Noodly

Пограничник
Он - пограничник. Так уж вышло, что он живет в старой, прогнившей коммуналке, которую скоро снесут огромные машины. Приедут и снесут, и даже не станут предупреждать об этом жильцов. Длинный и узкий коридор, где комнаты расположены параллельно, а кухня в самом конце и этот коридор полон ненавидящих друг друга cоседей. Ему достались крики, грохот бьющейся посуды, шаги по ночам, скрипение пружинами прогнивших дверей, отвратительный запах из кухни, квартира между зловонной кухней и гребенной собакой и чей-то грязный носок в раковине, который в следующий раз затопит весь этаж. И все это происходит на фоне его хронического недосыпания.
Его тошнило от жабьего цвета стен, обклеенных обоями за восьмидесятые годы. Тошнило от никогда не гаснущей лампочки в коридоре, когда выходишь ночью попить воды и слепнешь, чувствуя себя каторжником в тюрьме строго режима. От вечных криков наркомана проживающего за стенкой, от визгливого гавканья чертового добермана, от полуночного храпа, от протекающего кухонного крана, который капает по ночам со скоростью капля в три минуты в те редкие ночи, когда наконец-то наступает тишина. Поэтому три ночи к ряду он не спит, а каждую четвертую спит как убитый.
Существование в этой зловонной, прогнившей коммуналке сделало его жизнь сущим адом, как будто, он живет на самом нижнем этаже преисподние. Она всосала его и превратила в того, кто может в ней обитать, жильца, гармонирующего с этой обстановкой, то есть абсолютно прогнившую личность медленно погибающего и деградирующего неудачника без денег, без друзей, и, в общем, без будущего.
Стены коммуналки взбухшие и влажные, по ним бегут трещины, и стекает вода. То тут, то там снуют огромные крысы, которые однажды наброситься на его маленькую Марго из темного угла и заразят ужасной болезнью. Никто не выводит их. Вот она массовая депрессия. Никто и пальцем не пошевелит, пока дуло пистолета не упрется в гланды.
Вечно засраный унитаз на десять комнат. Три года пограничник не ходил по большой нужде, даже не знаю каким образом. Какой-то кретин, без конца бьет зеркало в ванной, а умывальник разбит и переполнен волосами и срезанными ногтями всех соседей этажа.
Отвращение.
Ругань ненавидящих друг друга соседей их рваная, не стираная одежда, запах алкоголя и никотина из пасти сводит его с ума.
Сволочной, этот чертов наркоман, каждый день приводит в комнату дешевых шлюх, и пограничник и маленькая Марго слышит их крики настолько отчетливо, как будто лежит с ними под одним одеялом, а когда целая куча подонков заявляются со шлюхами, то значит, его семье не сомкнуть глаз всю ночь.
Иногда, Сволочной ширяется и, шатаясь по коридору, орет во всю глотку какой-то бред и тогда им тоже хочется кричать. От этих криков не спрятаться и не убежать, наверно, проще уснуть под лопастями вертолета, чем в этой коммуналке. Глухая соседка, врубает на всю свое шоу, и тогда, пограничнику хочется засунуть в глотку дуло пистолета и нажать на курок. И он бы уже давно сделал это, если бы не жена и не маленькая Марго, которая в этом году пойдет в школу и для ее письменного стола не будет свободного угла.
В час или в два ночи, кто-то будет шататься по коридору, скрипя половиками, а потом громко стукнет в его дверь и в полный голос спросит, не одолжит ли ему пограничник стаканчик сахара, а если он откажет, то, услышит такую же бесцеремонную возню, около еще девяти чертовых дверей.
Его сосед храпит всю ночь, даже не подозревая об этом. Зато пограничник подозревает.
Скрип половиков пробегает по каждому его позвонку, каждая уроненная ложка на кухне, каждая открывающаяся дверь, каждый телевизор, каждый храп, каждый крик. Здесь повсюду стоит запах какого-то гнилья, протухшей пищи или никогда не моющихся, потных тел, запах спиртного, запах никотина, а цензура, дружба, уважение и элементарные правила культуры обходят это место стороной. К этому нельзя привыкнуть. Пограничник только нервно вздрагивает и сжимает кулаки до боли…
Но сегодня самый лучший день в его жизни. Бог услышал его молитвы.
Лица кавказкой национальности, и очень сомнительный фургон, напичканный неизвестно чем… Взятка. Жест «молчи».
Зачем ему знать чем?
«Ну давай, дорогой, удачи.»
Поднятый шлагбаум.
Он засунул деньги под армейскую куртку, чтобы сдав смену, как следует их пересчитать. Этого должны бы было хватить, но то чтобы съехать из этой ужасной коммуналки. Жена будет им довольна. Ну и что, что преступил закон, наплевал на долг. Стране плевать на все его заслуги, почему же она должна его волновать?
Через три дня Марго пойдет в первый класс. Если ему не изменяет память в школу № 1 и он обязательно приедет домой, в Беслан, чего бы ему это не стоило.