По ту сторону (часть 2 - 1995г)
1) Аквалангист (Не зови меня светлым и чистым...)
2) Воспоминания о Кубинке (Кубинка – загадочное место...)
3) Воспоминания о чужом детстве (Ненастная несправедливость...)
4) Врачи запретили, а он сделал вид...
5) Второй разговор с Живым Одиночеством (Поговори со мной чуть-чуть...)
6) Завтра (Завтра всё будет в полном порядке...)
7) Звёзды велосипедных спиц (В калейдоскопе деградирующих лиц...)
8) Змея (Ползи, моя любимая змея...)
9) Когда вдохновения нету...
10) Когда мое сердце взорвали...
11) Легко на сердце оттого, что ты не значишь ничего...
12) Мой милый друг, ты посмотри..
13) На моих ошибках учатся другие...
14) Ни при чём (Моя проблема только в том...)
15) Песенка о нежности и о рыбе (Кто просит нежности – её не получает...)
16) Песенка про 9 августа (Спросил я японца, как ядерный гриб...)
17) Последняя записка охотника (К моим ногам упал скворец...)
18) Похожая на радость, болезненная грусть...
19) Прикосновенье ласковой клешни
20) Разговор с Живым Одиночеством (Вокруг - чересполосица наводит шик и блеск...)
21) Размахивая хрупким кулачонком...
22) Сонет (Грязный ответ на грязный вопрос)
23) Упрямство (Молчи, за умного сойдёшь...)
24) Я нёс оторванную руку...
25) Я сделал всё, что мог, теперь – плету венок...


Не зови меня светлым и чистым,
Я рождëн под погасшей звездой.
Мне хотелось быть аквалангистом,
Но не смог я дышать под водой.

У меня было времени мало,
Слишком мало, чтоб вам подарить;
Моя песня летела устало,
Останавливаясь покурить.

Пробегали мои километры
В ожиданье великой войны,
Дули в спину сопливые ветры,
С неоткрытой никем целины.

Мою жизнь записали на плëнку,
Занесли в специальный блокнот.
Не явилась ещë та девчонка,
Что разучит мои восемь нот.

Я считал себя светлым и чистым,
Пусть рождëн под погасшей звездой.
Мне хотелось быть аквалангистом,
Но не смог подышать под водой.

07.11.95


Кубинка – загадочное место,
Некое подобье Эльдорадо.
Ты туда пойдёшь и не вернёшься,
Но зато отыщешь Чего Надо.

Кубинские жители радушны,
Держатся приветливо, отрадно.
Но наступит ночь – тебя задушат,
Закопают и промолвят: Ладно!

Самогонный бог нисходит с неба:
- Сам, О, Сам, открой ворота рая!
Жители кричат ему и слышат:
- Вы пришли, и я вас забираю!

Кубинка – клочок земли Оттуда,
Мрачный бред, поведанный нам Стасом.
Что сейчас ты знаешь о Самвуде?
А ведь он всё ближе, час за часом…

30.01.95


Ненастная несправедливость -
Как из ведра.
Соседка на меня сердилась
Ещë вчера:

Зачем девчонок напугали
В вечерний час?
А мы весь день в футбол играли
И пили квас.

Потом рассказывали байки,
Что посмешней;
И убегали к речке стайкой,
Набрать камней.

На берегу ждала усталость,
Дымок костра.
Ох, как же мне легко дышалось
Ещë вчера!

12.05.95


Врачи запретили, а он сделал вид,
Что пышет здоровьем, что боль не болит.
Теперь он свободный, теперь он ничей,
И он ненавидит ненужных врачей.

- Не лопай студёной воды родника,
Не лезь на берёзу, она высока.
Не слушай раскатов пустой болтовни,
Запомни - твои укорочены дни.

Дыша полной грудью, летел напролом,
Поверх обречённости хлопал крылом.
Поставив далёкую чёткую цель:
Собрать урожай, провести параллель.

И жгучая боль на попятную шла,
Звенели фонтаны над пропастью зла,
Великая вера в себя самого,
Творила невиданное волшебство…

Врачи отыскали его на песке,
Сжимая фальшивые бланки в руке.
А он сделал вид, что прилёг отдохнуть,
Прилёг отдохнуть на привале чуть-чуть.

Он скоро проснётся и будет смотреть,
На тех, кто велели ему умереть.
И станет шутить, что он цел, невредим,
И смерти дыханье не властно над ним…

16.01.95


Поговори со мной чуть – чуть,
Живое Одиночество.
Где силы взять с пути свернуть,
Чтоб не сбылось пророчество?

Дела давно погибших дней
Уже бурлят в душе моей,
Ряды сжимаются плотней,
И ядом льются почести.

Скакать хромому воробью,
И от катка дорожного,
Покинуть жизни колею,
Достигнув невозможного.

Один, но твёрдый шаг за грань,
Потом воскликнуть: Ну, отстань!
Или сбирать с другого дань
Создания ничтожного.

А мирозданию плевать
На все твои амбиции,
И волосы не нужно рвать
В походной амуниции.

Сжимай кулак, глотай слюну,
Потом – переходи ко сну,
Попробуй выиграть войну
Без главной репетиции.

Я знаю, ты меня поймёшь,
И даже без иронии;
Ногтём давить не будешь вошь,
И нарушать гармонии.

Твой положительный ответ
Откроет маленький секрет:
Как доживать остаток лет
В мучительной агонии.

Пускай же мёртвые цветы
Украсят равнодушие
Холодной треснутой плиты,
Скрывающей то лучшее,

Что мой воздушный шар не смог,
Доставить целым точно в срок,
Летев на северо-восток,
Прогноз погод не слушая.

09.03.95


Завтра всë будет в полном порядке,
Люди забудут мои недостатки.
Глазки полезут долой из орбит,
Завтра я буду убит.

За моим прошлым начнëтся охота,
Слухи пойдут, кто-то видел чего-то.
Личный архив вздорожает в цене,
Будет неплохо вполне.

Вот моя пуля выходит из тени,
Пуля – моя, она мне не изменит.
Долгой дорогой в знакомую грудь,
Пуле с пути не свернуть.

Завтра не будет войны или буйства,
Но холодок пробежиться по чувствам,
Да и сейчас меня что-то знобит.
Завтра я буду убит.

03.05.95


В калейдоскопе деградирующих лиц
Я годы плавал и считал себя иным;
Но звёзды спиц, велосипедных ярких спиц,
Мне объяснили цену мира без войны.

Шептал указы прозорливый комиссар,
О неизбежности принятия борьбы,
Но лопнул шар под вопли восхищённых пар,
И было празднество для бывшей голытьбы.

Как молоточками стучали малыши…
Запомнить можно силуэт в пустом окне…
Ты не спеши, о, ради Бога, не спеши!
Опасность скорлупы крадётся не извне.

Следы невинности валяются в углу,
Антиутопия заказывает бал,
Бинты – крылу! Уже багряному крылу.
Но врач не ведает, что он давно устал.

Заныли мускулы от вынужденных поз,
Глаза слепят дожди из лёгких конфетти,
Один вопрос, один единственный вопрос:
Зачем же, жизнь, ты мне позволила уйти?

02.02.95


Ползи, моя любимая змея,
Я чувствую твоë прикосновенье,
В тот домик, где жила моя семья,
Где я ловил счастливые мгновенья.

Я не питаю зла к тебе ничуть,
Хоть ты, когда была со мною рядом,
Досыта напоила своим ядом,
Дыхание пытаясь обмануть.

А моë прошлое – забытый уголок,
В осеннем парке, где гуляет ветер.
В толпе людей я плакал, одинок,
И Бога звал. Но Он мне не ответил.

Ползи, змея, в наивный детский сон,
Который никогда я не увижу.
Ну что же ты, родная? Ближе. Ближе.
Ещë укус. Я счастлив. Я спасëн.

17.09.95


Когда вдохновения нету -
Без смысла любые слова.
Делю на квадраты планету,
Вам будет, за что воевать.

Иллюзия жизни послушна
Тому, кто заходит за грань.
Мне это всё кажется скучным,
И хочется крикнуть: Отстань!

Гляжу – лучезарные феи
Летят в ожидании сна,
Моя незнакомка робеет,
Со мной оставаясь одна.

Наверное, это некстати,
Смотреть на неё со спины;
Не думать о скорой расплате
От смелых героев войны.

Тяну на себя одеяло,
Пускай замерзает другой.
И ветка на землю упала,
Не сломана чей-то рукой.

Засну перед самым рассветом,
Как мудрая птица сова;
Когда вдохновения нету -
Без смысла любые слова.

21.05.95


Когда моë сердце взорвали,
Почувствовал мелкую дрожь.
Вцепился в игрушку из стали,
Но вены сказали: Не трожь.

Потом развалился на койке,
Скрипящей, как старый протез.
В такой вот душевной помойке
Я как-то случайно воскрес.

18.12.95


Легко на сердце оттого,
Что ты не значишь ничего.
Твои все мысли – суета
Под шорох падшего листа.

Ненужным мусором мораль
На полку ставится в хрусталь,
В замочке стонет ржавый ключ,
Уже давно не так могуч.

А снег идёт, а снег идёт,
Устали ноги в гололёд;
В подъезде видятся едва
На стенке глупые слова.

В квартире номер шестьдесят
Благи намеренья висят
Так плотно, что не продохнуть,
Не засоривши свою грудь.

Вот номер восемьдесят три,
Закон здесь прост: дают – бери.
Глотни феерию страстей
Наманикюренных когтей.

А в сто седьмой квартире – плач:
Погиб источник неудач.
Когда он был – он сильно пил,
И, вскоре, сам себя забыл.

Зачем куда-то заходить,
Чтоб получить ответ: “Не быть”?
И осознать себя тайком,
Кому-то нужным сорняком.

Быстрее проглоти обед,
Запеленай себя во плед,
Усни, живое существо,
Ведь ты не значишь ничего.

02.01.95


Мой милый друг, ты посмотри,
Вокруг такая красотища!
Давно остыло изнутри
Твоих сомнений пепелище,

И незачем глаза ломать
В попытках видеть что-то между…
Уставшая природа-мать
Отбросила свои одежды.

На голову накинь мешок,
Немного отдохни от света;
Тебе я расскажу стишок
О том, как кружится планета,

Ведь очень скоро мы умрём
В большой и мягкой колыбели.
Мой милый друг, а мы вдвоём
Так ничего и не успели…

01.09.95


На моих ошибках учатся другие
Скользкие, озябшие тела.
Золотая рыбка – это ностальгия
Звоном разноцветного стекла.

Выдали расписку извести под корень,
Я не понял сразу, что к чему.
Яблочки-огрызки, сладостное горе,
Каждый будет жить по одному.

Вроде бы сегодня лес укутан снегом,
Звери тихо дышат в глубине.
Праздник новогодний сгинул без разбега,
В нашей недоказанной вине.

А в твоих ладонях – боль чужой утраты,
Славно пузырится и кричит;
Тут тебя не тронут, были бы богаты
Голубей бумажных палачи.

01.01.95


Моя проблема только в том,
Что я оставил на потом
Своих ошибок тяжкий груз,
И вот теперь – всего боюсь.

У заколоченной двери
Лежу, пуская пузыри,
Таким исходом огорчëн,
И совершенно ни при чëм.

08.06.95


Кто просит нежности – еë не получает.
Так было раньше, будет и всегда.
Я чувствую, тревоги и печали
Хотят проникнуть в сердце. Вот сюда.

Гуляют смерть в обнимку с красотою,
На ярмарке, где шум и толкотня:
- Какая искренность! А сколько она стоит?
Нет, это слишком мало для меня.

Наверное, всë это что-то значит,
Наверное, мы с жизнью не враги,
И я тебя не мог найти иначе,
Чем если бы я был совсем другим.

Зачем барахтаться в просторах океана
Себя пытаясь как-то обмануть?
Я не умею плавать, как не странно,
Мне душно здесь. Мне хочется вздохнуть.

14.09.95


Спросил я японца: Как ядерный гриб
На родине вашей подрос?
И вот что ответил мне древний старик
На этот жестокий вопрос:

- Я жил в Нагасаки, носил кимоно,
Иероглифы бегло читал.
С своей узкоглазою низкой женой
Была - харакири – мечта.

Девятого августа день наступил,
Кончина Второй Мировой.
И наш Император остался без сил,
Бросаясь в войну с головой.

Как только из Штатов приполз самолëт,
Я сразу подумал – Ура!
Вперëд, камикадзе, последний поход,
Грибного сезона пора!

Я был очень жëлтым, теперь – потемнел,
Навеки остался загар;
Взрывною волною снесло много тел,
Короче – полнейший угар.

Сгорели все пробки, свет солнца померк,
От страха жена родила,
Увидел бесплатно такой фейерверк,
И вот – ни двора, ни кола.

Детишки мои – восемь рук, пять голов,
Семь ног и четыре хвоста.
С горы Фудзиямы свалиться готов,
Когда б не в костях ломота.

Сказал я японцу, когда тот умолк:
- Хорош день рождения мой.
Отмечу его и, авось, выйдет толк,
Но только - холодной зимой.

22.02.95


К моим ногам упал скворец,
Сражённый пулею шальною.
Настройщик пламенных сердец,
Лежал в траве передо мною.

Немного алой мокроты
К зелëному безумству леса;
Его глаза сейчас пусты,
Не выражают интереса.

Потрогал тушку сапогом -
Закоченела птичья тушка.
Он не был никому врагом
На солнцем залитой опушке.

И я средь этой красоты
(Фортуна – старая кошëлка),
Забросил далеко в кусты
Уже не нужную двустволку.

11.02.95


Похожая на радость, болезненная грусть:
Мне ничего не надо, не надо – ну и пусть.
Когда наступит лето – закончится зима,
Дыханием согрета, ты станешь, как она.

Я это ощущение не в силах передать:
Мы были в нападении, мы стали нападать,
Но получилось странное, не то, что я хотел,
И язвами да ранами покрылась груда тел.

Я помню, как я падал, подробно наизусть,
Похожая на радость, болезненная грусть.
Смотрю глазами волка на жертвенных овец,
Теперь уже недолго и близится конец.

19.11.95


Прикосновенье ласковой клешни,
Биенье сердца, сжатого рукою,
Они хотели жрать, они пришли,
Отверженные, падшие изгои.

Болезнь непобедима до поры,
Но та пора чего-то запоздала.
В калейдоскопе рушатся миры,
В преддверье настоящего развала.

Пчелы один-единственный укус…
Мохнатое безжизненное тельце…
Они умеют делать наизусть
Голодную свободу погорельца!

Бинты смягчают кожистую рвань,
Девчонка плачет на пустой кровати.
Душа томится: Хватит, перестань!
А сумерки вещают: Нет, не хватит!

Приятна манускриптов чепуха,
Посмотрим чуть подальше суицида.
Скачи же, микроскопная блоха,
Через судьбы случайные обиды!

10.01.95


Вокруг – чересполосица наводит шик и блеск,
Вся жизнь, Ваше Высочество, один сплошной гротеск.
Вина недоказуема за паутиной лет,
Событий разных уйма в душе оставит след.

О, недоразумение у смерти на краю!
Зачем же с диким рвением я так давно люблю
До боли неизвестные, скупые до поры,
Игривые намеренья в пределах конуры?

А выборы грядущего проходят и без нас;
На остановке ждущего кто подберёт сейчас?
В такое время позднее уж надо бы молчать,
Стать лучше и серьёзнее, себя не огорчать.

Живое одиночество пульсирует внутри;
А вы, Ваше Высочество, гляжу – чёрт побери! -
Картинка безысходная на столике чужом,
Красивая, свободная, но – выше этажом.

Гостинцы добродушные на столике лежат,
Разглядывать не скучно мне мохнатых медвежат.
Под старыми обоями привычная дыра,
Семь пуль в моей обойме. Простите, мне пора…

22.01.95


Размахивая хрупким кулачонком,
Он приставал к породистым девчонкам.
И угрожал любить до гроба их,
При обстоятельствах любых.

Сквозь пыль стандартных шуток утверждал,
Что они те, о ком давно мечтал;
Соблазном переполненные феи.
Как из трубы посыпались идеи,

Фонтаны страсти на его квартире
Он предлагал Наташе, Тане, Ире
И Насте. Соблазнительная речь
Из губ обветренных так продолжала течь,

Словно с грамзаписью подписан был контракт.
Уж близился вдали любовный акт,
Но перемена кончилась звоночком,
И школьники пошли к учебным точкам.

Оставив на потом свои стремленья,
Пришëл в себя от бури утомленья,
Испачкав чистый носовой платок,
Переключился на урок.

А у доски учитель завывал,
На море крови был девятый вал,
Шумел камыш, деревья загибались,
И люди на ступеньках спотыкались.

28.01.95


Грязный ответ на грязный вопрос,
Оба довольны собственной шкурой.
Скрипнет телега, тронется воз,
Зашелестят языки балагуров.

Под водопадом рыжих волос
С радостью верится, да, пуля-дура!
Бейте без промаха, стрелы Амура,
Чтобы быстрей это всё началось!

Новые цели на пьедестале,
Очковтиратели, эй, по местам!
Слышите, как рукава закатали

Юноши, умные не по летам?
Солнышко марта нужно котам;
А не об этом ли кошки мечтали?

09.03.95


- Молчи, за умного сойдёшь,
Твердят везде и всюду.
Затачивай до срока нож,
Не колоти посуду.
А я сказал им: Ну и что ж?
А я сказал: Не буду.

- Терпенье, труд всё перетрут,
И капля камень точит;
Соблазны жизни – это спрут,
Мудрее утро ночи.
А я подумал: Когти рвут,
Кто этого захочет.

- Мир тесен, не переживай
За каждую потерю,
Придёт любовь, вернётся май,
И распахнутся двери.
А я решил: Есть где-то рай,
Но я в него не верю.

10.03.95


Я нëс оторванную руку,
Прижав к груди, как дочка – куклу,
Перед собой не видя бой.

А рядом на лесной опушке,
Стоял июль. И две лягушки
Барахтались в траве сырой.

17.01.95


Я сделал всë, что мог, теперь – плету венок,
И ленточки его так безупречны.
Красивые слова у высохшего рва,
Что найдены в пыли библиотечной.

Ненужный пустячок – стоит воротничок,
На пиджаке вам не найти пылинки;
Родные и друзья рыдают в три ручья,
Ломаются в коленях, как тростинки.

Она со мной была мила и весела,
Прекрасная закваска для романа.
Но только вышел срок и я плету венок,
Накладывая швы себе на рану.

Уже который год я помню эпизод,
Где ангел смерти пролетел над нею.
Мечты мои скупы, как мëртвые клопы,
И с совестью проблемы не имею.

24.05.95
Замечания
Елена Кабардина

Про змею, пожалуй... И то подредактировать бы...

Елена Кабардина  ⋅   14 лет назад   ⋅  >