Кормухов Александр В

ПОСЛЕДНИЙ ЭКСПЕРИМЕНТ - главы 15-20
ГЛАВА 15

Кот, кошка, норка и сурок находились посреди развалин. По-видимому, это когда-то были многоэтажные жилые дома. Вокруг не росло ни травинки – здесь просто ничего не могло вырасти – почва представляла собой окаменевшую чёрную массу в вкраплениями каких-то бесцветных шариков.
- Это стекло, - сказал сурок в зелёном халате. – Мы попали в Стеклянную страну.
- Да, это Стеклянная страна, - отозвалась Фейтолайне. – Хотя я не удивилась бы, если бы нас зашвырнуло и в преисподнюю.
- Это ты виновата, - заявила ей Мурколетта. – Бедный мой лоб! Ну скажи на милость, зачем ты это сделала?
- А ты не подумала, каково мне было вас слушать! Это было ужасно! – воскликнула норка.
- Да уж, другого слова не подобрать, - проговорил сурок в зелёном халате.
- И что будем делать? – спросил кот Вектор.
- Это ты нас спрашиваешь? – сказала Мурколетта. – Не ты ли главный учёный? Ой! – вдруг вскрикнула она. – Что с моим прибором?
Газоанализатор кошки светился жёлтым светом.
- У меня тоже светится! – произнесла Фейтолайне.
- Так, так, - мрачно заметил астробиолог. – Это радиоактивный газ! Теперь совершенно ясно, что тут было!
- И это может быть опасно? – спросила кошка.
- Это может быть убийственно, - ответил Вектор. – Скорее всего, так и есть, потому что у меня уже кружится голова. Пройдёт несколько минут, и с нами будет всё кончено.
В этот момент перед Фейтолайне с Мурколеттой всё закачалось; норка ещё удержалась, но кошка опустилась на землю; тут же рухнул и кот Вектор. Это и правда было похоже на приближение конца. Один лишь сурок в зелёном халате не замечал страшного воздействия среды, он смотрел на умирающих величественно-печальным взглядом… он ожидал приказа!
- Да, спасите нас! – выкрикнула Фейтолайне, и уже не услышала своего голоса…

Наши искатели пробудились – или ожили? – от звуков музыки. Медленную, очень грустную мелодию исполняла флейта… или ветер? Фейтолайне, Мурколетта и кот Вектор были живы и невредимы. Перед каждым из них лежало по небольшой книге в кожаном переплёте. Сурок находился тут же… только это был другой сурок – он был в голубом халате.
- Знаете ли вы, что за книги перед вами? – спросил сурок в голубом халате и, не дожидаясь ответа, продолжал звучным голосом, от которого трепетал воздух: - Это книги ваших жизней! Их пишет время, вы сами тоже их пишете. – Сурок немного помолчал. – Пять веков назад цивилизацию этой планеты постигла катастрофа. Вы всё видите. Вам предстоит вернуть эту цивилизацию в мир!
Фейтолайне, Мурколетта и кот Вектор смотрели на сурка в голубом халате, не отрываясь. Голосом, в котором уже откровенно звенел металл, тот продолжал:
- Только что мой собрат, тот, что в зелёном халате, наделил вас волшебным иммунитетом против всех видов излучения. Это значит, вы можете передвигаться по Стеклянной стране, ничем более не рискуя. Теперь посмотрите на запад, что вы там видите?
Норка , кошка и кот посмотрели – далеко-далеко в радиоактивном сиянии виднелся замок.
- В главной башне этого замка сокрыта книга жизни народов этих мест. Вы будете должны взять её и доставить в Круг Истины – тогда, быть может, цивилизации, как и вам самим, будет дан второй шанс…
- Что значит и нам самим? – спросила Мурколетта. – Мы-то тут причём? Мы хотим сделать своим чудо-амулет! Кстати, где он?
Скрипичный ключ был у Фейтолайне в кармане.
- Вы очень даже причём, - сказал сурок в голубом халате. – Вы успели получить трижды гибельную дозу облучения. Откройте ваши книги. Сколько там осталось чистых листов?
У Мурколетты таких было три, у Фейтолайне – два, у кота Вектора – всего один лист. Искателям стало страшно, у кошки, хотя ей отпускалось больше всех, брызнули слёзы.
- Не бойся, ведь я с тобой! – успокаивал Мурколетту Вектор. – Мы всё сумеем, я не сомневаюсь!
Норка погладила их обоих по голове. Становилось темно и холодно. Мелодия флейты прервалась, и Фейтолайне услышала гулкие удары своего сердца.
- А что это за Круг Истины? – спросила она сурка. – Где он находится?
Сурок в голубом халате развёл лапами.
- Об этом я ничего не знаю, - произнёс он. – Единственное, что я знаю, это то, что в нём разрешаются все проблемы.
- Тогда вперёд! – воскликнул кот Вектор.
Они было уже тронулись в путь, но тут норке пришла мысль, что им следовало бы знать ответ на куда более важный вопрос. Вопрос был страшный, и Фейтолайне видела, что ни кошка, ни кот, задать его не отважатся.
- Скажите, - обратилась Фейтолайне к сурку. – Эти самые листочки в книгах – сколько они означают времени?
Сурок в голубом халате искренне изумился:
- Неужели вы хотите это узнать?
- Я, во всяком случае, хочу, - сказала норка. – А что тут такого?
- Нет, ничего, - ответил сурок. – Просто у меня нет информации об этом. Она есть лишь у того, кто всё создал.
- Это значит, у Ларруса Мурфуса? – спросила Мурколетта.
Сурок в голубом халате отрицательно покачал головой.
- Уж не господа ли бога вы подразумеваете? – воскликнул Вектор. – Так знайте, что я атеист!
Сурок повторил свой жест.
- Погодите, я знаю! – произнесла Фейтолайне. – Это композитор! Автор симфоний!
- Да, верно, - подтвердил сурок. – Но спросить его вы не можете. И я рад этому. И не шипите, - покосился он на Мурколетту. – Объяснение простое: из-за своего незнания вам придётся каждую минуту жить, словно она последняя!
- И что ж в этом хорошего? – вскричала кошка.
- Да есть кое-что, - заметил сурок. – И это, возможно, вам поможет.
- Он прав, - вдруг сказал Вектор. – Отныне нам придётся писать в наших книгах сразу набело, мобилизовав все силы наших душ… Ну что же, идём!
И начался поход… Ландшафт был до такой степени удручающ, что у наших путников (исключая сурка, который был невозмутим, как скала) возникало желание идти с закрытыми глазами. По-видимому, здесь раньше существовал крупный город. Его чёрные развалины тянулись и тянулись, и оплывшие провалы окон казались пустыми глазницами. Многие развалины заметно светились, временами начинали светиться и камни разрушенной мостовой. Тут и там попадались оплавленные груды металла – бывшие автомобили… Кое-где на стенах виднелись слабые силуэты – то были запечатлённые огнём тени несчастных жителей…
Путники шли молча – разговаривать в этой обстановке просто не было сил. Они крепко держали друг друга за лапы. Фейтолайне ощущала с одной стороны неистовую пульсацию крови в лапе Мурколетты, а с другой – спокойное тепло мощной лапы сурка.
Наконец, страшный город кончился. Замок возвышался неподалёку, он был окружён зубчатой стеной. Поскольку все безумно устали, был объявлен привал. Однако путникам не удалось насладиться отдыхом – в этот миг послышалось громовое рычание. Со стороны стены на них налетало крылатое чудовище о семи головах!

ГЛАВА 16

Собственно говоря, это было не чудовище, а просто гигантский смерч, разделённый на семь частей. Каждая из этих частей представляла собой отдельный вихрь, имевший огненные глаза.
- Спасайся, кто может! – закричал сурок в голубом халате. – Это демон расплаты! Он беспощаден ко всему живому! Бежим!
- Куда? – возразил кот Вектор. – В этот жуткий город? Я предпочитаю смерч.
Сказав так, он сделал шаг вперёд, не обращая внимания на отчаянно дёргавшую его за лапу Мурколетту.
- Что ж, это правильно, что приходится отвечать, - произнёс кот. – Тот факт, что не совершать дурных поступков мы не можем в силу своего несовершенства, не освобождает от ответственности… Я совершил немало зла, но, что гораздо хуже, я не научился его не совершать. Да, это так! – объявил он оцепеневшим от ужаса норке с кошкой. – Однажды я даже убил, убил в здравом уме и твёрдой памяти. И я должен понести за это наказание, будь я проклят!
- Ты? Убил? – прошептала Мурколетта. – Кого?
Вектор не отвечал.
- Пожалуй, это может оказаться кстати, - каким-то дребезжащим голосом, в котором можно было уловить и сострадание, и жестокую иронию, заметил сурок в голубом халате.
- Почему? – вырвалось у Фейтолайне – она была единственной, считая и сурка, кто пытался сохранить самообладание.
- Потому, что, вероятно, нам предстоит убивать! – с нажимом сказал сурок. – Посмотрите!
Из остановившегося невдалеке смерча одна за другой выпрыгивали кошки-амазонки. Они были вооружены острейшими шпагами. Амазонок оказалось ровно семь. Впереди всех стояла очень красивая, с голубыми глазами, пушистая кошка. По её растерянному взгляду можно было понять, что она здесь находится не по своей воле, она даже порывалась бросить оружие, однако шпага её не падала, а напротив, выставлялась остриём вперёд.
- Да ведь это… Синусоида! – вскричал Вектор. – Моя дорогая!
Мурколетта устремила на астробиолога дикий взгляд.
- Немедленно атаковать и уничтожить вместе с книгами! – гулко грянуло из смерча. Похожие на привидения (за исключением кошки Синусоиды) амазонки стали приближаться.
- Мы не можем позволить дать себя заколоть! Мы должны ещё много что сделать! – сказала Фейтолайне.
- Но мы безоружны… чем же нам защищаться… чем? – хватаясь за виски, воскликнула Мурколетта.
Тут кошка подпрыгнула на месте.
- Мы желаем! – крикнула она сурку в голубом халате. – Нам нужны пулемёты, огнемёты, бластеры!
- А атомное оружие, вам, случаем, не нужно? – голосом, в который вернулись металлические нотки, ответил тот. – Это Стеклянная страна, здесь, вспоминая прошлое, плачут даже камни! Лучшее, что я могу вам предложить, это волшебные шпаги. Держите, а я исчезаю!
Сурок, однако, не исчез. Он чуть видоизменился, у него потемнел халат – из голубого стал синим, а широкополая шляпа приобрела два ярких пера.
- Моя шпага готова сражаться за вас, - объявил этот сурок. – Готовьсь!
Фейтолайне, Мурколетта и кот Вектор обнажили волшебное оружие. Шпаги были, как шпаги: блестящие, довольно длинные, с обычными ручками. Амазонки подступали, и вот бой начался…
Это было жестокое сражение. Издавая воинственные кличи, амазонки нападали с разных сторон. Наши герои, однако, работали шпагами быстрее – недаром шпаги были волшебные! – и уверенно отражали все выпады… за исключением выпадов Синусоиды: она в первую же минуту задела лапу Фейтолайне, ухо Мурколетты и хвост сурка. При этом было видно, что она вовсе не старается кого-либо поразить, совсем наоборот, ей этого не хочется… но она ничего не может поделать: ей управляет какая-то неведомая сила!
- Синусоида, остановись! – прокричал ей кот Вектор.
- Я должна убить, - прозвенел похожий на стон ответ.
В следующее мгновение шпага Синусоиды встретилась со шпагой Мурколетты. Взвизгнула сталь, на землю посыпались искры. Несчастный астробиолог хотел броситься между противницами, но был атакован сразу тремя амазонками. Одной он дал подножку, у другой выбил шпагу, третью, совершив ловкий выпад, пронзил насквозь… но одновременно и она пронзила его тоже. Покачнувшись, Вектор всё-таки устоял. Ему на помощь спешили Фейтолайне и сурок в синем халате – их противники были если не убиты, то оглушены.
- Мурколетта! Синусоида! – закричал астробиолог. – Что вы делаете, я же люблю вас обеих!
- Я должна убить, - послышалось сквозь звон клинков…
Мурколетта уворачивалась из последних сил. Синусоида колола, как одержимая: она успела нанести Мурколетте ещё несколько царапин, сама не получив ни одной. К ней попробовал приблизиться сурок в синем халате – и остался без шпаги, попробовала подойти Фейтолайне – и чудом спаслась от страшного удара. Мурколетте оставалось надеяться лишь на кота Вектора. Превозмогая боль, тот бросился вперёд и навалился на Синусоиду со спины. Синусоида этого не ожидала и стала падать, выставив шпагу. Мурколетта отодвинулась, но оружие убрать не успела, и её шпага поразила Синусоиду в левый бок, а затем вонзилась и в астробиолога. Все трое испустили при этом ужасный крик, казалось, то пришёл конец света, и это действительно было знамение конца – конца Вектора, его прежней возлюбленной, но одновременно и конца ужаса. Словно бы мутная пелена спала со Стеклянной страны – приветливее взглянули развалины, мягче заблестели звёзды, и – было трудно в это поверить! – в воздухе разлился запах цветов! Вихри разбрасывали красные тюльпаны! Финал Третьей симфонии, несмотря ни на что, нёс надежду…
Кошка Синусоида лежала без движения. Она была ещё жива, но её минуты были сочтены. Кот Вектор находился в полном сознании; он смотрел то на Мурколетту, которую перевязывал сурок, то на Фейтолайне. Норка перевязывала себя сама. Закончив, она стала перелистывать книги жизни и вдруг ощутила ожог. Одна из книг – книга Вектора – медленно тлела, и от неё уже начинал заниматься переплёт книги Мурколетты.
- Смотрите, - проговорила Фейтолайне, - что это делается?
- О, я всё понимаю, - произнёс астробиолог – он даже не изменился в лице. – Моё время истекает.
- Нет! – вскричала Мурколетта. – Ты должен жить!
- Не бойтесь, - сказал Вектор. – Третья симфония – симфония грозного, но всё же мажора. До её конца я продержусь. А вот она…
Все посмотрели на Синусоиду. Та пришла в себя и горящим взглядом окидывала всё вокруг.
- Как ты? – задохнулся от волнения кот Вектор.
- Возьми меня за лапу… если прощаешь, - прошептала Синусоида. – Сейчас ты оставишь меня и пойдёшь с ними… Но потом мы встретимся… чтобы уже не расстаться…
- Я тебя не брошу! – окрепшим голосом воскликнул астробиолог. – Если будет нужно, я понесу тебя на себе!
- Ну уж нет! – заявил сурок в синем халате. – Её понесу я, и точка. Этого требует ход симфонии, понятно? Я же понесу и твою книгу – её жар мне не страшен. А ты лучше держись за них! – сурок показал на Фейтолайне с Мурколеттой. – И идём, нам угрожает цейтнот!
Они медленно побрели в направлении замка. «Какой же странный финал, - думала норка. – И странный мажор. А ведь впереди ещё одна симфония!» Что же касается Мурколетты, то она совсем потеряла опору в размышлениях и шла, как сомнамбула.
Ворота замка были распахнуты настежь. Метровая синяя стрела указывала вверх и вбок, на широкий мраморный пандус. Пандус вёл на узкую площадку, а на площадке стоял металлический сейф.
- Вот мы и у цели, - сказал сурок в синем халате. – Книга жизни этого мира находится в сейфе.
- И это всё? – спросила Фейтолайне. – А где же дверь?
- Дверь сейфа и есть дверь в Четвёртую симфонию, - ответил сурок. – Но Синусоиде с Вектором туда входа нет.
- Тогда я тоже никуда не иду! – резко заявила Мурколетта. – Я остаюсь, хотя бы на меня упала атомная бомба!
- Тебе нельзя оставаться, - тихо сказал кот Вектор. – Ты должна идти дальше, ты должна быть счастлива…
- Быстрее! Финал Третьей на исходе! – закричал сурок в синем халате. – Прощайтесь!
Мурколетта крепко прижалась губами к губам астробиолога. Право, это был финал финала… потом Вектора поцеловала в щёку норка. Книга кота задымилась сильнее, а через мгновение взметнулось пламя. Кошка Синусоида что-то шептала в агонии… Фейтолайне, Мурколетта и сурок стояли уже перед сейфом. Подгоняемая сурком, норка вставила и повернула скрипичный ключ. Сейф открылся, и перед героями возникла книга. Это была такая же книга в кожаном переплёте, как и их собственные, даже чуть тоньше. Искатели только прикоснулись к ней, как раздался грохот, и они увидели себя в тоннеле. Книга была с ними, а в конце тоннеля мерцал свет…

ГЛАВА 17

Фейтолайне показалось, что она пробудилась от глубокого сна. Вокруг неё были странно знакомые стены, в полумраке вырисовывались очертания книжного шкафа и письменного стола, тоже знакомые, радующие глаз. Через мгновение норка поняла, что находится в своей квартире в кошаче-собачьем городе К. Она была в ней одна.
- Что за чудеса? – вслух произнесла Фейтолайне. – Как я тут оказалась? Какой мне снился прекрасный и одновременно страшный сон… А вдруг это был не сон? Тогда со мной должны быть скрипичный ключ и эта книга… Где они? Их нет…
Ключа в самом деле не было, однако какая-то книга лежала на столе. Норка схватила её и прочитала название. Книга называлась «История древних государств» - Фейтолайне неделю назад взяла её в библиотеке.
Норка прошла на кухню и поставила на плиту чайник. Потом посмотрелась в зеркало, смахнула с подоконника пыль и, дивясь необыкновенной тишине, распахнула форточку. «Я сегодня уезжаю в Сурклинь, - думала она. – Надо же, мне приснилось, что я с этой взбалмошной Мурколеттой… А ведь я всего-то и видела её пару раз!»
Тут раздался свист чайника. Фейтолайне сняла его с плиты, но свист продолжался. Собственно, чайник был не при чём. Норка зажала уши, но дикий звук продолжался у неё в голове. Норка не выдержала и закричала…
Через минуту свист немного унялся. Он не прекратился, но теперь уже не сводил с ума. Чтобы успокоиться, Фейтолайне решила заняться чаепитием. Выпив две чашки, она обратила внимание, что держит пульт от телевизора. Она машинально включила какой-то канал.
- Внимание! Сейчас будет передаваться экстренное сообщение! – донёсся до неё резкий голос.
Загремели трубы знакомого Фейтолайне фатального хорала, и всё стихло, остался лишь неумолимый свист. Пауза длилась бесконечно долго, наконец, из-за кадра зазвучало:
- Граждане страны! Говорит министр по чрезвычайным ситуациям! Сегодня, в четыре часа сорок четыре минуты вечера по местному времени, наша планета войдёт в особую туманность Галактики. Её составляющие, в основном, безвредны, но один рукав почти целиком состоит из воспламеняющего газа. К счастью, он неширок – площадь его сечения составляет шестьсот тысяч квадратных километров…
Министр говорил минут десять – говорил об убежищах, о готовности пожарных команд, но норка уже не слушала. Она изо всех сил пыталась понять, что же происходит. Если Фейтолайне не ошибалась, то ещё вчера (впрочем, что следовало считать вчера?) об этой туманности нигде не говорилось ни слова! Откуда ж она взялась? Всё это было похоже на чью-то глупую шутку. А по телевизору начался репортаж с космического корабля об огромных пожарах на Луне. На Луне! «Ничему не верю! – подумала норка. – Какая ерунда!» Тут она обратила внимание на выплывающий из-за крыши соседнего дома красновато-белый шар. Свет наступившего дня делал красные фрагменты почти незаметными, и всё же было ясно, что это играют язычки огня. Луна в самом деле горела! Фейтолайне на мгновение даже потеряла равновесие, потом быстро взглянула на часы. Они показывали одиннадцать сорок четыре. До наступления всемирной катастрофы оставалось пять часов…
Откуда-то издалека раздался звук взрыва. Завыли сирены, у воздуха появился едкий привкус. Фейтолайне захлопнула форточку, ушла в глубину комнаты. На неё нашло странное равнодушие – она совершала какие-то действия и одновременно не делала ничего… В это время включилась другая телестанция и сообщила, что небольшим облаком воспламеняющего газа, что вырвалось далеко вперёд, подожжено водохранилище, и что трое горожан, оказавшиеся поблизости, получили ожоги кислотой. Тут же были показаны кадры горящей воды – фиолетовое пламя загибалось лентами и почти не давало дыма. Впрочем, оно уже гасло – запасы облачного газа быстро иссякали.
Фейтолайне вспоминала свою жизнь. Раскаиваться ей вроде бы было не в чем. Ошибки, конечно, имелись, но это не были ошибки, от которых земля горит под ногами, пока их не исправишь – если, конечно, возможно… Вот чего действительно было жаль, так это будущего. Сколько всего не сбылось, осталось только в мечтах! Собственно, Фейтолайне ещё не сделала почти ничего. Хотя, кое-что она всё ж успела – миллионы и миллиарды в этом мире не успели и этого. Как несправедливо, что всему подходит конец! А это и вправду самый настоящий конец – если в этом газе горят лунные породы, горит даже вода! – наивно надеяться на убежища, надеяться, что что-то сделают пожарные команды. Увы, всё будет кончено – если Земля и не обратится в прах, она перестанет быть Землёй – у этой планеты будет иное название.
А неумолимые часы отсчитывали минуту за минутой. Миновал час дня, миновала половина второго – время таяло, его оставалось всё меньше. Норка решила, что встретит катастрофу здесь. Она поняла, как всё произойдёт: не будет ни боли, ни страха, будет одна ослепительная вспышка и мгновенный мрак. Фейтолайне это устроило, и она совсем спокойно наблюдала, как двигаются в часах стрелки, а было уже несколько минут третьего…
И тут раздался звонок в дверь. Норка ничего не ждала и потому не двинулась с места. Однако пришедший был настойчив – звонки шли один за другим. Пересилив себя, Фейтолайне открыла… и так и остолбенела – перед ней стояли сурок в синем халате и взъерошенная Мурколетта! Последняя протягивала норке золотой скрипичный ключ. Всё как-то разом встало на свои места. Фейтолайне поняла: это Четвёртая симфония.
- Что ты стоишь? – накинулась на неё кошка. – Хочешь, чтоб взаправду настал конец света? Скорее идём!
- Погоди, - остановил Мурколетту сурок. – Пусть она сперва напоит нас чаем.
- Чай? Какой чай? – воскликнула кошка. – Мы опоздаем!
- А если без чая, то не дойдём. Моей волшебной силе нужна подзарядка – эта сила ещё понадобится вам, ой, как понадобится! – сказал сурок в синем халате.
Фейтолайне заметила, что несмотря на бодрый голос, у её подруги крайне усталый вид и вдобавок намокшая от крови повязка на лапе.
- Тебе нужно сменить бинт, - объявила норка кошке. – Этим займусь я, а вы займитесь чаем, - сказала она сурку.
Лапа Мурколетты вызывала опасения. Рана кровоточила, ко всему, в ней застрял острый обломок шпаги.
- Не бойся, дёргай, - с кривой улыбкой сказала кошка. – С той минуты, как не стало Вектора, я нечувствительна к боли.
Фейтолайне дёрнула, и обломок выскочил из лапы. Мурколетта даже не вскрикнула. Она не издала ни звука, и когда норка залила рану йодом. Вскоре лапа кошки была заново забинтована.
Сурок в синем халате принёс из кухни чай.
- Я заколдовал его на удачу, - сказал он. – Каждый из нас должен выпить по одной чашке.
- Понимаешь, Фейтолайне, - вдруг произнесла Мурколетта, - мы узнали, что Круг Истины находится в пределах этого города!
- И если поместить туда книги, то, возможно, будет спасён мир не только из Третьей симфонии, но и из Симфонии, что идёт сейчас, - мир, в котором мы находимся, - добавил сурок в синем халате.
Чай был выпит. Часы показывали без десяти минут три.
- Кстати, у меня только моя и твоя книги, - сказала Мурколетта норке. – Книга исчезнувшей цивилизации должна быть у тебя! Больше ей быть негде, - и она с тревогой посмотрела на сурка.
Фейтолайне развела лапами.
- У меня книги нет, - ответила она.
- Да вот же она! – заметил сурок в синем халате. – Лежит на столе и дожидается нас!
Норка посмотрела – сурок показывал на библиотечную «Историю древних государств».
- Да, она несколько видоизменилась, - предупреждая вопрос, сказал сурок. – И всё-таки, это та самая книга!
Тут снова завыли сирены. Телевидение уже не работало, но по едкому запаху, проникшему через закрытые окна, все поняли: приближается ещё одно оторвавшееся газовое облако.
- Вы говорите, Круг Истины находится в городе, - сказала Фейтолайне. – Но город велик – как же нам быть, как искать?
Мурколетта при этом вопросе сильно вздрогнула – было видно, что она не знает. Однако, сурок в синем халате сохранял спокойствие:
- На сей счёт всё будет в порядке – найдём-то мы его легко… Как? Да просто по компасу. Видите ли, там в некотором смысле ещё и магнитный полюс. У вас нет компаса? Пожалуйста, держите. Честно говоря, меня волнует другое…
Он не договорил, ибо тут раздался гром. Все трое бросились к окну. С неба спускался большой огонь – это горел воздух! Пламя было ещё далеко, но стремительно приближалось. Оно несло гибель целому району…
- Мы сгорим! – закричала Мурколетта. – Бежим отсюда!
- Поздно, через минуту огонь будет здесь, - сказал сурок в синем халате. – Чего ж вы ждёте – приказывайте, я исполню!
- Мы желаем! – закричали норка с кошкой. – Пусть облако обойдёт город стороной!
- Исполняю! – перекрывая рёв уже близкой стихии, ответил сурок. – Всего наилучшего!
В следующий миг сурок исчез.
- Смотри! – сказала Мурколетта норке. – Пламя относит!
- Вижу, - отозвалась Фейтолайне. – Но уже четверть четвёртого, пошли!
Подруги спустились во двор и двинулись, куда указывала стрелка компаса, а удалявшийся огонь всё гудел и гудел…

ГЛАВА 18

Улица, по которой шли норка с кошкой, была абсолютно пустынной. Население, судя по всему, попряталось, кто куда мог. Между тем, стоял прекрасный день, солнечный и тёплый – был самый расцвет весны, время, когда распустившиеся деревья являли собой не обыденность, а чудо.
- Нет, немыслимо! – вырвалось у Фейтолайне. – Уж лучше бы это происходило осенью или зимой!
Мурколетта не ответила – она думала о Векторе.
Стрелка компаса вела подруг через центр города к его окраинам. Сирены выли, не переставая: отклонившееся облако, хотя и не задело жилых кварталов, подожгло какие-то склады, и огонь был огромной высоты. Туда в спешном порядке стягивались все пожарные части, но они могли лишь наблюдать – жар не давал им приблизиться. Пожарным оставалось только в бессилии сжимать лапы, в то время как огненный смерч захватывал новые площади.
Однако не всё сущее трепетало в преддверии казни. Возле одного из домов Фейтолайне с Мурколеттой увидели необычную пару. Уже немолодые, но очень красивые кот и кошка обнимали друг друга, причём это вовсе не походило на сцену прощания. Кот что-то страстно говорил, и глаза его сияли, как они могли сиять только от счастья! Сияли и глаза кошки. Поражённые этой картиной, наши подруги остановились, и Мурколетта крикнула:
- Что вы делаете? Разве вы не знаете, что наступает конец света?
- Конец света? Какая чепуха! Завтра мы идём в оперный театр! – ответил кот. – А перед тем я подарю тебе, моя любимая… нет, пусть это будет сюрпризом!
- Идите с нами! – неожиданно для себя, позвала влюблённых Фейтолайне. – Быть может, вы поможете нам спасти мир!
- Что скажешь, Звездина? – обратился к кошке кот. – По-моему, это неплохая мысль?
- Да, Квазар, - ответила та. – Только сперва купи мне мороженого!
- Конечно, - сказал кот. – В первом же киоске, что нам встретится!
- Я думаю, что сейчас едва ли найдётся такой, чтобы работал, - заметила Фейтолайне. – Город словно бы вымер.
- Он отыщется… если хорошо захотеть, - произнесла кошка Звездина. – Ага, я что-то вижу! Это киоск!
- Он закрыт, на нём замок, - сказал Квазар. – Хотя погодите… уже нет замка!
- Подходите! – высунулся из окошка продавец-мороженщик. – У меня как раз осталось четыре пломбира!
Это был… сурок в фиолетовом халате! Фейтолайне с Мурколеттой посмотрели друг на друга, а затем норка сказала:
- Привет, привет. Вот и вы, наш последний видимый «хранитель». Как поживает Ларрус Мурфус?
- Он усиленно работает, - ответил сурок. – Он хочет, чтоб талисман начал действовать ещё в скерцо. Держите мороженое, держите!
- Спасибо, - сказала сурку кошка Звездина. – Сейчас мы дадим вам денежку.
- Не нужно, - ответил сурок. – За мороженое уплачено из городского бюджета. Лакомьтесь на здоровье!
Они пошли дальше уже впятером.
- А зачем Ларрусу Мурфусу нужно, чтобы талисман начал работать в скерцо? – спросила Фейтолайне. – Он знает, что нас там ждёт?
- Он опасается, что может перестать влиять на действие, подобно тому, как на него уже не влияет композитор.
Одновременно с этими словами совсем недалеко, в каком-нибудь километре, зажглась голубая дуга. Взрыва не последовало, но все ощутили дыхание пламени.
- Вы сказали, что композитор не влияет на действие, то есть, на симфонию, - резко повернувшись к сурку, сказала Мурколетта. – Да возможно ли вообще такое? В конце концов, он или не он её написал?
- Написал-то её, конечно, он, - замялся сурок в фиолетовом халате, - но…
- Кажется, я понимаю, что произошло, - проговорила внимательно слушавшая кошка Звездина. – С какого-то момента он стал писать, нарушая первоначальный план. Такое случается, когда чувствуют, что отклоняются от правды. И она прорывается… порой очень страшно.
- Совсем как в твоей Четвёртой, - заметил ей кот Квазар. – Признаюсь, был день, когда я хотел просить тебя не доводить её до конца.
- Так вы пишете музыку? – удивилась Фейтолайне.
- Не просто музыку! – воскликнул Квазар. – Звездина – настоящий классик! У неё сто двадцать три сочинения!
- Не преувеличивай, сто двадцать два, - возразила кошка-композитор. – И никакой я не классик, а просто люблю чистые мелодии… и мороженое тоже! Жалко, что его мало!
Здесь они вышли в открытое поле. Дорога поднималась в гору. Сверяться с компасом было излишне: едва ли не через каждые сто шагов стояли бетонные столбы, на верхушках которых дрожали огромные стрелки, указывавшие вперёд… А время подходило к четырём. Фейтолайне с тревогой смотрела на Мурколетту – та совсем ушла в себя и если к ней обращались, отвечала невпопад. Норке и самой было не слишком хорошо – болела голова, болели лапы – от усталости или от чего-то ещё? Фейтолайне смутно понимала, что кот Квазар и кошка Звездина встретились им не случайно. Звездина, судя по всему, была Автором – композитором, по чьим симфониям они путешествовали. Казалось бы, что могло быть проще – взять и спросить у неё, к чему всё придёт, но почему-то у норки не поворачивался язык. А кошка-композитор, словно бы в противовес всему смутному и мрачному, рассказывала какую-то историю из своего детства. В истории не было ничего особенного, но именно она – это было явно! – являлась вершиной данной части…

Сколько же прошло секунд, минут? Внезапно перед норкой всё поплыло, окрестности стали изменяться… Так же внезапно всё остановилось. Вокруг темнели могильные обелиски, рядом слышался плач. Фейтолайне повернулась и увидела рыдающую подругу, которая обнимала один из обелисков. «Вектор Мышеловов», - прочитала норка на нём.
Сурок в фиолетовом халате стоял чуть поодаль. Он растерянно чесал в затылке, затем увидел норку и поманил её.
- Смотрите, что за чертовщина? – шёпотом, чтоб не услыхала Мурколетта, сказал сурок. – Вот и вот.
- «Квазар фон Сириус», «Звездина фон Сириус», - прочитала на обелисках Фейтолайне. – Они… они…
- Они приходили к нам из прошлого, - проговорил сурок. – А вот и Синусоида. «Синусоида Пушистова», - прочитал он на ещё одном обелиске.
- Какая жуть, - произнесла норка, чувствуя, как у неё поднимается шерсть.
Между тем, с Мурколеттой происходило что-то непередаваемое. Горе пульсировало в ней, словно магма в вулкане. Фейтолайне послала мысленное проклятие Ларрусу Мурфусу, толкнувшему их в «симфонический» поход. Положим даже, чудо-амулет останется у них и будет действовать – нужен ли он им будет после всего этого? А как обнадёживающе всё начиналось, как рвались они вперёд! Но неужели ничего, совсем ничего нельзя поделать?!
Норка посмотрела на сурка в фиолетовом халате. Сурок вдруг отшатнулся – видимо, в глазах Фейтолайне было что-то, чего можно было испугаться.
- Слушайте, я хочу ей помочь, - норка показала на почти бесчувственную Мурколетту. – Пусть Вектор оживёт, и Квазар, и Звездина тоже.
- А Синусоида? – спросил сурок в фиолетовом халате.
Фейтолайне тяжело вздохнула.
- И Синусоида, - ответила она. – Наверно, это тоже нужно. Сумеете?
- Хорошо, я это сделаю, - ответил сурок. – Они будут с вами всю третью часть, единственное, они не смогут говорить. Тут я бессилен. Устраивает?
- Исполняйте, – прошептала норка.
- Исполняю, - ответил сурок в фиолетовом халате.

ГЛАВА 19

Раздалась торжественная музыка, лес скорбных обелисков перевернулся и оказался лесом золотых триумфальных колонн. Надпись на ближайшей к Фейтолайне и Мурколетте гласила, что колонна поставлена в честь учёных, подаривших миру атомную энергию. Другие были установлены также в честь каких-либо выдающихся личностей, вершителей великих дел.
Мурколетта пришла в себя и как будто была даже спокойна. Она стояла рядом с норкой и осматривалась. Внезапно у неё вырвался крик удивления – мимо наших подруг, улыбаясь им, проплыли – именно проплыли! – танцующие кот Квазар и кошка Звездина. Они не сказали ни слова, но Звездина показала – следуйте за нами… и в следующее мгновение Фейтолайне с Мурколеттой тоже танцевали – норка с кем-то невидимым, но от того не менее материальным, а кошка с крайне смущённым, не поднимавшим на неё глаз Вектором Мышелововым! Всё это напоминало самое начало, только тогда подруги танцевали с сурком в оранжевом халате и самим Ларрусом Мурфусом… как это было давно!
- Полагаю, мне надо представиться, - сказал Фейтолайне её невидимый партнёр. – Меня зовут Ультрафиолет.
- И вы тоже способны исполнять желания, - полуутвердительно произнесла норка.
- Нет, - возразил сурок-невидимка, - моя функция иная…
Они продолжали кружиться вокруг сверкающих колонн. Фейтолайне заметила, что они забираются всё выше. Квазар и Звездина показывали – скорей и обращали свои взгляды на небо. Оно было безоблачным, но оттуда слышался рокот – катастрофа неотвратимо приближалась…
А Мурколетта ощущала себя, словно во сне. Она понимала, что этого не может быть… но Вектор находился рядом, и у неё не было сил ни о чём его расспрашивать. Ей было достаточно молчания…
И вдруг из-за одной колонны выскользнула Синусоида. Одетая во всё блестящее, она, словно бабочка, подлетела к Вектору с другой стороны. Глаза Мурколетты угрожающе вспыхнули, у неё показались когти. Норка подумала, что её подруга сейчас нападёт на соперницу, и она выдернула свою лапу из лапы невидимого сурка. Фейтолайне была готова вмешаться… однако Мурколетта сама отошла в сторону. Музыка продолжала играть, и Вектор танцевал теперь с Синусоидой.
- Всё хорошо, - сказала Мурколетта норке удивительно умиротворённым голосом. – Вектор любит меня, лишь меня, я только сейчас узнала об этом… Я ему доверяю. А Синусоида… Она несчастна. Пусть танцует с ним, я имею сердце.
- Они удаляются, их уносит скерцо! – закричала Фейтолайне. – Мы не догоним их!
- Не догнали бы, если бы я не мог заставить работать амулет, - произнёс сурок Ультрафиолет. – Но амулет действует, а, значит, скерцо придётся умерить ход! Ага, видите! Они почти остановились!
Музыка и правда переменилась – вместо бурного аллегро теперь звучало нежное адажио. Оно было прозрачно, как горный ключ…
- Красивая мелодия, - проговорила норка. – А где же книги? – вдруг мелькнуло у неё. – Неужели мы забыли их на том кладбище? Забыли!
Тут Фейтолайне подняла голову и присвистнула – три книги витали в воздухе прямо над ней! Амулет работал – сурок Ультрафиолет не обманывал!
- Идём, идём, - сказал сурок подругам. – Круг Истины уже совсем близко!
И тут скерцо снова рванулось во весь опор. Вектор был один – Синусоида куда-то скрылась – и делал знаки Квазару со Звездиной. Очевидно, те его поняли, потому что Квазар подошёл к Вектору и вручил ему какой-то листок бумаги. Астробиолог просиял и ринулся к Мурколетте. Он отдал ей листок и отвернулся, отвернулась и Фейтолайне, хотя и не понимала, зачем… Голос подруги заставил её вздрогнуть.
- Вектор сделал мне предложение! – прокричала кошка. – Ты понимаешь! Прочитай! И ещё – Синусоида желает нам счастья!
У Фейтолайне возникло желание сказать подруге – Вектор с ними только на эту часть, счастье мимолётно, но она промолчала, потому что вдруг подумала, что если так скажет, то разобьёт надежду на чудо – надежду даже не кошкину, а свою! Между тем, норка знала точно – лишь отчаянная надежда, надежда до последнего! – могла сделать это чудо реальностью! Откуда знать, может, именно это и было стержнем замысла Звездины, которая придумала этот прекрасный и страшный мир? В таком случае, финал должен стать их победой – они спасут планету, откроют новую страницу истории, и вместе с Вектором, а, возможно, и со всеми остальными, вернуться в свой мир, наградой за что им будет амулет… Такие вот мысли пронеслись у норки, и она улыбнулась, на что Квазар со Звездиной улыбнулись в ответ. Что касается Мурколетты и Вектора Мышеловова, то они неотрывно смотрели друг на друга, словно каждый видел в другом мессию…
- Да! Я отвечаю «да»! – ликующе выкрикнула Мурколетта. – Я разрешаю поцеловать меня!
Воспользовался ли Вектор разрешением, Фейтолайне не увидела, ибо танцевальный вихрь скерцо увлёк астробиолога с его возлюбленной – теперь можно было сказать – невестой! – далеко вперёд. Квазар со Звездиной, всё так же улыбаясь, погрозили им и устремились вдогонку. Вновь закружились в танце и норка с сурком-невидимкой. Движение становилось всё быстрей…

ГЛАВА 20

И вдруг всё оборвалось. Смолкла музыка, исчезли триумфальные колонны, бесследно растворились в пахнущем дымом воздухе Вектор и Квазар со Звездиной, канул неизвестно куда и сурок Ультрафиолет. Фейтолайне с Мурколеттой остались совсем одни. Часы показывали четыре часа сорок четыре минуты.
- Вектор, любимый! – закричала в пространство Мурколетта. – Что же мне теперь делать?!
Норка взяла её за лапу, и они двинулись по дороге… Стрелка компаса звала их всё выше. Впереди был холм. В это время потемнело – солнце не то спряталось за коричневое облако, не то само стало коричневым, и подруги увидели ровное сияние, идущее от вершины.
- Круг Истины! Это светится он! – проговорила Фейтолайне.
- Туда! – дрогнувшим голосом сказала Мурколетта.
Здесь сзади повеяло горячим воздухом. Подруги оглянулись, и глаза у них сделались большие-большие… Внизу, в городе, начался пожар. Огненное море переливалось всеми цветами радуги и медленно надвигалось, поглощая дом за домом, улицу за улицей. А через несколько секунд донёсся и звук – звеняще-скрежещуще-воющий, настоящий звук конца мира. Опомнившись от ужаса, норка погрозила пламени скрипичным ключом.
- Рычи, беснуйся, ты, жуткий зверь! – сказала она. – Скоро мы будем для тебя недосягаемы! Ты не забыла, Мурколетта, - обратилась Фейтолайне к подруге, - мы должны открыть последнюю дверь!
- Я помню. Наверно, дверь и Круг как-то связаны, - эхом откликнулась кошка. – Мне кажется, - добавила она, помолчав, - Вектор встретит меня там…
А от города оставались уже последние кварталы. Фейтолайне с Мурколеттой шли, стараясь не смотреть назад и всё-таки не выдерживали и поминутно оборачивались. Здесь они услышали хлопанье крыльев и тут же увидели огромную стаю белых птиц – стая двигалась от города к холму.
- Эти птицы – книги! Книги жизней жителей! – закричала норка. – Они тоже спешат в Круг!
Через некоторое время белая стая достигла вершины холма и исчезла в её сиянии. А огненная стена стала ещё ближе. Она растворила в себе до единого все здания, не пощадила и телевизионную вышку. Вой пламени был страшен. Фейтолайне с Мурколеттой пустились бегом. Они начали подниматься на холм. Сияние от вершины становилось ярче, пахло сероводородом. Минута быстрого бега, ещё минута… Силы подруг иссякали, но до желанного Круга оставались считанные метры… миг победы близился… мысли норки и кошки приобретали светлый оттенок… но что это?! Впереди вдруг открылась зияющая пропасть. Её дно было подобно громадной газовой конфорке, из отверстий вырывались длинные языки пламени, и среди них метались, пылая, книги! В Круге Истины всё сгорало, сгорало даже без пепла! Рок приводил здесь в исполнение смертный приговор!
- Но это же неправильно! – возмутилась Мурколетта. – Я не согласна! Так не должно быть!
А у Фейтолайне в голове гремел фатальный хорал. Было ясно, что Четвёртая симфония Звездины имела трагический исход.
- Без паники, мы ещё живы! – сказала норка кошке. – И с нами амулет. Надо попробовать поискать дверь, ты меня слушаешь?
Мурколетта не слушала… Тяжкие переживания, не оправдавшиеся надежды погасили в ней волю к сопротивлению. Она безразличными глазами смотрела вниз… Фейтолайне бросила быстрый взгляд вокруг себя… и вдруг увидела Ларруса Мурфуса! Как изменился доктор магии! Куда делся его самоуверенный вид! Сильный волшебник выглядел дряхлым стариком, он дико озирался и дёргал некую дверь, стоявшую как бы сама по себе у самого края бездны.
- Что вы тут делаете? И вообще – что происходит?! – крикнула Ларрусу Мурфусу норка. Тот забормотал, схватясь за голову:
- Всё почему-то вышло из-под контроля… Финал ожидался иным, я не предвидел, я не хотел… Я совсем не знал, что так будет…
- Да, но эта дверь, зачем она тут? Не выход ли за ней? – спросила Фейтолайне.
- Выход, - подтвердил доктор магии. – Но в отличие от прежних дверей, её наколдовал не я, поэтому амулет здесь не поможет.
- Вы так думаете? – произнесла норка почти весело – она вдруг поняла, что может открыть эту дверь… Только она, и только в течение следующей минуты! Фейтолайне вытащила скрипичный ключ и сделала шаг к сурку…
- Берегись! – дико закричала ей на миг очнувшаяся кошка.
Мощный поток горящего воздуха словно бы слизнул часть холма. Дверь осталась стоять, где стояла, но Ларрус Мурфус исчез – от него остались лишь обрывки пёстрого халата, и талисман в вытянутой лапе норки расплавился на конце… Не было больше и времени.
Тем не менее, амулет легко вошёл в замочную скважину. Фейтолайне хотела сделать им поворот, но дверь заскрипела и открылась сама собой… там была кирпичная стена с приклеенной на ней запиской: «Мир Четвёртой симфонии есть не выдуманный, а реальный! Звездина фон Сириус». А в следующий миг площадка, на которой стояли норка с кошкой, рухнула, и их, уже ничего не чувствующих, подхватил и закружил вместе со всеми книгами устремлённый в бездну Круга Истины пламенный поток…

ПОСЛЕСЛОВИЕ ВОЛШЕБНИКА СИРЕНИАСТРО

К сожалению, эта история кончена. Окончена, ушла, разбилась на куски и значительная часть моей жизни. Настолько значительная, что в данном месте и данном обличье мне более невозможно продолжать жить…
Я – чудодей, изобретатель, творец. Я ставлю (ставил) эксперименты с живым материалом – героями. Экспериментов у меня было много, и каждый раз я от начала и до конца контролировал их ход, даже солнцу не позволял взойти без своего разрешения. Эти эксперименты были успешны, но меня не оставляла мысль, что я могу достичь большего. Я создал героев – самых живых из всех и предоставил им полную свободу, свобода была предоставлена и миру неодушевлённому – его я оставил на милость законов физики. Эксперимент начался… сперва я был им доволен. Затем что-то случилось, стали происходить непонятные мне повороты, причём я обнаружил, что бессилен на них повлиять! Герои отвергли мой тысячелетний опыт – пошли ва-банк, надеясь на чудо… Самое удивительное, глядя на них, стал надеяться на чудо и я… они научили меня любить, научили доверять чувству… они в каком-то смысле переросли своего создателя! Они стали настоящими – этим сказано всё!
Но чудо сорвалось. Случайный – я подчёркиваю! – случайный обрывок газового рукава не позволил героям – и всему миру! – победить, а мне – радоваться, глядя на их победу. Хотя, может быть, не существует ничего случайного, и всё было предопределено? Впрочем, тем хуже для меня…
Самый важный, призванный ответить на вопрос, имею ли я право быть волшебником, эксперимент принёс отрицательный результат. Мой траур безмерен, безмерно и моё неудовлетворение собой. Как, должно быть, счастливы те, кто может поставить в своей биографии точку после слова «конец»! Я этого лишён – я бессмертен…
Точку ставить нельзя, запрещено, но и продолжать тоже – эта история должна стать последней для меня теперешнего. Кажется, я нашёл выход – это временный (на десяток-другой миллионов лет) переход в состояние магиаполя. В каком обличье и в какой вселенной я материализуюсь вновь – знает только Хаос…

КОНЕЦ

18.11.2002-
27.01.2004