Мария Бочарова

Испания.
В тот солнечный ясный день мы прогуливались по залитым светом, пропитанным пылью улочкам испанского городка. Скромного, уютного. Мой гид был весьма любезен, решив свой единственный выходной провести - снова со мной. За последнюю неделю путешествия мы сильно сдружились, и болтали теперь о всяких пустяках, больше не обсуждая кружевную архитектуру средневековых зданий, загадочный быт темноглазых местных жителей.
   До вечера было далеко, а я, казалось, уже истлела от жажды и щекотавшего нос сухого воздуха. В странном городе не было ни рек, ни деревьев - ничто не пахло свежестью и не отбрасывало теней. Силы и мужество покидали меня, но я согласилась продолжить путь. Мы свернули на широкий проспект, наконец-то выбравшись из каменного лабиринта. Здесь сотни машин раздраженно жужжали, застыв в бесконечной пробке; по узким тротуарам, теряя шляпы и веера, спешили обеспокоенные люди. "Сейчас начнется праздник!"- пояснил гид, и его смуглое лицо искривилось в улыбке. - "Ты быстро бегаешь?". Мне было не по себе в незнакомом месте, но теперь я испытывала не столько волнение, как страх. Под ногами тихонько затрепетали осколки старого асфальта - и вскоре стал явственно слышен шум тысяч шагов. С холма вниз на город с невиданной скоростью летело живое облако. Близорукость не позволила мне разглядеть его четко; но на улице поднялся крик, толпа обезумела и ринулась прочь, дети стучали в закрытые двери, моля об убежище, - и я поддалась панике.
   Босиком, скинув тяжелые туфли на каблуках, я все же не могла сбежать от надвигавшихся преследователей, напуганная и оглушенная животным ревом за моей спиной.
   Откуда-то сверху слышался тоненький голосок. Мальчик на крыше от души смеялся и кидал в несчастных на дороге камни: "Гепарды! Смотрите-ка, сегодня гепарды!".
   Хищные челюсти скрипнули над моим ухом, и пятнистое животное одним ударом сбило меня с ног. Огромная, дикая кошка радостно заворковала, уже предвкушая агонию своей жертвы и вкус человеческой плоти, кружась вокруг и доводя мой ужас до безрассудства. Как затравленный зверь, я следила за каждым движением охотника, при любой возможности впиваясь в шкуру неосторожного ловца ногтями. Первый раз я билась за свою жизнь: неистово и без надежды на спасение. Разъяренное и пораненное чудовище оскалилось и приготовилось к прыжку, через секунду вонзив клыки в моё тело.
   ***
   Проснувшись от собственного крика и сильного жжения в левом боку, я обнаружила там две неглубокие, но сильно распухшие и весьма болезненные раны. Вокруг них и на пальцах правой руки, казалось, ещё пульсировали капельки крови. Меня бросило в дрожь, и весь день не отпускал озноб.
   Вечером я попросила соседку по комнате впредь связывать меня на ночь, но она лишь рассмеялась.