Рома Файзуллин

Точка Н.Л.
"Это все, что останется после меня,
Это все, что возьму я с собой."
ДДТ


Сознание его, было ограничено рамками этого слова- «Н.Л.»и жило оно(сознание) ровно столько, сколько звучало это слово -Н.Л.. Далее сознание либо отключалось -т.е. переходило в состояние абсолютного, но между тем относительном покоя -либо повторяло себя посредством звучания этого звука Н.Л.. Раз из раза пытаясь доказать себе существование энного- и выйти за рамки себя же, но оно и не подозревало, что это не возможно, поскольку везде, где оно появлялось (сознание) и соответственно, с чем соприкасалось - уже становилось им - и получалось, что выйти оно за свои рамки никогда не могло, и все было лишь иллюзией Н.Л.

Всё началось с того, что сознание подолгу стало концентрироваться на точке. Постепенно точка стала приобретать определенную музыку, название и все последующие этому характеристики(стоит заметить, что изначально точка не имела ни названия, ни музыки, ни каких либо других отличительных черт, что позволило бы посредством каких либо чувств выделить ее из общей массы всего, но сознание все-таки разглядело ее. Надо отдать ему должное.)

Объекты вокруг стали расплываться в общий фон, приобретающий красновато-электрический окрас. Это вызвало периодические ускорения времени со всеми сопутствующими этому переживаниями, что превращало сознание в выблевывающий себя в себя же комок боли. Метафорически, это можно было сравнить с жидким терминатором из фильма, порадовавшего нас своим выходом 16 лет назад, брошенным в кипящий металл. В эти минуты сила концентрации сознания на точке была таковой, что казалось оно, лопнет, и с чудовищно ужасным звуком разлетится на мириады картинок. Но этого не случалось, и подобно старому каучуковому шарику незачем ударенным о пол каким то безразличным гостем, успокаивалось оно где - то в углу комнаты в ожидании нового удара.

Однажды, спроецировав себя во вполне конкретный физический объект, сознание даже говорило по телефону, со своевременно спроецировавшей в свою очередь себя в объект подобного свойства точкой.

«Я люблю тебя Точка. Люблю – люблю - люблю. Больше всего люблю. Больше жизни, больше смерти, (похоже, других понятий оно не знало и всегда сравнивало свою любовь только с этими)»

В ответ на что, Точка задорно хихикала, конфузилась, а затем, с явным сожалением говорила:

«Ну, Сознание, ну так не бывает…»

«А как бывает?» - депрессивным голосом спрашивало сознание.

«А бывает…»- начинала рассказ Точка.

И тут сознание отключалось, проваливаясь в отвратительно зыбкое состояние, в котором оно гуляло по ранее подготовленной, но постоянно забываемой карте. И вот оно, разодетое в древний наряд воина сознание гуляло, то по Оклахоме заросшей сухими, говорящими кактусами, то по жаркому городу Астракома, исторической родине Точки.

Точного времени перемены состояния оно никогда не помнило, но это объяснялось его неспособностью запомнить расположение стрелок на песочных часах. Впрочем, Точка к тому времени уже спала или же с умиротворенным лицом (стоит заметить, что оно у нее было весьма очаровательным) спокойно гуляла по вокзальным площадям, вдумчиво рассматривая встречающиеся вывески, раз из раза, рождаясь и умирая в своем всеубивающем, невыносимо легком смехе…

Был день, или год, не знаю, но сознание полное уверенности, что оно «сознание» прогуливалось по зимнему парку. Шел снег, и снежинки падая и тая в густых волосах его, почему-то разукрашивали собой мысли о Точке.

Нет, – подумало сознание – нечего каким то козлам прощать мечту. Ведь она у меня одна, мечта. И ничего больше нет кроме этой Точки.

Снег продолжал падать, порождая собой все новые немыслимые краски…

Вот надену свой костюм древнего воина…- продолжало оно, - и буду тренироваться, тренироваться пока не умру,… Точка мне поверит.

Все равно остального то, как такового для него уже не существовало, все слилось в красно-электрический фон….

Надо ей позвонить, – вдруг мелькнуло в сознании. Достав мобильник из левого кармана джинс, оно стало вспоминать номер Точки, вспомнив, оно с безнадежной улыбкой посмотрело в темное зимнее небо, а затем выбило изящными пальцами заветные циферки на светящейся железяке.

Сознание? – спросила Точка на другом конце мира (мир делился для сознания на него самого, и на Точку, поэтому, где была точка, там всегда и оканчивался Мир!)

Привет…Точка,- ответило Оно, в голосе его чувствовалось, что в нем происходит что-то, что изменить уже не представляется возможным...

Точечка, я буду любить тебя до самой смерти. Ты самая добрая, самая умная, самая красивая в мире Точка. Точечка…- жалобно тянуло сознание.

На что Точка по ее обыкновению, как всегда конфузилась, вздыхала и отнекивалась.

Я не знаю, что было дальше в подробностях, но могу сказать наверняка, что Сознание полностью растворилось в Точке, а умерло оно, стоя перед ней на коленях, медленно повалившись окровавленным, мускулисто-изящным телом на Ее нежные и родные руки. И самое прекрасное, что Он видел за время своего существование – это слезы на Ее лице в тот момент.Она плакала, потому что ничего подобного не видела ранее, и знала, что не увидит после.