Adsumus

Во сколько ценит Герой яйца?
Тяжело заскрипев сапогами по деревянному тротуару, человек вышел на улицу, и втянул носом воздух. Дар-Анрейт – город возможностей. Его родной город. Смердящая помойка, состоящая из узеньких грязных улочек, зловонных каналов, и циничных, потерявших всякую веру в себе подобных, людей.
 Этой ночью, после шести лет скитаний по северным землям, не принёсших ему ни славы, ни богатства, Терелли, наконец, возвратился домой.
 Нет, он бы ни за что не стал возвращаться на ненавистную родину просто так, из сентиментализма. Он слишком многое пережил, чтобы в его душе ещё осталось что-либо подобное. Но всё же, у него теперь был веский повод возвратится в места, из которых он с омерзением бежал шесть лет назад.
 Ему предложили работу.
 Покачав головой, он пошёл по улице в сторону виднеющегося сквозь ущелье почти сходящихся крыш шпиля. Помпезный символ гротескной гордыни этого города, он торчал, целясь в небо, перпендикулярно первым лучам восходящего солнца.
 Авантюрист шёл быстрым шагом, и, сплёвывая, оглядывал до боли знакомые переулки. Здесь, на брегах портовых каналов, преисполненных крыс и помоев, прошло его безрадостное детство. Позже, ему удалось узнать, что его отец был кабатчиком, а мать торговала салом на ференгарском рынке. Позже, но эти сведения были слишком труднодоступны, чтобы он мог раздобыть их в детстве.
 Впрочем, это его и не интересовало.
 Самые ранние его воспоминания относились примерно годам к пяти-шести. Он промышлял нищенством, и мелкими кражами. Всю свою скудную добычу он относил Горлану – старому, жирному Белому Гному с редкими гнилыми зубами. А в награду он получал шнапс. Ядрёный, ароматный шнапс, который горячил кровь, и вносил некоторую толику счастья в его безрадостное бытиё…
 Четверо бесшумно вынырнули из тумана, мгновенно, мастерски окружив одинокую фигуру Терелли. Звать на помощь было бессмысленно. Да он и не собирался. Рявкнув, он обманул одного из грабителей финтом, и проломил ему грудную клетку своим шестопером. Вор упал на землю, издавая чудовищные звуки. Второй злодей напал слева, замахнувшись кистенём. Терелли отскочил в сторону, на мгновение прижался к преступнику боком, поднырнул ему под руку, и ударил шестопером. Тот, охнув, вяло попытался ударить авантюриста, но Терелли страшно боднул его в лицо могучим лбом. Теряя зубы, грабитель осел на мостовую, и Терелли сильно побил его своим орудием труда. Третий грабитель ударил ножом, но Терелли проворно отскочил назад, попутно страшно лягнув четвёртого злодея, подкравшегося сзади. Тот, что с ножом, не удержавшись, вытянул руку в длинном выпаде, и получил шестопером по локтевому суставу. Противно хрустнуло. Четвёртый злодей засеменил прочь, в туман, крикнув напоследок:
 - Эй! Ты ещё встретишься с Башмаком! Башмак тебе ещё это припомнит!
 Терелли покачал головой. Когда-то он и сам был таким…
 …Следующиё этап его жизни наступил, когда он впервые ударил человека камнем по голове, чтобы разжиться несколькими марками. Когда он, дрожа от предвкушения, разрезал кисет, на его немытую ладонь упали две новенькие, сверкающие имперские марки, он понял – что это его призвание. Воруя груши, он бы не собрал такие деньги и за год. Однако всему на свете приходит свой конец, и за всё приходится расплачиваться. Схваченный, и приговорённый к каторге за разбойные нападения, Куи’реан Терелли расплачивался пять лет…
 Задумчиво барабаня пальцами по перилам, Терелли шел по каменному мосту, пересекая староградский канал. Он быстро приближался к центру города, а до встречи с его работодателем оставалось ещё немало времени. Он всегда выходил с таким расчётом, чтобы оставить про запас полчаса времени. Вдохнув поднимающийся от канала запах сырости, он вновь погрузился в воспоминания.
 …Вернувшись с чудовищных тарлембруанских рудников, двадцатилетний злодей обнаружил, что его авторитет значительно повысился. Благоприобретённый жизненный опыт помог ему быстро устроиться в одну из свирепствующих в районах Старых Доков банд. Состоящие из безжалостных, обиженных жизнью чёрных гномов, анрейтского отребья, и уроженцев Натригорна, иммигрировавших в земли Северного Альянса целенаправленно ради грабежа, они наводили ужас на бедные кварталы города.
 Однако, вырвавшемуся раз, пускай даже и таким незавидным способом, за пределы душных стен родного города, увидевшему большой и прекрасный, зелёный и полный жизни мир, Терелли уже было тесно в его негостеприимных пределах. Он хотел большего.
 И когда его окликнул вербовщик, он принял решение…
 Несколько подозрительного вида личностей алчно поглядели на одинокого прохожего, но при виде жуткого шестопера, болтающегося на его поясе, отступили в полные клубящихся испарений переулки.
 Трусость победила жадность.
 Улица вышла на площадь, посреди которой высилось обладающее претенциозным шпилем здание. Управа Дар-Анрейта. Он пришёл.
 …Терелли отдал два года жизни жестокой наёмнической службе. Он исходил земли Альянса, дыша пылью в серых колоннах солдат. Одним из многих. Он совершенствовался во владении оружием, безжалостно рубя живых людей. Солёный пот ел ему глаза, когда он валил деревья, и строил укрепления, и дым резал их, когда он жёг сёла. Одним из многих. Он грабил горящие дома, в один час лишая мещан нажитого годами добра, и в один же час просаживал его в кабаке. Одним из многих.
 А потом ему это надоело. И дезертировав, он пересёк бурные воды моря, отправляясь на север. Искать славы и удачи. Один. Впервые – один.
 …Терелли помотал головой, отгоняя воспоминания. Ратник, стоящий в карауле у здания управы, с поклоном пропусти его. « С чего бы это?» - подумал авантюрист. Помещение встретило его прохладой высоких каменных сводов, и ароматом благовоний. Вдоль покрытых гобеленами стен стояли массивные деревянные скамьи. На одну из них он и присел. За ним придут. Терелли в этом не сомневался.
 …Память о череде походов, подвигов, и авантюр, через которые он прошёл на севере, смутно проносилась у него в голове. Он стал героем. Он избавлял людей от зла, спускаясь в проклятые подземелья, и бродя по колдовским лесам. У него на шее висел лучший его трофей – зуб выверна. Но он так и остался одним из многих. Ни лучше, и не хуже других, подобных ему авантюристов. И он уже и не надеялся обрести славу. Но оказалось – она всё-таки была!
 Терелли, вздохнув, понял, что придётся ждать. Фривольно откинувшись на спинку скамьи, он прикрыл глаза, и задумался, вполуха слушая разговоры суетливо шныряющих вокруг бюрократов.
 Куи’реана Терелли, славного героя, пригласили в его родной город, дабы поручить исполнение трудной и опасной миссии. Подвига, сулящего славу и богатство. И всё…
 Больше никакой информации, кроме приглашения явится в городскую управу 22.08.1989р.д.
 Что он и сделал.
 - Ва-альнер! Давно не виделись…
 - Где отчёты по…
 - Эй, ты – иди сюда!
 - Позовите мне Кламинера! Срочно позовите!
 - Пропустите, пропустите! Я очень спешу!
 - Ага, вернулся…
 - Да на каком, к шноссу, складе! Ты только посмотри…
 - Да, завернули, и все необходимые условия соблюдены…
 Вкрадчивый голос заставил авантюриста открыть глаза, но он немедленно забыл об оном, поглощённый созерцанием быстро шагающего по коридору мужика в заляпанном чернилами кафтане. Другой – бледный, и какой-то невыспавшийся, бежал рядом с ним, что-то горячо ему втолковывая, и пытаясь выхватить один из пергаментов, которые держал подмышкой бюрократ.
 - …и не спускайте с него глаз!
 - Но Венгоххер требует всё больше и больше! А мы до сих пор не научились самостоятельно с ними обращается.
 - Платите. Платите, и продолжайте!
 Тихий диалог не давал покою Терелли.
 - Послушайте, мы уже и так понесли слишком большой урон! Я не собираюсь дожидаться, покуда…
 - Предоставьте это мне! Я уже…
 Терелли уже собирался, было повернуться, и посмотреть на говорящих, но в этот момент его позвали:
 - Гарнеан Терелли?
 Его окликнул худой, совсем ещё молодой человек. Светлая кожа и карие глаза выдавали в нём уроженца доминионов Ан-Аксилата.
 - Да, - отозвался авантюрист – С кем имею честь…
 Парень покраснел, опустил глаза, и судорожно вздохнул, прежде чем продолжить разговор:
 - Я – Иладд Ноери ер-Натригорн. Я многого наслышан о вас, гарн. Это – большая честь для меня!
 Терелли был польщён. Он и не подозревал, что его так любят на родине, или…
 - Взаимно. Скажите-ка, гарн Ноери, зачем я здесь? – улыбнулся он.
 На лице парня отразилось удивление:
 - Как, а вы разве ещё не знаете? Идёмте…э-э, в смысле – я уполномочен провести вас в зал заседаний, на Чёрное Вече…
 Затем, парень несмело улыбнулся:
 - Можно просто Иладд.
 - А скажи-ка, Иладд… - Терелли быстро обернулся – ты ведь, кажется, аксилатец. Почему же ты говоришь, что ты из Натригорна.
 - Нам…моей семье пришлось переехать. Это долгая история…
 - Идём, идём…
 Терелли отчаянно попытался вспомнить – где же он мог увидеть этого пожилого мужчину с военной выправкой, или высокого тёмноволосого южанина? Тех, что шептались за его спиной?

Зал заседаний представлял собой большое полукруглое помещение. В восточной его части находилась огромная трибуна, которую Терелли сразу же окрестил «кафедрой», а в западной амфитеатром стояли кресла.
 Зал был полон людей.
 Человек пять, в богатых одеждах, топтались на возвышении вокруг кафедры, а остальные…Человек тридцать сидело, или прохаживалось между рядами кресел. Терелли разинул рот. Многих из этих людей он знал слишком хорошо.
 Его спутник усадил его в кресло, а затем сам сел рядышком. Прошло ещё полминуты, и один из толкущихся около кафедры людей ударил в небольшой гонг, прибитый к стене за кафедрой.
 Немедленно стало тихо. Тридцать известнейших героев-авантюристов замолкли, и сели на свои места.
 На кафедру вышел один из пятёрки – толстый человек в сиреневом кафтане. Он прочистил горло, и заговорил:
 - Друзья! С надеждой, и радостным предвкушением и объявляю открытым заседание Чёрного Вече. Почти полвека прошло с тех пор, как в последний раз в городе вводили комендантский час, и созывали это грустное собрание. Грустное, потому что оно собирается только в самый опасный для нашего любимого города час, собирается, чтобы обсудить план его спасения. Я надеялся, что мне более никогда не придётся вновь подниматься на эту трибуну, но, увы, мне пришлось это сделать. Страшная угроза нависла над Дар-Анрейтом, и только вы можете помочь от неё избавится! Я передаю слово маршалу Ор’риглу. Он введёт вас в курс дела!
 На кафедру поднялся пожилой, подтянутый мужчина, поскрипывающий при движении кожаным панцирем.
 - Здравствуйте, гарн-те! Я – ответственный за оборону города, чрезвычайный комендант Дар-Анрейта, главнокомандующий милицией и народным ополчением, маршал войск Северного Альянса Хатол Ор’ригл.
 По залу прокатилась нестройная волна приветствий. Маршал продолжал:
 - Друзья, в Дар-Анрейт пришла беда! Все вы слышали о драконах – ещё с полтысячи лет назад множество этих неуязвимых хищников парило в небесах, обращая в ужас и отчаянье немногочисленных людей нашей земли. Казалось бы, в наше-то прогрессивное и цивилизованное время, на улицах великого Анрейта, трудно представить себе нечто подобное. До недавнего времени я и сам так думал. Думал, что драконов в наших землях не осталось вовсе, а ежели и остались какие, то сидят где-то по безлюдным горам да пещерам – носа не высовывают! Но это не так! Друзья, в Дар-Анрейт пришёл дракон!
 Послышались недоверчивые крики, но Терелли к ним не присоединился. Он глядел на взволнованного маршала. Это был один из шептунов, что он встретил в вестибюле.
 - Как такое может быть?! – Терелли узнал в говорящем Дерврона – опытного следопыта, вырезавшего чуть ли не полсотни оборотней в лесах Натригорна.
 - Он принимает человеческое обличье, но никто не знает – какое! Возможно, в этот момент он спокойно ходит по моим улицам, а мы даже не знаем об этом! Возможно, он даже среди нас!
 - Что он делает? Чего ему надо?! – Говорил Айглис – легендарный фехтовальщик, как и Терелли, уроженец Анрейта.
 - Он открывает своё истинное лицо в людных мессах, превращая их в пылающий ад. Я не знаю…не знаю, зачем он это делает! Возможно, просто из врождённой злобы, возможно – за этим таится нечто большее…
 Терелли поднялся:
 - Что вы предпринимаете? – Ситуация была уникальной, однако он не видел из неё выхода.
 Маршал странно запнулся, но ответил:
 - Теперь, мы ввели комендантский час. Ещё ранее, мы заполнили город постами и патрулями ополченцев. Понимаете…мы…в общем, мы предполагаем, что в человеческом обличье он будет несколько…поуязвимее, чем в естественном. За последние две недели, он сжёг ряд кожёвников, храм Чк’зхлобу в восточных пределах, стоянку караванщиков в Щукиных Прудах, и похоронную процессию в Трёх Соснах. – Маршал глубоко вздохнул – Мы ничего не могли сделать, но если бы нам только удалось захватить его в человеческом обличье…
 - Ну и что же вы собираетесь делать?
 Маршал улыбнулся:
 - А вот для этого вы и здесь…

 …На вече ещё было сказано много слов, задано много вопросов, внесено много предложений…В итоге, их, наконец, отпустили, с тем, чтобы вновь собрать по первой же тревоге. Терелли не совсем понял, какой в этом смысл, если они прибудут на дымящееся пожарище, но его насторожило одно – всех авантюристов заставили поселиться в казарме ратников Анрейта, срочно выселив из трактиров, гостиниц, и постоялых дворов, где они обитали. Терелли поселили с Ноери – парень надёжно к нему привязался.
 Авантюрист вошёл в комнату, громко хлопнув дверью. Небольшое помещение обладало довольно чистыми белёными стенами, двумя койками, парой массивных дубовых сундуков, выцветшим гобеленом, изображающим осаду крепости Ллан-Даррен, и огромным светлым окном, выходящим на Помойный канал.
 - Э-э-э, простите, гарн-триар… - Назойливый голос оторвал Терелли от одной очень интересной мысли.
 - Что, Иладд, что?
 - Простите, гарн, но я хотел бы поинтересоваться вашим мнением относительно происходящего… – Голос Ноери дрожал от волнения.
 Терелли удивился:
 - Ты что, не был на Вече? Находим дракона, ловил, и страшно мочим, вот и все мысли!
 Ноери торжествующе улыбнулся:
 - Но…я имею в виду – вы ведь не знаете, что он будет жечь в следующий раз?
 Терелли подозрительно прищурился:
 - А ты чего, знаешь что-ли?!
 - Нет, не знаю, конечно, но… - Ноери извлёк из колиты, и развернул пергамент:
18.10.1992.
НА ОБЖОРИЩЕ
СОСТОИТСЯ
ПРЕВЕЛИКОЕ ТОРЖИЩЕ
цех мясников славного града
ДАР-АНРЕЙТ
Будет рад всем
ДОБРЫМ ЛЮДЯМ!!!
 - Эти объявления развешаны по всему городу. Как думаете, гарн, пропустит ли дракон такой шанс?
 - Обожраться?
 - Э-э-э, простите?
 - Шучу. Да, я думаю…Короче говоря, вот иди, и проверь!
 Дверь открылась, и в комнату ввалились Айглис с Дервроном, и ещё одним бойцом, которого Терелли не знал.
 - Куи’реан! Давно не виделись! Ну, как ты там, на севере-то, а? Рассказывай! – Говоря, Айглис уже расставлял на сундуке кожаные кубки, и вытаскивал пробку из бутылки. Характерный аромат ударил Терелли в нос.
 Шнапс!

 Утро дало о себе знать холодными сырыми щупальцами тумана, которые вползли в окно. Не открывая глаз, Терелли нащупал бутылку, и хлебнул. Стало легче.
 Слегка приоткрыв глаза, он стал соображать, что же, кроме туманной сырости, его всё-таки разбудило.
 Терелли снова потрясли за плечо.
 - А-а. Чиво...
 - Гарн Терелли! На Обжорище уже собирается толпа! Я рассказал о своих наработках гарн-триару Дерврону, и он велел мне…
 - Наработках?.. – Терелли продрал, наконец, глаза – А Дерврон чего, трезв?
 - А, ну…ага! Так вот, он сказал поднять вас, и через десять минут быть…
 - Ладно, идём!
 Терелли поднялся на дрожащих ногах, и стал искать сапоги. «Наработках?!» - едва не взвыл он…

Дерврон выстроил всю «роту» авантюристов перед зданием казарм. За спиной у Терелли было пожарище, оставшееся от храма Чк’зхлобу, и виднеющийся за ними Хомячий Рынок, по левую его руку красовалась великая анрейтская Помойка, а по правую – Помойный канал. Прямо перед ним находился грязный каменный фасад казарм, а вдоль него ходил «гарн-триар» Дерврон.
  «Как-то он очень быстро выбился в командиры!» - подумал Терелли.
 - Слушайте все! По оперативным данным, существует опасность известного вам рода диверсии в квартале мясников: «Обжорище». От нас требуется проделать максимальную возможную работу по его предотвращению. Сейчас, мы все сядем в барку, и прибудем в оный квартал кратчайшим путём – по каналу. Там, мы разделимся на несколько подразделений, и проведём операцию по поиску возможного…хм…диверсанта. Вперёд!
 Спустя минуту, Терелли уже был вместе со всеми в огромной пузатой лодке, название которой он запамятовал. Узкие скамеечки вдоль её бортов были тесно забиты героями, и кандидатами в герои. Команда лодки налегла на вёсла, и та начала своё движение по каналу. Рядом с Терелли сидел Ноери. «Ну, разумеется!» - подумал он.
 - Иладд!
 Парень поднял голову:
 - Да, гарнеан?
 - Скучно. Расскажи-ка, что ни будь. Например, как аксилатцы становятся натригорнцами?
 Ноери горестно вздохнул:
 - Ничего интересного, или необычного. В Ан-Аксилате сохраняется довольно напряжённое отношение к колдунам вообще, а в особенности в ворлокам. Когда у меня проклюнулся талант, мой отец совершил ошибку – отдал меня в учение магистру Регладду, ворлоку. У нас такого, мягко говоря, не понимают…
 Что-то тяжело стукнуло по борту лодки, скосив глаза, Терелли увидел какую-то неправильность, бросающуюся в глаза, но ещё не совсем понял – что именно привлекло его внимание.
 - Так ты колдун?! – Терелли был потрясён.
 - Да, гарнеан. И…
 - Погоди-ка! – Терелли, наконец, понял – что привлекло его внимание.
 Одна из скамей пустовала.
 - КОГО НЕТ?! – заорал он.
 С берега, с Обжорного Ряда донеслись ужасные звуки. Все закричали, и засуетились.
 - Швартуйте лодку, быстро! На берег! – орал боец, с которым Терелли вчера пил.
 - Нет, стойте! Нужно выяснить, кого нет! – воскликнул Айглис, но было поздно.
 Толпа авантюристов повалила на берег. Всё смешалось.
 Минуты через две Терелли удалось вырваться из толпы. Со стороны Обжорного Ряда возвращался тот самый его собутыльник.
 - Там…Там уже всё кончено! – Прошептал он.
 - А ДРАКОН?! – Хором крикнули все.
 Мужик только покачал головой.
 - Как ты его пропустил? – крикнул кто-то – Ты вообще, был в лодке? ДА ОН И ЕСТЬ ДРАКОН, НЕ ИНАЧЕ! Вы на морду его поглядите!
 - Вишь, как смотрит! – Подхватила толпа, смыкаясь вокруг бойца. Тот был, как знал Терелли, со страшного бодуна.
 - Стойте! Он был в лодке! Я его видел! – Заорал Терелли, но его никто не слушал.
 - ДРАКОН!!! – Закричал кто-то.
 Терелли, ухнув, выхватил шестопер, и бросился в толпу. Удар, и кто-то, скуля, откатился со сломанными рёбрами. Пара воинов попробовала остановить Терелли, но после нескольких, едва отражённых, ударов, поняла – лучше с ним не связываться. Толпа расступилась.
 Боец лежал на мясницкой колоде, чудовищно окровавленный. Его лицо было фактически вдавлено внутрь, а правая рука, почти отделённая от тела, болталась только на куске кожи.
 - Кто это сделал? – Вклинился Айглис.
 «Не я, не я!» - прокатилось по рядам героев.
 - Убийца будет найден, и ответит за это. Терелли, Дерврон, Бреверкард, Иладд – идите, поможете мне подсчитать количество жертв. Остальные – в казармы.

Холодные воды Срединного моря расплавленным свинцом хлестали мокрый камень набережной. Вдалеке, где серый бархат грозовых туч смыкался с ещё более серой линией горизонта, виднелись белые запятые парусов. Кричали чайки.
 Терелли, потупившись и глядя в землю, шёл вдоль набережной Согласия. Разбитый и ошеломлённый, он, не глядя, побрёл по тенистым закоулкам Старого Города, покинул Обжорный Ряд, прошёл по Бондарей, Кожемяк, и Канатчиков, углубился в густую сеть переулков за Нежданым рынком, и вышел сюда – к Новым Докам.
 Воздух был переполнен запахов соли и йода. Лучи солнца играли на буйных волнах Игер Неальди. Срединного Моря. Ветер заунывно свистел в мачтах и вантах кораблей, в сваях и кронштейнах портовых сооружений. Грохотали выносимые с разгружаемого когга бочки и ящики, весело матерились гоблины-грузчики.
 А герой уныло брёл и вспоминал.
 Как они, впятером, вышли на ужасное пепелище, бывшее некогда оживлённой торговой площадью, куда сходились все обжорные улицы. Как догорали, и осыпались багряными углями остатки лотков и прилавков, и как раскалённый добела камень домов, остывая, закручивал воздух чудными миражами.
 Как Бреверкард – немолодой, неразговорчивый колдун, заклинанием поднял завалы пепла и обгорелого мусора, и юный Иладд застыл, ожидая увидеть изуродованные трупы…Но там были только кости. Обугленные, почерневшие кости. Много…
 Однако, Дерврон потом объяснял – «Могло быть и хуже! Мы успели, прежде чем толпа повалила на торжище. Всего лишь четыреста восемнадцать погибших – не так много, как могло бы быть, не спугни мы дракона, и не заставь его совершить своё чёрное дело уже рано утром…» - «Повезло!» - грустно улыбался Терелли.
 Теперь, во всём городе окончательно было установлено чрезвычайное положение. Ратные люди спешно разгоняли «праздношатающихся» по домам, и устанавливали блокпосты и КПП на улицах и площадях города. Порт, как наиболее важная и продуктивная часть Анрейта, ещё пока работал, но уже был закрыт для новоприбывших кораблей.
 « И всё-таки, кто же это мог быть?» - Думал Терелли – «Кто мог эффективно скрываться под личиной человека? Кто мог, не вызывая подозрений, притащить их всех в нужный ему квартал? Неужели, Дерврон? А собственно, что я вообще о нём знаю?»… - Его размышления были прерваны странной картиной.
 За штабелем ящиков тихо беседовали уже знакомый Терелли темноволосый южанин, и маршал Ор’ригл.

 …- Прекратите! Я не согласен! Слишком много людей уже пострадало ради наших…ради ваших…
 - Ещё немного. Мы почти у цели. Он думает, что понимает, что к чему, но это не так! Нас интересует вовсе не яйцо…
 - Как?! Тогда… - Маршал, казалось, отхватил чеканом полбу.
 - Скоро увидите. Наведите пока в вашем городе порядок. Маршал вы, или нет?!
 - Объясните мне, что происходит. Я уже, шносс вас всех раздери, ничего не понимаю! Я не желаю играть вслепую…
 - Мы покончим с этим вечером. В Нелишней башне. Приходите один. – Говорящий, казалось, бесконечно устал. – Я буду ждать вас…
 - Я буду. – Маршал развернулся на каблуках, и скрылся между штабелями ящиков.
 Его собеседник вскоре также удалился.

 Хатол Ор’ригл, уныло ссутулившись, побрёл вдоль набережной, и нервно взвизгнул, когда тяжёлая рука опустилась ему на плечо.
 - У меня есть основания предполагать, маршал, что вам известно больше, чем вы говорите! – Услышал он сиплый голос.
 - Вы про этот…инцидент…
 - Я про вашу ссору с драконом, из-за которой вынужден терпеть целый город! – Терелли, если хотел, мог быть очень дипломатичен.
 - Что вы знаете, кто и что вам говорил… - Маршал запнулся. Он вдруг понял. – Вы подслушивали, да?
 Терелли малость смутился – Хм, это вышло случайно. Объясните мне, что здесь происходит?
 - Не сейчас. Идите в казармы. Я выступлю перед всеми…вечером.
 - Но…
 - Прошу вас. – Маршал посмотрел ему в глаза – Сейчас я действительно буду занят. От этого зависит слишком многое!
 Терелли пожал плечами, и зашагал вдоль канала.

Несколько часов спустя, авантюрист нервно шагал по комнате из угла в угол, глядя на окрасившие багрянцем воды Помойного канала, лучи заходящего солнца. Маршал не появлялся. Терелли, скрипнув зубами, вышел вон из комнаты, и гулко зашагал по деревянной лестнице. Он сделал свой выбор.
 Обильно выпивающие за массивным дубовым столом наёмники обернулись, глядя на вошедшего:
 - Терелли! Садись, у нас ещё есть…
 - Мужики – голос героя был серьёзен – дело есть…

 Четверть часа спустя, Сивовус, славный представитель эндорионского казачества, подвёл итог:
 - Значит, этот шноссов маршал проворачивает какие-то свои делишки, ну и того...натравил на свой город дракончика, а нас использует для отвода глаз?! – он выпил, шумно выдохнул, закусил – Я думаю – это не есть хорошо! И обещал сегодня всё прояснить? А ты его, я так понял, отпустил, да?!
 Терелли смутился:
 - Ну, у меня не было причин ему не доверять. Маршал всё-таки. Я думал, он нам прояснит, что происходит в городе…
 - Эх, наивный ты всё-таки, хоть и крут зело… - Вздохнул Дерврон – Ну ладно, я полагаю…
 В этот момент оконные стёкла со звоном разлетелись, и в зал полетели пузатые бутылки с зажигательной смесью. Кто-то закричал. Этажом выше раздались странные звуки.
 - ДРАКОН-ДРАКОН-ДРАКОН!!! – Истерично заорал кто-то.
 - Ну, вот и прояснил. – Пробормотал Дерврон.
 - Сюда, живо! – крикнул ему Айглис – Иду, иду. – Ответил старый охотник.
 Терелли, и ещё несколько авантюристов также последовали за ним, быстро взбежав по лестнице на второй этаж. Вопреки ожиданиям многих, там оказался не дракон, а маршальские ратные люди, с гордыми эмблемами Северного Альянса на сверкающих кожаных наплечниках.
 - Что происходит! – Крикнул мечник, не надеясь особо на ответ.
 - Хой! Вот они! Не дайте им уйти! – Рявкнул лейтенант ратников.
 - Назад! – зарычал в ответ охотник.
 - У! – шуганул солдата Айглис. Тот испуганно отскочил, но уже в следующую секунду с криком ринулся на героев.
 - ХОЙ! – Взвыл лейтенант, крутя мечом восьмёрку.
 - АР-РГЛАЙ!!! – Раздался ему в ответ славный боевой клич кнехтов Севера.
 Взвод маршальских десантников слаженно бросился на пятёрку авантюристов. Лейтенант бросился на пожилого Сивовуса, зверски размахивая мечом, но получил полбу шестопером от Терелли, и свалился, гулко гудя шлемом. Другой солдат бросился ему на помощь, но юркий Айглис швырнул ему под ноги табуретку. Двое воинов прыгнули на Терелли с разных сторон, одновременно замахнувшись топорами. Герой отбил один из ударов, но второе сверкающее лезвие мелькнуло в опасной близости от его носа, заставив его неловко отпрыгнуть назад, споткнутся, и свалится на пол. Двое солдат, кровожадно улыбаясь, занесли над ним топоры. Наёмник пнул одного из них в ногу, тот оступился, но второй воин, подскочив, изготовился рубануть. Терелли, отчаянно взвизгнув, закрыл глаза. Это его и спасло. Угрюмый маг, имя которого герой запамятовал, махнул рукой, крикнув заклинание, и оба солдата повалились на пол с сожжённой мощнейшей вспышкой сетчаткой. Терелли открыл глаза, облегчённо вздохнул, и поднялся.
 Дерврон с Айглисом стояли спиной-к-спине, отбиваясь от дружно насевшего на них отделения ратников. Один из бойцов со всей дури ткнул Айглиса мечом, но фехтовальщик ловко уклонился. Меч с глухим звуком вонзился в деревянную стену. Солдат, матерясь, напрягся, чтобы выдернуть его, но получил кинжалом по запястью, и упал, скуля, и зажимая хлещущие кровью вены. Другой, отчаявшись прорвать непробиваемую защиту Дерврона, который многообещающе крутил перед собой мельницу ятаганом, метнулся к магу.
 - БРЕВЕР!!! – В один голос крикнули оба воина.
 «Ах, ну да – вот как его зовут! Бреверкард, точно!» - подумал Терелли, нанося сокрушительный удар по бегущему солдату. Тот отскочил, рявкнул – «Хой!», и осторожно, на полусогнутых ногах, пошёл на него, прикрываясь щитом от страшного шестопера. Терелли зарычал, и бросился на него, круша всё вокруг своим перначом. Солдат ударил мечом, но Терелли ловко уклонился, и нанёс ответный удар, но тот лишь шмякнул по щиту. Солдат сделал круговое движение локтем, и ткнул мечом из-за щита. Клинок прошёлся в опасной близости от авантюриста. Тот яростно размахнулся шестопером, но получил сапогом в грудь.
 - А-а-а-й-й!!! – Заверещал вдруг ратный человек. Благодарный авантюристу Бреверкард задушевно пропустил через него мощнейший электрический разряд.
 - Спасибо – пробормотал Терелли.
 Маг подал ему руку, а трое героев подскочили, окружив их, чтобы прикрыть от толпы наступающих солдат. Авантюрист, кряхтя, поднялся.
 Оставшиеся солдаты, во главе с наконец-то поднявшимся лейтенантом, гуськом бросились на героев. Оба фехтовальщика остались, прикрывая мага, а тяжеловооружённые Сивовус и Терелли со страшным рёвом бросились на них с разных сторон.
 Терелли теперь действительно разозлился. Размахивая шестопером, он бросился вперёд, люто нанося удары. Кто-то закричал, кто-то завыл, а чей-то воистину свинячий визг пронзил ему уши. Перехватив древко обеими руками, герой страшно врубался в гущу врагов. Чей-то мозг брызнул ему в лицо, и он уже весь был залит вражеской кровью. Но вот, страшный удар чеканом в крестец заставил его, жалобно кашляя, согнутся, после чего его мгновенно сбили с ног. Ликующие враги бросились на Терелли, но выпущенный Бреверкардом огромный огненный шар разбросал их по всему помещению, спекая им кожу, прожаривая глаза, обугливая мясо… Терелли встал, огляделся. Кажется, врагов больше не было. Товарищи подошли к нему.
 - Ты как… - Начал было Айглис, но замолчал, обеспокоенный чем-то. Шум битвы, всё это время доносившийся с первого этажа, стих…
 Авантюрист на цыпочках подкрался к краю лестницы, выглянул. Всё помещение было охвачено огнём, и завалено трупами. Погибла, по меньшей мере, половина авантюристов, и довольно много маршальских ратных людей. Оставшихся, по-видимому – сдавшихся, выводили, связанных по рукам и ногам.
 - Что там происходит? – заинтересовано произнёс подошедший Терелли.
 - Тихо ты! Услышат! – Яростно прошептал Айглис.
 - Пора убираться отсюда. Пожар уже охватил всё здание! – Вклинился Дерврон.
 Айглис повернулся к нему:
– Нужно захватить кого-нибудь в плен! Мы должны узнать, с чего это они на нас ополчились!
 - Слишком рискованно!
 - Но мы должны…
 - В этом нет нужды - Произнёс молчавший до сих пор маг.
 - А-а…как? – Пробормотал Айглис.
 Терелли вертел головой из стороны в сторону, глядя на них. Маг подошёл к свернувшемуся в боксёрскую стойку трупу лейтенанта, положил свои холёные руки на его страшное обугленное лицо, и тихо, зловеще прошептал что-то.
 Мертвец открыл глаза. Вернее – глазницы, глаза-то – вытекли.
 - Почему вы на нас напали? – Чеканным голосом начал задавать вопросы маг.
 - Вы…из…наёмников…маршала… - Страшно прохрипел мертвец.
 Колдун страдальчески поморщился:
 - Хорошо, спрошу по другому. Почему вы напали на наёмников Дар-Анрейта?
- По…приказу…
- Чьему?
- Маршала…Ор’ригла… - губы трупа обуглились, и спеклись с дёснами, обнажив ослепительно-белые на фоне чёрно-коричневого лица зубы, так что разговаривать ему было трудно.
 - Почему он отдал такой приказ?
 По…воле…Вече!
 - Это уже интересно – пробормотал маг. Подумав, он спросил:
 - Почему Вече инициировало такой приказ?
- Маршал…убедил… - Терелли показалось, что труп вот-вот захихикает.
 - Как?
 - Сказал, что очевидно…дракон скрывается... в обличье…одного из наёмников…авантюристов. Что благо…города…интересы…требуют, чтобы он…был…уничтожен! Внезапно…врасплох…любой…ценой. Даже, если мы…незнаем…кто…это…ХХРРРрррр…- Столь долгий монолог истощил трупа.
 - Пора убираться – тут всё горит! – Сказал Дерврон.
 Маг жестом попросил его помолчать:
 - Значит, маршал объявил нам войну. Остаётся и нам сделать то же. Одно беспокоит – в Управу, пожалуй, трудно будет прорваться…
 - Он… - Начал Терелли. Все осуждающе поглядели на него, думая, что он сейчас начнёт ругать маршала.
 - Он не в Управе. Через час он будет у Нелишней башни. Я знаю! – Закончил Терелли.
 - Да? Отлично! Тогда идём…
 - Отпусти…освободи… - Прохрипел магу труп. Тот, вздохнув, поднял руку…
 - А давайте его так оставим! – Ухмыляясь, предложил Терелли. Маг странно посмотрел на него, и закончил заклинание. Труп, страшно захрипев, упал…

 …Пару минут спустя, компания уже была на крыше казарм. Выйти через дверь не получилось, потому, как все выходы уже были охвачены пламенем пожара.
 - Теперь – к Башне! – Рявкнул Терелли, азартно потирая руки.
 - Вначале надо освободить товарищей! – Возразил ему Дерврон.
 Они начали, было спорить, но тут – вот незадача! – из-под ног у Терелли выскользнула черепица. Кусок глины упал, громко разбившись об мостовую. Стоящие на берегу Помойного канала ратники подняли головы, а уже крик спустя, отряд солдат, вооружившись верёвками с кошками, и приставными лестницами, карабкался на крышу.
 - Разделимся! – Крикнул маг – Я их задержу! Айглис, Сивовус – освободите пленных. Терелли, Дерврон – к башне, покуда ещё не поздно! Удобней работать парами!!!
 - Пойдём-ка, Куи’реан! – сладко прошипел старый охотник, неласково как-то очень взяв его за шиворот – посмотрим, как там твоя башня.
 И они прыгнули на соседнюю крышу…
 
Нелишняя башня, которая была всё-таки признана нелишней, после тяжёлых затяжных дебатов Вече касательно необходимости её сооружения, находилась на плоской вершине холма Даотран, в Рилге, в южных пределах города. Построенная триста лет назад как ключевой узел южных оборонительных периметров Анрейта, она впоследствии была перестроена в тюрьму, в ходе чего в холме были прорыты обширные катакомбы. Позже, необходимость в тюрьме исчезла, и мрачное сооружение выкупили адепты злобного культа Харья. После того как по подозрению в человеческих жертвоприношениях, и ритуальном каннибализме (в последствии подтвердившихся) этот оплот культа был взят штурмом и опустошён ратными людьми во главе с лейтенантом Хатолом Ор’риглом, башня вот уже лет пятнадцать как стояла заброшенная.
 Двое героев убегали, весело стуча сапогами по черепице. Крыши Эстальдениды, испещренные лабиринтом башенок, надстроек, и слуховых окошек, идеально подходили для ухода от погони. Терелли резво перепрыгивал через щели между домами. Дерврон, тяжело пыхтя, едва поспевал за ним.
 - Знаешь, Терелли… - пробурчал он, отирая пот со лба – если ты врёшь…если в башне никого не окажется…если ты продался Альянсу – тебе будет очень-очень больно. И не потому, что этим ты предал товарищей, и всё такое… Просто меня уже задолбало скакать по Эстальдениде крышами, на манер воробья какого!
 - Не грози мне, охотник! – прошипел Терелли, схватив того за грудки, и приставив к горлу нож – Я этого не люблю! – Тут, один-на-один, он стал значительно смелее.
 В этот момент повеяло потом, водкой, и жареным луком, и из ближайшего слухового окошка на них попёрла рать. «Хой! Хой! Бей-руби!!!» - вопят.
 Терелли, не думая, замахнулся шестопером на первого солдата, но тот прикрылся щитом, так что пришлось авантюристу отпихнуть его ударом сапога в щит, и проломить череп следующему.
 - Терелли! – заорал Дерврон. Трое бойцов наседали на него.
 - Щас, подожди! – Терелли всё никак не мог освободить шестопер. Тот застрял в голове.
 Тем временем, первый солдат не стал ждать, пока герой соизволит вооружиться, и ударил его тяжёлым цепом. Терелли, взвизгнув, прикрылся рукой. Кожаная крага смягчила удар, но рука всё равно сломалась.
 Дерврон, увидев это, вздохнул, схватил одного из преградивших ему дорогу солдат за древко бердыша, страшно дёрнул, лишив его равновесия, швырнул его во второго противника (тот с писком полетел с крыши), а затем быстрым выпадом вонзил клинок в горло третьему, и, схватив его топор, побежал на помощь соратнику. Но она ему уже не требовалась.
 - Скуерреан’балт! Мать-твою-перемать, сука! Ан-дгрен эн-шнос-с-с! Больно, падла! Как больно… - бормотал Терелли, сжимая здоровой рукой горло покалечившего его врага, и судорожно перемалывая ему шейные позвонки – Больно-то, скуерр, ведь как …
 - Терелли! Ты в порядке?!
 - Да я бы так не сказал. – пробормотал авантюрист, отпустив труп, и задумчиво глядя на пядь окровавленной кости, торчащей их рукава.
 -Ого! Да тебя нужно лечить!
 - Ща полечим! – Зашипел командир нового отряда солдат, забравшихся на крышу по верёвке.
 Дерврон метнул ему топор в грудь. Солдат упал, захватив с собою ненароком парочку товарищей. Какой-то ратник выстрелил в Терелли из арбалета. Болт пронесся в опасной близости от раненой руки.
 - Вот суки! Я щас блин всех поубиваю! – взвыл герой.
 - Хой! ХОЙ!!! Смерть!
 - Терелли, уходи! Я их задержу! – сказал Дерврон.
 Авантюрист не стал спорить. Чего нельзя сказать об нескольких ратниках, но он их убил.

 Спускаться по верёвке, держась одной рукой - было довольно неудобно. Терелли соскользнул в тёмный переулок, вслушиваясь в шум битвы наверху. Отчаянные крики маршальских ратных людей говорили о том, что Дерврон по-прежнему на высоте. «Впрочем, мне бы и о себе впору подумать» - пробормотал герой. Судя по бледности, ознобу, и стуку в ушах – из него уже вытекло под литр крови. Бредя по переулку, он оставлял за собой кровавый след. « Хорошо ещё, артерия цела!» - подумал он.
 Подбежала голодная уличная собака, потом ещё одна, и весело гавкая, засеменили за ним.
 - Ты ещё стервятников позови! – рявкнул на собаку Терелли. Та не отвечала, только радостно завиляла хвостом. Герой уже начал шататься.
 - Эй! Эй ты! Я же говорил, что Башмак никогда ничего не забывает!
 Терелли обернулся, и увидел утреннего бандита, который, прихлёбывая водку из баклаги, шёл к нему с острым клинком. Слева от него семенил гном-арбалетчик с рожей типичного наёмника.
 Герой устало вздохнул, достал нож из-за голенища (левой рукой – из правого – неудобно!), и метнул его гному-наёмнику в лоб, прежде чем он успел выстрелить.
 Башмак, люто заревев, бросился на него, занеся клинок для удара. Терелли поднырнул ему под руку, двинул кулаком под-дых. Бандит согнулся, судорожно глотнул воздух, рубанул. Герой отскочил, обманул его финтом, молниеносным движением схватил за челюсть, и вырвал её.
 Падая, Башмак задел торчащую кость Терелли. С ужасным криком он повалился рядом с бандитом. Рыдая от кошмарной боли, он из последних сил дотянулся до бутыли с водкой, рванул зубами пробку, хлебнул, ещё хлебнул, облегчённо вздохнул… «У-ф-ф…жить можно!» - подумал он.

 Пару минут спустя, Терелли, пьяный вдрызг, брёл по улочкам Эстальдениды. Он перевязал руку, и привязал к предплечью арбалет, одновременно обеспечив себя и шиной, и оружием. В левой, здоровой руке он держал игдиль Башмака – короткий, тяжёлый аксилатский меч. Он напевал какую-то пошлую песенку, и время от времени отхлёбывал из бутылки водку.
 Вскоре, улица, по которой он шел, закончилась узким вонючим каналом, и грязным деревянным мостиком. Указатель сгнил, и прочесть что-либо было уже невозможно, но герой знал это место. «Крысиный Мост. Конец Эстальдениды. Я почти пришёл» - подумал он.
 Вскоре улица и дома закончились, и он оказался перед болотом, за болотом возвышался холм, округлый и плоский, как голова дебила. «Даотран!» - терелли дрожал от предвкушения. Он почти пришёл.
 Быстро пробежав по кочкам болото, он подступился, было к мрачным домам Рилги. Тут его ждал неприятный сюрприз. Он совсем забыл про чрезвычайное положение, и поставленные всюду блокпосты. Бульвар Чести и Славы – претенциозная главная улица Рилги – был преграждён тяжёлым бревном на козлах. Рядом роилась маршальская рать.
 «Что же делать?!» - едва не взвыл от отчаяния герой. Перед ним сплошной стеной возвышались крепостеобразные дома Старой Рилги. В пору, когда их строили, бушевали феодальные разборки, и среди аристократов было модно вламываться друг к другу домой с дружиною, мочить всех, пускать красного петуха etc. Поэтому здешние дома напоминали Терелли приграничные замки – массивные каменные стены, окна и балконы, выходящие исключительно во внутренние дворики, мощные брусья, утыканные жуткими шипами, входные двери – чуть попроще, чем главные ворота Анрейта. Короче, без серьёзного боя к Нелишней башне не прорваться.
 «Или действовать хитростью?!» - вдруг озарило его. В голове тяжело заворочалось что-то, как будто песок сыпали на мельничные жернова. Началось мышление…

 Полная луна, выглянув из-за туч, узрела маленькую лодочку, плывущую по грязным водам озера Перигер Рилге. В лодочке сидел усталый, грязный, обескровленный Куи’реан Терелли.
 Заболоченное озеро вплотную подходило к северному краю Даотрана, «языком» сползающего к воде. Всего через четверть часа – герой был уже в прибрежных камышах, а ещё через десять минут – у стен Нелишней башни.
 Тут его встретили двое ратников Маршала – один с булавой и щитом, в кожаном панцире, второй – в мечом и топором, в кольчуге. Терелли убил вначале того, который с мечом, а потом – того который с булавой.
 Оставшись в одиночестве – он осмотрелся. С юга и юго-запада ему, с высоты, хорошо были видны огоньки Рилги, с востока блестело в лунном свете перигерское озеро, далеко на северо-востоке смутно виднелись извилистые улочки Эстальдениды, а на севере – прямо перед ним – возвышалась мрачная каменная громада Нелишней башни. Дверь, ясное дело, была заколочена, но в стенах имелось несколько гостеприимных проломов. Терелли уже собирался нырнуть в один из них, но тут его внимание привлекла какая-то движущаяся во тьме фигура. Герой подскочил, и схватил скрытного за шиворот.
 - Нет-нет, не бейте меня, это я!
 Терелли опустил уже занесённый для удара игдиль.
 - Ноэри? Ты откуда? Ты чё тута делаешь?!
 - Я… Гарн-те Сивовус и Бреверкард овободили нас. Мне было велено проверить, как вы тут с гарнеаном Дервроном справляетесь…
 - Забудь про Дерврона. Тут только мы с тобой. И мы будем убивать. Будем безжалостно убивать! Видишь ту широкую светлую полоску внизу? Это бульвар Чести и Славы. Так пусть же он посмотрит вверх, и увидит – что такое настоящие воинские честь и слава! Настал час резать глотки! И пусть никто не уйдёт неокровавленным! – глаза Терелли, воодушевлённого собственной речью, загорелись.
 Минуту спустя, две фигуры скользнули в тёмную громаду Нелишней башни.

 Огромное и тёмное цокольное помещение башни было пустым, и не содержало ничего интересного, но из ведущего в подземелья провала лился яркий свет. Герои уже готовы были спуститься вниз, как вдруг от тёмного камня стены отделилась ещё более тёмная фигура.
 - Не видел такого с тех пор, как разгромил лабораторию Венгоххера в Натригорне.
 - Скуерр… ДЕРВРОН!!! – в один голос крикнули товарищи.
 - Ага. Мне, кстати, понравилась твоя речь. Я добрался через Ференгар, чуть побыстрее тебя.
 - Те говорил про какого-то…Венгоххера. Я где-то слышал это имя. Кто это такой?
 - Колдун. Лютый злой колдун, одержимый идеей мирового господства – ответил за него Ноери.
 - Вредил людям Натригорна, покуда я не разгромил его логово, и не изгнал его. Так вот, там были похожие штуки – Охотник указал в щель.
 Жуткие, похожие на орудия пыток столы были усеяны костями. Четыре огромных стеклянных сосуда с зеленоватой жидкостью были подсоединены к странному устройству в центре помещения. В захваты этого устройства был вставлен какой-то круглый предмет, прикрытый тряпкой.
 Вдоль южной и юго-восточной стен комнаты виднелись тёмные проходы, ведущие в катакомбы. Вдоль северной стены стояла шеренга ратных людей маршала. В центре комнаты, около круглого объекта, стояли трое.
 Терелли узнал одного из них – южанин из Доков.
 - Маршал Ор’ригл – узнал второго Ноери.
 - Венгоххер!!! – узнал последнего Дерврон.

-…город изнемогает, и я был вынужден напасть на три десятка ни в чём не повинных людей! Мне это надоело! Хватит! Белн норг хе тиа лорг!!! Цель не оправдывает средства!
 - Ты будешь делать то, что тебе прикажет, Хатол, потому что я тебе плачу! Гарн-триар Венгоххер, приступайте!
 - Да будет так, гарнеан Слад.
 У колдуна был противный скрипучий голос. Он подошёл к устройству в центре подземелья, и сорвал тряпку. Сразу же после этого произошло очень много вещей:
 Глаза у Дерврона разгорелись зловещим огнём.
 Иладд Ноери воскликнул – «ЯЙЦО ДРАКОНА!!!»
 Трое внизу злобно обернулись на крик.
 Терелли, матерясь, спрыгнул вниз.
 Из катакомб выскочили воины во главе с Айглисом, и с криком «АРРРГЛАЙ!!!» бросились на маршальских солдат.

 Сталь с лязгом скрестилась со сталью, и яростные вопли многократным эхом раскатились по низким сводам подземелья.
АРГЛАЙ!
ХОЙ!
АРГЛАЙ…АЙ
ХОЙ…ОЙ
АРГЛАЙ..АЙ…АЙ…АЙ
ХОЙ…ОЙ…ОЙ…ОЙ
 Маршал Хатол Ор’ригл бросился на Айглиса. Две шеренги бойцов сошлись в яростной схватке.
 Южанин Слад бросился бежать, но получил болт в затылок от Терелли.
 Злой колдун Венгоххер прокричал зловещее заклинание. Страшные багровые молнии устремились к Терелли, но отразились он голубоватого магического щита, который поставил Иладд. Матерясь, и поминая шносса, колдун скрылся в катакомбах.
 Тем временем, отряд героев оказался окружённым. Они храбро сражались, но солдат было слишком много.
 Терелли снова выстрелил, целясь в одного из ратников, но слишком много было выпито.
 Болт пролетел мимо, и попал в сосуд с зеленоватой дрянью.
 Тот с жалобным звоном разбился, и жидкость обрушалась на дерущихся людей.
 Послышалось глухое шипение, и синхронный вопль десятков растворяющихся бедолаг.
 Ужасная жидкость растворяла плоть, превращая людей в ужасные аморфные окровавленные исчадия кошмаров. Нечто, растекаясь по дороге, бросилось к Ноери, стеная: «Помоги-и-и мне! Хрруэээээ…» Парень в ужасе отпрыгнул, и охнул, опознав в ужасных, на глазах разваливающихся ошметьями остатках лица благородного казака Сивовуса. Терелли одним выстрелом прервал его страданиям.
 «Странно, звон стали ещё продолжается!» - подумал Терелли. Оказалось, часть сражающихся к моменту инцидента потихоньку скрылась в проходах катакомб, и остались невредимыми. По крайней мере – от чародеева варева. Раздающиеся время от времени крики вновь заставили Терелли предаться философским размышлениям о том, сколь мало значат людские спесь и гордыня супротив вершка доброй стали в горле.
 Странные звуки сверху привлекли его внимание. Поглядев, он увидел Ор’ригла, который, пыхтя волок куда-то яйцо. Терелли бросился за ним, и настиг аккурат у выхода из башни.
 - Стой! – крикнул он.
 Маршал развернулся, и встал в дверном проёме, спиной к выходу. Рыча, он вытащил из ножен меч. Терелли бросился на него, и они сошлись в яростной схватке. Используя малые габариты своего меча как преимущество, он перепрыгнул через Ор’ригла, развернулся у него за спиной, и ударил. Маршал сумел кое-как парировать удар, но слишком неловко. Меч со звоном улетел в угол зала. Маршал отшатнулся, сделал сальто назад, и выскочил из башни, но был сбит с ног притаившимся снаружи Дервроном.
 - Нет! – только и пискнул он, видя над собой острый меч Терелли. «Бандитский игдиль оказался неожиданно хорош!» - подумал он.
 Терелли уже готов был убить вредного маршала, но им помешал вылетевший из-за башни дракон.

Его огромная тень накрыла всю башню. Схватившись когтями за её вершину, он непередаваемо гибко, грациозно, и изящно сел на её верхушку, как птичка на жердочку. Весь он – от сверкающих кончиков когтей, до изогнутых как кинжалы зубов – был прекрасен. И ужасен.
Дерврон и Хатол Ор’ригл, вопя, скрылись в башне, причём один из них задел яйцо, и оно, прокатившись, застряло в щели. «Блин!» - подумал герой.
 Чудовище пыхнуло огнём, но авантюрист юркнул за угол. Несколько секунд было тихо. Герой уже решился, было выглянуть, но в этот момент из-за угла вылетел жуткий хвост, и со свистом рассекая воздух, впечатался в стену. «Вот тварь!» - подумал Терелли, вонзив в хвост меч, и запрыгнув на него.
 Дракон обернулся, пыхнул огнём.
 Терелли спрятался за костистым гребнем, и пыхнул в ответ перегаром.
 Послышался недовольный рёв, и героя замотало из стороны в сторону. «Только бы ему не пришло в голову шарахнуть меня об стенку!» - думал Терелли, крепко держась за меч. Увидев, что дракон именно это и собирается сделать, он выстрелил ему из арбалета в яростный глаз. С ужасным рёвом тварь упала, а герой, не теряя времени, подскочил к его голове, и обрушил меч ему на шею. Острый как бритва игдиль отсёк голову с одного удара. « Ба! Да я крутой драконоборец!» - подумал Терелли.
 И упал, захлёбываясь. Струя драконьей крови сбила его с ног, и залила с ног до головы.
 Тем временем, Ор’ригл и Дерврон вместе откатили яйцо, и вылезли из башни. Их взору предстал окровавленный Терелли. Он весь сиял здоровьем и энергией, и рука его больше не была сломана.
 - Значит, рассказы об чудодейственных свойствах драконьей крови – не идиотизм, как я думал! – воскликнул маршал.
 - Точно! – засмеялся герой.
 - Надеюсь, - произнёс Дерврон, прихлёбывая из бутылки шнапс – она не вылечила тебе алкоголизм?
 - Вылечила, - ответил драконоборец, принимая бутылку, - так что надо навёрстывать.
 - А теперь разберёмся с тобой! – он обернулся к маршалу милиции – Рассказывай!

 «…Вегеж Слад был самым крутым криминальным авторитетом Дар-Анрейта. Поэтому именно к нему обратился одержимый злом чародей Венгоххер ер-Натригорн, после того, как вынужден был покинуть отчизну. «Я отомщу человечеству, а ты завладеешь всеми владениями Альянса. И за это ты, разумеется, будешь мне кое-что должен…» - говорил он. Слад, разумеется, отнюдь не был дураком, но идея возращения дрессированного дракона была слишком уж заманчивой. Фокус был в том, что колдун, проезжая через Кеафарские горы (они пролегали на границе Натригорна и Северного Альянса), обнаружил драконье логово, и свежеснесённое яйцо в нём. Он не хотел пропускать такой шанс…»
 - А как ты связан со всем этим?! – прервал маршала Дерврон.
 - Видите ли, операция по взятию драконьего логова – дело очень опасное. Смертность высокая, следовательно – необходимо много людей. Где в Анрейте можно найти большую и послушную группу ратных людей? Докеры? Купцы? Трактирщики? Только ратники милиции!
 - И ты согласился им помогать?! – взревел охотник.
 - Я ничего не мог сделать. У Слада был на меня компромат. Я продался ему! Давно продался! И дёшево, слышите, ДЁШЕВО продался! А что вы хотите – это Анрейт! Тут все продаются! ВСЕ!!!
 - Сука шноссова – констатировал Терелли.
 - Я не хотел…Я не думал, что это всё так серьёзно. Только, оказалось – драконы мстительны! Он каким-то образом узнал – яйцо в Дар-Анрейте. Мы получили письмо – только одно: «Пока моё не будет возвращено – люди будут умирать!» И Слад сказал – не сдаваться! Дальше – всё понятно. Дракон знал – яйцо в городе, но не знал – где. Мы знали – дракон в городе, но не знали – кто. Дальше… Это не могло долго продолжаться. Чёрное Вече решило нанять лучших героев, чтобы раз и навсегда покончить с угрозой. Я ничего не мог поделать. Единственное что я мог сделать – это…
 - ЭТО ПОДЛО УБЕДИТЬ ИХ ВЫРЕЗАТЬ НАС!!! – взревел охотник.
 - Я… Я не хотел… - маршал зарыдал, видя приближающегося к нему с каменным лицом, и игдилем в руке Терелли – не нужно, не убивайте!!! НЕТ!!!
 - Куда убежал колдун? – спросил Дерврон.
 - У него…у него логово в Старых Доках. Вы ведь не убьёте меня, правда?!
 - Нет, не убью… - покачал головой Терелли – Он убьёт!
 - Из башни вылез мечник Айглис ер-Анрейт:
 - Ты убил моего собутыльника, падла!!!
 Маршал взвыл, и помчался вниз по склону. Он бежал так быстро, что не заметил торчащих веток кустарника, покрывающего Даоран. Сухая, острая, разлапистая ветка воткнулась ему в глаз, и пробила мозг. Она уткнулась в заднюю стенку черепа, и сломалась. Хатол Ор’ригл в агонии засучил ножками, и издох.
 - Идём за колдуном! – сказал Терелли.
 В это время, с южного склона холма послышался клич «Хой!», и показались остатки ратников.
 - К бою! – скомандовал Айглис.
 Немногочисленные уцелевшие авантюристы выхватили оружие. Ноери попробовал, было прочесть заклинание, но выпущенный из пращи камень попал ему в рот, и заставил поперхнуться собственными зубами.
 - Всё кончено! – прошептал Дерврон. Их окружили.
 Внезапно, ослепительная ярко-синяя цепная молния прошлась по рядам ратников, спекая их плоть с доспехами.
 - БРЕВЕРКАРД! – закричали герои хором.
 Маг, тем временем, ловко добил последних солдат сияющими магическими снарядами.
 - Спускаемся вниз, нужно идти к старым докам. На этот раз пройдём прямиком через Рилгу. Ратных людей больше не осталось. Теперь – там только ополченцы – мобилизированные мещане.

 Мещане с алебардами без боя разбегались перед ними. Чёрными тенями они проскользнули по широким проспектам Рилги, улочкам Эстальдениды, уютным дворам Приозёрья, и, наконец – зловещим, древним закоулкам Старых Доков.
 Эти места пользовались недоброй славой, но было тихо. И хорошо. Им было о чём поговорить.
 Бревер тащил яйцо, и странно поглядывал на Терелли:
 - Значит, ты убил её. Гер-рой! Д-р-а-к-о-н-о-б-о-р-е-ц!!!
 -Её? – тупо переспросил Терелли.
 - А ты думал, дракон может снести яйцо?
 - А-а-а! И верно!
 Дерврон подскочил к ним, как укушенный:
 - Среди нас баб не было! Кто тогда это?
 Маг зловеще улыбнулся:
 - Она бы никогда не стала действовать в одиночку. Удобней работать парами. Хотя мне было немного жаль настоящего Валентина Бреверкарда. Но вы, люди, всегда сами напрашивались на неприятности…
 Терелли молниеносно выхватил игдиль, и приставил его к горлу чудовища.
 - Изверг! Ты погубил сотни людей ради яйца своей подружки!
 - А во сколько бы ты, герой, оценил собственные яйца? Не суди меня. Я не собираюсь больше убивать. Лучше пойдём, и отомстим истинному виновнику происходящего. Поганому Венгоххеру! С-скурреан…
 Терелли заколебался. В этот момент Айглис, выхватывая меч, закричал:
 - Крысолаки!
 И верно. С десяток отвратительных монстров, которыми славились безлюдные районы Старых Доков, бросились на них из темноты.
 Терелли отпихнул дракона, и прыгнул на мохнатую тварь. Его удар был молниеносен, но поганая тварь всё равно успела схватить клинок зубами. Рявкнув, Терелли боднул её лбом. Мразь жалобно запищала. Он освободил меч, и прекратил её муки.
 Рядом, Айглис разрубил пополам ещё одно чудовище, но третье – прыгнуло ему на спину. Дерврон выстрелил из лука. Тисовая стрела пригвоздила тварь к панцирю Айглиса. Поблагодарив кивком за спасение, он перехватил меч двумя руками, и двумя мощными ударами разрубил ещё двух тварей.
 Ещё один крысолак прыгнул на Терелли. Тот прикрылся рукой, и чудище повисло зубами у него на локте. Герой яростно заревел, схватил тварь за хвост, оторвал от руки, и шмякнул об стенку ближайшего склада. Брызнуло.
 Новая тварь укусила за ногу Дерврона. Охотник сгорбился от боли, но тут же выхватил из-за голенища мизерикордию, и пробил монстра насквозь.
 Но их было всё больше и больше.
 Терелли взял игдиль в левую руку, а в правую взял трофейный, отнятый у маршала Хатола Ор’ригла полуторный меч, и бросился на стаю чудовищ, зверски рубя их.
 Но понемногу увяз.
 И в этот момент «Бревер» пыхнул огнём.
 Почти всё чудовища превратились в визжащие ошметья почерневшего мяса, а оставшиеся с писком разбежались. Терелли ничего не оставалось, кроме как сказать: «Спасибо».

 На востоке уже зарделась розовая заря, когда товарищи подобрались к логову одержимого злом колдуна, расположенному в древнем, заброшенном портовом сооружении Старых Доков.
 Вход охраняла многочисленная банда прихвостней злодея. Бревер сразу прожёг в их рядах широкую дорожку, но выжившие, двумя группами, бросились на героев.
 На Терелли прыгнул усатый амбал с кистенём. Авантюриста уже достало это оружие. Он вывернулся, и ткнул его маршальским мечом в сонную артерию. Другой бандит дыхнул на него луком, и попытался ударить боевым молотом. Терелли отскочил, дыхнул на него водкой, и проткнул идилём. Ещё один бандит кувыркнулся герою под ноги, пытаясь сбить его, но Терелли был для него слишком ловок. Он прыгнул, сделал сальто, избежав вражеского меча, и в полёте обратил всё свою массу в страшный удар, проткнув супостата насквозь. Мотнул головой, уклоняясь от стрелы. Уловив какое-то шевеление сзади, не глядя, ударил. Бандит с топором заорал и умер.
 Терелли огляделся по сторонам. Дерврон и Айглис мордовали немногих бандитов, которые ещё имели волю сопротивляться, а Бревер мочил огненными стрелами тех, которые пытались убежать. «Ладно, без меня справятся» - подумал герой.
 Он вошёл в тёмное помещение, и начал бродить по лабиринту бочек и ящиков. Он уже отчаялся, было найти колдуна, как вдруг на него неожиданно бросился убийца с кинжалом. Терелли уклонился от удара, но быстрый враг тут же ударил снова. Герой парировал удар полуторным мечом, и, крутанув клинком, обезоружил врага. Параллельно, он приставил игдиль к его шее.
 - Меч Башмака! – прохрипел убийца.
 - Ага. Ты его знал? – поинтересовался Терелли.
 - Да. Это прекрасный клинок из Тристадерана. Башмак очень им гордился. Где ты его достал?
 - Забрал из его холодных мёртвых рук. Как заберу твой! Где Венгоххер?
 - Там! – бандит указал, где – не убивай меня, пожалуйста! Не убивай! Не…
 Терелли, жестоко ухмыляясь, перерезал ему глотку. Он не любил убийц.

 Венгоххер сидел в освещённом лучиной анклаве. Тут был стол, на котором стояла шахматная доска с прерванной партией, и бутылка водки с двумя стаканами.
 - Садись! – сказал герой чародею. Затем налил себе и ему водки – И пей! – Терелли сделал ход – Твой ход!
 Колдун дрожащими руками походил. Из глаз его лились слёзы. Он едва держал себя в руках – Не убивай! Умоляю, не убивай!!!
 - Знаешь, что я думаю, колдун – Терелли походил – вот ты думаешь, раз у тебя интеллект есть – так ты значит самый крутой? Миром править будешь? А я думаю (Ходи!) так не интеллект побеждает, а сила. Вот у тебя интеллект есть, много даже, но вот (Шах!) я к тебе пришёл, и что – поможет тебе твой интеллект? Ты думал, победишь всех своим интеллектом, задавишь, а нет. Вот я к тебе пришёл, и у меня – сила. МАТ!
 - Не губи! Я больше не буде!
 - Да ладно уж, - улыбнулся герой – не будет он! Эх, ладно – беги.
 Злой колдун вскочил, и побежал. Очень быстро. Потом, где-то у выхода, раздался отчаянный, преисполненный непередаваемого ужаса и отчаяния крик, а затем раздался тошнотворный хруст.
 И всё стихло. « Эх, Бревер!» - подумал Куи’реан Терелли, и налил себе ещё водки, собираясь окончательно упиться, чтобы подвести итог полной тяжких трудов ночи двадцать третьего августа, одна тысяча девятьсот восемьдесят девятого года.
 Лучина погасла, но из окошка уже лился сумеречный свет. Терелли с трудом поднял на него мутный взгляд, и увидал величественного и прекрасного дракона, летящего к багряному горизонту…