Вход в систему
| Показать как стихотворение (по центру) | Андрей Сутоцкий | Рассказ, Новелла |
ОБЛОМПосвящается Шушкову А.А.(сон кочегара) После того, как в печку, топившуюся на антраците, только что заступивший на смену двадцати семи летний кочегар Андрюха Шушков - по прозвищу Рыба забросил восемнадцать лопат угля, в гарнизонной котельной 55/368, что в двадцати семи километрах от заполярного города с красивым саамским названием, в который уж раз, легко и быстро восстановился обычный рабочий режим. - Опять свет мигает. Как бы вообще не вырубился. Закладку не хочется делать, в потёмках со свечкой ползать… , - скороговоркой выпалил Андрюха напарнику своему Михалычу. Изношенные шарики подшипника насоса тут же прореагировали на скачок напряжения и выдали да такой степени странный, ворчливо булькающий звук, что даже сука Ева, прописавшаяся здесь со щенячьего возраста, подняла уши, вытаращила глаза и заиграла чёрными бровями. Скользнул по цеху виновато ветерок и тут же был затянут жаркой печкой. - Ну, что, Дымча, поплыли? – по-кошачьему мягко промолвил Андрюха и совковой лопатой поддел за брюшко проходившего мимо кота. Длиннотрубый, пропахший копотью «ковчег», отправился в своё ночное «плаванье». Когда уже были в будке, выстроенной прямо здесь в цехе ещё по летней профилактике кочегарскими всесильными руками, как место для обогрева озябших душ, Андрюха потянулся за чайником, наладил себе в фаянсовый бокал крепкого кофе, аккуратно отодвинул книгу, приготовленную для чтения и как-то таинственно-робко произнёс: - Мне вот сон накануне приснился занятный, - тут он взглянул на Михалыча, будто бы проверяя его на внимание, и после некоторой паузы продолжил, - Так вот, снится мне, что иду я с кочегарки домой пешком. Трава, представляешь, в полный рост, - показал он рукой на уровне стола, - солнце пригревает, но уже ползёт к закату, тишина какая-то такая подозрительная и на душе у меня тоже какое-то странное лёгкое волнение. А, во, - мы с тобой вдвоём шли. Точно. Идём такие, как будто бы в порядке вещей, домой возвращаемся. - А солнце не обиделось на кочегаров, что те и летом печку кормят? – спросил Михалыч в ровный голос, и только по глазам его было видно, что он шутит. - Ага, - невозмутимо подхватил Андрюха, - поэтому оно и на закат стало падать от обиды… Продолжать что ли? - Давай-давай… - Ну, вот, слушай дальше: значит, идём мы так с тобой, идём, и всё куда-то в сторону, в сторону… И вот уже мимо бани, в лес, сучья трещат, тропку ищем, нашли, стоим на тропке, оглядываемся… Я ещё подумал – «почему не темнеет?» Странно. Солнце уже почти завалилось за горизонт, а светло, как днём. Ты, хотел было, сорвать ветку, да не смог почему-то. Дёргал, дёргал её, плюнул и так смачно выматерился, что я ещё во сне подумал – «надо бы запомнить», но, чёрт возьми, забыл. И тут ты мне говоришь: - Андрюха, а что это мы с тобой на автобусе то не поехали? - Да, это логично, - буркнул Михалыч. - Да к, автобусы со вчерашнего вечера не ходят. Ведутся взрывные работы, - отвечаю я, - говорят, палеонтологи в наших землях каких-то там монстров нашли… мелового периода… И тут смотрю я, и понять ничего не могу. Вроде бы мы уже и не из кочегарки возвращаемся. Небо низкое такое, а в траве всё какая-то живность шабуршит. Наклониться боюсь, чтоб рассмотреть её – вдруг укусит или там чего хуже… Ты ещё куда-то пропал. - Михалыч!!! – кричу я тебя, - Михалыч, где ты!? А ты мне: - Чё, уже и в кусты сходить нельзя? И выходишь, значит, из кустов. А я думаю – «ни хрена себе! Тут боишься наклониться, а этот с голым задом в кустах сидит…» Ну, да ладно… Снова идём… И вдруг ты говоришь: - Там впереди отвесная скала, а внизу тёплое море… Надо бы поторопиться, а то искупаться охота. И только ты это проговорил, как вдруг я услышал наипротивнейшие, многочисленные визги. Оборачиваюсь, а за нами бежит несметное количество вот таких вот невысоких, с полметра где-то, самых настоящих ящеров. И ящеры эти, ну, или там, динозавры, чёрт их определит все как один зелёного цвета. И тут я смотрю, а у тебя на ноге динозавр болтается, - вцепился – не отодрать. Я кричу: - Михалыч, у тебя динозавр на ноге висит! - Чего? Какой ещё динозавр? - улыбаешься ты, - Не валяй дурака! Скоро море будет, - покупаемся… - Ты чё, дурак?! Загрызут же, черти!!! Вон их сколько здесь! - Здоровый образ жизни вести надо, тогда и не покажется ни чего, - беззаботно отвечаешь ты, оглядываешься назад и вдруг, как заорёшь, - Помогите!!! Динозавры!!! И так драпанул от меня, что я еле тебя догнал. А они уже по веткам, по деревьям, откуда-то сверху прыгают, визжат, хрюкают, хрипят… Мы уже отмахиваемся, материмся по чём зря… Совсем выбились из сил… И тут чё то я повернул голову вправо, смотрю, а там, у пенёчка наш "барин", Сергей Владимирович, значит, стоит и трафаретики бритовкой вырезает. На миловидном, полу женском, полу младенческом лице его улыбочка такая, знаешь, сопливенькая, ну, прям, как та маска из венецианского карнавала. Представил, значит, да? Представил? И говорит: - Щас я закончу, немного уже осталось, и пойдёте вот с этими трафаретами трубы подписывать, где какая вода течёт. Тут я, Михалыч, и проснулся. Противно, как-то стало на душе. Противно от того, что этот наш «милостивый государь» всю мистику нам с тобой испортил. - Да, жаль, не довелось в тёплом море поплюхаться, - улыбнулся Михалыч и, прокашлявшись в продымленный рукав куртки, пошёл к печке температуру нагонять. |
| © Андрей Сутоцкий, 2008 |
Дата публикации:  |
| Эту публикацию прочли 19 раз |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель,  |
 |
