Человеколюбивое мщение
Четверть века в глухом каземате, отведав
сыромятных, взрывающих кожу плетей.
Четверть века без света, без солнца, без неба,
без простора привольных башкирских степей.

Только миска похлёбки, да окрик солдата,
да в бойнице визгливая песня звезды...
В бесконечной России на брата - по кату,
и на каждого ката в России - батыр.

Это исстари так повелось, но зачем же
этих мальчиков юных не смертью казнить?
Он бы мог с подлой жизнью без всякой затеи
кончить, в вены, как в путы, вдруг зубы вонзив.

Но вода точит мозг, обрываясь по капле,
вертит перст темнота в воспалённом зрачке -
он поёт, чтоб не слышать, как мёрзлые камни
отвратительно плещут в его мозжечке.

Он поёт: пахнут мёдом цветущие липы,
жеребёнок у матки сосёт молоко,
и под ветром травы голубой переливы
развеваются, словно их гривы, легко...