Алдашкин Михаил

Возвращение
Песок уходил сквозь пальцы, а я пытался встать, но не я, а кто-то другой. Потому что я хотел остаться, здесь и сейчас. Где это здесь, когда это сейчас меня не волновало. Главное заключалось в вопросе: что это здесь и чем это сейчас? Что было песчинками, уходящими и приходящими сквозь пальцы, чем было море, ласкающее измученные и усталые ноги. Мои глаза были закрыты, но я видел солнце. Солнце говорило со мной и умоляло меня встать. Солнцу я доверился, солнце не может врать. И я встал. И я пошёл. На моих ногах были раны и на моём теле были раны, но я пошёл. На мгновение мне показалось, что я не могу, но солнце сказало: «Иди!», и это было чудесно. Я брёл по пустынному пляжу в нелепой надежде несколько часов (дней, лет) и после упал, не в силах больше идти.
Мне было больно и тепло. Боль была терпимой, а тепло нет. Потому что тепла не было, как не было света и не было моря и песка с мириадами песчинок. Не было ничего, а был я. Всего лишь я… Какое гордое слово «Я». Может следует говорить он вместо я? Потому что и меня-то по существу тоже больше не было. Но вот что странно: он остался лежать, а я пошёл. Но разве мне было здесь место?
-А здесь всем место...
-Ой, А вы меня испугали - вздрогнул я и вдруг увидел, что стою посреди огромного поля подсолнухов.Я никогда раньше не видел таких больших подсолнухов.Если честно, то и подсолнухов-то я не видел до этого.
-Красавцы, правда?
Передо мной стояла маленькая девочка и ела грушу. «И я бы съел сейчас грушу» – подумал я.
-Так бери! - засмеялась она и протянула мне свою грушу. Когда я её взял, она неожиданно оказалась целой, хотя я видел, что она откусила кусочек.
-Пойдём - сказала она и пошла по тропинке. Слева и справа тропинку обступали высокие стебли с огромными жёлто-чёрными макушками. От них шёл густой насыщенный аромат зелени и тепла. Мы шли некоторое время молча. Девочка о чём-то сосредоточенно думала, а у меня не было желания первым заводить разговор. Я просто наслаждался тем, что видел и был этому рад.
-Зачем?- задумчиво произнесла наконец она.
Я усмехнулся.
-А зачем?
-Ой, дурак...- покачала она своей головой. Потом улыбнулась и произнесла:
-Увидишь, всё у тебя будет хорошо. Надо только чуть-чуть подождать.
-Да уж не увижу вовсе…
-Увидишь, увидишь...- нетерпеливо произнесла она. Мы подошли к перекрёстку, и она остановилась.
-Мне пора. Она повернулась ко мне, протянула обе руки и обняла меня за шею. Затем легонько щёлкнула по носу, поцеловала в щёчку и строго сказала:
-Больше так не делай, ладно?
Я виновато улыбнулся.
-Я всё знаю, но ты выдержишь, ладно? Я тебя очень прошу, ради меня. Я тебя очень люблю…А теперь давай, тебе тоже пора.
Справа от себя я увидел мощёную дорогу, выложенную красным камнем (не кирпичом), и пошёл по ней. Я знал, что мне не стоит оглядываться и не стал. Я плакал и знал, что он тоже плачет. Так всегда бывает. А вот и он. Лежит бедняга. Ну что ж, пора возвращаться.
                                                      
                                      Эпилог
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох.
-Спасибо...

г. Пермь, осень 2008 г.