Вход в систему
| Показать как стихотворение (по центру) | Ю.В. | Рассказ, Новелла |
КАТАСТРОФАДаник вышел из дому, оглядел пустой двор и с тоской покосился на огромную лужу возле подъезда. Вчера его выпороли, потому что пришел мокрый до самых трусов, сегодня он к этой луже даже близко подходить не хочет. Он ее даже ненавидит, эту лужу.Даник поковырял носком сапога рыхлый снег, в образовавшуюся ямку насочилась вода. Даник углубил ямку, потом расширил, придал ей квадратную форму, потом прямоугольную. Подумал о канале и стал целенаправленно удлинять прямоугольную щель, врезаясь сапогами в снег. Работа была нелегкой, непрочные стены канала нужно было часто подправлять, подравнивать. Медленно сокращалось расстояние до лужи, на которую Даник и не смотрел вовсе, рыл канал и все. И лужа оказалась неожиданно близко. Подняв глаза, Даник замер вдруг, кинулся к луже, присел на корточки у самого ее края. По луже плавал корабль. Настоящий. С матросами. Матросы ходили и стояли, тянули веревочки и перетаскивали палочки. Корабль с живыми матросами, корабль не больше спичечного коробка с живыми матросами на борту плавал себе по луже возле дома, и никого не было во дворе. Очарованный, Даник шагнул было вперед, но вспомнил, что нельзя мочить ноги. - Эй, матросы! Плывите сюда, матросы! - хрипло зашептал Даник и похлопал варежкой по воде. Матросы не услышали Даника. Они занимались своими крошечными делами, с самым серьезным видом смотрели вдаль, словно не по луже плавали, а по Тихому океану. - Эй, матросы! Плывите сюда, матросы! - крикнул Даник громко, чтобы они услышали. Но никто из матросов даже не повернул головы. - Надо бабушку позвать, или маму, или за Никитой сбегать, а то не поверят, опять будут говорить, что я вру. - Подождите, матросы, не уплывайте. Я сейчас приду! Я быстро! С разбегу поднявшись по лестнице, Даник забарабанил руками и ногами в дверь. - Ты что долбишься?! Очумел что-ли? Всю дверь испинал! Охламон! - Мама! Там корабль! Настоящий! С матросами! - Замечательно. Ты сухой? - Сухой. Ну, мамочка, ну пойдем. Ты матросов посмотришь, мы их домой возьмем. - Даник! Или ты идешь сейчас же на улицу, или раздеваешься - решай. - Иду на улицу. Ну, мамочка! Ну, правда-правда. - Иди-иди. У меня молоко сбежит. Из двора никуда не уходи. Мать закрыла дверь. Даник вышел на улицу. Корабля, естественно, не было. Только яичная скорлупка, вылетевшая из чьей-то форточки, неуклюже бултыхалась на месте корабля. Даник зашел в лужу и пнул в сердцах по скорлупке, и набрал полные сапоги воды. Потом он сидел дома, наказанный, не гулял целых два дня. А когда его выпустили, он к луже не подходил, злился на лужу и на матросов, а может быть, ждал, когда во дворе никого не будет. Даник вышел из дому, оглядел пустой двор и направился к огромной луже возле подъезда. По луже плавал корабль. Палуба была пуста, флаг спущен, только матросская шапка болталась на флагштоке. Даник огляделся в поисках палки, чтобы подгрести воду, чтобы подогнать корабль к берегу. Палка нашлась, но то ли она оказалась неподходящей, то ли Даник грести не умел, но корабль не приблизился ни на дюйм. Корабль словно привязан был - плавал, но не плыл. Он не плыл никуда, и движение его было бесконечным. - Эй, матросы! - крикнул Даник. Он очень громко крикнул. На всю улицу. Обошел лужу несколько раз. Побрызгал палкой по воде. Рассердившись вдруг, прицелился и швырнул палку в воду, и обрызгался с ног до головы. Ударной волной корабль чуть было не перевернуло, отбросило в сторону. Грязная вода залила палубу и смыла матросскую шапку. Увлеченный зрелищем тонущей в луже шапки, Даник и не заметил сначала матросов. Матросы забегали, засуетились, стягивая на ходу тельняшки, принялись убирать воду, тянуть веревочки, перетаскивать палочки. - Матросики мои! Любимые мои матросики! - Даник захлопал в ладоши. Потом запрыгал на двух ногах. Потом в приступе нежности поцеловал собственные пальцы. - Матросики мои! Любимые мои матросики! Не умея справиться с неожиданным ликованием, Даник бегал вокруг лужи, приседал, вскакивал, всплескивал руками. Матросы работали, убирали воду, тянули веревочки, перетаскивали палочки. Изредка кто-нибудь из них поднимал лицо к небу или - приставив ко лбу ладонь - всматривался вдаль, но никто даже не повернул головы в сторону Даника. Сердились ли они, боялись ли, или просто не думали о мальчике - ничего нельзя было понять по крошечным неразличимым лицам. Но было ясно, что они не любили Даника, не любили и не разделяли его радость. - Матросы! Вы чо, а-а-а? Оглохли чо ли? - от обиды Даник заговорил с приблатненными интонациями, которым научился у одного большого мальчишки и за которые мать хлестала по губам. - Вы чо, а-а-а? Но матросы не обращали внимания. Крошечные матросы презирали великана Даника, который мог просто наступить на их корабль, и все - мокрое место, как от таракана. Они и дома, в тарелке воды, будут презирать Даника, только лишь презирать и никогда его не полюбят. Плача, Даник поднял тяжелую голову сломанного снеговика, зашел в лужу и сбросил груз на корабль. Голова развалилась в воде, накрыв корабль серой бесформенной массой. Даник развернулся и пошел, не оглядываясь. Пошел далеко-далеко. Подальше от лужи. От дома. От матери с бабкой. |
| © Ю.В., 2004 |
Дата публикации:  |
| Эту публикацию прочли 250 раз |
Последний раз: , Последний читатель: Неизвестный читатель,  |
 |
Когда-то очень давно, перед тем как выйти на прогулку во двор, мой младший брат каждый раз подвергался одному и тому же ритуалу. «КУДА ты не должен входить?» - спрашивала его наша бабушка строгим голосом. «В лузу...» - отвечал он кротко. И каждый раз возвращался мокрый с ног до головы. Я с высоты своего возраста (аж пять лет разницы!), только посмеивался и думал: «Ну как можно быть таким непослушным и глупым!». Теперь я все понял...Спасибо!
| Vladimir Stockman | :: 2004-12-27 14:38:46 |
И Вам, Владимир, спасибо. 
Только Вы и откликаетесь на мою прозу. 
Между тем, когда в 1995 г. вышла моя первая книга, совершенно неожиданно в местном еженедельнике появилась большая рецензия "ВОЗМОЖНА ЛИ АМБИВАЛЕНТНОСТЬ АНТИНОМИЙ"Та рецензия не была ни хвалебной, ни ругательной. Скорей целью автора было привлечь внимание к моей книге. А чрезмерные похвалы нередко вызывают противоположный эффект. Так вот! Как наиболее удачное произведение рецензентка отметила именно этот рассказ. И мне этот рассказ нравится. У нас с Вами похожие вкусы.
| Ю.В. | :: 2004-12-27 22:07:20 |
А я их до сих пор вижу - матросов. А лужи - это моря и океаны, а малюсенькие ручейки между ними - самые что ни на есть реки.И по лужам в детстве ходила
с большим удовольствием. Резиновые сапоги надевала - и вперёд. Л.А.
Оценка: 10
| Liene Actinia | :: 2005-01-02 22:48:39 |
И я 
Я тоже вижу матросов И по лужам хожу Сегодня у нас тако-о-ой ливень 
Спасибо!
| Ю.В. | :: 2005-01-02 23:16:19 |
Инет - вещь интересная. Вот экран. Казалось бы, слова и слова, на экране или на бумаге - какая разница, откуда их считывать. А вот нет! Слова с экрана, с распечатанного листа бумаги, с разворота книги воспринимаются по-разному - это не открытие Америки, про это сто раз писали, где-то даже болтается на эту тему исследование. Очень редко бывает, когда стихи или проза одинаково, а тем более одинаково хорошо, читаются с экрана и в книжке. Чаще всего то, что видишь на экране, кажется почему-то значительнее, умнее, сильнее. А книжку берешь - пшик... Я имела счастливую возможность сравнить восприятие твоих стихов (не прозы, но думаю, что восприятие будет таким же - просто я уже научилась видеть, как поданное в инете будет смотреться в книге) в экранном и книжном варианте - Юль, твоим произведениям не страшно любое "помещение"!
| Джейка | :: 2005-04-17 10:27:13 |
