Виктор Аннинский

ПАТЕНТ ЛЕЙТЕНАНТА ГВАРДЕЙЦЕВ КАРДИНАЛА. Рассказ
Когда в начале седьмого в квартире Яши Давиденко раздался настойчивый звонок, он только выругался и спрятал голову под подушку. Но звонок надрывался без перерыва, и он, проклиная ранних гостей, поплелся в прихожую. Когда же он посмотрел в глазок, ему стало дурно: на пороге стоял человек Мельникова, которого он знал в лицо.
– Сгинь нечистая сила! – сквозь зубы пробормотал хозяин, протер глаза и снова посмотрел в глазок. Тот не сгинул и Яша мгновенно проснулся. – Только не это! Всё же вспомнили про своего агента…
Все передряги, в которые он с какой-то свинской закономерностью попадал всего лишь год назад, мгновенно пронеслись в его памяти. Агент отпер многочисленные замки и запоры и обреченно открыл дверь.
– В темпе собирайся, Яша! – огорошил его ранний гость из треклятой конторы, одно название которой вызывало у того страх и ужас.
– Я арестован? – понуро спросил Давиденко, теряясь в догадках. Если Мельников пронюхал о том, что он был двойным агентом, то трудно представить, чем это может кончится.
– Пока нет, – на всякий случай нагнал туману подполковник Хопров. – Есть срочная работа по твоей части. Быстро собирай свои причиндалы! На сборы – пять минут.
«Какая, блин, работа в шесть утра?! – ломал себе голову над неожиданной загадкой владелец риэлтерской конторы, ураганом проносясь по комнатам. – Я уже почти забыл тот прошлогодний кошмар, и вот, пожалуйста! Снова здорово…»
– Я готов, – доложил Давиденко, появившись в гостиной кое-как одетым и прижимая к животу кейс и ноутбук.
– Ничего не забыл? – заботливо поинтересовался Хопров. – Бланки, договора, справки разные?..
– Всё здесь, – заверил Яша, похлопывая портативный компьютер. – Ноутбук со встроенным принтером: любой документ можно распечатать за минуту.
– А как поживает твой дружбан Жорик? – ошарашил его незваный гость новым вопросом.
– Нормально… – выдавил из себя Давиденко.
– Не болеет?
– Вчера был здоров…
– Отлично! Сейчас заедем и к нему.
– А он зачем нужен?
– Ну, если ты успел стать нотариусом, то обойдемся и без Жорика…
Хозяин квартиры неопределенно дернул головой, из чего подполковник Хопров сделал правильный вывод: нотариусом Яша не стал.
В машине Давиденко сидел с убитым видом и проклинал тот день, когда впервые увидел Мельникова. От тех воспоминаний у него кривилось лицо и начинало дергаться веко.
«И тогда он меня чуть до инфаркта не довел со своей вербовкой, – с сильным беспокойством размышлял агент Черный, – а теперь он и вообще стал главным в своей конторе. Теперь жди новых неприятностей. И крупных. А всё из-за той проклятой расписки, которую он с меня выдрал… Как он меня нашел? Я же полгода назад поменял квартиру? Почти год про меня не вспоминал… Проклятая ищейка! Никуда от него не спрячешься…»
«Надо было меняться на другой город… - с большим опозданием признал он свою ошибку. - Здесь мне покоя не будет. Не дай бог, если про меня еще Свиридов со своим бандитским «Легионом» вспомнит: тогда начнется полный кошмар, и снова я окажусь между двух огней. Пропадите вы пропадом! Оба!»

Когда Яков Давиденко оказался в комнате для допросов и сам Мельников объяснил ему его задачу, владельцу риэлтерской компании вновь стало нехорошо.
«Ну за что меня наказывает судьба? – возмущался он про себя, стараясь не смотреть в сторону начальника Управления, который в отличие от всех своих предшественников удостоился весьма колоритного прозвища - Демон. – Я уже как-то попадал в разборки между «Легионом» и чекистами - мало мне и до сих пор не кажется. А в этот раз всё может оказаться еще хуже. Теперь, с одной стороны самый опасный человек во власти, Мельников, а с другой – самый крутой бандит по кличке Князь. Оба беспредельщики...»
Давиденко тяжело вздохнул: «А я, как последний идиот, снова оказался замешен в их опасные дела. Дураку понятно, что сделка с переуступкой прав на ресторан – полная фикция. И даже тех денег, за которые Князю якобы достался ресторан «Звездная пыль», он не получит. Похоже, что Демон загнал воровского авторитета в угол и хочет получить неустойку по каким-то своим темным делам. Он-то получит, а я снова останусь крайним. Князь мне просто перегрызет глотку только за то, что я оказался причастным к переоформлению прав собственности на его ресторан… Он ведь не Свиридов, хотя тот тоже порядочная сволочь, и разбираться не будет. Даст приказ своим бандитам открутить мне голову – и открутят. В лучшем случае – переломают кости. А я тут при чем? Меня самого подняли с постели…»
Когда в комнате появился Князь, у Давиденко поползли мурашки по спине и снова задергалось веко: тот выглядел озлобленным, и украдкой бросал ненавидящие взгляды в сторону шефа чекистов. Других присутствующих он тоже не обделял своими «теплым» вниманием.
«Вот это я влип! – с сильным страхом думал Яша, пытаясь унять нервный тик. – Князь похож на матерого волка, попавшего в капкан, только что зубами не щелкает. Если Демон выпустит его на волю, мне конец! Кто-то круто разобрался с его «бригадой» и завалил многих его бандитов, а крайними будем мы с Жорой…» - он покосился на своего приятеля и заметил, что тот был бледен и в сильнейшем волнении перекладывал на столе свои документы.
«Мало того, что в городе опять начались криминальные разборки, так если верить слухам, то и счет жертвам идет на десятки человек, - добавил про себя Яша и заметил, что лист бумаги в его руке дрожит. - И это означает, что нас втянули в очень опасное дело. Но и отказаться невозможно: нужно быть безнадежным идиотом, чтобы по своей воле наживать себе такого опасного и безжалостного врага как Мельников…»

Когда все бумаги были подписаны и заверены нотариусом, и когда конвой увел Князя, Давиденко робко спросил:
– А могу я, Александр Ефимович, поговорить с вами наедине?
– Можешь, – великодушно согласился шеф чекистов. Он был в отличном настроении, и даже что-то неразборчиво насвистывал. – Оставьте нас!
– Александр Ефимович, – жалобно начал Давиденко, когда они остались вдвоем, – я вот всё думаю о своей расписке, думаю…
– Ночей, наверное, не спишь, – усмехнулся полковник. – А, доблестный агент Черный?
– И ночей – тоже, – тяжело вздохнул несчастный риэлтер, пропуская насмешку мимо ушей. – Опасное это дело – быть секретным агентом. Даже волосы стали быстро выпадать, – он погладил свою плешь, – и седины за год много добавилось…
– Ну и что ты хочешь? – пошел ему навстречу Мельников, чтобы не выслушивать долгих отступлений.
– Я вот как-то перечитывал «Трех мушкетеров», и там попался один интересный момент. В те времена многие должности можно было купить. Например, покупаешь патент на звание лейтенанта королевских мушкетеров – и ты уже лейтенант.
– Ты хочешь купить должность? – удивился Мельников и перестал насвистывать.
– Нет, Александр Ефимович. Какой из меня лейтенант? Я хочу продать…
– Продать? – еще больше удивился полковник. – Что же ты будешь продавать, если ты даже не рядовой сотрудник госбезопасности?
– Я неудачно выразился, - смутился проситель. - Я хочу выкупить свою должность секретного агента и возместить вам все неудобства, – вымученно поделился Давиденко своим заветным желанием и настороженно замолчал.
– Ну, Яша, с тобой не соскучишься! – рассмеялся Мельников. – До этого надо додуматься! Если я тебя правильно понял, то ты хочешь заплатить отступные и уволиться с почетной должности внештатного сотрудника ФСБ? Так?
– Совершенно верно, Александр Ефимович. Ну какой из меня агент? Так, одно недоразумение… А на те деньги вы можете навербовать настоящих агентов…
– И за сколько ты решил откосить от тяжкой службы секретного агента гвардейцев кардинала?
– Всё отдам, Александр Ефимович! - взмолился Давиденко. - И даже немного больше… Только отпустите на покой мою бедную душу.
– Неожиданное предложение, – сказал Мельников. – Но понять могу. Оказанная тебе высокая честь оказалась для тебя слишком высока.
– Слишком… – горестно вздохнул проситель и подобострастно заглянул в глаза своего заклятого врага.
«Похоже, он думает, что получив назад свою расписку, сразу станет свободным человеком, – заметил Мельников про себя. – Но в действительности, если ты раб в душе, то и свободу купить нельзя. Это будет не свобода, а видимость. Но раз он хочет купить видимость, то есть какую-то фикцию, то почему не продать? Парень он небедный…»
– Хорошо, – нарушил молчание Мельников. – Можешь откупиться от оказанной тебе высокой чести.
Давиденко вытащил носовой платок и с большим облегчением промокнул свою плешь.
– Нам нужна квартира под офис. Это и будет стоимость отказа от «патента».
– Какая? Где? – деловито осведомился без пяти минут свободный человек.
– Значит, так: большая, трехкомнатная, на первом этаже… – прикидывал полковник, имея в виду офис для холдинговой компании, которая будет управлять рестораном «Звездная пыль» и прочими денежными делами. – В центре.
– На центральной улице? – кисло уточнил Яша, так как хорошо знал, что там самые дорогие квартиры. Про ремонт он не стал заикаться – и без того уступка прав на свой злополучный «патент» влетит ему в солидную сумму.
– Нет. Мы люди скромные и шума не любим. В каком-нибудь переулке или тихой улочке. Ну, скажем, на расстоянии до трех кварталов от центральной улицы.
– Хорошо, – сказал Давиденко и несколько воспрянул духом: могло бы быть и хуже. В смысле – дороже. – Я найду такую квартиру, Александр Ефимович. Непременно найду!
Про себя же заметил: «Откупиться бы еще и от «Легиона»… Но если Свиридов заломит такую же цену, то мне еще год вкалывать в своей конторе без выходных. Придется пока побыть его агентом. Хорошо, что он про меня не вспоминает и не дает никаких заданий».
«Ну не свинская жизнь настала? – сокрушался Яша, проходя по длинному коридору в сопровождении офицера ФСБ. – Мне целый год пришлось пахать, чтобы собрать такие бабки, а Демон получит трехкомнатную хату за какой-то клочок бумаги. Да еще и в центре, – расстроено уточнил он. – Дорого мне обойдется собственное малодушие… Но это намного лучше, чем всю жизнь оставаться внештатным гвардейцем на его проклятой службе, - поправился он. - Черт с ними, с деньгами! Главное, что я вновь стану свободным человеком. А мушкетеры короля, гвардейцы кардинала и все прочие разбойники с большой дороги пусть не втягивают меня в свои опасные игры. Выкуплю свой патент - и адью! Я человек штатский и потому воюйте без меня…»

Когда Давиденко вышел из Управления, на крыльце его поджидал нотариус, нервно докуривающий третью сигарету.
– Ну? – мрачно спросил он, аккуратно стряхивая пепел в урну. – Что будем делать? По-моему, Яша, мы попали в очень скверную историю. До Мельникова Князь не сможет добраться, а вот до нас – запросто. Натравит на нас своих головорезов…
– И я так думаю... Подписали нас под очень опасное дело. Можно и без головы остаться. Самое правильно – немедленно сваливать из города. Вместе с семьями. И не появляться здесь до тех пор, пока они не закончат разборок между собой.
– Думаешь, что кто-то кого-то пристрелит?
– Дьявол их знает, Жора! Нам в такие игры лучше не играть, – он тяжело вздохнул и понизил голос почти до шепота: – Хорошо бы, если они друг друга перестреляли: тогда бы нам нечего было бояться. Но так не бывает… Какая-нибудь из этих сволочей обязательно выживет.
– Выживет, – удрученно согласился нотариус, и приятели заспешили прочь от серого здания, которое нагоняло на них неосознанную тревогу и страх.

Виктор Аннинский
2007/2009 гг.