Потерянные сказания о вампирах Морроувинда
Серини Индарен...Серини Индарен...Меня зовут Серини Индарен...Я помню, кто я...Я знаю как я жила и как попала сюда...Я помню...Я знаю...
Я говорила это себе все время,пока находилась там. Самое страшное – потерять себя. Многие из тех, кто были вместе со мной, не помнили, кто они, как жили раньше, они не видели ничего и механически поднимались и уходили, когда за ними приходили. Я не буду такой, не могу, не должна!..
Меня зовут Серини Индарен...Я помню...Помню...
Я странствовала по Вварденфеллу в поисках артефактов – для музея и просто ради приключений. Я убивала десятки и сотни ловчих корпруса, живых трупов, скелетов, духов предков; встречались мне и дреморы, и костяные лорды, и рабы пепла и даже – ужас клана. Я была хорошим воином и вором.
Но я нашла проклятое оружие...Незаметный кинжал, маленький, ржавый и не в самом хорошем состоянии лежал в пещере, где никого не было. Там никого не было – сказала я ,но чувствовалось чье-то присутствие. Раньше я не понимала, как можно чувствовать присутствие. Да...скоро я осознала это в полном смысле.
Клинок привлек мое внимание, потому что вся рукоять была испещрена надписями на непонятном языке. Я решила рассмотреть его поближе и взяла в руку. И вдруг в моей руке он выбросил из себя лучи странного красно-золотого света и в то же время я почувствовала нарастающую слабость. И я поняла, что он светится моей силой, моей энергией! Но лучи бесследно исчезали во мраке, и я упала на колени, не в силах стоять. Если бы я его не отпустила, не отбросила, он бы, наверное, выпил всю мою силу и энергию, а вместе с ними – жизнь. Но едва лезвие погасло, выпав из моей руки, присутствие, которое я чувствовала, не заставило себя ждать.
Их было много. Со всех сторон на меня надвигались неизвестные мне дотоле существа. Одни были как данмерские женщины с крыльями и покрытые чешуей; другие – черны лицом и в черных доспехах – это были дреморы; золотые женщины в золотых доспехах; бесчисленные ловчие корпруса. Впереди шли люди со странным блеском в глазах. Что-то они мне напоминали...Было что-то такое в отдаленных уголках памяти...Но тогда мне было некогда думать. Из последних сил я достала свиток божественного вмешательства и коснеющим языком произнесла написанные там слова...
Очнулась я у дверей имперского святилища в Садрит Море. Участливый имперец-целитель вылечил меня (ибо я еле смогла войти в дверь, цепляясь за косяки) и даже предоставил отдых, не взяв с меня платы. Но я уже была обречена...
Они пришли ночью. Их было по-прежнему много. Хотя нет – он был один, имперец с так же странно блестящими глазами. Но за ним роились какие-то тени, бесформенные, темные. Я стала искать меч, я нашла меч и даже замахнулась, но он перехватил мою поднятую руку и защелкнул на ней наручник, засветившийся тем же светом, что и тот проклятый кинжал, моей энергией...
***
Я падала в темную пустоту...Его блестящие глаза испускали белые и черные молнии...Я горела в ледяном огне...Ветер резал меня до крови...Темнота проникала в меня и застилала глаза...Лица дремор и каких-то полулюдей, искаженные гневом и одновременно радостью... пустота во мне и вокруг меня...Это смерть.
***
Пещера...Голые стены освещены несколькими факелами и красными свечами. Каменное возвышение. Углы теряются в темноте. Я едва смогла поднять голову – проклятый наручник был на моей руке и все еще светился. Краем глаза я заметила, что кроме меня тут были и другие узники, не в лучшем положении, чем я. Я попыталась спросить у них, что все это значит, но язык не слушался меня.
Надо было думать и догадываться...
Я попала в заточение к каким-то ненормальным людям...Стоп! А люди ли они вообще? Выглядят как люди, но ведут себя как нежить... Блеск глаз...Ну конечно! Они вампиры. Они сохранили свой человеческий облик, даже расы, способность говорить – но ничего более. Они боятся света дня и пьют кровь. Они нежить в человеческом обличье.
Думать дальше помешала музыка, нудная и как будто зомбирующая. Она постепенно становилась громче, и появилось шествие.
Первыми вышли два ловчих корпруса. К моему величайшему изумлению, они несли факелы! Мысли мои побежали сразу в две стороны: я удивилась, как же дрессируют этих тварей и в то же время подумала, что их поставили в начале процессии, чтобы придать ей большую важность (ведь ловчие корпруса ползают как черепахи, а когда кто-то идет медленно, это всегда выглядит торжественно).Две тени промелькнули в направлении неосвещенного угла, и послышался легкий шелест крыльев. Пришел отряд дремор пополам с золотыми женщинами и встал у стен.
А потом появились они – два имперца и аргонианин, все с вампирическим блеском в глазах. Поймавший меня имперец подошел ко мне с совершенно бесстрастным лицом и, схватив за руку, снял наручник. Когда он вздернул меня на ноги, я поняла, что могу стоять, хотя в любой момент могла упасть. Это дало мне возможность лучше осмотреться.
Пещера была довольно большой, и, несмотря на факелы, принесенные ловчими, углы ее по прежнему оставались темными. Посередине было каменное возвышение, которое было хорошо освещено красноватым светом факелов, установленных по кругу вокруг него. Никакой мебели, даже нет ни одного ящика или бочки. Голый каменный пол, покрытый драной циновкой только в тех местах, где лежала я и мои собратья по несчастью. Кстати о них – с ними сделали то же самое, что со мной, то есть сняли наручники и поставили на ноги, что дало мне возможность их рассмотреть.
Это были данмеры – юноша и девушка. Вид у них был измученным и иссушенным до предела. Я поняла, что выгляжу так же, и ужаснулась. Одежда их была истрепана, и было не очень понятно, чем она раньше являлась. Что до меня – я была в ночной рубашке, уже изрядно разодранной.
Но долго осматриваться мне не пришлось: из дырки в стене появился вампир-альтмер. Он прошел к середине комнаты и встал на возвышение, произнеся несколько слов на неизвестном мне языке(наверное, на том же, что и письмена на том кинжале, подумала я).Три злодея активно закивали – видно, альтмер был их начальником. Тогда он ухмыльнулся, воздел руки к небу и начал что-то монотонно, по-прежнему непонятно, бормотать. По мере продвижения его голос все нарастал и приобретал какой-то торжественный оттенок. Неожиданно он замолчал и величественным жестом указал на юношу-данмера. Имперец сразу потащил его на возвышение, а альтмер так и стоял с воздетой рукой, пока имперец с юношей не оказались прямо перед ним. Тогда он сделал знак рукой, то есть просто(правда, очень медленно)опустил ее. Имперец с готовностью открыл пасть с черными зубами и приготовился кусать молодого человека за шею. Но тот вдруг неожиданно пнул его, стукнул затылком в нос ,а дергался при этом так, что я даже испугалась, как бы у имперца руки не оторвались. При этом юноша вопил: «Нет! Только не имперец! Я происхожу из древнего данмерского рода и требую, чтобы меня кусал данмер! И только данмер!!!»
Вся компания разразилась дружным, громким и издевательским смехом, я бы даже сказала, ржанием. Смеялись даже дреморы и женщины в золотых доспехах(никогда бы не подумала, что даэдра умеют смеяться!). Но тут из темного угла раздался низкий и властный женский голос: «Тихо!»
Рты еще миг оставались открытыми, а потом дружно захлопнулись. В полной тишине стали слышны ее шаги. На возвышение поднялась высокая женщина в синей мантии с капюшоном, скрывавшим ее лицо. Видны были только губы, искривленные усмешкой. Альтмер куда-то поспешно ретировался, точно в воздухе растворился.
- Ален Сарети, - сказала она. - Если не ошибаюсь, племянник Атина Сарети, советника Редорана? Очень приятно.
С этими словами она сняла капюшон.
Это была женщина-данмер с длинными черными волосами, заплетенными в косы. Глаза ее блестели сильнее, чем у прочих, они были почти белыми. За блеском не было видно выражения, но чувствовалось, что шутить с этой женщиной не стоит даже ее подчиненным( насчет того, что все прочие обитатели были ее подчиненными, не могло быть никаких сомнений).
 - Я тоже когда-то имела отношение к дому Редоран...- она опять криво улыбнулась, обнажив черные зубы.
 На Алена Сарети это все произвело впечатление, подобное удару молнии. Глаза его увеличились до совершенно неприличных размеров. Он дернулся, но имперец держал его крепко.
Женщина, видимо, этого и ожидала. Она сощурилась:
- Узнаешь?
- Абери Морвейн!!! - вскричал молодой человек и, выбившись из сил, прошептал еле слышно, - Ты...
Морвейн...Морвейн... Где я слышала эту фамилию? Что-то снова закопошилось в дальнем уголке моей памяти...
 - Морвейн?Морвейн?! - вдруг забилась в лапах аргонианина девушка, не подававшая ранее особых признаков жизни. - Это ты! Убийца! Ты убила своего отца!
Вспомнила! Брара Морвейн – советница дома Редоран, на ее поместье напали корпрусные твари и убили ее мужа, Ремаса Морвейна. Видно, Абери - их дочь и как-то причастна к этому нападению.
- Убийца! Ты напустила на родителей ловчих корпруса! Убила отца, а теперь и с матерью хочешь разделаться! Я все знаю! - бесновалась тем временем девушка. Мне было ее очень жалко, было видно, что она на грани умопомешательства.
- Я знаю все, и твоя мать тоже! Она не так глупа, чтобы...- она не договорила. Абери резко вытянула в ее сторону руку, и из ладони вылетел огненный шар. Несчастная обличительница на миг вспыхнула самым настоящим огнем, который почти тут же погас, но возымел свое действие. Девушка обвисла в аргонианских руках. Я содрогнулась. Если они так же дрессируют ловчих корпруса, тогда понятно, почему они безропотно держат факелы...
Абери тем временем говорила:
 - Ты глупа, Дельта Индобар, и ничего не понимаешь. - Она старалась говорить спокойно, но было видно, что она в сильном гневе. - Это был мой первый эксперимент, тогда ловчие корпруса еще не подчинялись мне. Почти... - она злорадно ухмыльнулась, кинув взгляд в угол, где стояли ловчие с факелами. - Родители получили по заслугам – они мешали моей научной деятельности...Но это почти позади.
 - Твоя мать по-прежнему советник Редорана! Она найдет тебя и отомстит за мужа и за всех нас!!! - воскликнул Ален Сарети.
 На этот раз улыбка Абери Морвейн была сравнима с оскалом черепа.
 - Скорей уж я ее найду...
 Это прозвучало так зловеще, что я вдруг потеряла всякую надежду. Я никогда отсюда не выберусь... Я умру или, что еще хуже,сойду с ума... Или заражусь корпрусом...От одной этой мысли мои ноги подогнулись. Имперец грубо дернул меня, ставя на ноги. Это привлекло внимание Абери, и она повернулась к нам.
В этот момент в пещеру, бешено жестикулируя, вбежал альтмер, и, задыхаясь, затараторил что-то на их языке. По мере повествования глаза всех вампиров округлялись и увеличивались, пока не стали вообще квадратными. Абери Морвейн краснела и бледнела(если данмер вообще может покраснеть), губы ее дергались, руки судорожно сжались. Она прошептала:
- Не может быть...Мы убили ее...Я столько лет ждала этого момента...Моя мать у меня в руках...Это невозможно...Асторель, ты заплатишь за это! - неожиданно громко крикнула она. Альтмер в ужасе отшатнулся, боком отскочил к дырке в стене, откуда ранее появился, и вдруг юркнул туда с проворством крысы, за которой гонится кагути.
Но Абери уже обрела самообладание.
- Несите ее сюда! - крикнула она. - Астореля поймать и привести ко мне.
Дреморы и женщины в золотых доспехах стали поочередно исчезать в дырке, куда убежал Асторель. Имперец, с силой меня встряхнув, спросил:
- А что с этими?
- Пока заприте с остальными.
На нас опять надели наручники(я успела подсунуть под наручник изодранный рукав, поэтому его действие смягчилось) и потащили. Швырнули за какую-то калитку. Там было много людей в наручниках самых разных рас: босмеры, бретоны, хаджиты... Правда, не было ни одного данмера, кроме нас. Но все эти люди смотрели пустыми глазами в одну точку, мерно раскачиваясь...И нас постигнет такая же участь?!
Я посмотрела в другую сторону и вздрогнула. Вместо каменной стены там был заборчик, а за ним бродили моровые твари! Там они вели себя так, как им свойственно, друг друга, правда, не били, но когда они смотрели в нашу сторону, в их пустых глазах горел злобный огонь. А заборчик был таким непрочным...
Я было отодвинулась оттуда подальше, как заметила, что один ловчий корпруса все продвигался к калитке, потом открыл ее и вышел из загона, закрыв ее за собою. Я решила, что сошла с ума, что, впрочем, меня не сильно удивило.
Около калитки стоял письменный стол, на котором лежали ключи. Ловчий подошел к нему, взял перо и бумагу и стал что-то писать. «Серини, ты чокнулась, - сказала я себе. - Сейчас к тебе придет Дагот Ур и укусит за хвост.»
Тем временем моровая тварь кончила писать и запечатала письмо. Интересно, что она будет с ним делать, подумала я, мрачно улыбаясь. Ловчий же корпруса вызвал духа предков и вручил письмо ему, после чего тот испарился, а ловчий поковылял обратно в загон. Глаза мои были, наверное, еще более квадратными, чем у Абери, узнавшей об убийстве матери, потому что ловчий подошел к заборчику, разделявшему нас и, казалось, внимательно на меня смотрел. Потом он поднял руки и пустил в меня заклинание. И я почти сразу провалилась в глубокий сон, успев только почувствовать прилив сил физических и духовных, и совершенно не успев понять, что все-таки происходит.
***
Я проснулась от света. Открыв глаза, я поняла, что в пещере светлее, чем обычно – факелов заметно прибавилось. Из глубины пещеры слышались какие-то звуки – не то голоса, не то возня какая-то...
Ален Сарети сидел и внимательно прислушивался. На лице у него была надежда и, как мне показалось, некоторая радость. Дельта Индобар лежала без движения. О том, что с ней, я боялась даже думать. Других заключенных, кроме нас, трех данмеров, не было.
Не успела я хорошенько подумать над происходящим, шум стал нарастать. Появились имперские легионеры. Они заклинанием взломали замок на калитке и вошли к нам в загон. С меня и Алена Сарети сняли наручники и практически вынесли из этой тюрьмы. Вслед за нами вынесли мертвую Дельту Индобар. Один имперец спросил меня: «Сэра, с вами все в порядке?»Я растерялась – какая же я сэра, меня никто никогда так не называл.
И тут из загона с ловчими корпруса(он тоже был пуст, а дальний конец его терялся во тьме) раздался властный голос: «Это я послала вам письмо». Я вздрогнула – так он был похож на голос Абери Морвейн. Имперцы зашептались: «Кто это там?» Как бы в ответ на их вопрос в загоне раздалась мягкая вспышка света, калитка растворилась сама собой, и оттуда медленно, с чувством собственного достоинства, вышла женщина в чем-то длинном(того, что это был спальный мешок, я не заметила – она была величественна и горда). Имперцы зашелестели совсем тихо и непонятно. Она произнесла: « Это темное логово постигла кара, и вам нечего больше их бояться. Они не вернутся. Это вам говорит Брара Морвейн!» Ален Сарети попытался не то отсалютовать, не то прокричать «Ура», но не удержался и упал на колени. Вслед за ним на колени упала я и склонила голову...Да и имперцы тоже почтительно склонились перед советницей великого дома Редоран...
***
После убийства мужа и исчезновения Абери Брара долго пыталась разузнать, где находится ее дочь, но поначалу все было напрасно. Наконец один из ее слуг, нашедший тот же кинжал, что и я, сумел телепортироваться из страшной пещеры и успел рассказать об увиденном госпоже Морвейн, прежде чем за ним пришли. В те времена Абери не имела столько сил, и появлялась для задержания сама. Советница запомнила, что Абери служат не только даэдра, но и ловчие корпруса, ведущие себя совершенно необычно. Пойдя на большой риск, рассчитывая на то, что ловчих в этой кошмарной подпольной лаборатории дрессируют, а не убивают, Брара Морвейн прикинулась ловчим корпруса (такому магу, как она, это не составило большого труда) и стала ходить в окрестностях пещеры, где был найден кинжал. Вместо нее в кресле советника Редорана заседала похожая на нее наемница. Вампиры поймали леди Морвейн как корпрусную тварь ,и она наконец оказалась во владениях своей дочери. Скоро ей стало ясно, что дочь тоже ищет ее, а поскольку найти ее (или того, кто выдавал себя за нее) было несложно, а сложно было с ней что-нибудь сделать, Абери разрабатывала тщательнейший план захвата матери. Но он провалился, потому что Брара отдала наемнице приказ: не сдаваться живой ни при каких обстоятельствах. Когда ложную советницу убили, она отдала приказ о захвате тайной лаборатории...Я просто оказалась тут в этот момент, и меня освободили. Убили всех; Абери пыталась телепортироваться, но забыла, что сама поставила на это место защиту от магии и телепортироваться было невозможно. Ее убил умирающий Асторель, которого вампиры сами-таки поймали и казнили(оказалось – не до конца).
***
Серини Индарен...Серини Индарен...Да, меня зовут Серини Индарен, и я служу дому Редоран – ищу для них артефакты... Брара Морвейн завещала мне свое кресло советника за неимением других наследников. О чем мне напоминает шрам на правом запястье? Я просто купила себе пару толстых зачарованных железных перчаток.