Виктор Аннинский

ФАНЕРНЫЙ «СТЕЛС» Рассказ
...Время шло к полуночи, и работа в оперативном штабе УФСБ кипела. На большом столе была развернута подробная карта города, группы захвата докладывали свое местонахождение и номера домашних телефонов. Пять человек едва успевали отмечать на карте нужные места и номера телефонов. Все телефоны переключили на главный пульт и едва успевали принимать сообщения.
В ноль часов пятнадцать минут наступило затишье. Все поглядывали на часы: теперь все зависело от того, насколько четко сработает служба радиоперехвата по пеленгу неуловимого передатчика. Еще один приемник стоял прямо на пульте и был настроен на нужную частоту.
Совсем неожиданно, в ноль часов двадцать пять минут, послышалась морзянка, но передача была очень короткой. Прибежал радист и доложил совсем уж дикую новость: передатчик работал в 10 морских милях от побережья, в наших территориальных водах!
– Вот твари! – не удержался подполковник Мельников и прибавил весьма замысловатую конструкцию, где цензурными были только предлоги. – Что они еще придумали?
Он сорвался с места и помчался в комнату дешифровальщиков. Но по дороге успел крикнуть:
– Направить пограничный катер на перехват шпионского судна!
Старший дешифровальщик работал быстро, как только мог. Мельников смотрел из-за его плеча. В ноль часов двадцать девять минут шифровка имела такой вид:

Саиду.
Операция отменяется, подтверди прием и немедленно уходи.
Центавр.

Мельников пулей влетел в оперативный штаб.
– Готовность номер один! Сейчас должна пойти передача от Саида! – крикнул он с порога.
Люди напряженно ждали. Ноль часов тридцать пять минут – тишина, 0.40 – тоже, 0.45 – послышался звук морзянки. Мельников снова перебежал к радистам и через двадцать секунд вернулся с координатами радиопередачи. Через десять секунд определили дом, еще через десять секунд адрес был передан на телефон ближайшей группы. Затем – соседним группам и по рации всем находящимся в том районе.

Черный «Форд» начальника УФСБ Мельникова со всеми включенными фарами и мигалкой синего цвета на крыше мчался по улицам ночного города. Опытный водитель выжимал из нового двигателя всё что мог, и на поворотах машина едва не отрывалась от асфальта. Усиленные скрытыми динамиками вой сирены и резкие приказы освободить левую полосу прижимал к обочине попутные машины, а яркий свет безжалостно слепил встречные.
Машина сопровождения ГАИ отчаянно пыталась не отставать, но дистанция неуклонно увеличивалась. Вскоре она окончательно пропала из вида.
Чтобы сократить путь, «Форд» свернул на Портовую улицу, и теперь его нещадно трясло на колдобинах и железнодорожных переездах, которых тут было с избытком.
– Черт бы побрал тех кро-хо-боров, что не могут толком за-асфаль-ти-ровать дорогу у своих ко-о-нтор! – орал майор Хопров прерывающимся голосом, вцепившись в ручку над правой дверцей. – Ну, самые бедные во всем городе: тамо-о-о-жня, Лесной и Торго-о-овый порт!.. Смотри, шеф! Что это за хренотень впереди?
Метрах в трехстах, прямо посреди дороги стояли два джипа с включенными фарами и явно не спешили освобождать проезд, не смотря на приближающийся вой сирены.
– Прочь с дороги! – орал майор в микрофон. – Рога поотшибаем! – надрывался он, но джипы и «ухом не вели».
– Ну, козлы, встали так, что их не объехать, – крикнул он Мельникову. – Разреши, шеф, я с ними разберусь без этого матюгальника, – и бросил микрофон.
Мельников кивнул, и Хопров тут же высунул через окно ствол автомата. Однако автомат был с глушителем, и стрельба должного эффекта не произвела. Длинная трассирующая очередь красивым веером ушла над джипами в темное небо. Расстояние быстро сокращалось, но джипы не собирались освобождать дорогу. Более того, на крыше одного из них появилась включенная синяя мигалка.
– Тормози! Разверни немного влево, – вмешался Мельников. И добавил, теперь уже майору Хопрову: – Врежь этим козлам из подствольника! Только не боевым зарядом…
«Форд» начал резко тормозить и его юзом вело по асфальту. Едва он остановился, как майор выстрелил. Выстрел оказался удачным: граната, начиненная «Черемухой», разбив заднее стекло, влетела в салон серебристого джипа. Тут же из него выскочил полураздетый парень, и, придерживая рукой спадающие брюки, какими-то неровными скачками, точно заяц, понесся к проходной Торгового порта. Следом за ним с визгом бежали четыре практически голые девки, которые пулей вылетели из обеих иномарок.
Черный же джип резко начал сдавать задом, но водитель с перепугу явно не рассчитал. Сначала он снес себе незакрытую правую дверцу, а потом задом налетел на бетонный блок, лежавший у обочины дороги. Одно заднее колесо зависло над асфальтом, и теперь машина прочно сидела на бетонном «постаменте». Своим видом джип стал сильно походить на черного жука с приподнятым задом, которых в обиходе называют вонючками.
Когда «Форд», набирая скорость, проезжал мимо, Хопров мстительно проорал по матюгальнику бледному как смерть водителю джипа:
– Ну, как? Словил кайф!? Козел!
Но в полной мере насладиться своим триумфом не успел: справа промелькнула проходная Торгового порта и снова началась бешеная гонка.
Однако всё же прокомментировал:
– Моду взяли… Встанут на дороге и чешут языками. Мол, мы самые крутые – остальные подождут или объедут. А эти придурки и того круче: группен-секс устроили прям посреди дороги. Другого места не нашли!
– Обломал ты им кайф, – откликнулся водитель «Форда». – Там же в переулке «Интерклуб», около которого всегда собираются шлюхи со всего города. Вот и те козлы приехали развлечься. Но теперь их не скоро на баб потянет. Если вообще потянет: с такого перепуга можно и импотентом стать…
Заработала рация, и Мельников оборвал их:
– Кончай базар!
По эфиру передали расшифровку последней радиограммы:
 
Центавру точка понял запятая ухожу точка подпись Саид, конец передачи.

Не сбавляя скорости на железнодорожных переездах черный «Форд» рвался в восточную часть города, с каждой минутой приближаясь к месту последнего сеанса связи диверсионной группы. Прямо из машины Мельников дал отбой для всех групп захвата, сидящих на телефонах.
И тут же отдал новый приказ:
– Блокировать выезды из города и выход из бухты!

Следовавшая сзади машина ГАИ поступила иначе. Она притормозила на секунду, успев выбросить «десант» из двух человек, и завывая сиреной, помчалась дальше.
На груди у «десантников» поблескивали бляхи, а в руках уже были полосатые жезлы. С явным интересом на лицах они подошли к черному джипу с оторванной дверью, который безнадежно завис на бетонном «постаменте». Водитель по-прежнему сжимал руль и давил на газ.
– А ты оба моста включил? – ехидно поинтересовался сержант.
– Н-не помню! – нервно и слегка заикаясь, ответил водитель. – Что-то с к-коробкой случилось: д-движок воет, а м-машина ни с места!
– А с головой у тебя ничего не случилось? – участливо спросил лейтенант. – А? Это сколько же нужно выпить, чтобы взгромоздить джип на бетонный блок? За дверь я уж не спрашиваю… Глуши мотор!
Водитель, наконец, вышел из состояния нервного шока и перестал газовать. Потом вышел из кабины. Из одежды на нем был только съехавший на бок модный шелковый галстук и трусы яркой расцветки.
– Форма одежды номер раз: трусы и противогаз! – с усмешкой прокомментировал сержант. – Ну… рассказывай, что тут произошло.
– А что рассказывать? Ничего не произошло… Сдал назад неудачно…
– А второй джип? Почему он без заднего стекла?
– Не знаю, командир. Поломался, наверное.
Со стороны проходной показалась странная процессия: четыре полуголых девки и парень в брюках.
Когда они, ежась от холода, подошли ближе, лейтенант повторил вопрос:
– Ну? Что здесь произошло? Мы слышали какой-то выстрел. Это не здесь стреляли?
– Мы ничего не слышали…
– И я ничего не слышал.
– Понятно. Ну-ка, сержант, дай ему трубочку, пусть подует.
– Слушай, командир! Ну, виноват – признаю. Не надо трубочек, а? – начал водитель, пытаясь найти в салоне джипа свой бумажник.
Потом гаишники и водители по очереди отходили в сторону и о чем-то долго шептались. Воспользовавшись этим тайм-аутом, девки потихоньку оделись и молча растворились в ночи. Водителям, видимо, удалось договориться, и к машинам они уже вернулись более или менее довольные результатами приватных бесед.
В этот момент заработала рация. Лейтенант выслушал, ответил: «Есть доставить!» и повернулся к владельцам джипов:
– Ничего не попишешь, приказано доставить вас в Управление ФСБ.
– А они-то здесь причем?
– А вы еще не поняли? В черном «Форде», который несся впереди нас, ехал подполковника Мельников, начальник Управления ФСБ, – пояснил лейтенант. – Хочет сам с вами потолковать.
– Вот это мы влетели! – в один голос удивились водители. – Только разборок с «ЧК» нам не хватало! Теперь из их подвала не скоро выйдем…
– Не думаю, – обнадежил лейтенант. – В их ведомстве постоянный напряг с бензином, а у вас свои бензоколонки. Так что, вам еще повезло: выкатите бочек по десять хорошего бензина – и все дела!
– По десять бочек?! – изумились любители секса на проезжей части.
– А вы чего хотели? Отмазаться десятком канистр? Налетели-то вы на Мельникова! Он не любит, когда его не уважают.

Группа захвата среагировала четко, дом удалось сразу блокировать. Вскоре подтянулись еще машины, и через десять минут никто уже не сомневался, что Саид не успел уйти и теперь затаился где-то в этом трехэтажном доме или на чердаке. Когда прибыла машина Мельникова, штурмовые группы в бронежилетах и касках начала прочесывать подъезды, потом чердак.
Вскоре по рации вызвали подполковника Мельникова.
– Понял. Ничего не трогать. Поднимаюсь…
На чердаке был обнаружен передатчик, но радиста нигде не было.
– Свет сюда и фотографа! – распорядился Мельников.
– Может, собаку вызвать, товарищ подполковник?
– Вызови… Хуже не будет, а лучше – не знаю. Тут уже вокруг дома сто человек, все затоптали. Да и не пешком же он ушел…
Мельников с опаской поглядывал на передатчик. Иногда они имели небольшое количество взрывчатки для самоуничтожения, с такими сюрпризами ему уже приходилось сталкиваться.
Появился фотограф и успел сделать два снимка. Когда он нажал на спуск в третий раз – передатчик разлетелся на части и опрокинул ящик, на котором стоял. Подполковник поднялся с пола, отряхнулся и посмотрел на часы: задержка взрыва составила около десяти минут.
«Они что, мысли читают? – зло подумал Мельников. – Примени Шестопал такую схему в прошлый раз, и радиста бы сцапали! Саид та еще штучка: прицепил к передатчику магнитофон с таймером, установил задержку передачи и взрыва минут на десять, и был таков. За десять минут он спокойно уедет на десять километров. Скорее всего, он успел проскочить контрольный пост на выезде из города. Или наоборот: залег на дно, и будет теперь ждать, когда все утихнет. Куда ему торопиться? Примет-то никаких нет…»

События на море развивались более успешно. Быстроходный катер пограничников на предельной скорости приближался к квадрату, в котором была запеленгована работа коротковолнового радиопередатчика. Зарываясь носом в волну, темно-серый катер полным ходом шел на перехват. Его ходовые огни были погашены.
В 0.35 пришло последнее сообщение из радиоцентра ФСБ:

Судно в указанном квадрате, с которого велась радиопередача, может предпринять попытку уйти в нейтральные воды. Необходимо задержать судно любой ценой! Его координаты…

Капитан третьего ранга Бычков стоял на ходовом мостике и смотрел в бинокль. Облачность была переменная, и когда выглядывала луна, море впереди блестело. Но волна в три или четыре балла сильно затрудняла попытки обнаружить шпионское судно визуально. Собственный радар до сих пор не мог засечь таинственное судно. Каждые 30 секунд из динамиков доносилось: «Отметок цели на экране нет!»
«Что за дела? – удивлялся про себя Бычков, поглаживая свои пшеничные, почти гренадерские усы. – До указанной точки осталось меньше мили… - Он бросил взгляд на подробную морскую карту. - Куда ж нарушитель подевался? Успел уйти в нейтральные воды?»
– Вижу цель! – крикнул лейтенант, стоящий рядом с командиром. – Ходовых огней нет… Курсовой угол - пять градусов вправо. Дистанция - шесть кабельтовых…
– Взять пять градусов вправо! – командовал Бычков. – Включить ходовые огни и поисковые прожектора! Две белых ракеты в сторону нарушителя! Есть от них ответ по эфиру? - спросил он лейтенанта.
– Никак нет, товарищ командир! Наш радист давно передает им приказ: «Застопорить машину! Лечь в дрейф!», а они молчат. – Лейтенант пристально вгляделся и неуверенно добавил: – Маломерное судно, не под флагом…
– Эй, на борту! Застопорить машину! – по-английски заорал Бычков в микрофон. – Лечь в дрейф! Включить ходовые огни!
Его голос, усиленный мощными динамиками метался над темными волнами. Он немного выждал, но неизвестное судно на его приказы не реагировало: огней не включило, по эфиру не отвечало.
– Дуриком решили прикинуться! – зло прокомментировал Бычков, гоняя потухшую папироску по углам рта. – Моя твоя не понимай…. Ну-ну…
Он поднес к глазам бинокль: неопознанная цель темным пятном покачивалась в волнах.
– Не хотите по-хорошему? – злился командир катера. – Хотите получить по рогам? – добавил он и выплюнул изжеванную папиросу. - Сейчас оформим! – Он заметно нервничал и покусывал свой ус. – Орудие к бою! – отдал он новый приказ.
Два матроса в момент расчехлили скорострельную артиллерийскую установку на носу и проверили ее боеготовность. Два спаренных ствола пришли в движение, быстро поворачиваясь вправо-влево и вверх-вниз.
– Орудие к бою готово! – раздалось в шлемофонах и по громкой связи на мостике.
Стволы скорострельной пушки угрожающе замерли почти горизонтально. Свежий ветер свистел в антенных растяжках и азартно трепал Андреевский флаг.
Капитана третьего ранга тоже начал охватывать азарт преследования. Он схватил микрофон громкой связи и отчетливо скомандовал по-английски:
– Эй, на борту! Вы находитесь в российских территориальных водах. Стоп машина! Лечь в дрейф! В противном случае открываем огонь!
Судно по-прежнему не подавало никаких признаков жизни. Расстояние быстро сокращалось. Теперь шпионское судно было хорошо видно и без бинокля. Однако ни на один тип надводных судов оно не походило. Из воды оно выступало меньше чем на полметра, а на округлой мокрой палубе возвышалась небольшая рубка с двумя радиоантеннами и голым флагштоком. Волны перекатывались через округлую палубу и белой пеной вскипали у основания рубки.
– Это миниатюрная подводная лодка, – определил цель командир катера. – Лево на борт! Отрезать им путь к отступлению!
– Командир, они уходят!
– Никуда они теперь не денутся! У нас сорок пять узлов хода, а у них – хорошо, если двадцать.
– Командир! – в отчаянии кричал лейтенант. – Они погружаются!
– Эй, на борту! Якорь вам в глотку! – яростно орал по громкой связи командир катера по-английски, обильно пересыпая приказы русским матом. – Стоп машина! Кому говорят?! Мать вашу!.. Лечь в дрейф! Или мы открываем огонь! - Правый ус капитана третьего ранга начал азартно подергиваться.
Лодка продолжала погружаться. Палубы почти не стало видно.
– Ах, так?! – психанул Бычков. – Английского не понимаешь?! Ну, в бога, душу мать!.. Якорь вам в задницу! Получи скандал! – Он уже полностью перешел на русский мат, как самое универсальное средство общения, которое ни в каких переводах не нуждалось. – Выпросили, козлы заморские!
Командир пограничного катера вцепился в поручень обеими руками. Вены на его руках вздулись, а усы топорщились как у дикого кота.
- Слушай боевой приказ! - нервно и зло, но по военному четко командовал он. - Из артустановки!.. Прямой наводкой!.. Одиночным залпом!.. – Бычков выдержал небольшую паузу и резко махнул рукой: – Огонь!
Спаренная скорострельная пушка выплюнула первые два снаряда. Они разорвались далеко позади рубки, подняв два небольших фонтана воды. Но сам корпус лодки уже скрылся под водой.
– Они погружаются! – возбужденно орал лейтенант, который в бинокль следил за маневрами подводной лодкой. Если бы не волнение, он мог бы пересчитать заклепки на темно-серой рубке подлодки, ведущей себя явно недружественно.
– Ну, мать вашу!.. – психовал командир. – Ни хрена не понимаете?! Сейчас мы вам мозги вправим. В момент уразумеете... - Он набрал полную грудь воздуха. - По рубке!.. - зло выкрикивал он. - Короткими очередями!.. - Он дал отмашку рукой, так же резко, как отдавал команды: - Огонь!
Третий или четвертый выстрел прошил рубку насквозь – в ней была видна дыра, но взорвался где-то позади подводной лодки.
– Прекратить огонь! – прокричал новую команду Бычков. – Приготовить спасательные средства!
Однако спасательные средства не пригодились: лодка затонула, а никто из членов экипажа на поверхности не появился.
- Сукины дети! Ни одна сволочь не вынырнула… - в недоумении матерился командир пограничного катера, нервно приглаживая непокорные усы. – Туда им и дорога! Козлы ни разу не грамотные! Какого дьявола они делали в наших водах, если не понимают ни русского, ни английского языка? - спросил он лейтенанта.
Тот пожал плечами и заметил:
- Насчет английского не знаю, командир, - может, что-то и не поняли. Но по-русски ты им объяснял доходчиво, как для самых тупых, - уважительно добавил он и усмехнулся: - Особенно, когда влупили осколочным по рубке.
Бычков расстроено сплюнул за борт и отдал новый приказ:
– Собрать всё, что осталось от шпионской лодки!
Через десять минут ему принесли в мятом облупленном ведре всё, что удалось выловить в волнах.
Теперь командир третьего ранга стоял у борта, плевался и безбожно матерился:
– Шпионы шизанутые! Это же щепки от фанеры… В бога, душу, мать!.. - Пшеничные усы снова начали дико топорщиться и делать его похожим на камышового кота. - Откуда здесь взялись щепки?!
– Не могу знать, товарищ командир! – недоуменно отвечал лейтенант. – Больше ничего не нашли…
Командир пограничного катера уставился на то место, где десять минут назад торчала рубка вражеской подлодки. В слабой надежде, что, может быть, что-то всплывет на поверхность… Но его надежды не оправдались: сверху ничего не было видно, даже масляных пятен.
- Почему они не прекратили погружение? - с досадой спрашивал Бычков. - Почему не пытались спастись?
Лейтенант пожал плечами:
- Решили умереть геройской смертью… Сейчас же не война, командир, почему они не сдались? Ну, не расстреляли бы их потом? Нет. В самом худшем случае получили бы срок, но остались бы в живых. Японцы шизанутые…
- Почему - японцы?
- А кто ж они, по-твоему? Если дожидались, пока мы их утопим? Камикадзе… Тем кишки себе выпустить - как нам выпить спирта без закуски.
Высокая волна ударила в борт катера и обдала офицеров холодными брызгами.
– М-да… - командир вытер ладонью лицо и тряхнул головой. - Шизанутые нарушители нам попались… Слушай, а у лодки точно не было флага? - озабоченно спросил он, приглаживая усы.
Лейтенант тоже вытер с лица морские брызги:
- Над рубкой ничего не было, только голый флагшток и две радиоантенны. - И добавил: - Мы люди военные: получили приказ задержать любой ценой - ну, мы как бы…и задержали… - Он криво усмехнулся: - Приказ выполнен...
- Две антенны над рубкой, – раздраженно повторил Бычков, сплевывая за борт, – и щепки от фанеры… Даже масляных пятен не было…Тебе не кажется, лейтенант, что всё это самая натуральная туфта? А? Не кажется? Нет? А мне кажется… Прицепили передатчик к макету подводной лодки, а мы как остолопы палим по нему из скорострельной пушки!
- Похоже… - согласился лейтенант и кивнул.
Бычков внимательно посмотрел на своего боевого товарища. Ему было не совсем ясно, с чем тот был согласен? С тем, что им подсунули макет, или с тем, что они вели себя как последние остолопы?
- Как на учениях, - поправился лейтенант, угадав немой вопрос. - Разве что на радаре не было отметок – от фанеры сигнал не отражается. - И усмехнулся: - Да-а, командир, кто-то неслабо подшутил над нами.
- Шутники, мать бы их так!.. - без прежнего задора выматерился капитан третьего ранга. На этот раз командирские усы вели себя прилично: не топорщились и не подергивались. - Учения, говоришь?..
Лейтенант пожал плечами:
- Ну да… Даже еще круче… Там мы хоть знаем, что цель учебная. А здесь? На полном серьезе приняли макет за шпионскую лодку…
- Выходит, мы утопили какой-то фанерный «Стелс», - криво усмехнулся Бычков и отправил окурок за борт. Его правый ус снова начал проявлять признаки своего необузданного нрава.
- Выходит так, командир…
Оба молчали и нервно курили. На их лицах было заметна растерянность.
Бычков сплюнул за борт и раздосадовано сказал:
- Короче так, лейтенант, посмешищем для всего дивизиона я становиться не собираюсь… Поэтому в рапорте укажу, что цель вместе с экипажем была уничтожена артиллерийским огнем, так как они отказались выполнить приказ. И ты это… в случае чего, должен держаться такой же версии - иначе замучаемся рапорты писать.
Тот кивнул и озабоченно спросил:
- А с фанерой что будем делать?
– То не наше дело, - отмахнулся Бычков. - В любом случае, поднять тот фанерный «Стэлс» со дна не удастся: здесь слишком глубоко. Ну а раз так, то и доказать ничего нельзя, - вслух рассуждал Бычков.
- Верно! Если рапорт составить грамотно, то вместо втыка от командования можно получит благодарность.
Капитан третьего ранга воспрянул духом:
- А если хорошенько подумать, то в рапорте надо будет написать так: «В результате прямого попадания артиллерийского снаряда в рубку шпионской подводной лодки, она затонула в течение одной минуты. Экипажу спастись не удалось…»
Он хитро подмигнул и лихо закрутил свои гренадерские усы:
- …«Так же как не удалось ничего собрать с поверхности моря в месте затопления неопознанной подводной лодки. За исключением мелких щепок, которые никакого отношения к уничтоженной цели иметь не могли и оказались в том районе совершенно случайно».
- Командир, разве бывают фанерные подлодки? - с усмешкой спросил лейтенант и повторил жест капитана третьего ранга, хотя по должности и молодости лет усов не носил. - Не бывают! Значит, и щепки тут ни при чём.
Офицеры заметно повеселели, и лейтенант добавил:
- При таком подходе командование может и к наградам представить. А что? Утопили-то шпионскую подводную лодку, а не шаланду с браконьерами.

Виктор Аннинский,
2006/2009 г.

P.S. Публикуемый рассказ является фрагментом приключенческого детектива «Восточный кордебалет».
 
Замечания

Вот-вот, а потом начинаются "холодные войны", потому как в результате таких отчетов была затоплены якобы шпионская подлодка Grin Хорошо пишете, Виктор. Интересно читать. Описано так, что реально предстваляешь такую картину Wink 4 Я почему то всомнила старую историю из юности. На один из машиностоительных заводов прибыла группа практикантов и ПТУ. Одна, смешная девчушка из этой группы была замечена в станных действиях:ходила с таинственным видом, иногда что то тайком говорила в рацию. Естественно вскоре её пригласили в комитет комсомола, где так же присутствовали люди из органов. Вскоре зарёванную девицу отпустили. Оказалось она таким образом развлекалась, играла в разведчиков. Я иногда встречаю её, постаревшую, и каждый раз вспоминаю эту историю. Ой, чего только не бывает в жизни.
С уважением,

Оценка:  10
Lada  ⋅   8 лет назад   ⋅  >

Привет, Лада!

Спасибо за теплый отзыв. У меня есть рассказы на шкодные темы, например – «Шампионы стратегического назначения» или «Космические дурики», однако до других отложенных сюжетов просто не доходят руки. А такие темы есть… Мне как-то рассказал старый товарищ о вообще невероятной истории, произошедшей еще в 70-ые года в Средиземном море (он служил на ракетном крейсере). Так там вообще наши додумались до того, что выпустили по учебной целе ракету с деревянной боеголовкой! Потому как боевой ракете случайно свернули «голову»… Обхохочешься! Когда-нибудь всё же опишу ту хохму. Ну, а сейчас я загружен новым проектом под названием «Анатомия любви». А это надолго: где-то выпусков 100 будет…

С уважением,
Виктор Аннинский

Виктор Аннинский  ⋅   8 лет назад   ⋅  >