Люда Башко

Андерсен. Жизнь, полная любви
 -1-

«Сказок» Андерсена не должно было быть. Но они есть. Вопреки немыслимому сопротивлению. Вопреки унижениям, превысившим меру, которую может выдержать человек. Вопреки непониманию, неудачам, провалам, когда, казалось, всё кончено и возможности выжить полностью исчерпаны.
Как странно, что из этой бездны нищеты, боли, безысходности, выросли не плоды отчаяния и ожесточения, а жизнеутверждающие, по-детски незамутнённые творения. Появление «Сказок»- несомненное торжество любви, её решающая победа, её ослепительный триумф.
Любовь - ведь тоже существует вопреки всему. Кажется мир, как гигантский паук, уже не выпустит никого из липкой паутины, поразив животным страхом за самое себя. Бесстрашие в этом мире, сродни безумию. Но находятся мечтатели, которые не запутываются в страшных сетях, и, вопреки всем законам, разрывают путы, спасая не только себя, но других. Не в этой ли освобождающей души силе - секрет непрекращающегося успеха «Сказок»? Сколько поколений из самых разных стран выросли на них. А «Сказки» всё так же свежи и интересны, всё так же совпадают с современностью, будто причастны к эликсиру бессмертия и вечного успеха…

-2-

«Сказки» пришли 2 апреля 1805 года с первым криком маленького пищащего комочка. Разве на похоже на страшную фантасмагорию- рождение малыша на кровати, сделанной из подставки для гроба графа Грампе, на которой даже оставили несколько ленточек чёрной материи? Но любовь, царящая в доме башмачника, оттеснила все на второй план - родители очень радовались появлению желанного первенца. Они баловали Ганса, и, не смотря на бедность, даже наняли швею, чтобы их сынок одевался не хуже других. Но Ганс-Христиан с детства выделялся из любой толпы. Стаду же неважно: хуже или лучше, стаду нужно, только подобное.
Из биографии: « Ганс боялся ходить по улицам, зная, что мальчишки не оставят в покое слишком некрасивого и слабого чудака…Один раз они настигли его на улице и принялись избивать. Но этого им показалось мало. Связав Ганса верёвкой, они раздели его до гола, вымазали жиром и вываляли в пуху. Взяв длинный хлыст, они погнали его по улицам Оденсе, крича: «Ганс, безобразный гусак!» Андерсен пытался освободиться от их цепких рук, но безуспешно. Его выгнали на окраину города, ещё немного побили и бросили одного».
Не игры со сверстниками, а территория сумасшедшего дома, где его бабушка купила домик, чтобы ухаживать за больным мужем, стала для мальчика местом, где он проводил время. Тихие старушки, обитавшие в больнице, полюбили Ганса и рассказывали ему странные, страшные сказки.
Андерсен очень рано ощутил, что подлинная глубина любви открывается только способным на жертву, постигшим печаль и страдания.

Боже! Как же случилось,
Что в мире, где кровь и разбои,
Где заря увядает, ещё не успев расцвести,
Не хватает не радости нам,
А пронзительной боли,
Чтобы слиться с природой
И краткий покой обрести.
(К. Скворцов).
Этот дар - пронзительной боли, не дающей забыться в ежедневных заботах, имел и отец Андерсена. Андерсен - старший, личность, незаурядная, страдал от несоответствия его способности размышлять, его интереса к книгам, театру с изнурительным трудом башмачника, позволяющим едва-едва сводить концы с концами без всякой надежды на лучшую долю. Спасение из замкнутого круга безденежья, непонимания и полной безысходности отец находил в долгих прогулках по лесу. Вместе с Гансом он подолгу бродил по окрестностям Оденсе, приучив сына находить у природы исцеление и душевный покой. И после смерти отца Андерсен не утратил этого таинственного единства с солнцем и небом, деревьями и цветами, получив дар остро чувствовать подлинный смысл каждой былинки, каждой крохотной букашки. На лесных полянах Ганс стал петь, втайне радуясь тому, что его замечали знатные господа и даже с интересом слушали. За пение он иногда получал немного денег, которые бережно откладывал. Фантазёру казалось, что достаточно уехать в Копенгаген, где он станет актером, и судьба сразу осыплет его милостями.
Удивительно, как нищий, полуграмотный мальчик буквально с пелёнок верил в своё особое предназначение. С детства он привык смотреть не по сторонам, а ввысь. Молитва была для него так же естественна, как разговор с людьми.

-3-

Андерсен, всегда хрупкий на вид, болезненный, чрезмерно ранимый, крайне остро, до слёз воспринимающий удачи и поражения - вместе с тем обладал редчайшим даром: непоколебимой волей к победе. Сломить его было практически невозможно. Никогда, даже в самые безнадёжные, провальные годы, он не сомневался в своём таланте и грядущем успехе. Это нельзя отнести к обычному честолюбию, хотя бы потому, что это было правдой. Андерсен - ведь действительно всеми признанный гений. Человек не от мира сего.
Он часто совершал совершенно ирреальные поступки, на которые не отважился бы ни один мало-мальски здравомыслящий человек. В 14 лет, собираясь в Копенгаген юный Ганс, решил обаять приму королевского театра Шаль. В Оденсе жил книготорговец Иверсен, который один раз присутствовал на её представлении. Ганс явился к нему с просьбой дать рекомендацию. Иверсен и рад бы был помочь маленькому другу, но ведь он не был знаком с Шаль. Он посоветовал мечтателю выучиться ремеслу в родном Оденсе, что было естественно самым разумным.
-Нет, и рад бы, да не могу,- с жаром воскликнул будущий сказочник, - это будет непоправимый грех!
Как ни странно, Иверсен сдался и написал рекомендацию. Естественно в Копенгагене Андерсена ждали серьёзные неудачи. Шаль посчитала его сумасшедшим, а директор театра - грубияном, когда на замечание о худобе, мальчик искренне ответил, что, если ему положить приличный оклад, он потолстеет. Выгнанный отовсюду, оставшись без денег, Андерсен и не думал отступать. Он отправился не больше не меньше, как к директору консерватории Сибони, и, наконец-то, его хоть как-то оценили. Сибони понравился голос Ганса. Маэстро взял его в ученики, установив крошечную стипендию. За год одежда Андерсена страшно износилась, подошвы он привязывал верёвками. В дождь и снег он постоянно простывал и охрип. Сибони жёстко посоветовал ему возвратиться в Оденс и лишил денег. Так в 15 лет Андерсен оказался, выброшенным за борт. 1820 год один из самых страшных в его жизни. На оставшиеся деньги Ганс поселился в самом бедном районе, сняв старый тюфяк. Хозяйка из жалости каждое утро наливала ему кофе и давала немного булки. Это стало его единственной пищей на долгие месяцы. Отчаяние и нездоровье достигли таких пределов, что несчастный просто не мог отвечать на вопросы, касающиеся его лично. Подошвы оторвались окончательно, одежда превратилась в дырявую ветошь. Андерсен мог вернуться к матери, мог поступить в ученики к портному, потому что с детства хорошо шил. Но он, ни на секунду не усомнившись в своём пути, писал пьесу для театра. Когда его юношеское творение «Альфсоль» (Солнце Эльфов) было закончено, он без церемоний отправился к адмиралу Вульфу, лучшему переводчику в Дании. Удивлённый ужасным видом и невероятной самоуверенностью незваного гостя, Вульф предложил ему сначала позавтракать, тем более стол был накрыт.
Но Андерсен отказался, заявив, что не может есть, пока не прочитает пьесу. Вульф слушал его довольно долго и терпеливо.
-Не правда ли из меня может что-нибудь выйти?- с младенческой непосредственностью спросил адмирала странный посетитель. Вульф всмотрелся в него и дрогнул.
Горячая вера Андерсена растопила лёд. «Золотые блёстки» в его первых литературных опытах настолько бросались в глаза, что Вульф дал рекомендации. Поэт Гульберг, Вейсе, профессор Нируп вскладчину стали платить Гансу немного денег. Директор театров Коллин выхлопотал юному дарованию королевскую стипендию и определил в школу в Спагельс. Победа была одержана. Но до самой смерти Андерсену приходилось сталкиваться с презрением и насмешками. Его постоянно третировали за якобы безграмотное письмо. Хотя Андерсен учился очень успешно, после школы самостоятельно закончил университет, миф о его необразованности был неистребим. Когда вышел роман «Импровизатор» критики настолько предвзято стали умалять достоинства произведения, что профессор Палудан Мюллер, опытный корректор, сам добросовестным образом подготовил к изданию новый роман «О.Т.», но это не помогло. В газетах появилась обычное: «Стандартные, типичные для Андерсена ошибки, есть и в этой книге».
Мюллер только развёл от возмущения руками.
Даже поддержка короля, признание в Европе не избавляли Андерсена от унизительных намёков на незнатное происхождение, от анонимных оскорбительных писем и карикатур. Андерсен глубоко страдал от этого, но не сгибался. «Бог дал мне назначение,- писал он,- я всегда это чувствовал. На озёрах, в лесах, на зелёных полях, где аист танцует на своих красных ногах, никто не вступал со мной в полемику. Природа вокруг меня указывала мне на мою миссию».

-4-


«Как устал я, мама, если бы ты знала!
Сладко я уснул бы на груди твоей…
Ты не будешь плакать? Обещай сначала,
Чтоб слезою щёчки не обжечь моей…»
(Стихи Андерсена)

Мама…Анна-Мария беспредельно любила своего Ганса. Любовь эта стала для неё пределом, вершиной, смыслом жизни. Грубая со всеми остальными, тяжёлая на руку прачка - она преображалась, если видела своего сыночка. Она безутешно рыдала, когда Ганс приходил домой униженный и избитый, искренне веря, что все несправедливы к её мальчику. Анна-Мария никогда не сомневалась, что Ганс добьётся успеха, что он настоящий талант, которому просто завидуют. После смерти Андерсена-старшего Анна-Мария не посмела заставить Ганса работать, хотя ей пришлось вкалывать за двоих. До 14 лет Ганс спокойно сидел дома, разыгрывая импровизированные пьесы, декламируя стихи, играя в куклы. Мать не только ни разу не попрекнула его за это, но и с яростью пресекала ядовитые намёки по этому поводу своего второго мужа, тоже башмачника.
Как не печально, но возможно именно эта жертвенная любовь и привела к трагедии. Уехав в Копенгаген, Андерсен, жалея мать, писал ей бодрые письма, сильно приукрашенные. Она так и не узнала, как страшно пришлось её Гансу, уверенная, что успех сразу сопутствовал ему. Анна-Мария, старея и теряя силы, мечтала, что сын не забудет её доброту и станет ей хоть немного помогать. Но, увы, Ганс не присылал денег. Несчастная женщина и представить не могла, с какой нищетой боролся он в эти годы. Анна-Мария сломалась…Когда, наконец, вставший, хоть и шатко, на ноги Андерсен смог её навестить, сознание несчастной оказалось безнадёжно расстроенным.
«Для чего ты ручки сжала мне так больно
И ко мне прильнула мокрою щекой?
Весь горю я, мама…Милая довольно!
Я бы не расстался никогда с тобой…»

Расстаться заставила жизнь.
Но материнская нежность, с избытком полученная в детские годы, согревала его до самой смерти. Необыкновенная живость, доверительная открытость, талант рассказчика делали Андерсена желанным собеседником. Но, имея много друзей, он мечтал о семейном очаге, о детях, об уюте и покое. Андерсен влюблялся до самозабвенья, как истинный романтик. Но ни Элси, ни Луиза Колин, ни Иенни, ни загадочные девушки из Италии и Парижа не приняли предложения от чудаковатого, угловатого кавалера, ведь он так отличался от их представлений о женихах. Сказочность судьбы Андерсена в том, что на самом деле он на протяжении сорока лет был любим и находил утешение и поддержку у дочери адмирала Вульфа- Генриетты (Гетти). Незаурядная, одарённая блестящим умом и вкусом, Гетти очень хорошо понимала одиночество Андерсена. Она тоже была своего рода изгоем, из-за врождённого горба. Её принимали за красавицу, если она сидела лицом, но стоило бедняжки встать, как она слышала вздохи сожаления. Гетти - любимица семьи, вхожая в высший свет и вместе с тем познавшая боль унижения, как никто смогла понять юного оборвыша, явившегося к её отцу. Понять и защитить. Долгие годы Гетти поддерживала своего Ганса: выслушивала, устраивала нужные знакомства, помогала с выпуском книг, утешала на светских приёмах…Именно ей, ставший близким другом семьи Вульфов, Андерсен, часто гостя, у них рассказывал о своих амурных увлечениях. Гетти и тут проявила удивительное благородство, не выдавая своих чувств, она, как могла старалась ободрить влюблённого. Андерсен привык к ней, как к чему-то настолько родному и естественному, что даже не задумывался о том, что значит для него эти отношения. Только после трагической гибели Гетти во время пожара на судне Андерсен осознал всю глубину потери. Он, едва не лишился рассудка, бродил по Копенгагену в слезах, никого не узнавая, и до последних своих дней не мог спокойно вспоминать о ней.
Судьба не дала ему семейного счастья. «Я заплатил за сказки слишком большую, непомерную цену. Отказался ради них от личного счастья, упустил то время, когда воображение должно уступить место действительности»,- писал Андерсен. Его сказки - плод полного самоотречения, безоговорочной жертвы, но и в то же время подлинной одухотворённой, нерастраченной любви, все годы питавшей писателя.

-5-
«Поэт поёт, как птица, потому что не может не петь: его сердце и мысли переполняют чувства. Песня вырывается наружу и летит, словно свет, плывёт, словно волны»
Андерсен.
Мелодия любви, чистой, прозрачной, полной животворящей силы, звучала в оглушённом страстями мире, но услышать и выразить её мог только человек, который, пройдя страшные испытания, сохранил незамутнённое детское сознание.
«Воображение у Андерсена было совсем детское, потому его картины так легки и доступны. Это волшебный фонарь поэзии. Всё, чего бы он не коснулся, оживает. Дети любят играть разными обломками деревяшек, камешками, лоскутками, черепками…У Андерсена то же самое: заборный кол, две грязные тряпки, заржавелая штопальная игла». ( А. Ганзен).
Уникальность сказок в том, что их простота, доступная любому ребёнку, сжимает в себе мудрость, в необычайной плотности, вмещающей постижение тайн материи и души, жизни и смерти.
Андерсена высоко ценили, как мыслителя, с почетом принимали практически все лучшие умы того времени: Дюма, Гюго, Бальзак, Вагнер, Шуман, Лист…Список его великих друзей можно было продлить ещё очень существенно. Андерсен был почётным членом ряда европейских университетов, имел много наград, подтверждающих его незаурядный ум.
Это всеобщее признание пришло к Андерсену в 1835 году после выхода первого сборника сказок. Писатель сразу подчёркивал их универсальность, то, что они созданы для всех возрастов. Его сказки качественно отличались от всех других. Оригинальные сюжетные решения не вписывались в традиционные правила жанра сказок. Редчайшее сочетание наивности с суровой правдой, детскости со знанием жизни, искренности с опытностью позволило Андерсену уловить и выразить то, что ни до ни после него никто не сумел повторить.
Сказки Андерсена абсолютно уникальны. Их значение трудно переоценить. Автор с удивительной просветлённостью открыл истину, сказанную в духе любви. Истину, которая может иногда показаться даже жестокой, но это лишь на первый, поверхностный взгляд. Потому что Андерсен- автор во многом не от мира сего. Главное для него - конечное спасение души. Андерсен- романтик и мистик, поклонник Шеллинга, веривший в существование духов, леших и русалок, никогда не отделял себя от христианской культуры. В «Снежной Королеве», построенной на оппозициях: холод- тепло, гибель- любовь, забвение- верность – ключевую роль играет образ происхождения зла в мире. Осколки магического зеркала, искажающего истину, поражают людей, исказив зрение. Из-за невидимых осколков несчастные теряют связь с создавшей и сберегающей их природой. Осколки, попавшие в сердца, превращают в бездушных существ без прошлого и будущего. Живые чувства, дающие смысл жизни, заменяет холодный рассудок и расчёт. Кай, став пленником Снежной Королевы, пытался от страха прочесть «Отче наш», но у него в голове вертелась только таблица умножения. Рационализм победил. Мальчик забыл всё, что было дорого ему прежде и всех, кого он любил. Точнее, воспоминания о любви и дружбе вызывали у него лишь непонимающий смех. Но Герда не могла смириться с потерей. Она осмелилась бросить вызов самой ! Снежной Королеве - могущественной царице мрака и холода, во владения которой боялись ступить все: и звери, и жители тех мест. Герда же, одержимая надеждой освободить Кая, оказавшись один на один с ледяными великанами, сотворила молитву, которую не смог вспомнить её пленный друг. И все чудовища рассыпались в прах.
Откровенная нравоучительность, как ни странно, чудесным образом весьма органично вписывается в повествование, будто открыта впервые самим читателем. Андерсен освобождает читателей от страхов, которые неизбежно возникают у каждого человека. Страшный мифический символ смерти - чёрный всадник Оле-Лукойе превращается в доброго, слегка ворчливого старичка с зонтиком, которого совсем не нужно бояться, если приготовил уроки. Трагичная гибель Русалочки, пожертвовавшей собой ради любви и спасения своей души (этот второй аспект обычно упускают, хотя в сказке он проходит красной нитью)- гибель Русалочки становится её преображением. Она превращается в фею воздуха и получает надежду на вечную жизнь. А Дюймовочка, страдающая от несоответствия женихов её утончённой внутренней сути, сохраняет верность своему предназначению, не смотря ни на что. И обретает подлинное счастье в стране цветов и эльфов.
Сказки открывают неординарный взгляд на жизненные ситуации, показывает неожиданные стороны, о которых не привыкли задумываться. Подобно зернам, глубинные идеи любви и спасения, заложенные в сказках, сеются в сознание и ждут своего времени. Сказки несут мощнейший духовный импульс, освобождающий от мирских страхов и ненужных привязанностей, открывающий путь к подлинному незамутнённому сознанию. Сказки Андерсена, потому и не утрачивают своего волшебного притяжения, что остаются реальной силой, противостоящей ледяному интеллекту, механистическому мышлению, превращению людей в слепых потребителей. И они успешно выдерживают этот поединок, потому что ни один человек не может не задумываться о временности своего бытия здесь, о своём подлинном назначении, о выборе, который он должен сделать.

Список литературы:
1) Брокгауз и Ефрон. Биография Андерсена.
2) «Дюймовочка как аватара» Инна Векслер
3) «Человек, мыслящий культуру» А.В. Конева.
4) Константин Скворцов «Чибис»
5) «Г.-Х. Андерсен. Жизнь и литературная деятельность.» М.А. Бекетова.
6) «Х.-Г. Андерсен» Маргарет Хаббард.
7) «Г.-Х. Андерсен. Плата за успех». Инна Свеченовская.
8) «Сказка моей жизни» Андерсен.
9) «Сказки» Андерсен
10) «Стихи Андерсена в переводе Лихачёва».
 
Замечания

С интересом прочитал этот очерк. Похвально стремление автора написать об Андерсене. Язык произведение хорош, изложение живо, читается легко. Однако есть немало моментов, с которыми хочется поспорить. Автор в своем очерке вроде и не полемизирует с Э. Рязановым, который, пусть и сгустил краски, но все-таки, на мой взгляд, сумел показать гениальность Андерсена и страшную мерзость жизни. Мне совершенно понятно желание Рязанова пойти против исторической правды и изобразить падение сестры Ганса - Рязанов поступил не как биограф, а как художник, "выдерживающий" трагическую линию своего произведения. Лично я считаю, что не следует изображать личность в одном розовом свете; мои наблюдения привели меня к выводу о том, что человек, а тем более гений - это немыслимая смесь высокого и низкого, светлого и темного, доброго и злого, благородного и подлого - можно продолжать такого рода "оппозиции" до бесконечности. Другое дело, что иногда бывает, что в человеке преобладает какая-либо одна краска: темная или светлая.
Хотел бы отметить, что автор не очень усердно работает над своим текстом. Запятые часто ставятся где не надо, а где надо иногда отсутствуют. Иногда стиль и обороты показались мне сомнительными. Вот, например:
чувствовать подлинный смысл каждой былинки - не лучше ли написать: понимать предназначение..., а если уж смысл, то существования;
до слез воспринимающий удачи и поражения - лучше что-то вроде: переживавший удачи и поражения со слезами на глазах;
решил обаять - понижение стиля - лучше: решил обратить на себя внимание
рад бы был - звучит разговорно; правильнее в данном случае, полагаю, ...и рад был бы...
Шаль - надо бы этой даме и личное имя дать (а если оно автору не известно, то инициал)
оказался выброшенным за борт - ближе к морскому жаргону, надо было бы, по-моему, что-то нейтральное написать, например, остался без средств к существованию, без крова
немного булки - правильнее, на мой взгляд, кусок булки
отвечать на вопросы, касающиеся его лично - а на вопросы, не касающиеся его лично, но заданные ему, он разве мог отвечать?
Поэт Гульберг, Вейсе - то ли запятая не там, то ли Вейсе непонятно кто
 в школу в Спагельс - не вычитан текст
Стихи: "Обещай сначала, чтоб слезою щечки не обжечь моей" - мне кажется, неправильный даже для стихов оборот; обещай, что не обожжешь слезой щеки моей - "чтоб" сюда не "лезет"
как не печально - не вычитано
сеются в сознание - неудачное сочетание.

Аксельрод  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Фильм Рязанова вызвал у многих негативную реакцию. А вы бы сами, как отнеслись к тому, если режиссёр, ради художественного приёма оболгал вашу мать и сестру?
Вот отрывок из форума на эту тему:

Не мог же Рязанов не прочитать "Сказку моей жизни", не знать о самом главном в судьбе Андерсена, что писатель всю жизнь глубоко верил в Христа ,а не в какую-то сомнительную личность из сумашедшего дома? Не мог не знать. Но тем не менее не просто умолчал, а сознательно исказил факты.

-ДУХОВНЫЕ факты жидовствующий (а некогда, по-настоящему, гениальный ) режиссёр исказил ,ИМХО, сознательно . А некоторые биографические творческие вещи просто не удосужился проработать . Меня , например , потрясла ситуация с "Тенью" . Дело в том , что Рязанов ввёл в свой фильм не андерсеновскую сказку , а пьесу Шварца с тем же названием . У Андерсена сюжет с Учёным и Тенью развивался всё-таки по-другому . Не было у него и фразы : ТЕНЬ! ЗНАЙ СВОЁ МЕСТО! Видать , пан Эльдар просто вспомнил хороший фильм Кашеверовой ( поставленный по Шварцу) с Олегом Далем в главной роли , а томика Андерсена в руки просто не брал .

Фильм имеет определённые акценты на погромах, на семье Мельхиоров, акцентах явно заданных и смещённых. Поэтому и понятно неприятие режиссером христианской веры Андерсена.
Но нельзя так грубо переписывать факты...

За коментарий, спасибо. учту, когда буду редактировать.

Люда Башко  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Я в отличие от Андерсена, хоть и смертен, но жив и не представляю интереса для кинорежиссеров. А с того света не принято говорить об отношении к "сознательному искажению" фактов. В искусстве дозволено "искажать", а простым и непростым людям дозволено не принимать "искажения" и обличать их. Если Вы порицаете "жидовствующего" Рязанова, это не значит, что его будут порицать все. Если проституция сестры Андерсена - факт, то Рязанов вправе придумать для нее в своем фильме страшный конец. Что с того, что сестра поднакопила денег и бросила свое ремесло? Это вовсе не значит, что она стала "хорошей". Может, она всегда была хорошим человеком? Между прочим, получил Оскара, скажем, фильм "Гладиатор", хотя я, как любитель древней истории, могу сказать, что - это жуткая туфта от начала до конца и по содержанию и по форме. А как искажают в кино литературную классику, как искажают в кино жизнеописания великих людей, иногда даже не умерших? Кое-кто из них (на моей памяти Битлс) даже собирался подавать в суд, да так и не подал - нет шансов.

Аксельрод  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Если биография искажается до прямого нарушения фактов, а в фильме это сплошь и рядом, то это не биография- это вариация на тему не более. Но почему режиссёр выбрал самые нелицеприятные, оскорбительные варианты?
 Нет, свидетельств, что сестра Андресна "стала хорошей"?
Почему же, косвенно о том, что она встала на ноги можно судить по тому, что она купила дом и устроила свою судьбу. Зачем факт! биографии заменять- полным безобразием? И, если бы один факт. Если бы...Это уже не биография, а циничная пародия.

Я привела цитату из форума, не свою. Порицает Рязанова в данном случае священник...

Вы не ответили на вопрос, а, если бы биографии Вашей матери и сестры были искажены в самую безобразную сторону, как бы вы отреагировали на это?

Люда Башко  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Я подумала, что эпиграфом к жизни Андерсена являются Ваши строки «Бог дал ему назначение».
Вы вложили столько чувств в эту статью. Отличный слог повествования.
Я много читала о нем, но Вы раскрыли Андерсена совершенно с другой стороны. Теперь я не только жалею его за тяжелую и полную лишений жизнь, но и уважаю за его вселенскую уверенность в своем предназначении. Именно вопреки самой жизни он стал тем, кем ему было уготовано стать.
Спасибо Вам!
С уважением,

Оценка:  10
Lada  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Спасибо, Вам.
Откровенно говоря, меня как-то растревожил фильм Рязанова "Жизнь без любви". Он и заставил меня всерьёз заняться биографией сказочника.
Как я поняла, Рязанов использовал именно книгу М. Хаббард, но слишком исказил многие факты в негативную сторону. Например, сестра Андерсена- Карен, вовсе не окончила жизнь на дне, превратившись в полубезумное, больное существо, а сумела накопить денег, купить домик в Копенгагене, и даже выйти замуж.
Относительно жутких сцен в фильме, которые показывают встречу Андерсена с матерью, мне просто стыдно говорить.
Я не понимаю, зачем уважаемому режиссеру понадобилось так очернить, исказить биографию Андерсена, и, наверно, никогда не пойму.
 

Люда Башко  ⋅   12 лет назад   ⋅  >

Обычно режиссеры в таких случаях говорят, что это их личная трактовка событий. Возможно сценарий писался по материалам других книг об Андерсене. А может по причине недостаточной изученности всех фактов биографии Андерсена.

Lada  ⋅   12 лет назад   ⋅  >