ее от метро Дыбенко. Поздний вечер, хочется ебаться. Вертимся вокруг так и сяк, острим, свистопляшем. Хорошая девушка, крутая телка. Прошли два квартала, уже готовы проститься. Андрей запоминает ее телефон. Черт возьми, если мы ее отпустим, придется снова бегать и кого-нибудь ловить. И, судя по тому, что телефон оставлен непосредственно Андрею, мои шансы на ее писю весьма малы. Говорю так, будто живу только здесь и только сейчас:
- Может, поедем к нам и выпьем вина?
Прозвучало хорошо. Совершенно неожиданный поворот. По обычному сценарию мы должны вежливо проститься, потом звонить ей, пытаться встретиться, вести куда-нибудь, ухаживать, терпеть отказы в надежде на удобный момент. А это звучит прямо и чертовски по-мужски. И ей это нравится! Да, она согласна. Покупаем на последние деньги бутылку. Ловим на остаток мелочи тачку. Даже она немного добавляет. Едем к Андрею.
Пьем у него на диване. Скорее всего, она даст! Обоим! Трогаем, обнимаем ее, целуем.
- Ребята, вы ведь хотите со мной переспать?
- Угу, да, конечно.
- А вас не смущает, что вас двое?
- Нет, нормально, ничего так, все классно а чего такого.
- Да? Ну ладно. Тогда … нет, я сама.
Она снимает свитер, джинсы, у нее холеное стройное тело. Андрей ебет я ебу Андрей выдает сосать Андрей ебет я даю сосать я ебу мы меняемся она меняет положение на кровати ее руки и ноги переплетаются с нашими она не стесняется два моих оргазма темная ночь я так устал да еще это вино иду спать в соседнюю комнату.
Утром Андрей будит меня в большом воодушевлении:
- Зря ты ушел, там после тебя такое началось!
- Что там, интересно, могло уж такое начаться после всего что было…
- Да это ерунда, вот потом… Я выебал ее во все дыры, она лизала мне жопу и совала туда палец! Я стоял перед ней раком, а она трахала меня пальцем в жопу!
- М-да… любопытно… Впрочем, палец в жопу еще не совсем понимаю, но во все дыры - здорово. А где она, кстати?
- Она ушла.
- Как ушла? Вот блядина! Я бы ее сейчас еще трахнул!
- После того, что было, ей уже больше ничего не нужно. Не расстраивайся, я же запомнил ее телефон. Мы ее еще натянем.
- Да, хороший бабец.

Андрей позвонил мне на следующий день. Голос звучал обескураженно:
- Лешик, ты не поверишь. Я сейчас звонил по ее телефону.
- Да? И что, она тебя послала? Давай, я позвоню.
- Она дала неправильный телефон! - заорал Андрей. - Телефон, который она мне диктовала тогда вечером - неправильный! У нее не было планов знакомиться! Если бы мы ее тогда не привели...
Ну и блядь. Как это по-женски.
Мамка Юлька
Рядом с метро в парке любят загорать бабы и девки. Мы с Андреем прогуливаемся, а когда видим что-нибудь путное, раскидываем шмотки неподалеку. Затем переглядываемся, если реакция положительная или неоднозначная - подходим и заговариваем. Рядом с Андреем я не смотрюсь. Я мельче, светлее и с прыщами. Наше правило разыгрывать девку на монетку в этих условиях особенно важно.
Кому достанется возможность познакомится с этой бабой? Лет ей побольше, чем нам, но выглядит неплохо. Сразу видно, что тетенька занималась спортом. Небольшая, ладная, сидит прямо. Не слишком ли старая? Да нет, еще можно. Монетка показывает загаданную мною решку, Андрей чертыхается. Подползаю к цели, заговариваю. Андрей тоже приближается, работает вторым номером - создает фон для непринужденной беседы, заполняет паузы, кивает головой.
Юлия слегка удивлена появлению столь юных кавалеров. Но о себе рассказывает. Она не замужем, выращивает уже почти взрослого сына, годного нам если не в друзья, то в младшие браться. Ей, наверное, уже скоро грянет сороковник. Но еще можно. Стоит только посмотреть на загорелый плоский живот, на крепкие плечи. Я и смотрю. И не только. Еще смотрю на лифчик, на трусики и, что там под ними - что угодно, но крепкое и не жирное. За ней ухаживает какой-то сослуживец лет сорока. Видать, безуспешно. А вот нам Юлия определенно выражает сдержанное одобрение. По крайней мере, телефон оставляет.
Звоню на следующий день. Прошусь в гости. Благо, ее почти взрослый сын где-то отсутствует.
- А что мы будем делать у меня?
- Ну как что, футбол смотреть. Чемпионат мира, все-таки.
- Да? Ну ладно, я тоже люблю футбол. Заходи.
Когда Юлия открыла дверь, на ней было какое-то легкое платьице. Не чересчур легкое для такой жаркой летней погоды. Но плечи-то все равно голые.
- Привет!
Черт возьми, пусть она знает сразу, что я хочу. Целую ее в загорелое крепкое плечо. Жадно и откровенно. Вот так! Она слегка отклоняется.
- Привет… А что ты так…
- А плечико у тебя хорошее!
Хуй уже стоит. Садимся на диван, смотрим футбол. Не могу даже понять, кто с кем играет. Пристаю к Юле, она сопротивляется, отталкивается, требует успокоиться, отворачивается, но слишком много открытого тела - если не плечо, то коленка, шея, я лапаю ее везде, где могу.
- Ну что ты так пристаешь, как тебе не стыдно! Я уже вся мокрая!
Нужно быть слепой парализованной монахиней, чтобы не видеть и не чувствовать моей эрекции.
Полчаса борьбы истомили несчастную одинокую женщину. Завалив ее на диван в неудобной позе, я одолел ее, и засунул хуй в удивительно тесную для рожавшей женщины дырку, и зверски выебал без гондона. Битый час истово тер в ее узкой дырке свой хуй, пока не довел его до состояния багровой опухлой недееспособности. Что там орал стадион, какие забивались голы - хуй точно не знает.
Через пару дней решил привести ее к Андрею. Чтобы он не жаловался, что я мало баб подкладываю под него. Сперва позвонил по телефону и сообщил мамке-Юльке, что Андрей ею очень интересуется, и очень ждет нас в гости. Мамка демонстрировала удивление, все же приличная женщина, но восторг ее распирал. Сейчас у нее будет новый молодой любовник, высокий и крепкий, такой романтичный брюнет. Он, конечно же, любит ее с той минуты, как только увидел, только скромный. Он просто неудачно бросил монетку и очень этим огорчен.
Уже у Андрея дома, мамка еще немного повздыхала для приличия. И понеслось.
Одно нехорошо. Я забыл помыть хуй, и он вонял так, что даже гондон не помогал. Ну не идти же теперь в ванную. Погнали. Дрючили Юльку, меняясь. Два раза я ебал ее сам, два раза смотрел, как ее дерет Андрей. Очень бодро и энергично.
Когда я оставил их вдвоем, Андрей вдобавок отымел ее еще и в рот, и в жопу. Романтика.
- Что же ты раньше не сказал, - шептала сентиментальная мамка моему другу тайком от меня. - Все могло бы сложиться совсем по-другому.
Андрей с трудом держался, чтобы не заржать.
Мы приглашали ее и еще раз. Снова весело выебали на пару. Мамка-Юлька радовалась от души.
Бедняга сослуживец так, по-моему, ничего и не добился. Неудачник. Многие не знают, насколько все это просто.
Мать и дочки
В те годы звонок друга с предложением поддержать компанию не смог бы удивить в любое время суток, тем более днем в субботу. Андрей звал меня присоединиться.
Стояла прекрасная летняя погода. На девушках трепетали легкие платьица. Они приходились друг другу родными сестрами. Первую, худенькую и загорелую, звали Маша. Ее платье чуть держалось на тонких лямочках, и можно было поклясться, что лифчик она не надела. Если кого-то из мужчин могло оставить равнодушным упругие колебания ее молодой, соразмерной груди, то бедняга, ясное дело, принадлежал к презираемому на зоне да и в обществе меньшинству. Имя ее старшей сестры не сохранилось в моей памяти, для своих двадцати она выглядела весьма помятой и лифчик на ней присутствовал. Оказалось, что нам нужно съездить в какой-то магазинчик, где старшая из сестер надеялась устроиться продавщицей. Не знаю, как она привыкла вести себя не в столь торжественные моменты, но сейчас, за полчаса до переговоров с будущим работодателем дура была уже явно навеселе.
Если вы с другом - два старых ковбоя, то, так или иначе, должны договориться о том, как вести себя с дамами, не мешая друг другу и не хватаясь за револьверы.
Так, например, священным является принцип непосягательства на прелести девушки друга без его предварительного уведомления и получения от него соответствующего согласия.
Для исключения всяческой сумятицы в компании важно предварительно определить, какая девушка кому предназначается. Обычно это производится посредством подбрасывания монетки, угадавший результат падения и выбирает понравившуюся ему даму.
В случае, если один из друзей приглашает другого присоединиться к созданной им компании, то право выбора имеет приглашающий - естественно, активность необходимо стимулировать.
В данном случае, приглашающим был Андрей, и мне не приходилось рассчитывать на сладостную близость с юной Машенькой, вернее - я не мог рассчитывать поухаживать за ней, зато вполне мог надеяться на свое своевременное присоединение к начавшейся любовной схватке и перерастанию ее в роскошную групповую баталию.
По дороге к магазинчику мы подкреплялись пивом. Как человек ответственный, я намекал старшей из сестер на пагубность алкогольной разминки перед собеседованием. Надо сказать, я судил по себе - мне бы никак не понравился визит предполагаемой сотрудницы в состоянии навеселе, даже если бы и планировал извлечь максимальную выгоду не из деловых, а из женских достоинств соискательницы. Ко всему мы еще и опаздывали. Когда мы приехали, хозяина не было. Сестра расстроилась и позволила себе полупьяные ругательства в адрес отсутствующего. Для утешения девушкам было предложено ехать к нам в гости и отпраздновать знакомство. Скоро мы были у Андрея, основательно запасшиеся бутылками с пивом.
Обстановка была как никогда благоприятной. Девушки навеселе. Машенька не без удовольствия принимала Андреевы поглаживания и пожимания, изредка они сладко целовались. В этот момент от меня требовалось лишь увести старшую сестру в соседнюю комнату, раздеть ее там и удерживать некоторое время от общения с младшей. Похоже, это стало ясно и ей, потому что она подошла к дивану и улеглась прямо на меня.
- Я так хочу работать. Устрой меня на работу, пожалуйста, - с пьяной лаской просила девушка, умело поглаживая рукой мою грудь и живот.
Не знаю, что она от меня требовала - солгать, что устрою и отвести ее в другую комнату на собеседование? Будучи, все-таки, старшей сестрой, она не могла не понимать легковесность обещаний, данных хмельным мужиком непосредственно для постели. Видимо, ее устраивал и розовый обман - сексом лучше заниматься в хорошем настроении и полной надежд. Но мое желание она переоценила.
- Это довольно трудно, - ответил я с обескураживающей честностью, не ощущая от близости ее тела никакого особенно бодрого прилива.
Мои слова имели, по-видимому, роковое значение. Уже через пару минут девчонки заявили, что мать ждет их дома для того, чтобы принять дежурство по уходу за ребенком старшей сестры.
- Может, она посидит с ним еще? - говорил Андрей, пока Машенька высвобождалась из его ласковых объятий.
- Она не будет сидеть с ним просто так, - ответила старшая сестра. - Ей нужно будет заплатить.
Это был довольно интересный поворот событий. Пока девушки одевали туфли, Андрей успел сообщить мне свое настоятельное желание иметь Машеньку за любую цену в пределах разумного.
- И сколько же может запросить ваша мать? - поинтересовался я по дороге до соседнего дома, где жила эта достойная женщина. Действительно, сколько стоит посидеть со своим внуком, чтобы случайно встреченные гопники успели отодрать ее дочек?
- Не знаю, - ответила Машенька. - Вам лучше самим поговорить с ней.
Мать сестренок выглядела как давно и стабильно пьющая женщина. Мы сторговались с ней за сумму, эквивалентную стоимости примерно десяти бутылок пива, и скоро обе девушки, зашедшие на пару минут в родной дом, снова были в нашем распоряжении.
- Ну теперь мы им покажем, - тихонько радовался я.
Андрей тоже был полон оптимизма - их мать продала нам дочек, в общем-то, совсем не задорого. Я уже начинал рисовать в воображении детали предстоящего групповика, когда Машенька вдруг сказала спокойно:
- Только к вам домой мы не пойдем.
Это был шок.
- Что ты говоришь? Там осталось пиво, и вообще, вы уже были у нас и мы так хорошо сидели, - заторопился Андрей.
- Пиво - это правильно, - подтвердила старшая сестра. - Его можно будет отлично выпить вот хотя бы на этой скамеечке.
Уличная скамейка с остатками краски имела ряд существенных отличий от дивана с веселой загорелой девчонкой, позволяющей трогать себя везде и делать с собой все.
- Вы что, думаете, что мы заплатили деньги, чтобы пить пиво на скамейке? - возмутился Андрей. - Приняли нас за дураков?
- Ни за кого мы вас не приняли. Но домой не пойдем.
Была еще последняя надежда. Требование возврата денег назад могло способствовать согласию сестер. Но цинизм предлагаемой сделки уже не спрятать, как прибор эксгибициониста под длинным плащом. И последним блядям моча благонравия иногда ударяет в голову, вот тогда-то и слышишь от драной всеми во дворе пьяной мочалки что-то вроде "я не такая, я жду трамвая".
- Хорошо, раз вы такие, забирайте деньги назад.
И заберем. Мать возвратила деньги молча, и мы ушли, ругаясь на себя и блядей последними словами.
- Они ведь уже были у нас дома, были!
Нежданный дождь
Мы с Андреем бестолково дергались у метро Большевиков, пока он не заявил:
- Давай не будем набрасываться на всех подряд. Вон, эти неслись с такой скоростью, что их было и не догнать, понятно, что они нас послали. Нужно работать спокойно и внимательно. Давай-ка я посмотрю вокруг.
Это немного не в моем стиле. Я прикрываю свое нежное подвздошье стальным щитом убийственной методы. Если подойти к сотне девок, одна из них точно согласится. От меня требуются лишь упрямство и энергия. Андрей предпочитает идти путем мастера и знатока человеческой, точнее, женской души.
Мы переглянулись, когда заметили ее. Действительно, было в ней что-то такое, что отличало эту девушку от прочих. Вряд ли то, что она была хороша собой, может, то, как она не торопясь, спокойно прошла мимо нас. Какой-то тайный смысл укрыт в ее движениях, медленном взгляде на Андрея. Он дернулся и догнал ее. Я за ними. Идем рядом в сторону, где Искровский выходит на Коллонтай.
- Привет.
- Привет, - голос спокойный, довольно безразличный.
- Как дела?
- Так себе.
- А что нужно, чтобы было хорошо?
Она взглянула на него и промолчала.
- Может, составите нам компанию, тогда и веселее будет! - мой чахлый оптимизм не вызвал ничего, кроме равнодушного ответа:
- Нет, у меня дела.
Разговор не клеится, но мы не уходим. Потому, что она не отталкивает нас, мы просто еще не договорились. Секрет ее притягательности становится все яснее. Это неуловимое, но явное бесстыдство в ее манере говорить и двигаться. Мы еще просто не договорились. Неужели - шлюха? Такая красивая? Ей лет восемнадцать, не больше. Недлинная юбочка, но такую может носить и добропорядочная школьница.
- Какие дела в такой хороший вечер! Мы можем поехать к нам в гости, выпить, поболтать…
- Нет, я не пью.
- Послушай, так что нужно, чтобы всем нам стало хорошо?
- А деньги у вас есть?
Точно, шлюха!
- А сколько нужно?
- Это стоит пятьдесят рублей за человека.
- Давай тогда семьдесят рублей на двоих. Оптом дешевле.
- Ладно.
Неужели сторговались. Хуй твердеет, в животе холодок, скоро мы ее натянем.
- Но к вам я не поеду. Здесь есть удобное место, мы всегда сюда ходим.
Удобное место - это лестница дома сто тридцать седьмой серии. Аванс в пятьдесят рублей выдан. Поднимаемся за ней вверх по ступенькам несколько этажей, пока она не останавливается. Кладет руки на юбочку.
- Ну что, пришли.
Я спускаю брюки и трусы до колена. Безусловно гондон.
- Ага. Как здесь поудобнее будет…
- Нет, лучше так.
Она пригибается вперед, и я вхожу сзади. Андрей маневрирует вокруг, затем приспосабливается к ней в рот. У нее ровное тело, кожа и сиськи еще не испорчены. Кончаю, очень аккуратно снимаю гондон и с растущим чувством брезгливости наблюдаю Андреевы старания позади дешевой уличной шлюхи. Ей, кажется, ебальный процесс не особенно интересен. Так, постанывает немного, следит, чтобы клиенту удобно было. Профессионалка.
- Лешик, ты это… погуляй пока…
Понятно, ему не кончить. Еще бы. Такая грязь. За деньги. Жду его, впрочем, довольно недолго. Об окончательной доплате - оставленных на оплату по факту оказанных услуг двадцати рублях - проститутка так и не напомнила. Я этот вопрос тоже не поднимал. Зарабатывала она явно побольше нас. Не спрашивает - значит и не особенно нужны. Прощаемся с нею, все довольны. Пока, заходите еще.
- Достоевщина какая-то. Ведь девчонка-то красивая, такую можно и в жены взять.
- Так ведь кто-нибудь и возьмет.

Как хорошо прогуливаться после оргазма. Вечер не пропал зря. Идем домой не спеша.
По дороге, а почему бы и нет, познакомились с двумя девчонками лет шестнадцати-семнадцати, беленькой в коротенькой юбочке и темненькой в штанишках. Разыграли их на монетку - орел-решка, я выиграл беленькую. Простое правило: когда обе ничего, выбирают ту, у которой юбочка короче. В гости к нам девки не хотели, мы просто гуляли и угощали их пивком. Беленькая, несмотря на юный возраст, имеет мужа. Хотя под этим официальным статусом может скрываться и учащийся техникума, переспавший с нею более одного раза. Где штамп в паспорте? В любом случае, перспективы слабые. Если даже оставит телефон, будет ведь посылать. Еще раз предлагаю зайти ко мне. Ответ отрицательный. Аргументов маловато. Только познакомились - и в гости? Зачем это ходить по гостям в такую хорошую погоду? Плохо дело.
Погода меняется внезапно. Вдруг налетает черная туча. Струями ударяет дождь. Скорее, бежим! Вмиг промокшие до нитки, ловим какую-то машину и едем ко мне.
Сидим, греемся, сушимся, пьем пивко. Девчонки осваиваются.
Пока Андрей с темненькой болтают на кухне, я прихватываю беленькую у себя в комнате, поцелуй, еще один, подхватываю на руки и сажаю прямо на ближайший стол, задираю ей короткую юбчонку и тяну с нее колготки долой, снизу с попки, двумя руками.
- Что же ты делаешь, осторожно, порвешь!
Ей и хочется, и колется, но самое главное - ей действительно жаль колготок. Этот ее "муж", он хоть ей чего-нибудь покупает?
- Порву - новые куплю!
Это важно, теперь она зависит от моей доброй воли, в каком-то смысле мы теперь союзники, колготки сползают, под ними молодая упругая кожа.
- Врешь, не купишь!
Она сидит на столе голой жопкой, немного подобрав коленки, я отпускаю ее и торопливо одеваю презик.
- Сказал - значит куплю!
Заваливаю ее на спину, стол маловат, головой она уперлась в стенку рядом с коллекцией значков на сером куске грубой ткани, я не коллекционер, просто значки жалко выкидывать, не укололась бы, коленки наверх, попку ближе к краю стола, пихаю член ей в письку, писька слегка мокрая, член входит, ура, ебу прямо так на столе, аккуратно, не нужно сильно толкаться, а то стол не выдержит, она тащится. Не могу сдержаться, хочу толкать сильнее, хватаю ее за попу, снимаю со стола, кладу на пол, скорее снова засунуть хуй ей в пизду, и быстро доябываю, и кончаю.
Андрей с темненькой возвращаются с кухни. Прекрасно понимают, чем тут мы занимались. Может быть, слышали пыхтение и разные звуки. Сажаю их обоих в одно кресло, второе якобы сломано. Телесный контакт на весь вечер им обеспечен. Это сближает. Так они в одном кресле и сидят, Андрей очень аккуратно пристает, но его темненькая, кажется, довольно крепкий орешек. Наконец, приходит время для ночлега. Проводим ритуал отпрашиваний и уговоров. Они соглашаются остаться.
Андрея с темненькой кладу рядышком с диваном на полу на двух подкладках от кресла. Снова начинаю ебать беленькую, подслушивающие замерли в полуметре от нас. Ебу беленькую громко и крепко, основательно, с пришлепом и кряканьем. Как только я кончаю, едва затихает мой вызывающе откровенный стон, так распаленная парочка бросается ебаться. Тоненькие ножки торчат вверх и судорожно дергаются, между ними старался мускулистый торс Андрея-победителя. А я наблюдал все это с расстояния в половину метра, даже немного свешивался с дивана. Они все равно не замечают, а блондиночка свое уже получила.
Дружище, кажется, чересчур увлекся. На предложение поменяться ответил, что у них, может быть, возникнут серьезные отношения. Ерунда какая-то. А деньги на колготки поутру я беленькой выдал. Дал слово - держи. Больше мы их не видели. Андрей звонил своей, но она отказалась встречаться снова. Что ж, вечерок удался на славу, и погодка не подвела.
Собчачий прихвостень

Маме не хотелось верить, что мэр Собчак - вор. Он все еще казался ей интеллигентным человеком, как-никак, почти что коллегой, бывшим преподавателем университета.
- Он, правда, на юрфаке преподавал, там у них, конечно.... Но что ты все про него, вор да вор? Откуда ты знаешь?
- Мама, боже мой, ты посмотри, что в городе делается. Сколько никеля через нас в Прибалтику прошло! Сколько меди! Эстония - главный мировой экспортер меди, как тебе такое? А сколько черных на рынках засело, да в ларьках, зверье, целые районы себе купили, наш Невский-то точно под ними. С кем они договорились, кто им все это продал? Собчак, кто же еще! А дама в тюрбане? Ты тюрбан ее видела? Мы о котлетке мечтали, а она тюрбаны крутила!
Мама качала головой и продолжала сомневаться. Ксюша Собчак тогда еще не была знаменита, кража ее личных бриллиантов случилась позднее. Аргументов у меня не было.
В те годы я еще смотрел телевизор. Крутили местные новости. Я всмотрелся в экран и вскочил:
- Мама, иди скорее, смотри!
- Что там, что?
- А ты еще говоришь, что Собчак не вор! Вот, посмотри пожалуйста, вот, это его первый заместитель! Вот он какой, прихвостень собчачий!
Мужичонка на экране был маленьким, невзрачным, с унылым носом обосравшейся утки. Гаденький такой, посредственный. Идеальный подручный для грязных коррупционных сделок.
- Да уж..., - проговорила мама. - Ну и ну.
- Вот, посмотри, вот кому он доверяет! Серятина, жулик! И что, после этого ты еще скажешь, что Собчак не вор?
И глазки у мужичонки были подленькие, и фамилия какая-то дурацкая: Пу... Пупкин? Черт-те что. Выступавшие депутаты ЗАКСа несли всю собчачью команду на чем свет стоит, выражения, тем не менее, использовали вполне парламентские. Невнятный Пупкин тихо увядал. Мама тяжело вздохнула:
- Ох уж, теперь и не знаю... А кому верить, кому?
- Мам, ну ясно кому! Юрочке Болдыреву, вот кому!
- Да ну его, твоего Болдырева, только языком треплет без толку!
- Он хоть человек честный! А ты что, вот этих, что ли, хочешь терпеть? Собчака вора с пупкиными бездарями? Жулье несытое?
Я ткнул карающим перстом в телевизор, но раззадорившихся депутатов и утконосого мужичонку с экрана убрали, с глаз долой. Мама рукой махнула и на кухню пошла, спорить было не о чем.
Где Болдырев? Где Пупкин. Жуть какая-то. Просто жуть.
Девушка соседа
Иду к Андрею в гости, особенных планов нет. Ну, может быть, пойдем воздухом подышать, глядишь - снимем кого-нибудь. Поднимаюсь по лестнице его парадной. Опа. Передо мной девушка лет двадцати в белом пиджачке до середины бедра, на ногах туфли на босу ногу. Выглядит, как будто с домашней вечеринки. Кажется, незнакомая. Движения не вполне четкие, похоже, она пьяна. Хм. С другой стороны, она, скорее всего, жена или подруга какого-нибудь соседа. Ладно, на всякий случай поздороваюсь.
- Добрый вечер.
- А, привет.
Точно, она поддатая. Прохожу мимо, так и не решившись, звоню Андрею, он открывает.
- Смотри кто у тебя на лестнице.
Андрей выглядывает.
- Что, жена чья-то?
- Да нет, вроде не знаю такую.
- Ну так что, звать будем? Или не стоит?
- Сейчас, я еще посмотрю.
Андрей выходит на лестницу.
- Добрый вечер.
- Ага.
- Как дела?
- Так себе.
- Идите к нам, веселее будет.
- К вам? Ладно.
Нетвердой походкой, но с уверенным видом девушка одолевает пролет и оказывается рядом с нами. Ее белый пиджачок провокационно декольтирует грудь, лифчика не видно. Улыбается новым знакомым кокетливо.
- Привет.
- Привет.
- Что ж, прошу.
Андрей галантно пропускает девушку в дверь и, поворачиваясь ко мне, тайком шепчет:
- Лешик, похоже, сейчас мы ее выебем!!
- ДА-ДА-ДА!!
- У ней под пиджаком ничего нет!
- !!
Девушка снимает туфли в прихожей, босиком проходит в Андрееву комнату и садится на край дивана. В этом положении бедра из-под пиджачка торчат еще сильнее. Одно колено поцарапано. Я сижу рядом с ней, а Андрей на тренажерной скамье в двух метрах напротив. Ему видно еще лучше, чем мне. Ее зовут Валя. Она живет со своим парнем двумя этажами ниже, снимают квартиру. Они сегодня что-то праздновали, выпили, потом стали выяснять отношения, и он выставил ее на лестницу. В борьбе она и получила свою царапину.
Настроение у Вали уже довольно неплохое, но формально ее рассказ является жалобой. Я тихонько глажу ее по бедру, бля, вроде руки не очень холодные, и произношу:
- А-я-яй, такую хорошую девочку, такую хорошую ножку, а-я-яй - так оцарапали.
Валя не отталкивает мою руку и соглашается принять соболезнования.
- Да, да, вот, смотрите - какой ужас.
- А-я-яй, такую ножку, такую хорошую ножку…
Я глажу ее уже со всей откровенностью, Андрей кивает с тренажера и выбирает момент, чтобы без суеты и напряга присоединиться к нам, но следующее действие Вали становится для нас полной неожиданностью. Она улыбается, вздыхает и расстегивает свой пиджачок. Мы замираем. Белья на ней действительно нет - ни лифчика, ни трусов. Девушка раздвигает в стороны полы пиджачка, обнажает тело на всю длину и откидывается на диван навзничь с расставленными в стороны полусогнутыми ногами. Мы с Андреем закрываем рты и кидаемся раздеваться.
Я первый набрасываюсь на нее сверху, быстро сую, трахаю, как она и легла, не меняя положения, пока Андрей забирается на диван и сбоку пристраивает член в рот. Я кончил скоро. Тяжело поднялся, глянул мельком, как дружище заправляет нежданной гостье в пизду, и пошел в ванную. Жарко, нужно сполоснуться обязательно.
- Я хочу, чтобы он смотрел, - потребовала Валька от пыхтящего на ней Андрея.
- А, что?
- Пусть он смотрит.
- Лешик, посиди здесь, а?
- Щас вернусь.
Расслабленный после оргазма, влажный после душа, я отдыхал в кресле напротив дивана, словно пресыщенный театрал, не покидающий зрительный зал из вежливости. Ничего особенного не показывали, так, дежурная пьеса - героиню ебут сверху, ставят раком, недолго пыхтят, снова кладут на спину, загибают ляжки, ебут быстрее. Немного странно только, что героиня иногда проверяет, насколько интересно все это зрителю, не дергается ли его похабная ухмылка, не привстает ли он, и не щурится ли, чтобы увидеть получше, да только герой уже готов и кончает. Занавес.
Валька поднялась, сняла пиджачок, направилась в душ и оттуда позвала меня посмотреть, как она моется. Желание дамы - закон.
- Что же это твой друг-то тебя выставил? - уточнил я, разглядывая волосики на пизде.
- А я приставать к нему стала.
- Хм. Вытирайся хорошо, а то заметит, что ты мокрая.
- Тогда помогай.
Уже минут через двадцать после нашего знакомства мы попрощались. Валька одела туфли и зацокала по ступенькам вниз, а мы замахали ей руками и засыпали воздушными поцелуями. Вот она звонит в дверь, ждет. Мы затаили дыхание. Наконец, долетают глухие звуки - доносится приглушенная дверью речь дурно воспитанного молодого человека. Интонация вопросительная.
- Бубу бу бубубу?
- Да, пусти.
- Бубубу, бубу, бубу?
- Хорошо, ладно. Хорошо, пусти.
Что-то клацает, мелко простукивают каблучки, снова клацает, немного по-другому. Все.
Мы с Андреем переглядываемся. Хлопаем друг друга по спинам, гадко хихикаем, отступаем в квартиру и, сдерживая голос, начинаем обсуждать только что произошедшее. Ну и хуйня случается! Я подпрыгиваю, как паяц, делаю частые, крайне непристойные движения и стараюсь найти верные слова для только что произошедшего.
- Тихо, Лешик, не ори, а то услышат, здесь вообще все слышно.
Что поделать – хрущевка. Все рядом, все соседи.
Познакомить с подругой
Взял у девчонки телефон, долго звонил - нет результата. Наконец, предложила мне встретиться со своей подружкой. Мелкая, лет шестнадцати. Привел домой и настоял на сексе. Был очень настойчив, все снимал сам, практически изнасиловал. Осталась, тем не менее, довольна. Расстроилась, когда поняла, что на новой встрече я не настаиваю.
Когда я снова как ни в чем ни бывало позвонил нашей своднице, то понял, что это была проверочка. Она гуляла неподалеку от места нашей встречи и пару раз попадалась мне на глаза. Я просто ее не узнал. И, тем самым, проверки не выдержал.
Делать поскорее
Когда едешь домой из центра в свой Веселый Поселок, поезд грохочет, болтается из стороны в сторону, старается повалить на соседа - вонючего мужика, выпивоху дурных растворов, курильщика дрянных папирос, душа на работе у него нет, или он его игнорирует из пролетарской сознательности. Я бы отодвинулся подальше, только с другой стороны воняет примерно такой же сознательный мужик, рядом - толстая баба с тошнотворным запахом цветочной отдушки, при ее весе трудно не выделять пот. А вот эта девушка с длинными волосами нравится мне больше, как у нее с ножками, нужно посмотреть - вполне нормально, сделать ей глазки, только аккуратно, как бы чуть-чуть, невзначай, пусть только обернется… Черт, она выходит на Ладожской, вот блять, дальше-то кто-нибудь едет? Никого? Какие хорошие девки живут на Ладожской, вот так район! Вон еще одна, еще - что, выйти здесь что ли - а хрен с ним, поеду домой, устал.
Вечером в пятницу мы с Андреем гуляем около метро Ладожская. Андрей рассуждает:
- Не нужно бросаться на всех подряд, Лешик, спокойнее. Что толку бежать за девкой, когда она торопится? Скорее всего, она тебя пошлет. Нам нужны те, кто идет медленно. Нужен знак. Пусть она на меня посмотрит - я пойму, что ей чего-то хочется. Взгляд - это очень важно. Подождем взгляда.
- Ладно, давай попробуем так, хотя по мне так проще лишний раз спросить.
Гуляем, девушки идут к нам навстречу от метро к остановке. Я бы эту стал… и эту… может, рвануть и догнать?
- Стоп, - говорит Андрей. - Она посмотрела. Идем за ней.
- На кого посмотрела?
- На меня, конечно. И двигается медленно. Домой ей не хочется. То, что надо!
Девушка выглядит грустной и немного уставшей. Заметно радуется новому знакомству. Немного поболтаем, выпьем пивка, а затем вежливо позовем к Андрею. Колеблется. Соглашается.
Сидим у него. Андрей обнимает девушку, видно, как он ей нравится. Сучка, ты думаешь, я здесь лишний? Пьем на брудершафт. Взасос целуется с Андреем. Меня еле касается сжатыми губами. Сука блять, дура, неужели не видно, что на самом деле я гораздо лучше!? Андрей лапает ее за ляжку. Гостья ловит мой взгляд и напрягается. Трогаю ее за икру - нога отдернута. Блять. Может, вообще ее просто выгнать!? Андрей предлагает мне посмотреть телевизор в другой комнате. ОК, ему виднее, баба его слушает. Выхожу.
Прислушиваюсь к происходящему в соседней комнате. С удовольствием подошел бы к двери, прижал ухо - послушать коечный пых. Только вот пол в коридоре скрипит, она наверняка услышит. Замру и буду слушать отсюда. Вот что-то вроде… нет, не понять. А они вообще-то ебутся или нет? Может войти? Нет, у Андрея все под контролем, нужно ждать, так лучше будет.
Андрей вылезает из комнаты голый и быстро шепчет:
- Иди скорее, она тебе тоже даст, я ей все объяснил.
- Да? Здорово!
- Скорее, а то передумает!
Вхожу в комнату, неужели сорвется. Девушка лежит под одеялом. Наверняка голая, Андрас ее только что отхуячил! Приоткрыто расстроенное личико и загорелое плечико. Целую в плечо. Она вздрагивает и отвечает с грустью и отвращением, в голосе недавние слезы:
- Не нужно всего этого, просто делай поскорее что тебе нужно.
Утвердительно мычу и быстро раздеваюсь. Быстро, но уверенно, не нужно суетиться. Гондон одет, я на ней, одеяло долой, она совершенно голая на письке волосенки ложусь сверху, девушка покорно раздвигает ляжки, вставляю член - входит хорошо не очень широко и не узко здесь только что был Андрон вот молодец теперь я ее отъебу здорово она повернула голову набок и терпит интересно ей приятно наверняка не хочет это показать входит и выходит входит и выходит сука блять обоим дала пизда как же хорошо вот вот да…
- Отлично, ты такая классная девчонка.
Она тут же одевается и уходит мрачнее тучи, Андрей утешает. На моем лице сытое благорасположение. Девки, все-таки, настоящие бляди.