Белые руки
истязая укорами
безнадёжность полёта,
я в чужой стороне
пришлым был для небес.

повседневностью будто
подбадривал кто-то
может ангел,
а может бесхитростный бес.

я игрой на свирели,
облекая мир в звуки,
выносил откровенья,
смеясь.

и в слезах
согревали меня
твои белые руки
и улыбка скрывала
поселившийся страх.

и опять как вчера
страны яркого света
миражами смущали
домашний покой.

и мерещилась мне
у подъезда карета,
соболиная шапка
да кафтан дорогой.

всё смешалось в игре
несерьезной и странной:
я забыл, где вчера,
что случилось затем,

и казалась вся жизнь
ловко сыгранной драмой
с несерьезным сюжетом
остро поданных сцен.
Замечания

Эти стихи мне напоминают одну из песен В. Высоцкого: "Где я был вчера, хоть убей непомню. Помню что балкон с обоями..."

Оценка:  4
Гришаев Вальдемар  ⋅   10 лет назад   ⋅  >

igor

Мало ли что напоминают неожиданные строки иные+)))))

igor  ⋅   10 лет назад   ⋅  >

Многие в похмельный час корят себя, а после вновь скрываются от самого себя за следущей чаркой самогона. из укор рождается только укор, и лишь подареной радости рождается радость!

Оценка:  3
Гришаев Вальдемар  ⋅   10 лет назад   ⋅  >

igor

И откуда это Вы, Вальдемар, знаете прос сотояния многих в похмелье? А?+))))

igor  ⋅   10 лет назад   ⋅  >

Алекс Штамм

Последне четверостишье - хорошая эпитафия. Чудесная. Ха.

Сэр Алекс...

Оценка:  9
Алекс Штамм  ⋅   10 лет назад   ⋅  >

igor

Вполне согласен, Алекс+))))

igor  ⋅   10 лет назад   ⋅  >