Перейти к основному содержанию
Ода берёзке
Послушай меня, берёзка! Снег стаял - и я вернулся к твоей красоте рассказать тебе то, что узнал, слушая песни метелей. Я вернулся к тебе другим человеком. Теперь я вижу, кто ты. Слушай меня, дерево невинности! Я говорю не голосом богатого торговца словами, а сердцем бродяги-поэта, которому ничего больше не нужно от мира, кроме самой жизни. Вот что я понял, берёзка: печаль твоя - соль земли, а радость - подарок весеннего неба. Чёрные ноты на белом свитке - твоя берестяная музыка, льющаяся в небеса, такая же, как и моя, только наполненная смирением. Поэтому имеющий уши её не услышит: для этого нужны ветви, жаждущие солнца и тьмы. Алчными своими корнями ты пьёшь горькую мудрость нашей с тобою земли. А мои корни - глаза, они впиваются в шумное море цивилизации, в беспокойные волны истории, в реки культуры, что рождаются из незапамятных тайн и вечно стремятся к идеалу, ждущему их за недостижимым горизонтом. Мои ненасытные глаза пьют истину из озёр религий, славных тёмной своей глубиной, из пустынь пророков и философов, из беззащитных детских улыбок, из таинственных морщин стариков, из красивых тел людей, деревьев и бабочек, а также из одиноких сердец, даже в самую мрачную годину полных света. Так что, согласись, милая берёзка, моя душа похожа на твою бересту, а в крови моей, как и в твоём сладком соке, растворена пьянящая воля к весне. Вот почему мои слова кажутся тёмными, как птицы, летящие к утреннему свету. А знаешь, берёзка, ведь души рождаются от слияния потёмок и солнца! Именно тот, в чьей сущности больше света, чем тьмы, похож на дерево белой грусти, а его стихи подобны рассветным теням, что просыпаются в омытом луной перелеске и тянутся к улыбке проснувшегося неба. Как и ты, берёзка, я то впадаю в холодную кому, то оживаю, как Лазарь, разбуженный зовом Любви. Меня воскрешает тёплый ветер, называемый у людей вдохновением. Он приносит мне крики гусей, летящих на сказочный север, туда, где в лесах и болотах прячется от суеты моя настоящая родина. В эти мятежные дни только тронь мою душу острым коготком любви - и польётся из неё горький, процеженный сквозь боль, а потому искренний шёпот. Вот и ты воскресла, берёзка! Я вынимаю из кармана перочинный ножик. Прости меня, я не могу поступить иначе - ребёнок, живущий во мне, он иногда бывает жестоким, но позволь ему слизать каплю твоей жизни! Он так долго не пьянел от чистой крови земли, бегущей по твоим жилам, о дерево детства, что разуверился в силе весны и стал быстро стареть. Помоги ему! Мы же с тобою больше чем брат и сестра - мы две руки одной земли, протянутые к одному и тому же Богу. Если б ты могла поранить моё сердце, ты бы убедилась в том, что я прав: я такой же, как ты. Мой берёзовый сок - тоска по родине, а раны на бересте - стихи. Смотри же: капельки моей души, испаряясь, возвращаются домой, в сердца тех, кто меня читает.