Тень адмирала. 1 марта
ТЕНЬ АДМИРАЛА

Светлой памяти Александра Васильевича Колчака

Омск
Он в город вошел на рассвете, И замер на миг у черты,
Священник, просторы и ветер, И звезды. У их высоты
Стоял адмирал отрешенно, И молча на реку взирал.
И город, от бурь защищенный встречал. И молчал адмирал.

- Столица России, и лица, И рядом бушует война.
И чтобы беде не случиться, Им жертва сегодня нужна.
Они все навеки решили, Судьбу ее, Боже спаси,
И лишь на просторах Сибири, Звезде догоревшей светить.

Во мраке родная фигура, Трагедии вечной верна,
Стоит он, печальный и хмурый, И молча подходит она.
Священник, просторы и ветер, И звезды. У их высоты,
Он в город вошел на рассвете. И замер на миг у черты.



Иркутск
В этом храме венчали когда-то в тиши,
Завтра будут его отпевать.
И сияет звезда отрешенно в тиши,
И приходит в Иркутск он опять.

О как труден и горек и яростен путь,
Снова снятся просторы морей.
Александр Васильевич, вам не заснуть,
В темной комнате все холодней.

Где-то там, за стеной изнывает она,
И останется память хранить.
А в Париже беззвучно рыдает жена,
Пред иконою молча стоит.

Государь император спокоен и тих,
Только смотрит из мглы обреченно,
Но зачем он пришел, для чего он стоит,
О, простит их Господь, оскверненный.

Этот мир догорит. Он уйдет без следа.
И не ведают, что совершают.
В темной комнате снова сияет звезда,
Адмирал больше глаз не смыкает.

- Завяжите глаза, - приказал комиссар,
И тогда начинайте стрелять,
Встрепенулся с усмешкой во мгле адмирал,
А звезда продолжала сиять.

- Кто посмеет коснуться? И снова возня
Страшный вой или сдавленный крик.
Горстка пьяных солдат. Этот пристальный взгляд.
А звезда все горит и горит.

Он растаял вдали, в вечном плаванье он,
Только тень кораблей и сражений.
И в пустом наслоенье сгоревших времен
Остаются священные тени.